Глава 18. Прощание (2/2)

– Урод... – прошипел Оффендер, придерживаясь за кровоточащий бок.

– Помолчал бы лучше. Тебя жизнь вообще ничему не учит? – Слендер помог подняться брату, подставив ему своё плечо. – Сплендору и так не сладко приходится, а ты ему ещё хлопот доставляешь.

– Могло быть и хуже... – Сплендор уставился на чёрное пятно на ковре, но тут же отвернулся. – Ты как?

– Как видишь, ещё живой, – Оффендер усмехнулся, пытаясь подтвердить слова, однако Сплендор ни капли ему не поверил. – Да ладно тебе! Смотри, рана уже почти зажила, – он продемонстрировал быстро затягивающийся глубокий порез и сразу же прижал его рукой. – К тому же, видел его перекошенную рожу! Это того стоило...

– Лучше бы тебе по голове зарядил, может хоть так получится мозги вправить, – Трендер впритык подошёл к недозачинщику, тыкая ему в лоб пальцем.

– Что вякнул, мелочь! – Оффендер хотел схватить младшего за палец, как тотчас получил подзатыльник от Слендера, и тот моментально успокоился.

– Сленди, можешь позаботится о брате. Тренд – вызови сюда слуг, пускай всё здесь уберут, – старший направился вверх по лестнице, собираясь уходить.

– Ты серьёзно к отцу пойдёшь? – Офф выжидающе уставился на брата, но он промолчал. Немного помедлив, он тихо проговорил. – Прости.

– Ты не виноват. Любой бы из нас не сдержался, – Сплендор повернулся к брату и как только мог добрее улыбнулся. – Поправляйся.

Сплендор ушёл на второй этаж, скрывшись за мраморной колонной, оставив своих братьев позади. С первого этажа была еле слышна глухая ругань, которая быстро прекратилась. Сплендор неохотно шагал вдоль коридора, приближаясь к кабинету отца. Он явно был недоволен предстоящим разговором, но выбора не было, ведь ему не хотелось ещё больше гневать отца. Иногда он злился на своего брата за его вспыльчивый характер, однако и осуждать не мог. Он прекрасно понимал его чувства, поэтому всегда прикрывал, стараясь замять нарастающий конфликт. Как ни как, братья были его теперь уже единственной опорой.

Дойдя до массивной двери кабинета, Сплендор, предварительно прочистив горло, сдавливаемое тугим воротником рубашки, уверенно постучал. Дождавшись равнодушного ”Войди”, он вошёл в кабинет. Отец сидел за своим рабочим столом и что-то неотрывно писал.

– Зачем меня звал? – Кабадатх отложил в сторону перо и кивком пригласил сесть в кресло возле стола. Сплендор послушно исполнил просьбу.

– У меня к тебе серьёзный разговор, – Сплендор напрягся, понимая, что этот разговор не сулит ничего хорошего. – Я считаю, что настало время для твоей первой охоты.

– Отец, я уже говорил, что не собираюсь этим заниматься!

– Меня это не волнует. Ты обязан занять место главы. Думаешь, сможешь вечность жить беззаботно? Какой же ты демон, если не способен проявить силу и жестокость!

– Не все демоны жестокие! И я не выбирал рождаться демоном! – Сплендор подскочил с кресла, всем весом облокотившись на стол.

– Замолчи! – тяжёлый кулак отца приземлился на деревянную столешницу, оставляя глубокую вмятину на ней. – Мне не хватало ещё твои капризы слушать. Завтра же отправляешься в мир людей на охоту и это не обсуждается!

– Что... В мир людей? – земля ушла из-под ног Сплендора. Он ошарашенно смотрел на отца, не понимая, говорит он это всерьёз или просто издевается над ним.

– Всё верно. Ты должен убить человека. – Кабадатх убрал со стола выбитые щепки и, будто бы ничего не произошло, снова приступил к работе.

– Но... – старший хотел переубедить отца, однако он не дал и слова сказать.

– Никаких но. Завтра, когда взойдёт звезда, чтобы уже был в подвальном помещении. А теперь свободен, – перо зашкрябало по бумаге, выводя изящные символы. Сплендор, не проронив ни слова, покинул кабинет

Внутри бушевали смешанные эмоции. Казалось бы, тебе прямо на блюдце с золотой каёмочкой преподнесли билет в столь желанный мир людей. Вот только и цена за этот билет высока. Стоит ли оно того, чтобы пойти против собственных принципов? Или всё же рискнуть? Пока он витал в своих мыслях, его окликнула знакомая фигура в конце коридора.

