Глава 9 (1/2)

POV Аннабет.

Едва мы прошли в паркинг, как я моментально протрезвела, осознав, что сейчас будет драка.

Четверо парней, что на протяжении вечера кидали на нас масленые взгляды, зажали нас в кольцо.

— Помнишь, о чем я тебе говорил? — спросил Перси, снимая часы и передавая их мне вместе с ключами от машины.

Я кивнула.

— Отлично, — спокойно произнёс он. — Спрячьтесь где-нибудь.

Наверное, у меня был шок или так сказывалось действие алкоголя, но я абсолютно не выражала беспокойства.

— Может, Джейсону позвонить? — спросила Талия.

— Он не успеет прийти, — ответил Перси, а Нико добавил:

— Расслабься, детка, мы и сами их уложим.

Перси повернулся к парням, стоящим позади нас и спросил:

— Может, разойдемся по-хорошему, парни?

— Оставьте девочек и можете быть свободны, — ответил один из них.

— Вы же понимаете, что девушки сами не захотят остаться с вами.

— Кто их будет спрашивать… — добавил другой, и они рассмеялись.

— Джексон, оставь свое красноречие для переговоров, — произнёс Нико, — дай повеселиться.

— Ну, давай. Что с тобой сделаешь, Ди Анджело, — усмехнувшись, произнёс Перси и сделал шаг вперёд к парням.

Мы отбежали метров на десять в сторону и теперь наблюдали за стычкой.

Двое на одного и, разумеется, ни о какой этике не могло быть и речи, драться по очереди противники не собирались. Я увидела, как один из парней схватил Перси сзади за шею, пока второй прицелился наносить удары, но Перси не дал этого сделать, отбросив второго ногой, первого он перекинул через плечо. Переместив взгляд на Нико, я увидела, насколько у парней разная тактика. Если Перси уклонялся от ударов, то Нико их отбивал. Его руки словно летали, защищаясь от ударов противника. Сам же он бил ногой. Мне внезапно показалось, что я смотрю боевик, настолько отточенными были движения наших парней. Мне оставалось только догадываться, где они научились так драться.

— Теперь я хочу его ещё больше, — услышала я голос Талии, с восхищением наблюдавшей за Нико.

Пайпер хохотнула:

— Кто о чем, а Талия все об одном.

— А разве вас это не заводит, девочки? — спросила Грейс, проигнорировав комментарий подруги.

— Лично меня, нет, — ответила я, но в глубине души согласилась с подругой. В том, как дерутся парни, есть что-то завораживающее.

Тем временем, Нико разобрался со вторым парнем и крикнул Перси:

— Джексон, вырубай его! Это ж тебе не девочка, чтобы устраивать долгую прелюдию.

Перси будто бы усмехнулся, после чего поднырнул под рукой парня, развернулся, нанёс пару ударов в живот и оттолкнул ногой в сторону вертикальной опоры. Парень ударился об неё и затих.

Едва последний противник был повержен, в дверях паркинга показался Джейсон, которому Талия все-таки отправила сообщение.

— Что? Уже все? Мне не оставили? — с улыбкой спросил парень.

— Как видишь, — ответил Перси и, усмехнувшись, добавил, — поэтому можешь возвращаться обратно к своей спутнице.

— Ой, да ну её. Вы меня спасли. Представляете, на мои речи о пирамиде Маслоу*, она поинтересовалась в какой части Египта она стоит.

Парни засмеялись, а Ди Анджело добавил:

— А просто потрах… — он осекся, видимо, вспомнив о нас, — провести с девушкой время ты не можешь, Грейс?

— Я, знаешь ли, люблю поговорить за утренней чашечкой кофе.

Неожиданно я увидела, что Пайпер сделала несколько шагов в сторону парней.

— А не приходило ли тебе в голову, Джейсон Грейс, — с иронией начала она, — что девушка просто не захотела удовлетворить твои потребности, стоящие на нижней ступени пирамиды Маслоу, и мастерски отшила тебя, притворившись дурой. Или наоборот, она притворилась дурой, чтобы ты почувствовал всю значимость себя. К чему я это? Ах, да. Вначале научись видеть то, что скрыто за внешней оболочкой, а потом уже суди о человеке.

Закончив монолог, Пайпер резко развернулась и вернулась к нам.

— Бесит, — прошипела она сквозь зубы.

