Часть 13. Связь. (2/2)

После долгого разговора с Салихом, у которого они снимали небольшую квартиру, Хазан долго вспоминала его слова: «Нет что-то правильное или неправильное, есть только наш выбор тем или иным обстоятельствам». Когда то давно, еще четыре года назад, она сделала свой выбор. Отбросив все свои сомнения, свой страх и даже риск быть пойманной. За окном уже погасли фонари, многие жители уже легли спать, по другую сторону была другая, насыщенная жизнь. Здесь, она чувствовала себя спокойной и чуть счастливой. Забыла про страх за свою жизнь и жизни тех, кого очень ценила и любила.

Громкий стук в дверь прервал мысли Хазан, которая наблюдала за ночной жизнью и поспешила открыть дверь дома. Она знала, что он придет, даже несмотря на то, что ожидание затянулось на несколько часов. Так же, она догадывалась о том, где столько часов он мог пропадать. Где же можно провести свою последнюю ночь в Анкаре, как не в очередном баре, в окружении незнакомых девушек, впуская в себя порцию алкоголя?

— Оо, — протянул Омер, прислоняясь к двери, — моя жена встречает меня с порога, это так трогательно!

Без слов, Хазан впустила его в дом, закрывая дверь за собой. Глаза мужчины были уставлены на Хазан, чуть пошатываясь, он подошел к ней и прошептал:

— Значит, ты ждала меня.

— Ты видел время? — спокойным тоном спросила она, несмотря на то, что терпение уже было на исходе. — У нас рано утром рейс, если ты все еще помнишь.

— Помню, — прищурился он, закрывая глаза. — Но мне хотелось в последний раз.

— Тебе захотелось в последний раз затащить девушку в постель?

— Ты что.. ревнуешь?

Еще чуть ближе и он протянул свои руки, обнимая жену за талию. Хазан почувствовала резкий запах алкоголя, от которого ее начало подташнивать. Она всеми силами пыталась вырваться из его рук, но все попытки были напрасны. Ее начало тошнить от всего происходящего и все, что она хотела на данный момент, это укутаться в одеяло, заснуть и, вероятнее всего, больше не проснуться. В следующую минуту, она почувствовала, как Омер одной рукой пытался всеми возможными действиями избавиться от ночной пижамы, пальцы неразборчиво искали пуговицы. Хазан прикрыла глаза, напоминая себе, что это ее выбор. Тело вздрагивало от неприятных ощущений, от его холодных пальцев, неразборчивых слов, которые Омер продолжал шептать около ее уха. В горле образовался ком, ей недостаточно было воздуха. Она ничего из этого не хотела, однако, выбор уже давно сделан.

— Но они не ты, — прошептал Омер более внятно, — они другие. Не похожи на тебя.

— Отпусти, ты пьян, — прошипела Хазан, отталкивая от себя. — Отпусти меня.

— Если и пьян, то потому, что очень соскучился по тебе.

— Отпусти! — вскрикнула Хазан, окончательно освобождаясь от его рук. — Больше не смей делать мне такое. Ты пьян, приди в себя, у нас рано утром рейс.

Омер устало сел на диван, провожая взглядом Хазан. Каждое его действие вызывало отвращение или он сам? Они прошли огромный путь, чтобы найти друг друга. Он, будучи уже влюбленный, впустил Хазан в свою жизнь так же внезапно, как и пришло само решение покинуть город. От каждого спонтанного решения он получал удовольствие, ведь, какое счастье видеть рядом с собой любимую женщину, разделять мечты и планировать будущее? Какое счастье заключалось в том, чтобы вместе засыпать в одной постели и утром вновь видеть ее фигуру, осознавая, что это не сон и не его выдумка, а сама реальность? Они смогли стать той семьей, которую он представлял и пришли к этому осознанно, со всеми приходящими и уходящими трудностями. Преодолевая каждый сложный шаг, а все потому, что они были вместе и стали семьей.

Все было так только вначале пути, но он никогда не смог бы предугадать следующие трудности. Она строила преграду к счастью, оказываясь всегда вдали от него. Все похождения в различные бары и мимолетные девушки стали для Омера лишь развлечением, так он отвлекался от настоящих проблем. Боль заглатывал и притуплял алкоголем, заставляя себя забыться во времени и пространстве. С каждым разом, Омер понимал, что так ему живется легче, нежели в трезвом виде и в здравом уме. Заставляя себя больше работать, тратить свою энергию, чтобы дома ни о чем не думать. Он уставал, но продолжал думать о том, что у него есть дом, любящая семья. Жена, друг детства в одном лице. Человек, который знал больше о нем самом, чем он сам. И очередной раз, делал вывод, что это правильно. Выбор давно сделан, и он был доволен этим. Омер прикрыл глаза, вскоре уснул крепким сном.

Ее руки до сих пор тряслись от неприятных ощущений и действий мужа. Хазан обняла себя руками, нуждаясь в объятиях отца. Безусловно, она была папиной дочкой, и ей не хватало его присутствие. Закрыв дверь спальни на ключ, Хазан открыла большие окна. Подул прохладный, ночной воздух, пропитанный любовью к этому городу. Хазан прикрыла глаза, представляя, как ее обнимают родители, так же сильно, настолько была крепка ее любовь к ним. Как касаются до ее щеки, вытирая слезы, гладят лицо и разговаривают с ней. По ее коже прошлись на секунду многочисленные мурашки.

— Папа, я так соскучилась, — прошептала Хазан в пустоту, пытаясь остановить вновь приступившие слезы.

За спиной она услышала громкий плач, напоминая о реальности. Стирая все мысли, возвращая Хазан туда, где она должна быть. Отпуская вновь свои желания, стирая все остатки своей боли. Напоминая о том, что она не одна, как все эти четыре года.

— Селин, — улыбнулась она, стирая следы слез. — Малышка моя, почему ты проснулась?

Осторожно, Хазан, помогла выбраться из детской кроватки, прижимая теплое тельце к себе. Своими маленькими ручонками, она дотрагивалась до щеки Хазан, вытирая слёзы, а затем крепко обняла ее за шею.

— Ма..

— Давай заснем вместе, — улыбаясь, прошептала она. — Сегодня мы с тобой одни, нам никто не помешает.

Прислонившись к спинке кровати, она крепко обняла дочь, которая носила в себе свою историю. Долгую, сложную, но ей казалось, счастливую. И Хазан сделает для нее все возможное, чтобы та, никогда не узнала другую сторону этой истории.

— Я тебя очень люблю, — коснулась Хазан пальцем до ее розовой щеки. — Очень сильно.

Большие, синие глаза напоминали ей о прошлом, которое она тщетно пыталась забыть. Стереть из памяти, встряхнуть все остатки чувств и отвращения. Хазан не сразу приняла ее присутствие внутри себя, шла на самые необдуманные поступки, пытаясь, избавиться от прошлого. Однако, увидев ее в первый раз после рождения, Хазан не смогла отказаться и долгое время наказывала себя за то, что допускала мысль от избавления ребенка.

Это была самая тесная связь между матерью и ребенком.

Связь с прошлым.