Глава 10: новые надежды (1/1)

– Что ты сделал? – морда Патрика выразила весь спектр эмоций от удивления до недоверия.– Я съел генерального прокурора, – более спокойно повторил Леодор, и диковато поглядел на начальника охраны в зеркальце.– Это какой-то пранк?– А я похож на любителя пранков? – в отчаянии взревел лев. – Я не знаю, что на меня нашло. Он пришел, начал обвинять меня в том и сем, и я… я просто, блядь, взял и проглотил его.– Волчушки-блядушки, – пробормотал Патрик. – И где он сейчас?– А как ты думаешь?! – Леодор закашлялся дымом. – Мне пиздец.– Так, ладно, отставим панику, – сонливость с волка будто лапой стряхнуло, он приосанился на заднем сидении внедорожника, протер глаза. – Полагаю, прокурор зашел через главный ход?– Разумеется, – простонал Леодор.– Значит, все камеры зафиксировали его приход. Так. Сейчас ты докуришь и вернешься в свой кабинет, как ни в чем не бывало. Если кто-то спросит, скажи, что выходил по делам, а прокурор до сих пор сидит у тебя. Ты хотя бы запер кабинет перед уходом?По жалобному взгляду Леодора волк понял, что нет.– Тогда иди как можно быстрее, и жди моего звонка.– Что ты придумал?– Увидишь. Беги!Леодор, совсем как львенок подскочил на сидении, отпульнул окурок, и быстрым, но не слишком взволнованным, как он надеялся, шагом двинулся к фешенебельному административному небоскребу мэрии.На ватных лапах миновав всех своих подхалимов, аналитиков, копирайтеров и прочих помощников, он влетел в кабинет, запер дверь, и со вздохом опустился в кресло.– Блядь, – констатировал он, и вперил хмурый взор в пятна крови на столе.Худо-бедно ему удалось стереть их влажными салфетками. Лапы все еще дрожали, в голове стелился туман.Заметив несколько непрочитанных сообщений от Китнисс в Вацапе, он тупо уставился в телефон. Дочь сексуальненько позировала в разном белье, то делала хищную и коварную мордаху, то дурашливо показывала розовый язычок.Робкое эхо недавней страсти шевельнулось внутри, но тут же погасло, стоило Леодору подумать о том, что он совершил. Фотографии позирующей дочки были частью другой жизни, тревожной, но горячей, жизни, которая была до того, как он открыл пасть и съел генерального прокурора Зверополиса.– Что со мной, черт побери, – лев сильно провел лапами по морде и откинулся в своем удобном кресле. – Патрик что-нибудь придумает. Он лучший. Иначе и быть не может.Чтобы хоть как-то отвлечься от тяжких мыслей, он принялся смотреть Гика и Волфи, но через пятнадцать минут понял, что не может даже сфокусироваться на экране.Когда в дверь кабинета постучали, Леодор аж подпрыгнул на месте, выронив смартфон.– Кто там? – надломлено осведомился он.– Охрана, сэр, – формально отозвался Патрик.– Входи, – лев бросился к двери, и быстро пустил волка внутрь.– Знакомься, новый прокурор, – с довольной ухмылкой изрек Патрик, распахивая плащ.Из-под его воротника на кресло выпрыгнул белый мышонок и выпрямился на глазах у опешившего Леодора.– Дарова, – басом поздоровался малыш.– Эээ, привет, – лев в замешательстве посмотрел на начальника охраны. – Кто это?– Наше спасение, – спокойно заявил Патрик. – Джерри, нагугли пока видосы с прокурором, послушай, как он звучит.– Не вопрос.– Что мы будем делать? – шепотом спросил Леодор у Патрика.– Ничего особенного, – волк вытянул лапы в гостевом кресле, открыл банку с газировкой. – Камеры зафиксировали, как прокурор пришел к тебе на прием. Сейчас мой друг переоденется, и потом выйдет, камеры зафиксируют, как он уйдет, – волк специально говорил медленно, с упором на отдельные слова. – Вот и всё.– Он не похож на прокурора.