Часть 37 (1/2)
Проснулась я резко, в одно мгновение. Рядом никого не было, но на тумбочке стоял графин с лимонной водой, а под салфеткой я нашла большой, еще теплый кусок пирога с рыбой. Желудок радостно заурчал и принялся переваривать вкусняшку. Когда с перекусом было закончено, меня посетила великая лень. Делать совершенно ничего не хотелось, и я смежила веки. Дебаф спадет через двое суток, значит можно поспать. Я бы предпочла бы свою кроватку и девочек под боком, но встать и спуститься вниз - было выше моих сил. Подремлю……Сон. Опять сон с попаданием. Подземелье. Грубая кладка стен из крупных камней, сырые потеки, кованые решетки, едва тронутые ржавчиной, на крохотных камерах и факелы по стенам, мох и густая свалявшаяся паутина – похоже, сон про средневековье. И ни звука. Только слышно как капают капли и потрескивают факелы. Я оказалась в каком-то тупике, и значит мне нужно на выход. Сделав шаг, я поняла, что что-то не так, не так с моей одеждой и обувью. Вот не стыковалось мое облачение с подземельем. Костюм кролика-крупье и туфли лодочки на невысокой шпильке были совершенно не к месту. Звуки каблуков по каменному полу казались мне оглушающими. Я попыталась снять туфли, но не преуспела в этом – туфли были словно приклеены к телу, как и вся моя одежда. Она не мешала, но и не снималась. Пришлось плюнуть на условности и цокать дальше.У развилки я ненадолго остановилась. Вариантов было целых три. Влево, вправо и прямо. Пришлось сбивать ржавчину каблуком на левой решетке. Ведь я собралась идти в левый коридор, там было слегка светлее, и я чувствовала голой кожей ток воздуха именно оттуда.
Через час, вся мокрая и в паутине я снова стояла на этой развилке. Теперь мой путь лежал по центру.Метров сто я прошла спокойно, только пол слегка пошел под уклон, но вскоре у меня засвербело в одном месте. Пятая точка почувствовала приближение неприятностей. Я замерла и прислушалась – стук капель и треск факелов, вроде все то же, но я буквально всей кожей ощущалаприближение неприятностей.Развернувшись, я побежала назад, к развилке, но на шестом шаге передо мной с потолка упал оранжевый шарик. Шар, метра три в диаметре, полностью перегородил проход назад. Он подрагивал, как желе, в которое ткнули палкой. Я резко тормознула и на инстинктах жахнула в него ?Огненным лучом?. В ноздри ударил резкий запах жженой резины. Шар развалился напополам и растекся по полу. Но только я собралась пробежать мимо него, как обе половинки снова надулись и теперь уже два, один за другим, шара перегораживали мне проход. Я снова активировала ?луч?, разрезая шары, но уже на бегу.
Проскочить я успела и притормозила только на развилке. У меня оставался всего один неисследованный путь. Брошенный назад взгляд подтвердил мои худшие подозрения. Шаров было уже четыре, причем только три были оранжевыми, четвертый был темно-синего цвета, и все не уступали первому в размерах. Я кинула в них ?шарик?, а затем и ?россыпь?. Обе атаки оказались просто проглочены оранжевой массой.
При этом шарики передвигались. Не катились, а ползли, или левитировали почти задевая пол. Я сплюнула и бросилась в правый проход. Возможно, он приведет меня обратно к развилке, но преследующие меня шары-желе должны будут оказаться в это время в правом проходе.Именно так и произошло. Шары передвигались не отставая, но все-таки немного медленней меня. Не снижая скорости, я снова рванула в центральный проход. И снова моя задница заныла. Этот проход был ловушкой, но других вариантов просто не было.
В каждом моем ?сне? должна быть цель. И выполнив ее я просто проснусь. Вот только самой цели я заранее не знала ни разу.
Шагов через шестьсот я очутилась на новой развилке. Только теперь дорог было всего две – влево и вправо. Саданув со всей силы каблуком по левой стене, и оставив на ней метку, я бросилась в левый проход. Шары почти дышали в затылок, отстав всего на пару десятков метров. А еще через пару тысяч шагов я снова оказалась на развилке. Вот только она оказалась занята. Прямо по центру, перекрывая проход, шевелился синий шар. То ли это тот, который меня преследовал ранее, то ли новый. Размышлять времени не было, и я на бегу активировала ?луч?.
