Глава 2 — Звезды на свету (2/2)

Сквозь сладкий сон, такой приятный и мягкий, парень вновь услышал чей-то голос, пытавшийся достигнуть его несмотря на дрему. Махая руками, апостол ни в какую не поддавался, пока вдруг не почувствовал резкий холод в волосах и на лице.

— Фирс! — стряхнул пряди Десятого мужчина. — Ну ты и соня, конечно, — усмехнулся он.

— Олег?.. — попытался возобладать над зрением беловолосый. — Это же ты, да?..

— А кто еще? Что за вопросы, рассмешил! — от души посмеялся бородач. — Приношу свои глубочайшие извинения, что пришлось задержаться, — торжественно проговорил сероглазый.

— Блин!.. — поморщился апостол. — Голова раскалывается.

— Ты выпил всего один бокал, что за чудеса? — удивился Олег.

— Да не знаю я, со мной такого раньше не было...

— В любом случае, — попросил еще воды мужчина. — Все бывает в первый раз и это совсем не плохо!

— Ага... — промычал Фирс.

— Время моей отправки близится, так что пошли, — потянул вверх Одиннадцатый.

— О-а! — потерял равновесие апостол, перед ним все вертелось. — Куда?..

— Проводишь меня и воздухом заодно подышишь, — повел на улицу Олег.

Сероватое небо заслонило солнце, рассеивая белый свет повсюду. Крохотные капли дождя падали на дорогу, бренча кровлей. Разряженный воздух наполнял легкие, доставляя редкое удовольствие.

— Напоминает мне о днях в Обители, — смотрел на солнце беловолосый.

— Несмотря на сказанное ранее ты все тот же Фирс, — не мог надышаться Одиннадцатый. — Пускай, что-то в тебе и изменилось.

— Спасибо, — невольно потекли слезы. — Мне не хватало этих слов...

Дождь усиливался, сопровождаясь громом, но повозки уже двинулись в путь, огибая извилистые тропы. По пути пришлось сделать несколько остановок, но к ночи погода наладилась.

***

Капли били по листьям, играя барабанную дробь. Завидев темнеющее небо, подросток потихоньку начал собираться, но будить брата не стал. Ему и так досталось совсем недавно, нужно было отдохнуть как можно больше...

— Бейлер, — тряс за плечо мальчик. — Бейлер! — стукнул в руку блондин.

— Тцай! — непроизвольно сжал кулак от боли парень. — Что происходит? — попытался сразу подняться голубоглазый.

— Дождь начинается, надо уходить, — быстро свернул лежак и закрепил его на сумке подросток. — Слышишь же меня?

— Да, идем, грх! — закололо в груди.

— Брат?! — обернулся мальчик. — Что с тобой?!

— Пустяки, ничего страшного... — закашлял Романо.

— Это никуда не годится, мне придется вызвать его... — потянулся за свистком в карман блондин.

— Не надо!.. — дрожащей рукой схватил Бейлер.

Он молил, чтобы подросток подобного не делал. Это было слишком важным подарком для него, который нельзя было расходовать на пустяки. Никогда...

Не послушав его, мальчик дунул в резной свисток, покрашенный в синий. Свист разлетелся по округе, заставив звенеть птиц, спрятавшихся под кронами деревьев. Печальный взгляд Бейлера, полный пустой беспомощности исчез в земле.

— Спасибо, что пришел, — смотрел на гостя подросток.

— Всегда рад вам помочь, — коснулся свистка брюнет. — Ганс.

От слов его по телу пробегали мурашки. Что-то в них чувствовалось теплое, но одновременно холодное. Более глубокое, недоступное для понимания ребенку.

— Извините, — вновь закашлял, закрывая рот Бейлер. — Я не хотел просто так взывать к вам.

— Бейлер, тебе нужно быть более простым, — взял под руку парень. — Иначе долго ты не проживешь.

— Не шутите так со мной, прошу, — никак не получалось откашляться.

— Ну, ну, — снял с пояса склянку брюнет. — Выпей-ка вот этого, станет в миг легче, — подкинув колпачок одним пальцем, поймал его другим и залил снадобье прямо в рот Романо.

— ! — не ожидал такого Бейлер.

В шоке он посмотрел на своего спасителя, проглатывая жидкость. Ганс был несколько обеспокоен, но их общий друг, если его можно было так назвать, знал, что делал. Всегда знал.

— Благодарю, — сипловатым голосом произнес покалеченный.

— Ну-ну, — слабо вздохнул пурпурноглазый. — С таким усердием тебе ни одно снадобье не поможет.

— Мне очень...

— Да хватит уже извиняться, — прервал его парень. — Ты не виноват в том, что тебя так заносит. У всех есть свои особенные, отличительные черты.

