Глава 3 (1/2)
Глава 3</p>
Темная комната, через большое панорамное окно в потолке льется призрачный голубоватый свет полной луны, в центре стоит большое кресло с деревянными резными ножками и высокой спинкой, в кресле виден силуэт мужчины, он скрестил свои утонченные пальцы, опираясь на резные рукояти кресла, лицо словно высеченное из мрамора смотрит вверх, невидящий взгляд устремлен в даль.
С его уст срывается надломленное: - Грета, поговори со мной хотя бы во сне, я знаю, что одиночество моя Голгофа, но что мне делать, я снова стал чувствовать жажду, жажду жизни с любимым существом, делить радости и горести, ощущать само биение жизни через него. Я думал, что давно закрыл этот ларец Пандоры в том месте, где раньше жила моя душа, в сердце. Что это, фантомные боли? Почему я чувствую, что мое сердце стало снова биться быстрее лишь только я думаю о моей кошачьей лапке?
Он замолкает и погружается в свои мысли и воспоминания.
«Грета, ты покинула меня 7 лет назад, но в день твоих похорон я встретил его, я почувствовал, как он обнимает меня своими маленькими руками, со всей теплотой своего доброго сердечка, его дурманящий запах чистоты и невинности поселил во мне жажду видеть его, слышать его заливистый смех, слушать его дыхание, когда он спит, причмокивая губами как младенец. Я захотел чувствовать жизнь через него. Я думал, что простого наблюдения за ним издалека мне будет достаточно, но теперь, когда я знаю его как самого себя, мне хочется стать ближе. Он повзрослел и стал очень привлекательным. В прошлый раз, когда его сосед по комнате уезжал на отдых, у меня было целых 7 счастливых ночей.
Он вспоминает те ночи, когда, он не боясь мог сидеть возле кровати своей кошачьей лапки и до самого рассвета слушать его дыхание, смотреть как он спит, впитывая мельчайшие детали, как как он хмурит брови, когда ему снится что-то плохое, как он улыбается во сне абсолютно невинной детской улыбкой. И в одну из таких ночей его малыш стал метаться по кровати, он протянул вверх руку, как будто пытался схватить кого-то и разочарованно опустил, прижав ее к груди, по щекам текли безмолвные слезы.
Мужчина садится на колени возле кровати, беря его плотно сжатую руку и целует ее в согнутые пальцы, малыш затихает, начинает ровнее дышать, на его лице появляется легкая полуулыбка. Видя это, мужчина ощущает жар в груди, становиться нестерпимо больно и мучительно сладко.
Придя в себя, от нахлынувших воспоминаний он смотрит на свою руку, в которой еще недавно держал такую маленькую и хрупкую ручку кошачьей лапки, затем прикасается к своим губам, уголки которых слегка приподымаются.
Мужчина снова погружается в размышления –
«Именно с той ночи моя жажда возросла, я хочу большего, хочу прикасаться к нему, хочу смотреть ему в глаза открыто и свободно. Я привык быть в тени, суета этого мира не заботила меня, мой аватар был на свету, он решал все деловые вопросы и общался с людьми вместо меня, но мой кокон разорван, тепло жизни стало просачиваться и влиять на мои чувства. Я иду к тебе моя кошачья лапка, дождись меня…»
Актовый зал университета, полдень, 3 недели до выпускных экзаменов.
Потоки студентов, которым предстоит выпуститься вскоре стекаются на внеплановое собрание физико-математического факультета, которое было организовано их Деканом.
Сону и трое его друзей расположились на втором ряду напротив трибуны, установленной на сцене.
- Как думаете, о чем сегодня будут говорить, чего вдруг решили собрать нас так неожиданно? -спросил Ютор.
- Ходили слухи, что вчера к декану приезжал его бывший университетский друг. Лимонная Лети была в этот момент в деканате и потом рассказывала всем, брызгая слюной, какой же он красавчик, мол при холодной, строгой внешности, он просто крышесносно горячий. Хотелось бы увидеть, как кто-то может сочетать в себе «лед и пламень». Быть может, это собрание как-то связано с его приездом? -размышляя вслух спросил Донат.
Муй в это время повернулся и сел положив голову на руки, опираясь на спинку кресла, и стал подмигивать группе девочек, сидящих на один ряд дальше. Они весело щебетали, искоса поглядывая на него.
Сону держа в руках открытый учебник сказал: -Думаю мы скоро все узнаем, вот только скажи мне, почему ты зовешь Лети Лимонной -он вскинул подбородок в сторону Доната.
- Потому что ты запретил мне называть ее кислятиной, лимонная звучит более приятно, но смысл тот-же -Донат лукаво улыбнулся, смотря на Сону и в этот момент его взгляд резко изменился, он выглядел шокированным смотря куда-то в проход ведущий к сцене.