Я взглянула на Джейсона и увидела, как он собирался что-то ответить, но Перси ткнул его в бок, а Нико отрицательно помотал головой и что-то тихо произнёс, старательно пряча ироничную улыбку.

— Ну, что, девочки, поехали? — спросил Перси спустя минуту, когда парни подошли к нам.

— Ди Анджело, подбросишь меня? — спросил Джейсон.

Нико приподнял брови, но промолчал. Затем он подошёл к Талии и поцеловал ей руку, что-то тихо сказав, на что моя подруга улыбнулась и томно произнесла:

— Разумеется, мистер Ди Анджело.

После всеобщего прощания, мы сели в автомобиль Перси, и я с удовольствием вытянула ноги вперёд.

Перси пропустил вперёд мотоцикл с Нико и Джейсоном, и стал выезжать с парковки, когда справа раздался рев мотора. Повернув голову, я увидела, что на нас несется огромный внедорожник марки БМВ.

Перси выругался и резко нажал на газ. В последний момент внедорожник пролетел за нами.

— Что это было?! — воскликнула Талия.

— Ваши воздыхатели. Видимо, очнулись, — ответил Перси. — Все пристегнулись? Нас ждёт быстрая поездка.

Мы быстро выехали с парковки, БМВ последовал за нами. Мы поравнялись с ним на светофоре. Окно со стороны пассажира в БМВ поползло вниз, Перси тоже опустил стекло.

— Отдай девочек. Теперь ты точно нам их должен, — произнес парень, показывая на разбитое лицо.

— Вы драться то не умеете, куда вам с девочками общаться. Тем более, — Перси сделал паузу, — с такими красивыми.

— Мы сами разберёмся, что нам делать. Не послушаешь нас, будет хуже.

— Сначала догоните, — произнес Перси и закрыл окно.

Я взглянула на него. Перси был сосредоточен и серьёзен, но вместе с тем я заметила огонёк в его глазах. Он переместил руку на кулису и перевёл коробку передач в ручной режим управления. Уголок его губ дернулся в ухмылке, взревел мотор, и мы резко сорвались с места.

Нью-Йорк никогда не спит и даже в три часа ночи дороги не были полностью свободны. Автомобиль Перси петлял между другими автомобилями из ряда в ряд. Я кинула взгляд на спидометр. Шестьдесят километров в час. Ауди продолжала набирать скорость. Перси периодически дергал кулису, и я понимала, что он переключает передачи. БМВ не отставала. Сто двадцать километров в час. Мы играли в шашки, но, если Перси делал это осторожно, никого не подрезая, то парни на БМВ не считались ни с кем. Сто пятьдесят километров в час!

Я вжалась в сидение.

— Бет, возьми мой смартфон, — Перси кивнул на торпеду, где был прикреплен гаджет, — найди в контактах «Хулиган в законе» и набери его.

— Оригинальное прозвище, — хохотнула Талия.

— Ты бы знала, какое у Ди Анджело, Грейс, — хохотнув, произнес Перси.

— Я так понимаю, ты не скажешь.

— Конечно, нет. Испугаешься еще.

Тем временем, я нашла нужный контакт и нажала на соединение. На бортовом компьютере отобразился вызов, и через несколько гудков автомобиль наполнил незнакомый голос:

— Джексон, неужели это ты!

— Привет, Дэни. Прости, не до болтовни. Ты работаешь?

— Да.

— Клиента хочешь? Устроил пару аварий на Пятой авеню.

— Я все там же. Загоняй. Оставлю коридор, — усмехнулся невидимый собеседник.

— Заметано. Я на серой ауди, — произнес Перси, завершил вызов, и, не отрывая глаз от дороги, произнес:

— А теперь принесем пользу обществу, девочки. Очистим город от четверых уродов. Держитесь крепче.

Закончив фразу, парень резко повернул руль вправо, одновременно дергая ручник и отправляя ауди в занос. Нас несло прямо в панорамные окна салона красоты, когда Перси нажал на газ и выровнял автомобиль.

БМВ последовал за нами.

Ауди стала петлять по улочкам, когда впереди я увидела припаркованные фуры. Оказалось, что мы въехали в промзону. Автомобиль Перси набирал скорость, мы ехали прямо на тягачи.

— Перси, что ты делаешь? Мы же врежемся, — выдавила я из себя, снова вжимаясь в кресло.

— Не врежемся, Бет, — абсолютно спокойно, ответил Перси. — Если боишься, закрой глаза.