– На записях камер будет не разглядеть. Там и пятна на гепарде не всегда увидишь. Дай ему шанс, – Патрик подмигнул, и обратился к мышу. – Ну что, вжился в образ?– Не понимаю, о чем вы говорите, господа, – совсем другим голосом отозвался мышонок, и Леодор заметил, что тот успел переодеться в твидовый костюм, пока они беседовали.– Вау, – только и брякнул лев.– Он хороший артист, – Патрик открыл дверь и приглашающе кивнул своему другу. – Перед уходом скажи что-нибудь на ресепшене, типа ?хорошего дня, мэм?.– Заметано, – мышь серьезно кивнул и неспешно побрел по коридору.– Дальше я все сделаю сам, – Патрик похлопал Леодора по плечу.– Что от меня нужно?Волк едва заметно улыбнулся.– Двадцать пять кусков зелени, и чтобы ты сходил в туалет.– Дам тридцать без последнего пункта.– Увы, никак, – вздохнул волк, поправляя черный плащ. – И это… пока меня не будет, ты никого больше не ешь, ок?Китнисс досадливо кусала губу, все еще ожидая сообщений от папы, но Леодор не спешил с ответом.– Ну и ладно, – мурлыкнула она, пряча смартфон.Одноклассницы с завистью провожали её новенькую школьную форму глазами. Дурочки, знали бы вы какие красоты под этой клетчатой юбкой, – с превосходством думала Китнисс, ощущая, как горят от стыдливого предвкушения ушки.Впрочем, диктант быстро смахнул с нее ощущение собственной важности.– Бостонский бунт мышей… годы третьей войны львов и гиен… первый сенатор-ленивец, гррр, – хотелось зарычать во всю пасть от своей недалекости.Вокруг шуршали тестовые листы, учитель строго обходил класс, следя, чтобы никто не списывал. Телефоны по традиции сложили в одну корзину, так что оставался проверенный временем способ.Быстро и скомкано накарябав вопросы на маленьком листике, львенка свернула его в шарик и бросила на парту зебренка позади своей.Зеб незаметно притянул его копытцом, стрельнул на нее круглыми глазами за толстыми линзами очков. Если бы не его помощь, дочь мэра давно была бы в троечницах.Минут через пять зебренок вернул ей бумажку обратно.– Бунт мыш – 1773, 3я гиен-лев – 2008, сен-ленивец – Магнус, – Китнисс переписала все ответы, довольно подмигнула спасителю и, сама не понимая зачем, обольстительно облизала губы, а зебренок смущенно зарделся.На перемене она хотела подойти и поблагодарить Зеба лично, но тигренок и антилоп опередили ее.– Эй, какого хрена ты мне не помогал? – оскалился тигренок, прижав Зеба к стене лапой.– Да не успел, блин, в следующий раз помогу, – жалобно пролепетал черно-белый жеребенок.– Смотри у меня, залупа конская, – оскалился хищник, а антилоп выбил тетради и учебники из копыт пленника, отчего они рассыпались по полу.Зеб с привычным видом принялся собирать их с линолеума, и удивленно округлил глаза, когда увидел песчаные лапки, клетчатую юбку, и на миг мелькнувшие белые трусики с кружевами под ней.– Вот же мудаки, да? – хихикнула Китнисс, помогая ему собирать пожитки. – Хочешь, попрошу одного друга папы, он их проучит.– Ой, да не, не надо, – нервно усмехнулся Зеб. – Они просто разозлились… Кэш из себя такого альфача строит при всех, как будто кучу тигриц перетрахал, а сам наверно девственник, как и все. Ой, прости, ты же самочка…– Мррр, ничего страшного, – игриво подняла бровь львенка. – Значит, ты в этом разбираешься, да? В сексе.– Я много читал… Тоесть у меня опыта много, хе, – Зеб припал к стене под ее лукавым взором, смущенно встопорщил копытцем ровную черную гриву на шее. – Мне нравится тебе помогать, если честно, ты хорошая.– Идем, – Китнисс сама не поняла, что на нее нашло, но она быстро схватила его за копытце и повела прочь от класса.