89-б. Прюитт (2/2)

Лестно было слышать это от женщины почти вдвое старше и явно не обделенной вниманием. Даже сукин сын Трэдуэлл на нее заглядывался, а он точно не из тех, кто будет обхаживать кого попало. Он походил на Освальда в этом плане.

Мерлин его знает, сколько Констанции на самом деле. Фабиан еле сдержался, чтобы не спросить. А еще хотелось узнать, почему она легла под него, да так шустро.

— Ты же сама каждый урок повторяешь, что главное — практика, — напомнил он и с усмешкой заметил: — Сегодня, например, ты у меня вторая.

Констанция подняла брови и демонстративно глянула на часы:

— Еще же трех нет.

— Ну, кто рано встает, тому девушка дает. И даже не одна, — Фабиан провел рукой по волосам, откидывая их со лба, и широко улыбнулся.

Она слегка хлопнула его по бедру, выражая наигранное возмущение, и уже вполне серьезно сказала:

— Я бы хотела видеть тебя здесь чаще. Лучше сразу голым.

Фабиан счел момент подходящим, чтобы отшутиться и завершить эту странную историю.

— Ты ведь освободишь меня от следующей практической работы? — прищурился он, усаживаясь на кровати и намереваясь свалить, но Синус его остановила. — Зачем тебе это, Констанция? Ты очень красивая женщина, без одежды, к слову, еще лучше, а я школьник. Мне восемнадцать лет, и ты вероятно помнишь меня тощим первокурсником. Зачем все эти… танцы, намеки, поблажки, ну и то, что сейчас происходит, конечно.

— Сдается мне, ты сам не понимаешь, насколько привлекателен, — протянула она, без всякой застенчивости потянулась к нему и поцеловала. — Даже соплячки безошибочно делают выбор, неужели ты думаешь, что я глупее, чем они.

— Отчего же. Я понимаю. — Получилось слегка самодовольно, но Констанция сама это сказала.

— Честно, я не помню тебя ребенком, потому что на мои уроки вы попадаете только на третьем курсе. К тому же, в том возрасте вы для меня все на одно лицо. Ты мне понравился… в прошлом году, пожалуй. Вы за лето так быстро меняетесь… Нет, не думай, пожалуйста, что ты самый лучший, я этого не говорила, — с оттенком снисходительной усмешки произнесла Синус, поднимаясь с кровати и надевая белье. — Здесь, в замке, выбор невелик, а мне иногда хочется. Преподаватели тоже люди, Фабиан. Ну не с Флитвиком же и не с Кью-Аром, а от Себастьяна меня тошнит, хотя рожа у него хоть куда…

Это Прюитт уже уяснил. Надо же, а девки по нему сохнут.

— …и у тебя правда замечательный голос, — Констанция стерла усмешку с лица. — Очень жаль, что ты собираешься посвятить себя глупым мальчишеским играм вместо того, чтобы жить дальше.

Он тоже встал с кровати и, услышав ее слова, замер.

— Это не игры.

— Ага, — саркастически выдохнула Констанция, отворачиваясь к зеркалу и вновь собирая волосы. — Все, чем занимаются мужчины — особенно если оно связано с политикой и войной — является игрой. Вы ведь не взрослеете. И иногда из-за этих игр вы не взрослеете в буквальном смысле, потому что не успеваете. — Она закончила с прической, повернулась лицом и мягко велела: — Одевайся. Нам пора.

Перед тем, как выпустить Фабиана в коридор, Констанция, уже вернувшая себе обычный вид, приподняла брови, и ему пришлось засосать ее напоследок.

— И еще, Прюитт, — она окликнула его и пришлось вернуться к двери. — Надеюсь, не стоит напоминать, что о случившемся между нами не нужно развешивать объявления в гостиных. Впрочем, я знаю, что ты не болтлив.

— Вы правы, мэм, — бодро заявил Фабиан, наконец получив возможность свалить, и услышал брошенное в спину шутливо-возмущенное «Прюитт!»

Его карманные часы показывали четвертый час, он еле волочил ноги, и в таких случаях легче было потратить пятнадцать минут на обед, чем прямиком направиться в библиотеку и потерять там кучу времени впустую, потому что не можешь сосредоточиться от слабости и голода.

Наверное, мелкота обожала дни, когда старшие уходили в Хогсмид, потому что весь обеденный стол доставался им.