Но я не закрывала. Автомобиль набирал скорость, и мы неслись прямо на фуры. Пайпер, сидящая за мной, крепко вцепилась в моё кресло, я же перестала дышать. В последний момент я увидела, как свернулись зеркала ауди, и она пролетела между тягачей на расстоянии около десяти сантиметров с каждой стороны. Едва мы выскочили из ловушки, Перси нажал на кнопку и разложил зеркала.

— Ах, недоработка, — иронично начал Джексон, — нужно написать инженерам ауди, что на скорости 170 километров в час зеркала плохо раскладываются.

Перси притормозил, и, обернувшись назад, я увидела, что наших преследователей зажали в ловушке полицейские. Сзади раздался истерический смешок. А следом мы все хохотали.

— Я ненавижу тебя, Перси Джексон, — вытирая выступившие от смеха слезы, произнесла я.

— Звучит, как признание в любви, — хохотнув, сказал он.

— Иди ты знаешь куда…

Перси рассмеялся и снова нажал на газ. В этот момент, его смартфон оповестил о входящем звонке.

— Да, Дэни.

— Я твой должник, Персей. Мы этих уродов два месяца поймать не могли. Где ты их нашел?

— В ночном клубе. Не к тем девочкам приставали.

— Как раз за девочек мы их и искали. В общем, спасибо. Не пропадай.

Перси попрощался с Дэни, и я спросила:

— Он полицейский?

— Да. А когда-то был отъявленным хулиганом, — усмехнулся Перси и добавил, — все мы взрослеем.

Я усмехнулась и устало откинула голову на подголовник. Перси петлял по закоулкам Нью-Йорка.

— Ты хорошо знаешь город, Перси, — услышала я голос Пайпер.

— Как свои пять пальцев, — улыбнувшись, ответил парень, — например, эта улочка, по которой мы едем, называется переулком влюбленных.

— Почему? — поинтересовалась Талия.

— Здесь только офисные здания, нет любопытных глаз. Поэтому ближе к ночи сюда приезжают влюбленные парочки на автомобилях. Это еще один плюс в пользу автомобиля перед мотоциклом, — закончил парень и с иронией посмотрел на Талию.

— Умный, я смотрю, — съязвила Грейс.

Перси лишь усмехнулся.

Вскоре мы выехали на трассу, ведущую к нашим домам. Шум мотора убаюкивал, и я невольно закрыла глаза, провалившись в сон.

***</p>

Посреди сна, мне слышался тихий шёпот:

— Бет, мы приехали.

— Да-да, ещё минутку. Ещё одну.

Смешок.

Кто-то нежно погладил меня по щеке.

Как приятно. Мои губы невольно тронула улыбка.

Снова смешок.

— Такая милая…

А потом я потеряла опору и стала размеренно покачиваться, прижимаясь к чему-то теплому, с приятным запахом моря. Вскоре моя голова коснулась чего-то мягкого, тело окутало тепло, и, ощущая мимолетное прикосновение к своему лбу, я окончательно провалилась в сон.

***</p>

Наверное, вам знакомо чувство, когда вы спите и понимаете, что на вас кто-то смотрит. Именно это чувство и разбудило меня. Я приоткрыла глаза, но никого около себя не увидела, осталось лишь ощущение того, что кто-то тихо прикрыл дверь.

Я приподнялась на локтях и осмотрелась. Комната не была похожа на гостевую, она выглядела уж слишком обжитой.

Где это я? Такой комнаты в доме Талии я не помню.

Я откинула голову на подушку и почувствовала знакомый приятный аромат. Настолько приятный, что захотелось уткнуться носом в подушку и глубоко вдохнуть. В моей голове будто щелкнуло. Неожиданно я поняла, кому принадлежит эта подушка, кровать и этот запах. Я была у Перси, в его комнате.

Хм. Почему я здесь? Помнится, Перси должен был отвезти меня к Талии.

Я откинула мягкое покрывало с изображением дельфинов и, поднявшись с постели, оглядела себя. Я была в одежде и, судя по тому, что второй подушки на кровати не было, спала я одна.

Ну, было бы странно, если бы Перси раздел меня и вообще спал бы со мной.

На прикроватной тумбочке я заметила свою сумочку, чистое полотенце, новую зубную щетку и пенку для снятия макияжа.

Крестная, я люблю тебя.