— Как ты так быстро попал сюда? — немного тревожила мысль Ганса.

— Ты же не думаешь, что я раскрою тебе свой секрет, — заманчиво улыбнулся парень.

Слегка фиолетовые кристаллы, свисавшие с его ушей, звякнули от мановения головой. Ласковые, но хитрые глаза завораживали своей красотой ребенка, будто произведение искусства.

— Ладно, как скажешь, — пожал плечами, потупившись в тропу, блондин.

— Вот и славно, — остановившись, смотрелся собеседник. — Мы уже на месте.

Все еще не понимая, как вытворял свои чудеса проворный друг, подросток не сетовал на ситуацию. Кротость была отличительной чертой ребенка, всегда следовавшего по пятам за своим братом.

Лишь тогда он остановился, не перешел за прочерченную границу. А затем холм накрыла звездная ночь, густая как смола. Неизведанное чувство боли наполняло сердце.

— Как же... больно!.. — сжимал грудную клетку мальчик.

— Видимо, началось, — произнес тогда незнакомец.

— Кто вы... такой?.. — сжимаясь в клубок, пытался разглядеть владельца голоса Ганс.

Короткий взгляд был обращен в его сторону, а затем неизвестный удалился в сторону леса. Неприятное чувство от самого его присутствия заставляло что-то внутри волочиться.

***

Тихая и спокойная, ночь едва слышно стрекотала. Распахнутые ставни, через которые высунулся наружу молодой паренек. Белые волосы его раздувало переменным ветром, охлаждавшим лицо. Какая приятная прохлада.

Кто-то постучал в дверь. Дрогнув от внезапности, обитатель комнаты уже знал, кто мог прийти к нему в такой поздний час. Среди всех постояльцев таверны не осталось никого, кто мог бы навестить его, кроме одного человека.

— Фирс? — приглушенный звучал голос Тадиэля.

— ...

— Я знаю, что ты там, и я знаю, что ты не спишь, — продолжил Двенадцатый, коснувшись округлой ручки.

— Зачем ты пришел, брат? — не хотел отходить от окна апостол.

Развернувшись, он оперся спиной и локтями о деревянный каркас. Усталый вид, не самое лучшее настроение и легкое похмелье по неизвестной причине.

— Могу я войти? — ждал ответа русый.

— Проходи, — все же отринул от окна Десятый, закрыв его затем.

Зеленоглазый медленно осмотрелся. Да, он уже бывал раньше в этой комнате, но теперь все выглядело совсем иначе. Фирс остался один в окружении нескольких пустых кроватей, тешимый одиночеством.

— Сегодня был довольно прохладный денек, — присел на стоявшую напротив кровать Тадиэль, мельком заметив записи на столе.

— Да, не такой жаркий, как обычно, — причесал рукой волосы разноглазый.

— Слушай, я тут подумал, — никак не мог перейти к теме Кассиэль.

— И что же? — оборвал его товарищ. — Нашел для меня задание?

— Нет, совсем нет, — покачал головой парень. — Это насчет... комнаты.

— Что такое? — чуть удивился Фирс.

— Мне кажется, что будет лучше, если я переберусь пока в твою комнату, — подавив мысли, проговорил Тадиэль.

— ...Чт... Ты серьезно? — растерялся Десятый.

В глазах его бегали чувства, которые он никак не мог выразить после случившегося. В глубине души все еще было больно, ведь Тадиэль так и не хотел становиться открытыми с ними, апостолами.

— Да, абсолютно, — стало легче.

— Я как бы не против, но...

— Все в порядке, — слегка качнулся на матрасе Двенадцатый. — Так нам обоим будет безопаснее, а вещи я пока перенесу сюда.

— Было бы здорово, — вырвалось из уст Десятого.

Он хотел было вернуть свои слова назад, но уже никак не смог бы сделать этого, да и... Зачем это вообще надо было? Может, стоило просто стать попроще?

Приложив свою руку к переноске оставшихся вещей товарищей, Фирс наблюдал, как Тадиэль закрывал на ключ дверь в его комнату. Чувствуя какое-то приятное удовлетворение, он плюхнулся на кровать и перевалился на бок, непринужденно следя за движениями собрата.

— Надеюсь, сегодня ты будешь спать спокойно, — произнес Тадиэль, перед тем как лечь в кровать. Лампады были затушены, и только звезды касались дощатого пола своими холодными лучами. — Сладких снов, Фирс, — сомкнул апостол глаза.

— И тебе того же, — поворочав головой по подушке, парень окончательно закрыл глаза, запечатляя повернутый к нему образ Двенадцатого... нет, Тадиэля.