Шаг второй (1/2)
Две недели спустя
Закуриваю ментоловую сигарету и откладываю на пепельницу. Поворачиваюсь к холодильнику, достаю бутылку ледяной отфильтрованной воды. Ужасно сушит рот. Делаю глоток и десна сводит от холода, пульсирующая боль замирает на нижней челюсти и сводит спазмом. Нужно к стоматологу, а на него нужны деньги. Возвращаюсь к сигарете, тяну дым, не опуская в лёгкие и выдыхаю. Сигареты стали отличной заменой разговорам. Я по-прежнему жила у Лемура и на подходе была оплата аренды. Ни один из работодателей мне не ответил. Немудрено. В институте я больше не появлялась, с родителями не связывалась. Ян упёрся в свою поездку и больше не подавал признаков жизни. Но меня это уже не волновало. Меня могли беспокоить только стремительно заканчивающиеся деньги. Я залезла в ломбард, клятвенно пообещав себе вернуть серьги и браслет, подаренные на восемнадцатилетние.
Денис вяло вошёл на кухню и плюхнулся на стул.
— Нашла? — Этот вопрос стал звучать чаще, чем привет.
— В процессе. Нет, так съеду, — бросила в раковину недокуренную сигарету и затушила напором воды.
— Жаль терять такую соседку.
Не отвечая, вышла из комнаты и зашла к себе. Переоделась на улицу, собрала непричесанные волосы в высокий хвост, сбрызнула, заканчивающимися духами, запястья. Взяла из тайника в ворохе вещей тысячную купюру и покинула квартиру. Подсела ли я на мет? Нет, конечно. Я не искала пути получения, лишний раз не брала, когда угощали. Да и в целом, меня больше интересовала подработка. Так и сейчас, Паста кинул контакт какого-то типа, который мог помочь. Взяла деньги на всякий случай, если нужен будет бартер. Полграмма амфетамина стоил не больше тысячи. Я выучила расценки. Лемур варил в квартире винт*. От этого по вечерам стоял смрадный запах химии и горелого пластика. Я уходила и не вникала в процесс кухни наркотика. Шлялась по району, завела себе несметное число приятелей. Глядя на них, я не видела в них конченых нариков, за каждым стояла своя судьба с тяжкими испытаниями и зачастую неблагополучными семьями. Меня любили за лёгкий нрав и за то, что не отношусь к ним особняком. Вроде своей в доску.
За время, проведенное в этом окружении, я успела получить больше, чем за все свои попытки дружбы. Нашлась даже подружка, впервые женского рода. Наверное в душе она была самым оторванным пацаном, поэтому дружба завязалась стремительно.
Выйдя из подъезда, поприветствовала, ожидающую меня, Вику. Мы вместе решили обратиться к знакомому Пасты. Она, так же как и я, была на нуле.
— Дай закурить, — попросила подруга, зябко кутаясь в хлопковую кофту.
— Я с собой не ношу, ты ж знаешь. Трясёт?
— Ага, второй день кумарит.
Вика приходилась тому гастролеру, которого все так ждали, то ли родной, то ли двоюродной сестрой. Надо ли говорить, что в квартире всегда был мет и не только. Девчонка сортировала граммаж и нет-нет отсыпала себе неплохой вариант. Иногда и плохой, из серии, что было, лишь бы взять. Как-то на днях мы с ней напились до чёртиков и она вылила на меня весь свой жизненный уклад. Слова о том, что надо тормозить, ещё рожать и прочая, высоко моральная лабудень, застряли у меня в горле. Вика спала со своим братом с малолетства. По-хорошему мне следовало бы настроить её против него. Но какое моё собачье дело. Больше к этому разговору мы не возвращались.
Я чувствовала себя посвященной в эту огромную тайну, словно мне рассказали самое сокровенное. Я не могла её предать и прекратить общение, как не могла не поделиться своей болью. Вика нашла такие важные слова, что невольно поняла, в сравнении нас двоих, насколько ничтожно мало я вытерпела. Она неподдельно радовалась воткнутой вилке в пах Влада и частенько предлагала мне найти урода, чтобы заколоть его сообща. Вика разделила мою боль, а я её.
Подошли к нужному подъезду и поднялись на этаж. Через некоторое время вышел мужчина средних лет. Неплохо слаженный, гладко выбритый и распространявший запах хорошего парфюма.
— Которая? — Не тратя времени на приветствия, скептически окинул взглядом.
— Обе, — ответила за меня Вика, — сразу говорю, носить не буду.
Вероятно становиться курьером по доставке наркотических веществ.
— Паста сказал у тебя есть какие-то варианты на заработок и обещал, что никакого криминала, — продолжила я, скручивая в кармане олимпийки взятую купюру.
— Завтра в восемь вечера, с обеих справка от гинеколога, вещи выдам, прибыль пятьдесят на пятьдесят, чаевые себе, подогрев коксом раз в неделю.
Пока я молча пережевывала информацию, раскладывая услышанное в голове, Вика оставила мужчине свой номер и начала диктовать мой.
— Заткнись, — толкнула её в бок, — это проституция, не понимаешь?
Зло сверлила её взглядом.
— А чё бесплатно трахаться, хоть какой-то прок, — ухмыльнулась подруга.
Не стала объясняться с ними обоими. Вика нагнала меня уже на улице.