Я снова осмотрелась. Комната была достаточно светлой и уютной. Разумеется, здесь преобладал синий цвет. Обои, занавески, рулонные шторы, скрывающие утренний солнечный свет, — все было синего цвета разных оттенков. После того, как семья Джексон переехала в новый коттедж, я ни разу не была в комнате Перси. На письменном столе лежал ноутбук, какие-то документы и ежедневник. Не понимая, зачем я это делаю, я открыла его и всмотрелась в мелкий почерк. Здесь были деловые записи. А что я, собственно говоря, хотела увидеть. Закрыв ежедневник, я прошла к стеллажу. Помимо нескольких кубков, дюжины медалей и еще большего числа грамот, полученных Перси в соревнованиях по плаванию, здесь было очень много фотографий. Я быстро пробежала глазами по тем, на которых был запечатлен Перси со школьными друзьями и с соперниками по плаванию, и остановила внимание на тех, где были запечатлены мы с Перси. Я помнила, как было снято каждое фото, за исключением одного. Я взяла рамку в руки. На вид мне лет пять, и я сижу рядом с Перси на диване в гостиной бабушки и дедушки. Он смотрит на меня и улыбается, в то время как я кокетливо поправляю бант. Видимо, это какой-то праздник, потому что на мне надето белое пышное платье, кружевные гольфы и туфельки. Перси же был в смокинге.

Интересное фото. Нужно будет спросить о нем у Перси.

Я поставила рамку на место и перевела взгляд на другое фото. Сердце защепило от тоски. Это было последнее фото с бабушкой перед тем, как она слегла с болезнью. Был день ее рождения, и она попросила сфотографироваться с ней и дедушкой. С Перси в то время мы общались крайне мало. Мне было одиннадцать, ему шестнадцать. Я еще мало что понимала во взрослой жизни, а он вовсю пытался в нее играть.

Отведя глаза от шкафа, я наткнулась взглядом на свои босоножки, аккуратно стоящие недалеко от двери.

Что ж, пора выходить. Я взяла вещи с тумбочки и прошла в ванную комнату, где быстро привела себя в порядок.

Спустившись на первый этаж, я подошла к кухне и услышала голоса.

— Перси, у тебя опять болит шея? — спросила Салли.

— Все в порядке, мам. Просто мне нужно для разнообразия поспать в своей постели, а не в кресле самолета или на диване в кабинете.

Значит, Перси спал в кабинете.

— Доброе утро, — бодро поздоровалась я, заходя на кухню.

Ответом мне были не менее бодрые голоса и улыбки. Правда, дядя, хохотнув, спросил:

— Что будешь пить, дорогая племянница? Кофе или что-нибудь покрепче?

— Дон! — возмутилась Салли.

— Я же не в обиду, — дядя расплылся в обезоруживающей улыбке, и я не сдержала свою в ответ.

— Пожалуй, кофе. Спасибо Перси за отсутствие похмелья, — произнесла я, присаживаясь рядом с парнем.

Перси весь вечер подкладывал мне в тарелку закуску, не переставая говорить: «Ешь, Бет».

— Пожалуйста, — ответил он, улыбнувшись, и спросил, — как спалось?

— Хорошо, — ответила я, — правда, я не поняла, почему я оказалась здесь, а не у Талии.

Перси хохотнул.

— Скажем так, когда я привёз вас с Талией в дом Грейсов, разбудить твою подругу было просто невозможно. Впрочем, как и тебя. А поскольку Джейсон только вчера прилетел, он просто не знал, где тебя устроить. Поэтому я привёз тебя сюда.

— Боже! Я чувствую себя куклой, которую возили туда-сюда, — произнесла я и стыдливо закрыла лицо руками.

— Перестань, Аннабет, — услышала я голос Салли, — это самое безобидное, что может быть.

Я подняла на неё глаза, женщина улыбалась:

— Главное, в такие моменты жизни быть рядом с тем, кому ты полностью доверяешь.

— Ты бы видела Перси после празднования его совершеннолетия, — добавил дядя, улыбаясь.

— Только давай без подробностей, пап, — попросил Перси.

— Да какие уж тут подробности сын. Мечтал встретить утро в объятиях красивой девушки, а в итоге обнимался с унитазом, — закончил дядя.

Я не сдержала смех. Перси попытался было обидеться, но тоже рассмеялся.

