Глава 18 (2/2)

— Его состояние, крайне нестабильное. Он может проявлять агрессию, либо быть, словно другой человек. Эти стадии бывают финальными, маги не всегда могут это контролировать. Магия сама по себе нестабильная, если не уметь ее сдерживать. — Вальбурга переглянулась с Лестрейндж. — Я так понимаю, что у него это уже было?

— Да… в саду результат его агрессии. Удивляет, если признаться. — Беллатрикс хмыкнула, внимательно смотрела на труп Гойла, глубоко вздохнула. — Теперь понятно, почему у него так легко получилась Авада, да и круцио.

Нарцисса посмотрела на сестру, которая была погружена в свои мысли, не обращая на них внимания. Лестрейндж действительно думала о Поттере, понимая, что не хотела бы его смерти… Женщина совершила ошибку, за которую ненавидела себя.

Беллатрикс все же привязалась к Гарри, как бы не хотела этого, но парень стал ей тем, кем не должен был стать.

Поттер тихо, что-то проговорил, привлекая к себе внимание. Когда Гарри открыл глаза, всего на пару секунд, Вальбурга заметила, что вместо его зелёных глаз, они стали чёрными, как и сами яблочки тоже. Малфой тоже видела это все, глубоко вздохнула.

— И что ему теперь делать?.. — Голос подала Лестрейндж, продолжая смотреть в окно, не желая смотреть на них, особенно на Поттера. — Гроб колотить? — Беллатрикс плотно стиснула зубы, слыша их скрежет. — Иронично, Авада его не убила, а эта херня легко… — Женщина усмехнулась. — Тоже мне. Мальчик-Который-Выжил. — Вальбурга зло посмотрела на племянницу.

Пытаясь не думать о всем этом, что ей к черту не нужно, Беллатрикс прикрыла глаза, глубоко вздохнула. Когда женщина вновь открыла глаза, слегка приподняла свою бровь, заметила грифона Поттера, который выбрался из своего вольера, сейчас спокойно гулял по саду, наткнулся на тело Гойла.

Аякс рос довольно быстро, и уже дорос до груди Беллатрикс, хотя женщина редко к нему подходила, дабы не провоцировать судьбу.

Наблюдая за тем, как грифон стал поедать Гойла, Лестрейндж скривила свои губы, отвернулась, посмотрела на сестру, которая внимательно следила за Беллатрикс, прищурив свой взгляд.

Лестрейндж молча прошла к креслу в углу комнаты, села в него, откинувшись на спинку. Вальбурга не смотрела на Беллатрикс, леди Блэк не сводила взгляда с Нарциссы, надеясь, что женщина поможет Поттеру, и с парнем все будет хорошо, потому что, Вальбурга хотела лишь этого и не более.

— Помнится в хранилище Блэков, был специальный кулон, который надевали проблемным детям, что помогал им контролировать магию. Я думаю, что Поттеру это может помочь. Но это не исключает того факта, что он должен гонять себя, пока не освоит всю эту силу… другого выхода я не вижу. Правда, есть факт того, что он может стать сквибом, если не начнёт тренировки. — Женщина вздохнула, поднялась на ноги. — Если магическое ядро лопнет, он станет… прости за эти слова, тётушка. Но он станет овощем, никем. — Нарцисса посмотрела на Поттера, хмыкнула. — Но нельзя отрицать того, что он силен, если бы было наоборот, давно бы умер. Я сделала все, что было в моих силах, теперь я удалюсь, Беллатрикс, за мной.

Тон Нарциссы, которым она обратилась к женщине, Лестрейндж знала очень хорошо, что заставило закатить глаза.

Поднявшись на ноги, Беллатрикс не посмотрела на Вальбургу, которая сжимала ладонь Гарри, взволнованно смотрела на внука, молча вышла из комнаты, закрыла за собой двери.

Спустившись вниз, Лестрейндж посмотрела на сестру, что серьёзно сверлила Беллатрикс взглядом, явно требуя объяснений тому, что только что видела Малфой.

Усмехнувшись, женщина прошла к дивану, попросила сестру сесть рядом. Лестрейндж точно не знала, как рассказать все это так, чтобы Нарцисса не придумала себе лишнего.

