Глава 76. По волшебному следу (1/2)
Летучие мыши мелькали над головой, едва различимые в тусклых лучах заходящего солнца. Впрочем, полноценного, яркого дня в этом мире попросту не существовало. Из-за наполняющих воздух частичек пепла и пыли даже в полдень царили сумерки. Все наши попытки очистить воздух ни к чему не привели, стоило поднять ветер и немного отбросить пепел, как поутру всё начиналось по новой. Галахан объяснил, что подобное явление связано с вулканической деятельностью, но дышать легче от этого не становилось. Конечно, заклинание щита позволяло нам очистить воздух, но гораздо приятнее было бы нормально дышать, не опасаясь закашляться, оставшись без защитного заклинания.
- Как думаешь, Император послушает Галахана? – задумчиво спросила Эрильна, глядя на летающих возле скалы мышей.
- У него нет выбора – уверенно ответил я. – Иначе эта рана его доконает. Уже больше года прошло, а Император так и не придумал, как её залечить. Может быть, вместе с Галаханом они найдут нужное решение.
- А я опасаюсь, что Император попробует заточить Галахана в тюрьму или вовсе казнить. Кажется, он был решительно настроен избавиться от волшебников.
- Один он не справится. Какая бы сила у него ни была, будь это таинственный амулет, собранные волшебные нити целого мира или белая пирамидка, у Императора явно не получается самостоятельно восстановить необходимый запас магической силы. Лучше уж попросить помощи у Галахана, чем умереть, не оставив наследника. Даже подумать страшно, что начнётся в Империи, если Императора внезапно не станет.
- А что ты знаешь про пирамидки ящериц? – вдруг спросила Эрильна. – Ты же столько читал про разные миры. Наверняка что-то должно было сохраниться.
- В книгах в основном были сведения о географии, полезных растениях и обитающих там животных – ответил я. – О пирамидках было сказано только то, что их использовали все волшебники ящериц. Они были необычайно сильны, но их оказалось слишком мало, чтобы бороться с Империей.
- Ну хотя бы что-то – попросила Эрильна. – Какие они использовали заклинания, может, какие-нибудь сведения про любимые стихии или самые распространённые руны.
- Галахан же сказал, что ничего не осталось – объяснил я. – Император велел держать в секрете любую информацию, касающуюся магии ящериц. Считается, что, сражаясь с Империей, они освоили некую необычайно смертоносную магию, и любая попытка исследовать оставшиеся следы рун без строгого надзора Верховного мага и лично самого Императора жестоко каралась. А так… Было известно, что они могли управлять погодой, но крайне редко прибегали к подобной магии. Что умели атаковать невидимым пламенем, сжигающим воинов изнутри…
- А я тут вспомнила! – заявила девушка. – Помнишь, мы читали в библиотеке историю императрицы Калиссы и мага Элстета? Они изучали мир Первого портала, исследовали старые храмы и пытались найти следы оставшихся рун?
- Я помню. Но, по-моему, всё свелось только к намёку от Галахана про подозрительно раннюю смерть Императрицы. И ещё к его лекции про заклинание, стирающее координаты после завершения телепортации.
- Точно – разочарованно вздохнула Эрильна.
- Кажется, было что-то ещё – вспомнил я. – Элстет пытался получить право на собственную лабораторию в магическом крыле Императорского дворца, но Виарей V по понятным причинам не желал его видеть. Волшебника отправили исследовать мир Второго портала, и даже после того, как он получил звание архимага, он был вынужден проводить свои дни в отдельной лаборатории вдали от Исдира.
- Думаешь, там могло что-то остаться? – с сомнением в голосе спросила девушка. – Это же было тысячи лет тому назад, ещё до открытия Седьмого портала. К тому же после той истории с попыткой уничтожить море с помощью жидкого огня Император наверняка приказал провести тщательное расследование и собрать все оставшиеся после Элстета записи и фрагменты рун. Не знаю, что такого придумали ящерицы, но этот безумный волшебник действительно едва не уничтожил целый мир одним заклинанием!
- Элстет ненавидел Императора. Даже когда ему отдали прямой приказ покинуть мир Первого портала, он то и дело наведывался туда, в поисках оставшихся после ящериц заклинаний. К тому же расследовавших его дело волшебников наверняка интересовала только магия жидкого пламени, а не все проведённые им исследования, начиная с самого выпуска из Академии. К тому же…
- Что, что? – нетерпеливо спросила Эрильна.