Дядя отпустил ещё пару шуток в сторону сына, на что Салли тихо произнесла «Два сапога — пара», и вскоре мы спокойно пили кофе с омлетом и сандвичами. Внезапно я осознала, что даже дома мне не было так уютно, как здесь, на кухне семейства Джексон, а с дядей и тётей мне общаться комфортнее, чем с родными мамой и папой.

Будто прочитав мои мысли, дядя задал вопрос:

— Поймите правильно, я нисколько не против того, что Аннабет ночевала у нас, но почему ты, Перси, не отвёз её домой?

Парень кашлянул и ответил:

— Во-первых, не хотелось попадаться на глаза тёте, а, во-вторых… — Перси посмотрел на меня.

Я отложила вилку с ножом и рассказала о сцене с Люком.

Дядя устало провел пальцами по лбу и произнес:

— Когда же, Аннабет, твоя мама поймет, что ты — не она…

— Что ты имеешь в виду? — спросила я у дяди.

Какое-то время он не отвечал. Старший Джексон задумчиво пожевал губу, после чего перевел взгляд с меня на Перси и обратно.

— Хорошо. Я расскажу вам. Заодно ты, Перси, поймешь, почему тётя так предвзята к тебе. Но с одним условием. Вы пообещаете мне, никогда и ни при каких обстоятельствах не упоминать об этом. Минерва не должна знать, что вы в курсе. Договорились?

Мы с Перси синхронно кивнули.

Дядя внимательно посмотрел на меня и сказал:

— Твоя мама, Аннабет, не всегда была такой чопорной и властной, как сейчас. Да, она всегда была гордой и серьёзной, но ей не были чужды чувства. Ты очень похожа на неё. На ту Минерву, что была раньше.

Дядя сделал паузу, вздохнул и начал рассказ.

— Наша компания состояла из четырёх человек: Минерва, я, Миранда и её брат Ричард. Ричард и Миранда были того же возраста, что и мы с сестрой. Мы с Ричардом были главными заводилами. Девочки же вытаскивали нас из неприятностей и остужали наши горячие головы. Знакомо, правда?

Мы с Перси переглянулись.

— Это была крепкая и, как тогда казалось, нерушимая дружба. Когда я и Ричард поступили в университеты, наши родители решили отметить это событие. Мы решили провести уикенд на природе. Возвращаясь назад, отец наших друзей уснул за рулём, вылетел на встречную полосу и столкнулся с тягачом. Выжил только Ричард. Смерть единственной подруги стала первым ударом для Минервы, да и не только для неё.

Но время шло. Я уехал учиться в Кембридж, через три года Минерва присоединилась ко мне, Ричард учился в Вашингтоне. Спустя пять лет после аварии мы снова встретились. Ричард собирался поселиться в столице и приехал в Нью-Йорк, чтобы уладить вопросы с недвижимым имуществом и заодно погулять на нашей с Салли свадьбе. Когда Ричард увидел Минерву, он потерял дар речи.

Дядя украдкой бросил взгляд на Перси и продолжил:

— Помню, я долго подшучивал над ним по этому поводу. Через неделю мы с Салли поженились и уехали в кругосветное путешествие. Вернувшись через месяц, я застал Ричарда на чемоданах. Он продал дом родителей и возвращался в Вашингтон, где, как оказалось, его ждала весьма перспективная невеста. Мы расстались на дружеской ноте, договорившись не терять друг друга.

Дядя сделал глоток кофе и произнес:

— А ещё через неделю ко мне пришла Минерва… В слезах, с положительным тестом на беременность.

Я удивленно вздохнула. Боже.

— Ричард обманул её. Говорил о любви, прекрасно зная, что вскоре уедет. Предал и её, и меня.

Мне показалось, что в глазах дяди блеснули слезы.

— Первым же рейсом я полетел в Вашингтон. Нашёл его и прямо с порога дал ему в морду. А он… Он лишь посмеялся в ответ…

Смерть родителей и сестры изменили его до неузнаваемости. Но это не оправдание.

— И что ты сделал, пап? — неожиданно глухим голосом спросил Перси.

— А что бы ты сделал, Перси?

— Убил бы.

— Вот и я хотел убить. Наносил удар за ударом, пока перед глазами не увидел лицо твоей мамы. Остановился. Подумал, что я делаю? Сяду я сейчас, а кто моего ребёнка растить будет? Мама уже беременна была.

Мужчина немного помолчал.