Посмотрев на камин, Нарцисса не стала выпытывать у Лестрейндж обо всем, ожидая, пока женщина сама все расскажет сестре.

Беллатрикс прикрыла глаза, положив голову на спинку дивана, подбирая нужные слова для рассказа, который не такой уж и короткий выйдет, чтобы полностью объяснить все Малфой.

— Ну, как-то так получилось. —Беллатрикс повернула голову на сестру, усмехнулась. — Ну серьёзно, Цисси. Я тут вообще в плену была, потом шло время. Видела его лицо? Это я постаралась, да и Хатиса тоже. Так же, чуть не задушила Поттера, порезала ему спину, била по лицу, пытала круциатусом. Тут весьма весело однако. — Нарцисса серьёзно смотрела на Лестрейндж, глубоко вздохнула. — Мальчишка снял действия метки, убил Рудольфуса и Гойла сегодня. — Беллатрикс хмыкнула.

— Да что ты? А ты своей головой подумала, что будет с тобой, если тёмный лорд узнает обо всем? — Беллатрикс пожала плечами, совсем не желая думать об этом. — Ладно с этим Поттером. Вопрос в другом. Какого черта, там наверху, стоит живая Вальбурга?! — Вот как раз этот вопрос, волновал Нарциссу, куда больше остального.

— М… это все Поттер. Вот здесь, я совсем не виновата, если ты это имеешь в виду. Этот идиот её вернул. — Беллатрикс посмотрела на потолок, рассматривая рисунки. — Теперь ты знаешь все, что я старалась скрыть от тебя, но не получилось. Спасибо тебе, что помогла мне.

— Зачем? Что тебе это даёт? Ты привязалась к мальчишке, так ведь? — Лестрейндж стиснула зубы, фыркнула. — Ну конечно. Только мне интересно, почему Поттер помог тебе с меткой, убил Рудольфуса. Что здесь происходило?

— Да ничего такого. Просто я объект обожания, вот и все. Поттер влюблен в меня, насколько я поняла, уже чуть больше года. — Нарцисса прикрыла глаза, прекрасно понимая мотивы женщины.

— Ты действительно решила, что если это не получилось с Волдемортом, то станешь править, благодаря ему? Ты с головой после Азкабана, совсем перестала дружить? Беллатрикс, его ищет министерство, Пожиратели, а ты тут решила на нем выехать на вершину? Поттер почти не жилец, о чем может идти речь?

Беллатрикс слегка усмехнулась, веря в то, что Поттера и смерть в могилу не затащит, не то, чтобы какой-то магический передоз.

Что выводило Лестрейндж из себя, так это проницательность Нарциссы, которая всегда умела читать, что написано на лице Беллатрикс, как бы женщина не старалась это все скрывать, но не выходило.

Поднявшись на ноги, Нарцисса серьёзно посмотрела на Лестрейндж. Решив ничего больше не говорить, Малфой молча направилась к камину, даже не попрощалась со старшей сестрой, исчезла их поместья.

Беллатрикс понимала настроение Нарциссы, и винить женщину в этом не могла, потому что Лестрейндж знала, что сама совершает ошибки.

Но Беллатрикс хотелось этого.

Хотелось увидеть то, куда заведут их взаимоотношения с Поттером. Что будет из всей этой затеи, если и вовсе получится, чего Беллатрикс не знала.

Лестрейндж прекрасно понимала, что вся эта затея, была сама по себе странной, обречённой на провал.

Но, если Беллатрикс возьмёт все под контроль…

Поттер преподнесет Лестрейндж то, чего бы женщина не пожелала.

***</p>

Драко уже который месяц старается привлечь внимание Гермионы, но девушка постоянно избегает Малфоя, как бы парень не старался.

Парень боялся отношений, но больше всего, было страшно упустить Грейнджер, и никогда не услышать её голоса, который стал вечно преследовать Малфоя во снах.

Малфой перепробовал все, но, Драко словно и не существовало для Гермионы, что приводило Малфоя в бешенство. Направляясь к черному озеру, где сейчас находилась Гермиона, по крайней мере, Драко так сказали.

Хотелось поговорить с Грейнджер, чтобы девушка вновь не стала бы убегать от него, что делала на протяжении, черт возьми, какого месяца.