- Галахан запретил нам быть возле Исдира – пояснил я. – Думаю, ты и сама не хотела бы встретиться ещё раз с разъярённым Императором. Но лаборатория Элстета была расположена в мире Второго портала. И туда точно не сунется ни Меаран, ни его злобные ученики, ни кто-то из придворных Императора.
- Хочешь её навестить?
- Почему бы и нет? Если что-то найдём, это может пригодиться для борьбы с Меараном. Ну а если там ничего не осталось, то попросту потренируемся в телепортации с безопасной руной. К тому же Галахан отправился в Исдир и вернётся нескоро.
- Давай попробуем – согласилась Эрильна, окружая себя дополнительным слоем щита.
- Только будет одна проблема – признался я, готовя нужную руну. – Я помню название местности, где жил Элстет. Но точных координат его лаборатории в книгах не было.
Мир дрогнул и расплылся серой блёклой пеленой. Яркое солнце, почти ушедшее за кромку невысоких, кряжестых гор, больно резануло по глазам. Мы оказались посреди берёзовой рощи, покрытой мхом и густо растущей травой.
- Наконец-то я могу нормально дышать, не пользуясь магией – обрадовалась Эрильна. – И пахнет тут хорошо.
- Лаборатория где-то в этом лесу – заметил я. – Элстет строил её вдали от селений людей, так как часто экспериментировал с очень опасной магией.
- Красиво здесь – вздохнула Эрильна. – Даже не скажешь, что тут более ста лет продолжались непрерывные сражения.
- Местные жители почти не владели магией – ответил я. – Их было много, но под натиском легионов Империи они были вынуждены отступить. Если бы Император Виарей III не открыл два портала сразу, то война закончилась бы намного быстрее. Но Империя билась на два фронта одновременно, да и Академия тогда ещё не работала в полную силу…
- Лучше скажи, как мы будем искать лабораторию Элстета – сказала девушка. – Скоро стемнеет. Тут, конечно, красиво, но я не люблю странствовать по ночам.
- Элстет жил в глуши – напомнил я, создавая послушную козу и повозку из сухого листа и треснувшей ветки. – Здесь можно не скрываться. Направимся к горам, затем повернём на запад и будем искать след магии. Если тут жил волшебник, то, скорее всего, он частенько летал на каком-нибудь магическом звере. Или освещал себе путь волшебным светильником. Или, к примеру, прогонял тучи…
- Тут такое светлое небо – восхитилась Эрильна. – Всё-таки постоянные тучи пепла и пыли весьма раздражают. Разумеется, Галахан величайший из магов нашей эпохи и всё такое, но почему, почему его всегда притягивают такие странные, совершенно не приспособленные для нормальной жизни места?
Повозка резко рванулась с места, подпрыгивая на булыжниках и кочках. Прямо перед нами медленно просыпался полукруг яркой, хорошо заметной луны. В разных мирах по какой-то необъяснимой причине находились совсем разные луны. Где-то луна была маленькой, почти незаметной, где-то её не было вовсе, а были миры, в которых по ночам можно было увидеть целых две или три луны сразу. В этом мире луна была просто огромной, занимая почти треть небосвода своим белёсым, слегка выщербленным диском.
- А ведь здесь когда-то правила наместница Лириса – вздохнула Эрильна. – Я слышала, что только при ней волшебники сумели наладить нормальное управление погодой и окончательно справиться с разбойниками.
- Разбойников победили ещё до неё – поправил я девушку. – А вот огромных волков и чёрных медведей, то и дело нападающих на деревни и мирных путников, выгнала в бесплодные северные земли уже лично Лириса.
- Мы обязательно отомстим за её смерть! – пообещала Эрильна.
Я ожидал, что она снова начнёт возмущаться царивший в нашей вселенной несправедливостью или рассуждать о своём первом разряде, но девушка внезапно подвинулась поближе и обняла меня.
- Спасибо, что пришёл за мной к самому Императору! – прошептала она. – Спасибо… И… ну… в общем, спасибо! Смутившись, она отодвинулась в дальний угол повозки, сделав вид, что укладывается спать.