Ошибки (1/2)
— Зачем вы отправили все наши силы в эти проклятые болота? — Ноа задавала этот вопрос уже в третий раз и не слышала причин останавливаться.
Ей хотелось понять логику этого поступка, предпосылки, какие-то планы, но всё, что у командующей получалось, это убедиться в том, что её собеседник клинический идиот. Сидящий перед ней Лой Шинку устало, с видом провинившегося мальчишки повторял:
— Оттуда прибыли вестовые, вы были заняты… я решил действовать…
— Вас не смутило происходящее в городе? Или другие сообщения? Из леса, например?
— Я посчитал это отвлекающим манёвром…
Командующая потёрла переносицу и покачала головой. Затем взглянула в глаза сидящего перед ней человека. Герцог, похоже, даже не понимал, в чём его ошибка.
Самое же страшное было в том, что никакой ошибки по сути не было. Ноа и до этого знала, что Шинку бездарный идиот, но тем не менее ввязалась в этот поединок, оставив командование ему. Произошедшее, как бы сильно она ни искала виноватого, не переставало быть её и только её виной.
— Свободны. Альт!
Её адъютант появился необычайно быстро с дымящейся кружкой в руках. Удивлённая Ноа решила, что он, возможно, впервые решил проявить какую-то заботу, а может, и начать выполнять свои обязанности, но когда попыталась забрать у него кофе, Альт растерянно заметил:
— Это моя.
Погода снаружи стояла практически идеальная, если не считать дыма, но тем не менее послышался громовой раскат. Верно расценивая обстановку, Альт поспешил поделиться. Грозы удалось избежать.
— Что с больными? — отпив кофе, спросила командующая.
— Срут… кхм, простите, в общем, выкопали новую отхожую яму.
Кейтлетт недовольно покачала головой и отпустила его восвояси. Командующей было откровенно не до извечных шуточек.
Её утро началось с известия о том, что треть её сил практически в полном составе недееспособны. И это в день решающего сражения! Какое-то отравление или что-то в этом роде. Ничего серьёзного, если не считать того, что солдаты на ногах едва стояли, не говоря уже о всяких нелицеприятных подробностях.
Быстрое расследование показало, что все они вечером ели вместе и одно и то же. Иначе как саботажем такое объяснить было невозможно. Чуть позже пришло запоздалое письмо от Кайла Расса. Шпион пытался её предупредить о диверсии Рора, но опоздал.
Кейтлетт долго думала, но так и не могла понять, как Рейланд пошёл на это. Он был мерзким, самоуверенным наглецом, но это было чересчур даже для него. Ноа, наверное, как никто другой знала, что у него есть свой кодекс чести. И всё же он перешёл черту.
Разумеется, Рор победил. Не только в схватке, но и в битве. Ещё бы! Треть армии недееспособна, ещё треть размазана по огромному пространству, а остальных Шинку отправил пугать лягушек. Нет, они, конечно, нашли себе противника. Небольшую кучку «солнечных», большая часть которых там и осталась, но Кейтлетт в битве потеряла в три раза больше!
Неожиданно появился Альт с письмом в руках. Судя по вскрытой королевской печати, он уже прочёл содержимое.
«Плохие новости по одной не приходят, только табунами», — подумала Ноа мрачно.
— Насколько всё плохо? — спросила она вслух.
Альт пожал плечами и что-то прикинул:
— На восьмёрку с небольшим хвостиком, — сообщил Альт.
Кейтлетт, ожидая наихудшего, взяла письмо. Оно было написано идеальным каллиграфическим почерком, который она хорошо знала ещё с детства. Он принадлежал её отцу — королевскому писарю.
«Две «северных» армии «солнечных» после переправы потерпели крупное поражение и спешно отступают. К югу армия «солнечных» попала в ловушку и вскоре будет уничтожена. Королевской волей командующей 3-й армией Тофхельма Ноа Кейтлетт приказывается отойти западнее на соединение с частями 2-й армии, а затем, приняв командование над объединенными силами, нанести решительное поражение армии Рейланда Рора.
Его королевское величество, правитель Тофхельма и всех северных земель, Король Хоаким Клык»
Ноа, не веря своим глазам, перечитала письмо, а затем ещё раз. Они побеждают! Несмотря на её поражение на других участках, «лунные» разбили противника. Если всё продолжится в таком же темпе, то через две недели они будут уже в ставке «солнечных»!
— Ты же сказал всё плохо?! — хмуро глядя на Альта, уточнила командующая.
— Вы же не уточняли для кого. Тщательнее нужно настраивать запросы…
В Альта полетела пустая кружка из-под кофе. Он попытался её схватить, но споткнулся, задел рукой свечу, та, качнувшись, упала, вспыхнул огонь, который мгновенно начал медленно, но непреклонно распространяться.
Кейтлетт вскинула бровь и оценила обстановку. После секундной оценки ситуации подхватила ценные бумаги со стола, нравящуюся ей гипсовую фигурку воина, часть одежды и, не оглядываясь на безуспешные попытки Альта исправить свою неаккуратность, которые скорее помогали огню распространяться, спокойно вышла из палатки. Караульные возле входа уже удивлённо переглядывались из-за валящего из палатки дыма.