Увидев Гермиону, что сидела на холме, свесив ноги, Малфой направился к девушке, серьёзно намереваясь выяснить то, что мучает Драко, чертовых пару лет.

Остановившись за спиной Грейнджер, парень убрал ладони в карманы, внимательно посмотрел на ведьму.

Гермиона чувствовала, что за ней стоят, но поворачиваться не хотелось. Не хотелось разговоров, кто бы это не был…

Девушка просто хотела посидеть в тишине, чтобы никто не доставал Грейнджер, хоть пару клятых минут, но видно судьбе этот расклад не понравился, и она решила внести свои правки, во все это.

Повернув голову, Гермиона устало прикрыла глаза, понимая, что тишина отменяется, как и спокойная нервная система на ночь.

Вернув свой взгляд в книгу, Гермиона не удостоила Драко приветствия, что подцепило Малфоя к ссоре, но парень сжал ладони, стараясь заткнуться и ничего не сделать.

Драко действительно боялся потерять девушку, не понимая, как и вовсе пришёл к тому, что находясь с Гермионой рядом, чувствовал себя иначе, словно в его жизни, не происходило то дерьмо, от которого Малфой желал спрятаться, всем своим нутром, мечтая о спокойствие.

Присев возле Грейнджер, Драко посмотрел на озеро, явно не желая, чтобы упасть в него. Глубоко вздохнув, Малфой повернул голову к Гермионе, первые пару минут, молча наблюдал за тем, как девушка читает, погрузившись в строки книги.

В эти минуты, парень понял, что чёртово волшебство, явно не то, что многие привыкли видеть.

Это не заклинания, сила которых способна забрать жизни. Даже не зелья, что способны вылечить недуг, всего за пару дней, а то и часов. Малфой видел волшебство, в изящных чертах лица девушки.

В её глазах, которые блестели, когда девушка смеялась, обсуждая, что-то весёлое. Драко лишь в Гермионе видел то, что заставляло его дыхание спирать, а сердце стучать так, словно оно вот-вот выскочит.

Грейнджер устало вздохнула, повернула голову к Малфою, даже не желая ссориться, потому, что в этом уже не было смысла. Драко не отступал, словно знал, что в конечном итоге, все равно добьётся Гермиону, чтобы ему это не стоило… Малфой желал этого, так сильно, что кости сводило, принося боль.

Драко всегда брал то, что лишь хотел. Последние года два, Малфой безумно хотел Грейнджер, но ведь девушка не вещь и парень это понимал.

Как бы странно это не звучало, для человека, что вечно издевался над девушкой. Но, Драко уважал Грейнджер, завидуя девушке с первого курса.

Малфой знал, точно знал, что если бы не его блядский характер, из-за которого Гермиона стала ненавидеть парня, все было бы иначе, все было бы проще. Драко сам виноват, Малфой никогда не отрицал этого, но осознание вряд ли поможет в том, чтобы добиться внимания Грейнджер, как бы парень не старался.

Смотря на ладонь Гермионы, которая лежала на траве, Драко стиснул зубы, проклиная всех богов, что создали боль, исходящую от любви. Вздохнув, Малфой осторожно накрыл ладонь Гермионы своей, ожидая криков, либо ссоры, но ничего не было, что удивило Драко.

Грейнджер сидела молча, даже не старалась убрать ладонь, либо скривить губы в отвращение. Девушка просто устала от всего, что происходило в её жизни.

Рон прилично трепет ей нервы, что на Малфоя, у Грейнджер их и не оставалось, даже при всем желание. Не хотелось ничего, просто побыть одной.

Вновь повернув голову к Драко, Гермиона посмотрела на парня так разбито, отчего у Малфоя пересохло во рту, а все внутри сжалось так сильно, на что парень лишь стиснул зубы, убирая свою ладонь.

Лучше бы Грейнджер накричала на него, обозвала, сделала бы хоть, что-то… Но из-за этого взгляда Гермионы, хотелось ослепнуть.