– Китти, куда мы? – удивленно и испуганно проблеял жеребенок.– Покажу кое-чего, – заговорщицки ухмыльнулась она, проталкивая его за белую дверь.– Это же туалет для самочек! – опешил Зеб.– Ага. У нас тут гораздо красивее и чище, да? Еще и лавандой пахнет. Чувствуй себя как дома.Она нырнула следом за ним в кабинку и закрыла дверь на щеколду. Зеб очень выразительно сглотнул, ощутив ее теплое дыхание на своем мягком черном носу.– Значит, ты у нас парень опытный, – промурлыкала львенка, медленно уложив лапки ему на плечи, и скользнула носиком по его бархатистой шее.– Ох, блин, – пролепетал жеребенок, неловко тронув копытцами ее бока. – Я не то, чтобы опытный, да… Ты знаешь, я один раз хотел поцеловать сестру в щеку… и, получилось как будто в губы… это почти настоящий поцелуй, да…– Почти поцелуй, – утробно повторила Китнисс, проводя носиком по его подбородку, и очень мило оскалила белые клыки.Она запустила когтистые лапки под его рубашку, затем нырнула под ремешок брюк, и зебренок весь поплыл, припав спиной к пластиковой стене кабинки.Что я делаю? – ошалело подумала Китнисс, массируя его немаленькие тяжелые яички в трусах одной лапой, и расстегивая ширинку другой. – Я с ума сошла.Однако стоило ей поднять глаза на довольную, хоть и испуганную мордочку Зеба, ее сомнения моментально улетучились. Он столько раз спасал ее от двоек, всегда был добрым и отзывчивым, очень хотелось его отблагодарить, дать преимущество перед более сильными и самоуверенными придурками из класса.Доброта должна поощряться, – легко и непринужденно заключила Китнисс, плавно стягивая его брюки и белье до колен.– Ну ни хрена себе, – тут же охнула она, когда массивный черный причиндал зебренка вывалился наружу. – И ты ЭТО все время носишь в штанах?– Тебе не нравится? – испуганно пролепетал Зеб.– Нет, вовсе нет, – чуточку нервно хихикнула Китнисс, поглаживая лапками длинное, толстое черное древко с мощным набалдашником. – Просто он такой большой… Ух, какой большой. Ты завидный парень, Зеб.– Ой, да ну скажешь, – треснул голос жеребнка. – А у тебя тоже большое, наверно… Тоесть нет, наоборот, маленькое. Изящное. Черт, что я несу, – он застонал.– Сейчас увидишь, – львенка легко избавилась от белья, и повесила кружевные трусики на крючок. – Как тебе такое, мррр? Маленькое или большое? – изогнула она бровь, и показала зубки, одновременно с этим приподняв подол юбки.– Охренеть, – челюсть жеребенка плавно опустилась, а копытца невольно потянулись к ее наготе. – Ты такая…– Потом расскажешь, – львенка убедила его замолчать коротким, но страстным поцелуем, после чего припала спиной к его груди, а внушительный орган жеребенка просунула между нижних лап, так чтобы его головка выглядывала спереди, а древко терлось о ее нежное лоно. – Их тоже можешь трогать, – промурлыкала Китнисс, расстегнув лифчик, и уложила копытца Зеба на свою небольшую упругую грудку.– Вау.– Столько впечатлений, да? – хихикнула она, поглаживая маслянистую плосковатую головку его члена подушечками пальцев.– Дааа, – таял жеребенок, массируя ее грудку, и вздрагивал каждый раз, когда коготки львенки щекотали его член.Китнисс плавно покачивалась, утробно урча, и ощущая, как влажнеет внизу, отчего древко жеребенка скользит мягче, и от его прикосновений внутри бегут горячие мурашки.Это были новые, волнующие ощущения, у нее еще не было никого кроме отца, и меньше всего она могла вообразить в роли партнера травоядного.