Фабиан рухнул на скамью, взял блюдо с мясом, не перекладывая порцию в тарелку. Он ел, а сам краем глаза наблюдал, как в Большом зале появилась Синус, заняла свое место, милостиво позволила Трэдуэллу налить ей вина и с вежливой улыбкой кивала, пока он трепался.

Наверное, потрахавшись с другим, она стала чуть снисходительнее к Себастьяну.

— Слушай, Прюитт… — Карл Аберкромби, заменивший Кута в сборной, уселся напротив и растерянно спросил: — Ты не знаешь, что за дела творятся?

— В смысле? — встрепенулся Фабиан, запивая еду водой.

— Мы сегодня не пошли в деревню, домашки столько навалили, что к СОВ не разгребешь, короче, неважно. Не пошли мы, в общем. Сейчас спускались из библиотеки, вылез какой-то мужик, сунул нам под нос бумагу с печатью и давай Энтони руки заламывать. Меня не тронули, а Крессвелл отбился и смотался куда-то, я его теперь найти не могу…

Фабиан мигом сообразил, чем дело пахнет.

— Я выясню, — он вскочил на ноги и схватил сумку.

— Кажется, они разожгли камин в кабинете завхоза, — продолжал мямлить Аберкромби, — чтобы доставлять тех, кого забирают, в министерство…

Фабиан первым делом подумал, что нужно найти Макгонагалл. Не могла же администрация допустить, чтобы несовершеннолетних студентов арестовывали безо всяких условий. Без уведомления родителей или как там обычно делают.

Родителей, которые без специальных манипуляций со стороны директора видят вместо Хогвартса руины.

Фабиан промчался через холл, миновал коридор и, с трудом притормозив у порога, постучал в дверь учительской.

— Войдите, — послышался напряженный голос Минервы.

Внутри он оказался между двумя колдунами, которые смахивали на охрану у входа. Одного Фабиан вроде бы видел в министерстве, когда забегал к брату летом.

Деканы всех четырех факультетов находились здесь же. Все, кроме Минервы, сидели в креслах, но только Слагхорн не выглядел обеспокоенным.

— О, простите, профессор, я, наверное, не вовремя, — мигом сориентировался Фабиан, понимая, что не стоит сейчас выяснять подробности происходящего. — Мы сами разберемся с… дракой второкурсников.

Минерва пристально посмотрела ему в глаза, будто хотела донести мысль без слов.

— Да, мистер Прюитт. Действуйте по ситуации, пожалуйста. Думаю, вам стоит обратиться к миссис Гибсон за помощью, если потребуется.

Он сопоставил в башке бормотание Аберкромби о камине в кабинете Филча, завуалированный совет Минервы и тот факт, что миссис Гибсон была кошкой завхоза.

— Конечно, мэм, я так и поступлю.

Наверное, Дамблдора тоже не выпускают из кабинета.

Фабиан, шагнув обратно в коридор, представил, как директор стоит около окна, на жердочке как всегда сидит Фоукс, а в углу тенью маячит какой-нибудь аврор.

Он быстро преодолел пустой коридор, завернул за угол и отогнал от себя нелепую мысль, что в библиотеку сегодня точно не успеет.

Камин в каморке Филча уже погас. Судя по запаху гари, совсем недавно. Когда Фабиан ворвался без стука, Филч возмущенно заверещал и гордо сообщил, что министерские уже отбыли к месту службы.

— Кого они забрали? — Его пожирал страх. Он ненавидел этих безликих людей, который пришли, чтобы отнять у него Лили и Мэри. И Филча заодно, который охотно им способствовал.

— Это секретная информация, — надулся тот.

Фабиан подскочил к нему, схватил за грудки и встряхнул:

— Кого. Они. Забрали? Отвечай. Там были девушки? Шестикурсницы были?

Филч, кажется, пересрался. Или вспомнил, что должен подчиняться старосте школы так же, как преподавателям.

— Нет, — гаркнул он. — Только мальчишки. Трое.

Фабиан с трудом разжал пальцы, и Филч проворно воспользовался моментом, чтобы отвалить на безопасное расстояние.

Трое.

Он только сейчас допер, что Лили и Мэри, скорее всего, в Хогсмиде.

Какой-то неподходящий день они выбрали для ареста. Или наоборот — удачный? Чем больше народа, тем выше вероятность кого-то упустить.