— Мне просто плевать, Малфой… я устала от вас всех, особенно от тебя. Нет смысла гнать тебя, ты конченый баран, не более. — Признаться самой себе, Драко был тем, кто нравился девушке, но после столькой гнили, которую Малфой выливал на Гермиону, Грейнджер просто закрыла эти чувства. — Хочешь сиди, хочешь уходи… мне плевать, главное не открывай свой рот, иначе я сброшу тебя в озеро. — Драко слабо усмехнулся.

— О, тебе бы понравилось это зрелище, особенно, когда я начал бы тонуть в нем… потому что, плавать не умею. Ужасно боюсь воды, это с маленького. — Парень вздохнул, отвёл от Грейнджер взгляд. — Так что.

— Мне плевать, что у тебя там за травмы с детства. Я сказала, чтобы ты закрыл свой рот. Я читаю, а говорить с тобой, особо не хочется. — Малфой выгнул бровь, хмыкнул. — Удивлён, что я до сих пор не растаяла? Попробуй на костре меня поджечь, а после вновь признаться. — Гермиона посмотрела на парня. — Но даже в шаге от смерти, я откажу тебе… ты не заслуживаешь любви, твоя душа грязная, словно болота. Прости, но я не хочу там утонуть.

— О, а ты у нас святая выходит? Чистая Гермиона Грейнджер, девочка двух мальчиков героев, которая вечно спасала их задницы, но тебя никто не благодарил, и ты даже не обижалась. Святая девочка. Твоя душа не чище, не смей меня гнобить, не зная ничего. — Гермиона лишь усмехнулись, поднялась на ноги.

— Я знаю одно. Что ты, Драко, никчёмный трус, который предаст, когда ему это будет выгодно. Ты был таким с детства, таким я тебя и запомню, даже если моя «святость», убьёт меня. — Драко поднялся на ноги следом, серьёзно посмотрел на Грейнджер. — Ты жалкое подобие своего отца, вот кто ты. Я скажу это, хоть сотню раз, потому что это правда.

— Заткнись, Грейнджер… хватит приплетать в это все, мою семью. Ты ничего о нас не знаешь, как и никто другой. — Парень явно разозлился, чего и хотела Гермиона. Чем скорее бы ушёл Малфой тем и лучше. — Тебе лишь оскорбить мою семью, хотя она тебе ничего не сделала.

— Мне плевать, вы все на побегушках у Волдеморта. Так что да, твоя семья виновата, хоть в этом к примеру. Катись к черту, Малфой, мне тошно от тебя. — Но Драко и не собирался уходить. — Замечательно, тогда я сама уйду. — Грейнджер стиснула зубы, развернулась, чтобы уйти, но Малфой схватил её за локоть. — Отпусти меня, живо! — Достав палочку, Гермиона бросила в Драко заклинание, которое отбросило парня в воду. — Идиот…

Девушке понадобилось всего пару секунд, чтобы Гермиона вспомнила, о том, что Малфой не умеет плавать.

Посмотрев на то, как Драко старался не уйти под воду, Грейнджер почувствовала за парня панику, какой раньше не ощущалось, либо Гермиона старалась не видеть этого, прятать так глубоко, что сама и забыла об этих чувствах.

Бросив книгу и палочку на землю, Грейнджер стиснула зубы, прыгнула в воду, которая сковала лёгкие девушки, сводя ноги судорогой.

Вынырнув из воды, Гермиона подплыла к Малфою со спины, обхватила Драко под грудной клеткой, пару раз уходя под воду, когда Драко старался держаться наверху, мешая этим самым Грейнджер.

— Успокойся… Драко, пожалуйста, ты нас двоих потянешь вниз. — Гермиона глубоко вздохнула, желая скорее доплыть до берега, пока Малфой наглотался воды. — Да почему, как невезение… то всегда со мной, постоянно.

Выбравшись на берег, Гермиона потянула Драко из воды, упала возле парня на колени, глубоко дышала, пытаясь восстановить дыхание. Драко находился в отключке, что насторожило Грейнджер.

Взяв палочку Малфоя, Гермиона прочистила дыхательные пути Драко, положила ладонь на его щеку, внимательно посмотрела в глаза парня.

Малфой закашлялся, продрогнув до нитки. Приняв сидячие положение, Драко не смотрел на девушку, просто не знал, что говорить в этой ситуации.