– Сплендор! Уже закончили? – к нему подбежал Трендер, переодетый в домашние брюки и джемпер. – Чего вызывал? – Сплендор мялся на месте, не решаясь говорить, но все же признался.

– Завтра я иду в мир людей, – Трендер удивлённо уставился на брата, не понимая причину его подавленного состояния.

– Так это же отличная новость! Почему ты не рад? Ты наконец-то сможешь увидеть людей вживую и даже пообщаться с ними! – Трендер ободряюще похлопал брата по плечу.

– Ты просто не знаешь, зачем меня туда отправляют, – Трендер замер, не зная, что сказать. В памяти всплывал только один возможный вариант.

– Неужели... на охоту? – неуверенно спросил младший, на что старший, чтобы не отвечать, прост отвернулся, подтверждая догадку брата.

– Я не хочу никого убивать... – зло прошипел Сплендор, обречённо сжимая кулаки. – Но если я этого не сделаю... – Сплендор не стал договаривать, зная, что может произойти всё, что угодно, за неповиновение отцу. Даже страшно представить, что может взбрести в голову этому монстру.

– Хмм... А как насчёт того, чтобы убивать тех, кто и так присмерти? – предложил Трендер, однако это только больше разозлило Сплендора.

– Чушь не неси! Даже если человек находится присмерти, он всё ещё является живым человеком. Я не собираюсь отнимать последние минуты чьей-то жизни.

– А если само его существование приносит страдания? – Сплендор замолк, внимательно слушая брата. – Допустим, неизлечимо больной или какой-нибудь дряхлый старик... Считай двух зайцев одним выстрелом: ты и прекратишь их мучения, и исполнишь своё задание.

– И всё же... – старший безликий никак не мог не согласиться с данным предложением. Для него оно сейчас было наилучшим вариантом. Но что-то не давало ему покоя, и он не мог понять, от чего так мерзко на душе.

– Знаю, что ты категорически против убийств. Но порой из двух зол стоит выбирать наименьшее. Если не выполнишь это задание, отец придумает что-нибудь гораздо хуже.

– Понимаю... Спасибо за поддержку. Думаю, дальше я сам справлюсь.

И опять он показывает свою широкую улыбку, как бы благодаря брата и одновременно внушая ему, что всё в порядке. Трендеру не раз приходилось видеть такую его улыбку. Он крепко обнял брата, показывая ему, что всегда будет рядом, несмотря ни на что. Ему хотелось сделать что-то большее, чтобы облегчить нелёгкую участь брата, но, к сожалению, он был мало на что способен. Сплендор обнял Трендера в ответ. Его руки мелко подрагивали, цепляясь за джемпер брата. Как только Сплендор успокоился, он отпустил брата и они молча разошлись по разные стороны.

Шаркая ногами по ковру, Сплендор наугад шёл по коридору, надеясь, что скоро дойдёт до своей комнаты. Мимо проходили слуги, тут же уступая дорогу господину. Минуя их, за спиной доносилось тихое перешёптывание. Однако Сплендор не обращал на них внимание. Ему важнее было поскорее найти дверь в свою спальню, закрыться там и часами лежать на кровати, воображая в голове красочные эпизоды из возможной жизни в людском мире.

Остановившись напротив светло малиновой двери, завешенной различными рисунками, картинками и вырезками из старых газет, он положил свою обессиленную руку на золотую ручку и плавно её опустил. За дверью оказалась просторная комната, декор которой был в основном пастельных тонов, но также выделялись и яркие вещи. В центре комнаты располагалась огромная кровать с балдахином, по бокам невысокие тумбочки на тонких ножках. С боку стоял широкий шкаф до потолка с двумя большими дверцами и парой шуфлядок внизу. Местами лежали плюшевые игрушки да разноцветные коробки с различным реквизитом для праздников на любой случай жизни. Только с помощью них он мог хоть как-то скрасить серые будни в этом мрачном особняке. Обычно хватало и одного взгляда на всю эту коллекцию, чтобы поднять себе настроение, но не сегодня. Сплендор устало повалился на кровать, проваливаясь в мягкий матрас. Прежде чем замертво завалиться спать, он тяжко вздохнул, шёпотом проговорив:

– Будет трудно...