12. (2/2)
— Тебе не нужно ничего делать, — сказал я ей, нахмурившись. — Мы можем просто… поболтать. Начну первым, как прошел твой день?
София откинула голову назад и рассмеялась, обнажая бледную шею. Я зачарованно наблюдал, как она хихикала, и эхо отдавалось у меня в голове. Мне стало интересно, что именно она нашла смешным, ведь я ничего особого не сказал.
— Поболтать? Ты что, спятил? — спросила она, качая головой. Она оглянулась через плечо, замечая других девушек, которые столпились вместе, перешептываясь друг с другом. — Достаточно того, что ты заплатил за это больше, чем некоторые из этих девушек зарабатывают за две недели. Если они увидят, что я просто болтаю с тобой, они будут припоминать мне это до конца жизни.
— Оу, извини. Я об этом не подумал, София. Я просто увидел, как тебе неловко было с этим мужчиной…
Она покачала головой, глядя на меня, и хмурая гримаса приклеилась к ее губам. Казалось, это было обычным выражением ее лица, когда она была рядом со мной.
— Это не фильм Красотка, Гарри. Тебе не нужно платить за мою компанию. Это моя работа, ясно?
София наклонилась, чтобы поправить ремешок на туфле, и я изо всех сил старался не пялиться на ее грудь, которая теперь была выставлена напоказ.
— И я Спайси, Гарри. Здесь я Спайси. Я ценю твои слова, но ты должен понимать, что две тысячи долларов — это большие деньги…
Не в силах остановиться, я потянулся, чтобы коснуться ее запястья. Она удивленно посмотрела на меня.
— Не говори, что твой комфорт не стоит этих денег, Соф… Спайси.
Она на мгновение замолчала, ее большие карие глаза вызвали у меня нервную дрожь по всему телу. На мгновение она выглядела почти… виноватой, прежде чем это выражение исчезло, и ее фирменная хмурость вернулась на красивые губы. Вместо того, чтобы что-то сказать, София опустилась на колени, отчего мои глаза расширились. Потянувшись вперед, она коснулась пальцами моих ног, проводя ими от бедра до самого колена, оставляя за собой след из искр. Думаю, двадцать минут начались.
Я ничего не мог поделать с реакцией своего тела, хотя и подумывал о том, чтобы подложить собственные ладони под задницу, чтобы держать руки при себе.
Ее тело двигалось так гипнотически, что мне казалось, будто я нахожусь в трансе. Она начала с того, что запустила руки в волосы, взъерошивая их между пальцами, пока они не растрепались. Сексуальная прическа, подумал я. Затем ее пальцы проскользили вниз к животу, бедрам, а после вернулись к шее. Она слегка сжала свою шею, откидывая голову назад. Каждое движение, от того, как она хлопала ресницами, до того, как обходила меня, было провокационным. От этого у меня закружилась голова, а в джинсах стало еще теснее. Я не знал песню, которая играла, но она была такой медленной и глубокой. Мне бы хотелось, чтобы она стала саундтреком к оставшейся части моей жизни.
София стала едина с музыкой, пока танцевала, ее руки сами собой распространялись по всему телу. Она держала глаза закрытыми, при этом запрокинув голову. Мне было интересно, о чем она думала, когда танцевала…
You ask me what I'm thinking about…
I tell you that I'm thinking about…
Whatever you're thinking about…
Tell me something that I'll forget
And you might have to tell me again
It's crazy what you'll do for a friend…<span class="footnote" id="fn_32959322_0"></span>
Прежде чем я успел осознать, что происходит, София внезапно села ко мне на колени, а ее руки легли мне на плечи, когда она наклонила голову к моему уху.
— Прикоснись ко мне, — тихо прошептала она. Ее губы коснулись моего уха, заставляя кожу покрыться мурашками, а из-за запаха цветочных духов я совсем забыл, как дышать.
— Что? — я задохнулся, и мои пальцы тут же потянулись, чтобы вцепиться в кожаные подушки дивана. Это какой-то трюк?
— Никто не поймет, почему ты заплатил столько денег за простой танец и не прикоснулся ко мне. Это странно.
София продолжала двигаться с изяществом, пока ее пальцы скользили по моей коже. Вблизи я заметил целую тонну макияжа на ее лице, который скрывал мешки под глазами и делал ее похожей на фарфоровую куклу. Все равно красивая, подумал я. Очень красивая.