Его тяжелые яички терлись о ягодицы львенки, и она улыбалась от такой щекотки. По размеру они были почти такие же, как у отца, но вот орган жеребенка был до смешного огромным для такого щуплого тела, и львенка даже не представляла, как он мог бы проникнуть в нее, ничего не повредив.Головка его члена начала влажнеть, а его вздохи стали быстрыми, горячими.– Китти, – прошептал он растроганно. – Ты такая хорошая.– Мррр, – с улыбкой отозвалась львенка, после чего обернулась, уселась на корточки перед его естеством и облизала губки. – Сейчас ты станешь еще опытнее. Вот это называется ?миньет?.Ее теплые черные губы сомкнулись на головке его члена, и жеребенок открыл рот от восторга, уложив копытца на ее песчаную макушку.– Китти, там кто-то есть, – испуганно пролепетал он, услышав шаги и голоса за пределами кабинки.– Наплевать, – фыркнула Китнисс, заглатывая его набалдашник, для чего пришлось открыть маленькую пасть до предела.Шершавый язычок львенки искристо пробежался по его голове, скользнул туда-сюда. Зеб покачивался, горячо выдыхая, жмурясь за толстыми очками.Какой он травянистый на вкус, – удивленно подумала Китнисс, слизывая влагу с его гладкой головки, и вместе с тем гладила его бархатистые черно-белые бедра.Он был совсем другим по ощущениям, чем отец, и львенку впервые осенило, что когда-то его предки были жертвами львиц. Она вспомнила иллюстрацию из взрослой книги, где троица древних львиц поглощала зебру. Одна из охотниц держала пленника за горло, вторая за бедро, а третья…Китнисс глубоко выдохнула, ощутив что-то новое, запретно-первобытное, и увидела, как слюнки капнули на кафельный пол.Третья охотница на той иллюстрации отгрызала жеребцу яйца. В этом не было какого-то злого символизма, гениталии добычи выступали как аперитив перед большим пиром.Черт, я мыслю как хищница, – стыдливо подумала львенка, с большим аппетитом облизывая и лаская член Зеба. – Мы уже совсем не те жестокие создания. Мы современны. Мы прогрессивны.Она медленно подняла блестящие глазки на мордочку Зеба. Едва встретив ее затуманенный страстью и голодом взгляд, жеребенок потешно охнул и сжал ее мордочку в копытцах.Фонтан его семени ударил в горло львицы с таким напором, что Китнисс взвыла и поспешила освободиться. Семя выплеснулось из ее пасти на пол, повисло на подбородке, скулах, шее.– Прости, – испуганно проблеял Зеб.– Всё… хорошо… – прокашлялась львенка, после чего, как пьяненькая, утерлась тыльной стороной лапы. – Вот это да. В тебе спермы, как йогурта в бутылке.– Хе.– Большой мальчик.– Китти… ты просто супер, – он растревожено опустился на корточки рядом с ней, раздобыл из кармана платочек и принялся вытирать с ее мордочки учиненный хаос. – Спасибо за то, что помогаешь, – промурлыкала львенка, ощущая, как последние искорки удовольствия бегут по загривку, и быстро обняла Зеба. – Только ты сильно не пались, что мы с тобой вот это всё… хорошо?– Конечно, – горячо заверил он, целуя ее ушки и лапки.Они дождались звонка на урок, и когда в коридоре наступила полная тишина, тихонько вынырнули наружу.Возле кабинета биологии топтались тигренок и антилоп. Китнисс прошла мимо них, высоко подняв носик, и встала перед дверью в кабинет, придумывая оправдание перед учителем.– Урок десять минут уже как идет, – фыркнул тигренок, лениво качая хвостом, и совсем не спеша внутрь. – Чему ты радуешься, задрот?Зеб спокойно подошел к нему, широко улыбнулся, и, застегнув верхнюю пуговицу рубашки, двинулся к двери, бросив на ходу:– Знаешь, может я и конская залупа, но в отличие от тебя я МУЖИК.У отца явно что-то не ладилось. Китнисс в замешательстве наблюдала, как тот быстро пролистывает каналы на большом плоском телевизоре. Он даже не стал смотреть любимый стенд-ап.