— Я отомстил Ричарду, но другим способом. Я поехал к его будущему тестю, крупному банкиру и все ему рассказал. И он поверил. Ричарду пришлось уехать из США. Он поселился в Европе, но, насколько я знаю, жизнь его не задалась. Три года назад он умер.

— А что мама? — тихо спросила я.

— Мы рассказали обо всём матери. Отцу не говорили, и он так и не узнал, почему Минерва изменилась. Сестра сделала аборт и вскоре вернулась в Кембридж, полностью посвятив себя учёбе. Думаю, она вообще не хотела выходить замуж, но во Фредерике нашла то, чего ей не хватало — спокойствия. Им всегда было интересно вместе, но любви у них не было никогда. Я, признаться, был удивлен, когда появилась ты, Аннабет.

Дядя снова помолчал.

— Минерва любит тебя, Аннабет. И она очень боится, что ты можешь ошибиться так же, как она. Я много раз ей говорил, чтобы она не сравнивала, — дядя перевел взгляд на Перси, и парень внезапно продолжил:

— Тётя видит во мне его?

— Да, — кивнул дядя.

— Но почему?! Ведь я твой сын, и она должна видеть во мне тебя, своего брата.

— Все верно, Перси. Тётя очень любила тебя и к твоим шалостям относилась спокойно, говоря, что ты — моя копия. А потом вы подросли, Аннабет стала вытягивать тебя из неприятностей, участвовать в твоих не всегда безопасных шалостях, и, разумеется, Минерва изменила свое отношение к тебе.

— Но это глупо! — воскликнула я. — С какой стати маме видеть в Перси того, кто может обмануть меня? В конце концов, мы брат и сестра и, если бы не это завещание, то мы бы даже и не подумали…

Дядя и крестная одновременно рассмеялись.

— Это глупо, Аннабет, ты права, — улыбаясь, начала Салли, — а особенно, глупо воспринимать всерьез слова ребенка и начинать из-за них предвзято относиться к нему.

— О чем ты? — спросил Перси.

Салли снова хохотнула и спросила у сына:

— Помнишь фото, где вы вдвоем сидите на диване, и Аннабет кокетничает?

— Да. Мне лет десять на нем.

— Все верно. А помнишь, что ты сказал тогда?

Перси отрицательно помотал головой.

— Было Рождество, — снова заговорила Салли, — мы все собрались у бабушки с дедушкой, поздравили друг друга, съели вкусный торт и разошлись кто куда, разговаривая на разные темы. Вы знаете, самые лучшие, живые кадры получаются тогда, когда люди не знают, что на них направлена камера. И тут я увидела вас. Пятилетняя Аннабет жеманничала, поправляя свой бант, а ты, смотрел на нее и улыбался. Едва я сделала кадр, — Салли снова не сдержала смех, да и дядя, как я обратила внимание, стал улыбаться, — ты, Перси, говоришь: «Боже, Бет. Ты такая хорошенькая. Я женюсь на тебе, когда мы вырастем».

Я перевела взгляд с дяди на тетю и обратно, а потом рассмеялась. Справа тоже раздался смех. Спустя примерно минуту, Перси произнес:

— Когда у меня будет сын, я обязательно скажу ему не обещать жениться, потому что лет через десять ему припомнят его слова.

Я снова рассмеялась, а после сказала:

— Никто тебя не тянул за язык, Рыбьи мозги.

— Да что вы говорите, мисс Чейз, — Перси повернулся ко мне. — Допивайте ваш кофе, поедем в ювелирный.

— Куда?! — я чуть не подавилась.

— А не вы ли вчера заявили, что не пойдете за меня замуж без кольца с бриллиантом? — вздернув брови, спросил Перси.

Хм. Было такое, припоминаю.

Я тоже вздернула брови и в тон ему ответила:

— Вы сошли с ума, мистер Джексон. Я пошутила.

— В каждой шутке есть только доля шутки, — произнес Перси и, изогнув губы, добавил, — никто не тянул тебя за язык, Воображала.

— Я тебе припомню, Рыбьи мозги, как использовать слова пьяной девушки.

Он захохотал.

— Шутки шутками, Чейз, а нам, действительно, нужно съездить за кольцами.

Точно.

— Не сегодня, Перси. Мне вначале нужно поговорить с мамой. Я удивляюсь, как она еще в розыск меня не объявила.

— Это как раз не удивительно, — услышала я голос дяди, — в твоем смартфоне, наверняка, стоит программа, показывающая маме, где ты находишься.