Когда я заколебался, делать что-нибудь или нет, она вздохнула и потянулась к моим рукам. Она развернулась всем телом, пока не оказалась ко мне спиной, все равно сидя на моих коленях. Я ничего не мог поделать с тем, как у меня перехватило дыхание от нового контакта. Я чувствовал ее повсюду. Мои руки все еще были в ее, и она провела ими по всей длине своего тела. Я был прав, София была такой же мягкой, какой казалась.
Бедра Софии вращались у меня на коленях, голова откидывалась назад, пока не легла мне на плечо. Я позволил ей направлять мои руки туда, куда она считала нужным, потому что совсем не соображал, что делать. Мои руки снова покрылись потом, но все, что я мог чувствовать, был ее запах.
Это было так напряженно, что я, черт возьми, мог только надеяться, что смогу сдержать себя под контролем. Я не хотел делать ничего, что могло бы напугать ее, но даже мои пальцы дрожали от предвкушения. Я вел внутреннюю битву внутри себя, будто дьявол и ангел, сидевшие у меня на плечах, милосердно сражались друг с другом. Дьявол требовал, чтобы я прикоснулся к ней, почувствовал, как ее тело отреагирует на мое прикосновение, и посмотрел, смогу ли я заставить ее губы приоткрыться. Ангел же умолял, чтобы я держал свои мысли глубоко внутри головы и позволял ей контролировать движения.
Пока я боролся со своими мрачными мыслями, мой транс внезапно прервался, когда краем глаза заметил какое-то движение, привлекшее мое внимание. С усилием оторвав взгляд от Софии, я уставился на лысеющего мужчину, которого видел ранее. Он наблюдал за нами. Точнее, наблюдал за Софией. Он стоял в углу бара, его полуприкрытые глаза следили за движением ее тела, как будто она танцевала для него. Это заставило вожделение, кипевшее в моем теле, превратиться в чистую ярость. Мне не нравилось, как он смотрел. Я знал, что в его жалком сознании он хотел бы оказаться на моем месте и прижать ее тело к себе.
Не в силах контролировать чувства, которые теперь бушевали во мне, я вырвал свои руки из рук Софии и прижал их чуть ниже ее груди, к гладкой коже живота. София была маленькой, поэтому, когда мои ладони прижались к ее коже, они практически закрыли всю ее переднюю часть тела. Я услышал, как она ахнула, но все равно не остановила своих движений. Вместо этого она проследила за моим взглядом и обнаружила мужчину, который все еще наблюдал.
Я мысленно отметил, как он выглядел и во что был одет, прежде чем наклонил голову и зарылся в ее волосах. Я уже много лет не принимал никаких наркотиков, но такая близость с Софией приносила мне такой же кайф, я жадно вдыхал ее.
— Что ты делаешь? — прошептала София, хотя ее голос внезапно слегка дрогнул. С тем, как крепко я прижимал ее к своему телу, единственное, что она могла делать, это вращать бедрами по кругу и прижимать ладони к моим бедрам. Я подождал мгновение, чтобы понять, что она не хотела, чтобы я отстранился, и не смог сдержать стон, смешанный с облегчением и желанием.
— Он смотрит… — выдохнул я, и мои пальцы снова слегка дрогнули на ее коже. — Он не может смотреть на тебя сейчас.
София ничего не ответила, хотя слегка отстранилась от меня. На мгновение мне показалось, что я, возможно, перешел границу, поэтому быстро опустил руки. Она снова обернулась ко мне лицом, устраиваясь удобнее на коленях. Совершенно новая поза, совершенно новое давление на мой член. Мне пришлось подавить стон, который собирался вырваться у меня из горла. Уважение, уважение, уважение, слова эхом отдавались в моей голове, и я заставил свои руки оставаться там, где они были.
Она выпрямила спину так, что нависла надо мной, и ее маленькие ручки потянулись, чтобы обвиться вокруг моей шеи.
— Так он меня не видит, — пробормотала она. Обхватив своими маленькими пальчиками мое горло, София дернулась, на губах внезапно появилась ухмылка, прежде чем она слегка сжала его.
Господи, пожалуйста, не заставляй меня кончать, мысленно взмолился я. Если ты есть там, наверху, пожалуйста, не позволяй мне ставить себя в более неловкое положение прямо сейчас.