– Пап, все хорошо? – живо поинтересовалась она, незаметно для мамы погладив его по колену.Леодор вздрогнул, и удивленно вскинул брови.– Да, да, всё замечательно. Восхитительно, – снова возвращаясь к пролистыванию каналов, отозвался он.– Коррупционные скандалы и расследования в новостном блоке ?ЗверьТВ?… – зачитала ведущая на фоне пустыни.Леодор недовольно рыкнул и быстро переключил на другой канал.– Политика и этика несовместимы, или может быть компромисс, узнаем в сегодняшнем выпуске…– Да вы сговорились что ли, – поморщился лев, щелкая пультом.– Привет, это Нарвальный! – бодро вскинул ласту нарвал под большим заголовком ?Сибирия 24?. – Сегодня самое время поговорить о паразитах, но не обычных…– Да, блядь, – раздраженно буркнул Леодор, переключая на мультики.– Дорогой! – мягко пожурила его жена.– Прости, прости, – Леодор взлохматил загривок дочери лапищей и улыбнулся супруге. – Думаю, в школе она и не такое слышала.– Это не повод, чтобы злословить в доме, – львица подошла сзади и погладила его гриву. – Тебе надо отдохнуть, развеяться. Завтра будет шикарный приём в новом коттедже Пенгаузов.– Пенгаузы? – лев досадливо стрельнул глазами на Китнисс. – Ричард Пенгауз – федеральный казначей?– Был когда-то, а сейчас он возглавляет ?FishBank?, – с мечтательной улыбкой отозвалась львица, доставая лазанью из духовки. – Говорят, его приемы это просто нечто. Лучшее шампанское, миллион видов канапе, паназиатская кухня.– Звучит не так интересно, как газетные заголовки, – Леодор нахмурился, припоминая. – Насколько я понял, он перестает принимать наркотики только для того, чтобы до кого-нибудь домогаться.– Не он, а его сын, – веско поправила львица, подняв коготок. – Это да, он большой любитель, гхм, занырнуть под юбку.Китнисс улыбнулась, когда отец подмигнул ей, и будто невзначай скользнул кистью хвоста под подол ее сарафанчика.– Тем не менее, у него огромные связи в высшем обществе, так что даже сексуальные скандалы не слишком вредят, – патетично заключила львица, пробуя домашний соус на вкус. Сходи на прием, потрись там с потенциальными инвесторами, запусти коготки им в гривы.– Лишь бы ничего не подцепить там, – поморщился Златогрив, наблюдая как дочь покачивает когтистой лапкой. – Идти на прием к чуваку, чей сын не вылазит из секс-скандалов это просто… – он вдруг нахмурился, машинально разглядывая кисть хвоста Китнисс, и тихо закончил. – Это просто отличный план.Дочь вопросительно склонила мордаху, Леодор нервно облизал губы, и поднялся.– Зайди ко мне в кабинет, – тихо сказал он Китнисс на ушко.Львенка обнаружила его там через пять минут, с открытой бутылкой виски. Сидя в своем любимом кресле напротив камина, лев жестом пригласил ее сесть напротив.– Скажи, ты по-прежнему хочешь… перейти на новый уровень? Во всех смыслах.Китнисс решительно кивнула.– У меня есть план, и я надеюсь, что ты в нем посодействуешь, – мягко начал он, наливая ей виски с колой.Когда он договорил, львенка осушила второй бокал и несколько мгновений разглядывала его большую усталую морду в молчании.– Что ты скажешь? – Леодор наклонился к ней над столом, почти коснулся носом ее носика.– Я в деле, – задумчиво промурлыкала дочь, и глаза ее блеснули хитрецой. – Но я попрошу награду, и ты не посмеешь мне отказать.Лев коротко поцеловал ее в губы и вернулся в кресло.– Чего ты пожелаешь? – заинтриговано уточнил он, залпом допил виски.– Увидишь, – фыркнула львенка, элегантно перекидывая одну лапку на другую, и Леодор прикусил губу, заметив, что под ее сарафаном нет белья.