Фабиан на месте министерских перекрыл бы вход и просто ловил всех, кто возвращается их деревни. Очень удобно. Официальное распоряжение на руках.

Но кто-то наверняка сумел бы дать отпор. Многие встали бы на защиту друзей. Сам Фабиан первый готов был вступить в бой. И плевать на их сраные официальные бумаги со сраными печатями.

Но холл пустовал.

Фабиан замер у слизеринских часов с изумрудами, отметил про себя, что ведет в межфакультетском соревновании Равенкло, и увидел наверху лестницы тех двоих, что ранее охраняли деканов в учительской.

Они стремительно прошагали к выходу и исчезли в сгущающихся сумерках.

Фабиан смотрел им вслед и пытался найти логичное объяснение, почему они уходят. Да еще и не через камин, а вот таким длинным путем. Аппарировать-то можно только из Хогсмида.

Если только… если только у них нет там незавершенных дел. Наверняка министр посчитал, что с детьми справиться несложно, и не стал посылать целый отряд авроров.

Скорее всего, решили, что не стоит делать из этого задержания официальное мероприятие.

Многие сочтут неправомерным арест несовершеннолетних, которые находятся под опекой школы. Родители отпускают своих детей в Хогвартс, рассчитывая, что там они будут в безопасности.

Поэтому выбрали сегодняшний день, когда большинство покинули замок, а следовательно — пределы школьной территории. Фабиан никогда не вдавался во все эти тонкости, но общие принципы понимал.

Если эти двое направляются в Хогсмид, значит, там происходит примерно то же самое. Или по дороге из Хогсмида.

Фабиан выскользнул на улицу и помчался по ступеням вниз, через внутренний двор, не обращая внимания на пронизывающий ветер. Бегал он быстро и уже через несколько минут был у ворот. Прошептал заклятие, снимающее чары — но оно не сработало.

— Что за…

Еще раз — снова безрезультатно.

Фабиан задрал голову и оглядел высокую ограду. Если зацепиться за выбоины и подтянуться, можно будет перелезть через нее, но, наверное, не стоит быть наивным и полагать, что заколдованы только ворота.

Гидеон часто повторял, что безвыходных ситуаций не бывает. Нужно просто собраться и думать — в любом, даже самом отчаянном положении.

Соображал Фабиан сейчас туго. Мог думать только о том, что там Лили, там Мэри, и на обеих министерство отрастило здоровенный зуб.

Лили наверняка пошла в Хогсмид с Поттером, но Фабиан не особо надеялся, что тот изменился за две недели. Прохлопал ушами тогда, мог упустить ее и сегодня.

Во всем, что не касается квиддича, Джеймса сложно назвать хорошим тактиком.

Квиддич.

Можно же приманить из спальни метлу и добраться до деревни в считанные минуты.

Хотя вряд ли он первый об этом додумался. Фабиан ни разу не пробовал выбираться из замка по воздуху, но готов был поклясться, что этот способ сбежать из школы учли если не Основатели, то директор точно.

Из темноты тем временем послышались встревоженные голоса. Фабиан зажег Люмос и различил вдалеке силуэты.

— …я немедленно напишу отцу… они не имели права…

— Но почему, Грэхэм? С какой стати они ее забрали? Мы же все понимаем, что их интересуют только магглы. — Фабиан узнал голос Кларетт, подружки Изабеллы.

— Летти и есть маггла, — выдавил Макмиллан. — Мы с ней еще в детстве придумали эту дурацкую историю, будто ее отец волшебник. Не знаю, зачем, уже не помню; то ли она услышала, как кого-то обозвали грязнокровкой, то ли что. В общем, как-то так повелось, что все считают Летти полукровкой. А эта сука на собеседовании естественно выяснила, что ее родители не имеют никакого отношения к магии...

Фабиан ушам своим не поверил. Судя по молчанию, девки тоже.

А еще слова Грэхэма означали, что предположение Фабиана оказалось верным: в Хогсмиде тоже орудовали министерские.

— Может быть, ей удалось улизнуть, ты же не видел, — а это заговорила Сильвия.

— Да как? У Летти даже чары Помех через раз получаются. — Фабиан еще никогда не слышал в голосе Макмиллана такого отчаяния, даже перед СОВ по зельям, которые ему не давались.