— Пожар, — кивая им вместо приветствия, спокойно сообщила Ноа.
Заприметив какого-то капрала, Кейтлетт подозвала его.
— Немедленно разыщите капитана Шинку и остальных командиров. Передайте, чтобы войска собирались, выступаем через два часа. Всех, кто не может идти из-за, эм, слабости — на носилки.
— Будет сделано!
День выдался отвратительным, но Ноа уже не было до этого никакого дела. Впереди маячила победа и, что ещё более важно — месть. Представив себе лицо Рейланда, когда он узнает о том, что остался один на этом берегу, у неё по лицу расплылась улыбка. Награда нашла жулика!
***</p>
«Сны дают ответы, но куда важнее знать вопросы»</p> Напиток из корней мандрагоры, что сварила Миюми, оказался вкусным напитком. Но имел одно побочное свойство — в сон от него даже не клонило, а склоняло, будто меня по голове дубиной ударили. А где сон, там и очередные сны.
К вечеру очередного дня в этих проклятых, забытых всеми богами горах, на Ноа Кейтлетт вновь опустились мрачные думы о произошедшем. К тому времени как солнце село, а мы отыскали укромный закуток среди скал и разбили там лагерь, она опять начала погружаться в пучину отчаяния.
Хорошо хоть ужин приготовила — и на том спасибо. Правда, сама она, несмотря на то, что сухари выдались что надо, есть отказалась.
Понимая, что ещё немного — и завтра утром мне потребуется ещё один отряд «лунных», который застанет нас здесь и нападёт на их бывшую командующую, чтобы привести её обратно в чувство, я подсел ближе, пытаясь угадать, что же Кейтлетт не даёт покоя.
— Опять переживаешь из-за газеты?
— Да, в смысле нет, то есть уже не важно, — Ноа отрицательно покачала головой, потом пожала плечами и наконец кивнула. Выразив таким образом весь спектр переполнявших её эмоций.
— Не понял? — оставалось лишь растерянно уточнить мне.
— «Вестник» всегда был…
— Помойкой.
— М-м-м, да, пожалуй, — не без удивления в такой оценке, согласилась Кейтлетт. — Но они с такой скоростью ополчились на меня…
— Ты тут ни при чём, — заметил я, вороша угли палкой.
— С чего бы вдруг, они ведь про меня… — не поняла этого ответа Ноа.
— Им нужна не ты, а громкие заголовки, внимание читателей. Про меня, тебя, кого угодно, — поделился я своими мыслями на этот счёт. — Кроме королей. Те могут сократить их тиражи до нуля, а рост авторов — примерно на одну голову.
Ноа улыбнулась шутке, что было уже само по себе неплохим ростом, но всё же было видно, что тревожило её совсем не это.
— Волнуешься из-за семьи?
Рейланд плохо знал, что там у Ноа на личном фронте, но, как я подозревал, существовала она не в вакууме, а значит, новости с реальных фронтов могли коснуться их самым что ни на есть прямым образом.
— Не думаю, что сумею сильнее разочаровать отца, чем тогда, когда уронила на принца целый шкаф посуды, — гнусно ухмыляясь, рассказала Ноа.
— Зачем ты уронила на него шкаф?
— Он дёргал меня за косички! — судя по её лицу, она до сих пор считала это преступлением.
— Принц хоть уцелел?
— Да, но с тех пор подходит ко мне исключительно в поле зрения и медленно, — немного подумав, Ноа добавила, улыбаясь чуть шире: — а мне к нему запрещено приближаться вовсе.
— Как тебе повезло.
— Тебя вправду волнует моё состояние? — вдруг в лоб поинтересовалась Ноа.
— Ну-у-у, да.
Кейтлетт некоторое время молчала, а затем, вздохнув, призналась:
— Те егеря утром. Они напали на нас, словно я была врагом, без каких-либо раздумий.
— И?
— В смысле «и»? Ещё неделю назад я была их командующей, а у них не возникло ни капли…
— А ещё месяц назад ты проигрывала одну битву за другой, — прерывая её, напомнил я. — А эти люди молча шли дальше, не особо сомневаясь в правильности твоих поступков.
— Ну, не так уж и молча, знаешь ли, — поправила меня Ноа.
Над чем-то раздумывая, она замолчала, а затем без какого-либо предупреждения оторвалась от разглядывания костра и посмотрела мне прямо в глаза.
— А почему ты так упорно за меня сражаешься? — с намёком поинтересовалась Кейтлетт. — Не ушёл тогда, кинулся выручать, пытаешься подбодрить? Только не говори, что боишься застрять в горах!
Ответа на этот вопрос у меня не было. Точнее был, но произносить вслух его было категорически нельзя.
Правда заключалась в том, что и я сам, и Рейланд Рор в глубине души восхищались Ноа Кейтлетт. Её упорством, стойкостью, невозмутимостью. И оттого было физически больно видеть, как она под гнётом обстоятельств отрекалась от того, кто она есть.