Глава 3. Воспоминания. (1/2)

Он наклонил голову, рассматривая девушку, сидящую за столом у окна. Она поставила подбородок на ладони и с лёгкой полу улыбкой на губах смотрела на букет в вазе. Чёрные розы резко контрастировали с белыми воздушными занавесками и лёгким цветочным платьем девушки. Слишком тяжёлые цветы, - подумал про себя Даррэн, - ей не подходят.

Но Алисия продолжала улыбаться и смотреть на букет. Уроки были отложены в сторону, пишущее перо улетело за подоконник и лежало где-то в кустах, а из нутра комнаты доносился голос. Демон прислушался.

— Это кто это тебе такое подарил? — Алисия пожала плечами и аккуратно поправила чёрную ленту, выглядывающую из вазы. — Влад? Он вроде любитель такого.

Даррэн нахмурился. С чего бы вампиру дарить ей цветы? Неужели глаз положил? Ну, ничего, он этот глаз немного подправит.

— Да не, Влад бы сам вручил или записку оставил. Ты ж его знаешь.

— Ну да... — обладательница незнакомого голоса задумалась. — Хотя так же вульгарно, как и у Влада.

Эллохар вскинул брови. Вульгарно? Ни одна его женщина ещё не жаловалась, что уж говорить об их подругах.

— А мне нравится! Очень необычно, — девушка снова что-то поправила у вазы. — Люблю чёрные розы.

— Рэн? — удивлённый голос Риана за спиной. Демон повернулся к другу. — Ты что тут делаешь?

Лорд Тьер, прожив столько лет, никогда ещё не видел своего учителя и лучшего друга в одном лице на корточках в кустах. Но с таким ростом спрятаться без магии было огромной проблемой, поэтому Риан быстро заприметил его.

— Ты чего припёрся? Спрячься, — Даррэн схватил Риана за рукав и утянул его в кусты.

Теперь они вдвоём сидели на корточках и смотрели на ведическую школу, находящуюся прямо за забором. Риан не знал, куда направить взгляд, и поэтому вращал глазами из стороны в сторону.

— Что происходит?

— Тише.

— Ты же понимаешь, что тебя видно?

— Умолкни, сказал.

Он с силой тёр лицо ладонями, разогревая кожу. Голова уже полностью прояснилась, но от похмелья избавиться было не так просто, особенно после долгих недель запоя. Комната полностью пропиталась парами алкоголя, но Рэн наотрез отказался покидать её. Просто сел у подножия кровати полностью промокший и грязный. Демон мог высушить и очистить себя, магии было достаточно, но не хотел. Он не должен был чувствовать хоть что-то хорошее. Он должен был страдать, пусть и от такого пустяка.

Даррэн поднял голову. И встретился с ней взглядом. Большой портрет в полный рост прямо над камином, заказанный во время самого первого и самого сильного загула. Она стояла в своём любимом летнем платье на тонких лямках в мелкий цветочек и осуждающе на него смотрела. Нет, на портрете она улыбалась, но ему почему-то всегда казалось, что тонкие брови хмурились, как только он поднимал глаза к её лицу.

Он видел её во сне и наяву, слышал голос и смех, чувствовал прикосновения и поцелуи, а иногда даже безболезненные пощипывания – она всегда любила ущипнуть его то за бок, то за ногу, то за руку, когда ей что-то не нравилось.

— Ты дура, — прохрипел он, чувствуя, как ветер принёс в их комнату чёрный песок через разбитое окно. — Идиотка, — ветер подул сильнее. — Тупица… Прости, — буркнул он, когда вдруг почувствовал на себе расстроенный взгляд.

Он точно сходит с ума! Ещё раз потёр лицо ладонями. Нет, это Алисия сводит его с ума. Это она во всём виновата!

— Рэн? — нежный, вкрадчивый голос бабушки ворвался в его воспалённое сознание. — Всё в порядке? Ты как?

— Нормально, — сейчас ему не нужна была компания, но её он выгнать не мог, иначе явится кое-кто похуже.

***</p>

— Ты точно не припоминаешь этих людей? — Юрао показывал мне картинку, всё совал мне её под нос, словно я слепая была. — Посмотри внимательнее.

Я отодвинула его руку подальше.

— Точно. Я никого не помню. Неужели ты считаешь, что, посмотрев на них на бумаге, я хоть что-то вспомню? — лица были совершенно незнакомые. Ни мужчину, ни женщину, ни мальчика лет десяти я никогда в жизни не видела. Ну или просто не помнила. — Они ведь должны были описать свою дочь. Ведь так? Дать данные стражникам или что там вам дают.

— Да, где-то было.

Юрао нахмурился и начал листать записи в папке. Внимательно вчитывался, бегал глазами по строчкам и качал головой. А потом его лицо вдруг просветлело.

— Нашёл. Вот, — он ткнул пальцем куда-то в середину листа и начал зачитывать. — Невысокого роста, худощавое телосложение, тёмно-русые волосы, — мы оба посмотрели на мои волосы. Кажется, мои были темнее, но да ладно. — Карие глаза, — Юрао снова на меня посмотрел. Кивнул. — Веснушки. Вылитая ты!

— Так таких полная империя! Я когда по городу шла, раз десять подобных встретила. Есть какие-нибудь особенности у неё во внешности? У меня, к примеру, шрам на правом бедре, — без какого-либо стеснения я задрала подол юбки и показала мужчине ногу, где и правда был шрам длинною с ладонь. — А ещё под грудью, — и начала вытаскивать кофту из-под пояса.

— Не стоит! — остановил меня Юрао, подняв руку. — Про шрамы на ногах тут ничего не написано. Но зато есть про родинку над губой и шрам на виске. А ну, наклонись ко мне, — и я наклонилась. Юрао внимательно всмотрелся в меня. Поджал губы. — Нет, ничего похожего. Бездна… И что я, зря пришёл что ли?

— Видимо… — я вздохнула. Было немного обидно, что семья оказалась не моя, но с другой стороны почему-то радостно – больно уж лица у них были серьёзные, если не злые. А мужчина вообще зверем смотрел. — Но ничего! Если они меня и правда ищут, то когда-нибудь точно найдут.

Юрао выглядел более расстроенным, чем я. Сидел такой грустный-грустный, смотрел на описание пропавшей девушки и, самое главное, попивал мой кисель.

— Надеюсь. Может, тогда они подскажут, чем ты занималась в прошлом, раз тебе не нравятся проклятия.

— Может…

***</p>

— Плохо. Ужасно. В высшей степени отвратительно.