Глубоко вздохнув, парень перевёл взгляд на Гермиону, молча смотрели друг на друга, словно два идиота, не знающие того, что им делать дальше.

— Мне не стоило приплетать твою семью… это было весьма жалко. — Гермиона вздохнула, когда Драко усмехнулся.

— Но ты все же приплела. Постоянно это делала. — Драко вздохнул. — Ну, тогда я не должен был, ущемлять тебя в том, что ты никому не нужна. Это не так, Грейнджер. — Парень стиснул зубы, убрал с лица Гермионы прилипшие волосы, вздохнул. — Ты мне нужна, так сильно, что это начинает меня раздражать. Я понимаю, что многое говорил, но я совершал ошибки… и до сих пор их совершаю, но не с тобой. Я не хочу вновь делать тебе больно.

Гермиона глубоко вздохнула, опустила взгляд на землю. Девушка хотела верить словам Драко, но это было бы глупо. Грейнджер поднялась на ноги, просто не желая здесь больше находится, направилась за своими вещами, чтобы поскорее вернуться в свою гостиную, забывая все, что сейчас произошло.

— Грейнджер, я тоже не железный. Меня тошнит уже от вечных бегов. Ты постоянно говоришь мне, что лучше умрешь, нежели будешь со мной. Ты даже не пробовала этого. Ты нужна мне, я нуждаюсь в тебе, Грейнджер. Мне легче, когда ты рядом со мной, мне так спокойнее. Прекрати убегать, я ведь хочу все решить, хватит быть ребёнком, Грейнджер, ты куда взрослее этого. — Парень направился к Гермионе.

Девушка остановилась, серьёзно посмотрела на Малфоя, когда тот подошёл к ней ближе. Прищурив взгляд, Гермиона покачала головой, понимая, что просто должна отказать Драко.

Малфой видел состояние Грейнджер, прекрасно понимал, что девушка желает просто уйти, послав парня так далеко, что Драко не найдёт дороги обратно.

Подойдя к девушке ближе, Малфой серьёзно смотрел на Гермиону, крепко сжал плечи Грейнджер. Драко не хотел отпускать девушку, боясь, что если сделает это сейчас, Гермиона действительно уйдёт, а ему придётся забыть Грейнджер.

— Отпусти меня, иначе вновь отправишься в озеро, только в этот раз, я просто уйду. — Драко усмехнулся, покачал головой, понимая, что она этого не сделает.

Гермиона дрожала, не то, чтобы от холода, больше от эмоций, которые бушевали в теле девушки, сражаясь в свирепой битве, чтобы выбрать правильную сторону.

Все это давило на Грейнджер, заставляя просто уйти, но Малфой держал Гермиону крепко. Подняв ладони с плеч на шею девушки, Драко приподнял лицо Грейнджер.

Парню было плевать на все протесты девушки, хотелось наконец поставить точку, которая сама решит. Была ли она концом обычного предложения, либо была последним штрихом в рассказе, которого больше не коснуться.

Малфой надеялся, что это не был бы поспешный поступок, который все лишь испортит…

Внимательно смотря на Гермиону, Драко крепко держал лицо девушки, коснулся её губ своими, мягко целуя, не желая проявлять грубость.

В этом поцелуе не было страсти, либо пошлости.

В этом поцелуе чувствовалось волнение Драко, который крепче прижал лицо девушки к себе.

Малфой старался быть аккуратным, погладил щеку Грейнджер, запустил ладонь в её волосы, сжимая их.

Грейнджер стояла в шоке, который медленно стал отпускать девушку. Стиснув зубы, Гермиона прикрыла глаза, ответила на поцелуй парня, но спустя секунды две, оттолкнула Малфоя, быстро подняла палочку с книгой, молча ускорила шаг, чтобы скрыться из видимости Драко.

Глубоко вздохнув, Малфой усмехнулся, провел пальцами по своим губам. Драко задрожал, но скорее от холода, чем от возбуждения, которое волной прошлось по телу парня.

Малфой чётко понял одно, Гермиона ответила на поцелуй, даже если это и было пару секунд. Но, как раз за эту пару секунд, Драко бы с удовольствием убил кого-то.