Шар послушно развалился на две половинки и в нос снова ударили запахи жженой резины. Пробежав прямо по синей массе, я отправилась в правый проход. Все равно вариантов больше не было.
Коридор оказался под стать самому первому. Грязный, с глубокими лужами на полу, в лохмотьях паутины. Громкий звук каблуков периодически прерывался всплесками воды и матом. В полутьме было сложно узнать глубину лужи и приходилось бежать уповая на удачу. Удача помогала не всегда, и тогда раздавался плеск воды, а следом мат.Сколько я так бежала - не знаю. Коридор то погружался во тьму, и тогда приходилось пробираться наощупь, то оказывался залит ярким слепящим светом, и тогда приходилось опять идти наощупь. Он то извивался как змея, то становился очень узким, то очень широким, то потолок сильно понижался, то терялся в темноте. Единственное, что оставалось неизменным - пустые крохотные камеры и мои преследователи. Теперь между нами было около ста метров, я их уже не видела, но слышала плеск воды, когда они форсировали лужи.В конце концов, шатаясь от усталости, на дрожащих ногах,вся в мокрой грязи и паутине я остановилась на новом перекрестке. Вариантов было снова три – влево, вправо и прямо. Бежать сил уже не было, и я поплелась в центральный проход.
Я успела пройти всего несколько шагов, как вдруг меня что-то сильно обхватило за талию и резко дернуло назад. Я попыталась извернуться, но это что-то продолжало меня тащить. Мой взгляд упал на пояс, и меня передернуло – это что-то было толстым, желеобразным отростком оранжевого цвета и оно успело обвиться вокруг меня в три ряда.
Отросток развернул меня и впечатал в оранжевый шар. Я успела активировать ?луч? и располосовала моего преследователя, вот только это уже не помогло. Сразу два оранжевых щупальца обвили меня полностью, притянув руки к телу и накрыв с головой. Внутри этого кокона было жарко и душно, а еще я ощущала себя как муха в паутине – чем больше дрыгаешься тем больше вязнешь. Чуть подергав меня в разные стороны, они срослись в одно целое. Щупальца вдруг пропали, раскрывая кокон, и яс размаху оказалась впечатана лицом в оранжевое желе. Оно оказалось неожиданно теплым, можно даже сказать горячим. Но в тоже время склизким, как раздавленный слизень и очень липким. Меня буквально приклеили к шару.
Некоторое время я лежала, уткнувшись в шар лицом, распластанная по его поверхности, а затем плоть шара стала еще более мягкой и меня, как в болото, стало погружать в оранжевые внутренности.Внутри этого шара было еще более горячо и противно, но каким-то образом шар давал мне дышать прямо в этой вязкой жиже. Моя одежда внутри шара расползлась на молекулы, и я ощутила всей кожей прикосновение липкого и горячего студня. Он обжигал, втыкался зазубренными иголками, желе, колыхаясь внутри стенок, терлось об меня как наждачная бумага, кололо ударами слабого тока, сжимало и щипалось. Казалось, что с меня медленно снимают кожу. Я пробовала заорать от боли, но не услышала ни одного звука, хоть рот и раскрывался, а голосовые связки напрягались.
Вдруг желе внутри шара стало полупрозрачным, и я смогла наблюдать, как остальные шары втягиваются в захватившего меня монстра. Каждый шар, вливаясь, приносил новые ощущения. Первый принес с собой запахи осени - запахи прелых листьев и свежесть после дождя. Синий шар принес с собой морозную стужу, и онемение конечностей. Остальные шары не дали ничего, лишь усилили все негативные ощущения.
Шар еще какое-то время подергался, побурлил и внезапно пополз назад по уже знакомому коридору. Мое тело сменило положение с вертикального на горизонтальное. Теперь я смогла разглядеть, как он передвигается. Внизу у него было огромное количество мелких и тонких отростков. Именно они и приводили в движение эту гадость.