Глава 23 (2/2)

— А для чего вам был нужен философский камень? — От моего вопроса мужчина ощетинился, но скрыл это за привычной усмешкой.

— Ну а кто не захочет превращать все в золото?

— Хотели разбогатеть?

— Можешь считать так. — Это не ответ.»

Видимо, не всем светит правда. А где именно она, неизвестно.

На кухню зашел отец, он непонятным взглядом осмотрел Якова.

В какую-то долю секунды в агатах проскользнула опасность. Не опасение, а именно

опасность. Та, которая убивает, не жалеет, не щадит. Следом пепельноволосый

улыбнулся. Я видел незаметную напряженность парня, он явно не в восторге от

происходящего. Для чего Яков вообще вышел из комнаты?

В спальне прозвонил будильник на моем телефоне.

— Я сейчас. — Выходя с кухни, обошел отца, ощущая фантомную

боль в затылке. Понятно, что Яков из этого действия что-то заподозрит, но…

«- Я не буду… — Договорить не успел. Ощущая хватку на рубашке, я не смел отвести от пронзающих глаз напротив. Страх все также бился, но понимание безвыходности давало хоть вымышленного контроля. — Не буду.

Черта пройдена. Ощущая пронзительную боль в затылке от встречи со стеной и услышав голос мамы, я сжал зубы, пытаясь сосредоточиться.

— Ты ничтожен, Вальтер, раз даже учиться не можешь. Мы потратили на тебя столько сил и времени, чтобы ты нам так отплатил? — Приблизившись на расстоянии десяти сантиметров, выплюнул отец, следом отодвигаясь.»

Вырубая будильник, я быстрым шагом вернулся на кухню.

Оставлять Якова одного, себе дороже. А оставлять с родителями… Неприятное

чувство скребло на окраине души. Зайдя на кухню, я услышал мужской смех. Смех

отца. Короткое замыкание произошло в голове. Оказалось, что произошла небольшая

дискуссия по поводу химии.

— Нет, ну это действительно звучит бредово. — Отец улыбался,

отходя от смеха. — Вальтер, а ты как считаешь, что…? — Вопрос, относился к

пройденному на первом курсе, но частично затрагивая третий. Отвечая на него, я

мог опираться только на знания, которые получил от педагога, поэтому склонился

к точке зрения Якова. Попытки парня доказать правоту были бы бесполезны и

высмеяны, поэтому он спокойно замял и перевел тему.

Разговор шел плавно и буднично. О погоде, учебе, химии,

профессиях. Как на семейных праздниках.

— Наверняка, у такого умного человека как вы, есть девушка. — В середине беседы произнесла женщина.

— Мама! — Я шокировано-возмущенно посмотрел на мать. Очень

надеюсь, что мои щеки не стали красными. В первый раз за время разговора в

агатах проскочила насмешка. Пепельноволосого позабавила моя реакция.

— Я уже двадцать лет мама. Вальтер, ну посмотри, парень

молодой, учится, только не высыпается. — Женщина перевела взгляд на

пепельноволосого, который только пожал плечами. — И то, наверняка, потому что

еще и работает.

— Боюсь, должен удалиться. Пора учиться. — Произнес

пепельноволосый, направляясь в ванную.

— Вальтер, а ты хочешь прогулять? — Отец недовольно

посмотрел на меня.

— А как же…

— Мы тут подождем, вечером поговорим. — Произнесла мама,

пытаясь звучать мягче. Оставлять квартиру без присмотра на родителей дело

довольно патовое. Других решений не было, поэтому я направился в спальню. Через

пять минут зашел Яков за одеждой. Прикрыв за собой дверь, парень меня осмотрел.

Подойдя, он положил на мою щеку холодную ладонь, заглядывая в глаза в поисках

ответа. Я выдавил из себя улыбку, и пепельноволосый недовольно вскинул брови.

— Поздравляю, господин Немо, у вас идеальные родители. Унизили ребенка тридцать восемь раз за двадцать минут. — Голос был тихим и серьезным. Он понял, что я пытаюсь сделать вид, что все хорошо. Злится. Однако меня все утро волновал другой вопрос.

— Ты для чего вышел? — Непонимание.

— Ты предпочел бы быть грелкой для Тузика?<span class="footnote" id="fn_32273968_0"></span> — Насмешка. Которая что-то скрывала.

— Яков, ты… -Волнуешься? Хотел спросить я, но мои губы оказались накрыты другими. Ладонь со скулы переместилась на затылок, а вторая на талию, притягивая. Касание губ было довольно мягким и аккуратным. Он сам себя выдал. И знал об этом. Твою мать, он волновался обо мне. Мои руки переместились на тонкую шею, обнимая. В душе появилось приятно согревающее тепло, а губы начали растягиваться в улыбке. Я не мог убрать эту дурацкую влюбленную улыбку и щеки, покрывающиеся румянцем. Слегка отстранившись, но не выходя из объятий, Яков лукаво смотрел на меня, наслаждаясь реакцией. Не желая радовать этого засранца, уткнулся носом в изящную шею, прижимая пепельноволосого к себе. Спустя десять секунд холодные перчатки отодвинулись.

— Личное пространство, господин шпион. — Я отстранился от

парня, заглядывая в невероятные агаты. Мысль, что он ни разу меня не назвал за

утро Вальтером, скользила в голове. Он помнил.

«Восстанавливая дыхание, я глядел в черные омуты, пленяющие все чего коснуться.

— В-вальтер… — Я, не дожидаясь продолжения, закрыл преподавателю рот рукой.

— Пожалуйста, не называйте меня так. — С отдышкой прошептал я. Смотря на мое потерянное лицо, Яков кивнул, ожидая, когда уберу я руку.»

Пепельноволосый начал переодеваться, когда я вышел. Застань

нас родители в одной комнате, станет понятно, что Яков никакой мне не сосед.

Собравшись, мы отправились в универ. Небольшая тревога об

оставшихся дома родителях сидела в печенках, но я старался ее отгонять. Припарковавшись

недалеко от универа, парень потрепал меня по голове, вырывая из мыслей.

Приятные прикосновения заставляли ластиться.

— Немо, — Голос прозвучал серьезно. Яков задумчиво смотрел

перед собой, но потом перевел взгляд на меня. Я внимательно смотрел на

пепельноволосого, ожидая продолжения. — ты можешь и должен позаботиться о себе.

— Мужчина, закусив губу, наблюдал за мной, искал то, что ему нужно. — Скажи,

что сделаешь это. — От глубины разговора пошли небольшие мурашки. Яков

прекрасно читал меня сегодня утром. Он видел мой страх, нервозность и

беспомощность. Он все это видел. Я глубоко выдохнул и переводя взгляд с

лобового стекла на Якова, ответил.

— Я сделаю это. — Убедительно произнес, показывая

ответственное отношение к делу. На лице Якова нарисовалась привычная насмешка,

скрывая прошедшую значимость диалога. Наглая ладонь растрепала мои волосы и

вернулась на руль. Желая избежать ехидства, я выскочил из машины.