Если бы цена этого, была так высока.

***</p>

Вальбурга отправилась к Гринготтс, так как Сириуса просить было бессмысленно. Мужчина не знал, как выглядел этот амулет, так что, женщина решила сделать все сама, чтобы не тянуть время.

Приготовив палочку и ключ от сейфа, леди Блэк направилась к главному гоблину, говоря, что ей требовалось посетить хранилище.

Гоблин подавил удивление, что видел женщину живой, повёл Вальбургу в хранилище, не обмениваясь с Блэк и словом.

Открыв стальные двери, женщина вошла внутрь, сразу направилась на поиски амулета, рассматривая разные реликвии, которые давно не видела.

Хранилище Блэков было богато на всякие тёмные предметы. Министерство бы, только за хранение всего этого, могло спокойно запереть Вальбургу или Сириуса в Азкабан, но не имели на это право, как бы не хотели этого, но не вышло бы.

Остановившись возле стеклянного короба, внутри которого лежал амулет. Внимательно посмотрев на камень, что был прикреплён к чёрной цепочке.

Вздохнув, женщина забрала украшение, направилась на выход, спеша обратно к Поттеру, чтобы надеть амулет на парня.

Вернувшись в поместье, Вальбурга не обращала внимание на Лестрейндж, все ещё думая, что Беллатрикс была рада тому, что Поттер мог умереть. Злость на племянницу, возросла многократно, но это особо и не волновало Лестрейндж.

Беллатрикс не появлялась в комнате Поттера, решая держать дистанцию, отгоняя чёртовую привязанность, которая тянула женщину вниз, что не было хорошо.

Хатиса чувствовала состояние хозяйки, с интересом наблюдала за Лестрейндж, не решаясь говорить на эту тему, чтобы не драконить Беллатрикс.

Когда леди Блэк вошла в комнату Гарри, сразу направилась к парню, надела на него амулет, надеясь на то, чтобы Нарцисса оказалась права, и это помогло бы парню, хоть немного. Вальбурга не отходила от Гарри, игнорируя боль в боку, понимая, что это пройдёт само.

— Давай, Гарри, ты должен очнуться. Пожалуйста. — Женщина безумно переживала за Поттера. — Ты должен был мне сразу рассказать обо всем, зачем ты молчал, глупый? — Вальбурга прикрыла глаза, крепко сжимала ладонь парня. — Ты решил меня в могилу завести, только воскресив? Маленький паршивец. — Блэк слегка улыбнулась, погладив Поттера по щеке. — Только встань на ноги, я тебе такое устрою, дорогой, что ты от усталости будешь падать.

Поттер слабо усмехнулся, приоткрыл глаза, внимательно посмотрел на женщину, которая улыбнулась парню.

Гарри действительно просчитался, но ведь он и представить не мог, что все обернётся против него, к огромному сожалению.

— Извини, я сплоховал… такого больше не повторится, я тебе обещаю… бабушка. — Парень улыбнулся, попытался встать, но боль сковала его тело. — Как ты себя чувствуешь? Где этот ублюдок? — Поттер ничего не помнил, словно в его голове образовался пробел. — Он ведь не причинил тебе боли?

— Все хорошо, Гарри, не стоит волноваться, я правда в порядке. — Женщина облегчённо вздохнула, смотрела на парня. — Ты убил его… а твой грифон, просто съел тело Гойла. Весьма удобно, чтобы не заметать следы. — Вальбурга усмехнулась.

Гарри кивнул, устало прикрыл свои глаза. В комнату Гарри вошла Хатиса, тихо прошла к кровати парня, запрыгнула на неё, наблюдая за Поттером. Кошка была благодарна Гарри, за то, что он спасал Лестрейндж, пускай Беллатрикс и была против этого.

— Надо же, ты теперь ко мне ластишься? Как мило, Хатиса. Сперва лицо подредактировала, как твоя хозяйка, а теперь пришла проведать меня? — Хатиса, что-то мяукнула Поттеру, но парень этого не понял. — Вот бы и Лестрейндж, так же как и ты, снизошла бы ко мне.

Поттер вздохнул, больше всего, желая увидеть здесь Беллатрикс… Но судьба решила, что даже этого, он был не достоин.