— Что там случилось? — крикнул он, едва те подошли ближе, и вцепился в прутья кованых ворот.

Девчонки ускорили шаг и вскоре оказались рядом, по ту сторону изгороди.

— Фабиан? Ты нас встречаешь? — Кларетт мигом забыла про бардак вокруг и принялась глупо хлопать ресницами. Нашла время. — Ты почему без плаща? Замерзнешь ведь.

— Я выйти хочу, — буркнул Фабиан. — Что происходит? В деревню тоже приходили, да? Мать твою, да как открыть эти ворота, — он вышел из себя и как следует тряханул их.

— Поздно уже, Прюитт, — мрачно заявил Макмиллан. — Ты ведь магглов защищать рвешься? Некого уже защищать. Я пытался. Где ж ты раньше был. И Дирборн, вон девчонки говорят, пытался отбиться, но не смог. Я слышал, как один из этих, — он презрительно скривился, — сказал, что Тейлор последний. Они его скрутили у того указателя, ну, на полпути к Хогсмиду. Выходит, они взяли всех, кого хотели. И сразу смотались. Аппарировали.

— Мы сами видели, — кивнула Гринвуд. — На Карадока сразу двое накинулись, мы опомниться не успели. Так внезапно, никто не ожидал…

— Суки, — беззвучно выдохнул Фабиан и обессиленно прислонился лбом к холодным металлическим прутьям.

«Где ж ты раньше был».

Голос Макмиллана эхом катался в башке.

Трахался. Вот где он был. Министр ведь не был так любезен, чтобы сообщить Фабиану о своих планах.

Фабиан знал, что Грэхэм ляпнул это скорее от злости, потому что сам не смог уберечь Виолетту, но легче от этого не становилось.

Когда перед воротами скопилась небольшая толпа, пришел Хагрид и впустил всех.

Фабиан подавил желание все же броситься по темной дороге, добраться до Хогсмида и оттуда аппарировать в министерство.

Это глупо. Неосмотрительно. А главное — бесполезно. Министерство сожрет его и не подавится.

Нужно все обдумать. Но думать не получалось. Все его мысли до единой вытеснил страх, что он больше не увидит Лили. Больше не поцелует ее. Не обнимет и не сможет коснуться пальцев, хотя бы украдкой.

Фабиан брел за однокурсниками, слушал их беспокойную болтовню, а сам еле сдерживался, чтобы не заорать на целый мир.

Такую же жгучую боль он испытывал в ту ночь, когда увидел Лили с Поттером. Давным-давно. Эта боль пустила в нем корни, и Фабиан почти научился с ней жить — пока сегодня она не стала еще сильнее.

Будто кто-то толкнул его в настоящий костер вместо давно прогоревшего.

И Мэри. Вспомни о Мэри, придурок.

Как же хотелось заткнуть всех этих людей вокруг. Чтобы они прекратили трепаться. Остаться одному и в тишине.

Ноги сами привели его на восьмой этаж.

Однажды он ночевал в Выручай-комнате, когда пытался отвыкнуть от Лили и стало совсем туго.

Фабиан дернул ручку появившейся в стене двери — хотя он не успел трижды пройти туда-обратно, — и в ту же секунду понял, куда мог пойти Крессвелл.

Очевидно же.

Он, кажется, даже услышал чье-то дыхание.

— Дирк, это я, не бойся.

— Прюитт, — тот, нацелив на него палочку, аккуратно вышел из-за двери. — Зачем пришел?

— Думал, тут никого. Я не причиню тебе вреда. Можешь убрать палочку. Я рад, что тебе удалось скрыться.

Фабиан говорил искренне и в качестве доказательства продемонстрировал, что руки его пусты.

Крессвелл помедлил, посверлил его взглядом, опустил оружие и отрывисто спросил:

— Министерские свалили?

— Да. Но тебе лучше остаться здесь, по крайней мере, пока не станет ясно, что дальше. Не думаю, что этим дело кончится. Выручай-комната снабдит тебя всем, чем нужно. Ну, так говорят. Вот и проверим.

— Думаешь, совсем задница, да? Лучше не высовываться? — Крессвелл выглядел как человек, загнанный в угол.

Фабиан заметил, что тот внимательно следит за ним, словно ожидает нападения.

Он тяжко вздохнул, провел пятерней по лицу, смахнув выступивший пот, и кивнул:

— Полный пиздец, дружище.