одуванчики - цветы чокнутых (1/1)
Через пару дней молодая пара уладила все дела в городе, съездили записали совместный трек, собрали необходимые вещи и отправились в Ростов-на-Дону на рейсовом автобусе. Потом кое-как забрали из багажного отсека автобуса чемодан и поехали с автовокзала за город, к Ксюшиным родителям домой. Дом действительно оказался большим, как и прилежащая к нему территория. Она делилась на веранду, сад и огород. У калитки сразу встречал живописный сад с яблонями и грушами, также кругом были разные цветы, домашние, посаженные, полевые. Были ромашки, пионы, тюльпаны, хризантемы, георгины, гиацинты, сирень, нарциссы, розы. Пусть и цвели далеко не все, но было очень красиво. Все выглядело очень простенько и аккуратно, но именно это и привлекало. Дом был двухэтажный с мансардой, из белого камня, который просвечивался сквозь персиковую краску в некоторых местах. Крыша с кирпичной черепицей. Широкие и большие окна. Железные двери. Красивая и невычурная веранда с деревянными лавками, рядом с которыми стоит широкий и длинный стол. У входа в дом есть три ступеньки, на которых растянулся лабрадор с золотистой шерстью.—?Голд! —?громко позвала девушка. Пес подорвался и побежал навстречу девушке. Начал радостно лаять и, прыгая, чуть не сбил ее с ног. —?Привет, малыш. —?обнимала собаку и чесала за ухом. —?Хороший мальчик. —?облизывал ей все руки, а потом заметил парня и начал на него лаять. —?Голд, все хорошо, он свой, он хороший, правда. —?пес начал внимательно изучать и нюхать Амчиславского, после чего укусил за руку.—?Эй, какой же хороший мальчик кусается, а, Голд? —?потрепал за ухо и погладил по холке. —?Да, от меня, наверное, пахнет твоей хозяйкой.—?Голд, чего ты гавкаешь, а ну иди на место, быстро. —?на крыльце показалась женщина средних лет с полотенцем в руках. Распущенные темные волосы до плеч немного закрывали лицо. Яркие голубые глаза блестели на солнце.—?Мама, привет. —?Страничка побежала навстречу и, чуть ли не сбив женщину с ног, крепко-крепко обняла, а на глазах у обеих начали выступать слезы.—?Доченька, ты приехала…—?Да, мам, я же обещала тебе. —?собака подбежала и начала прыгать. —?Да, Голд, я знаю, что ты рад меня видеть. Ма, а где папа?—?Папа на работе, придет после пяти, может после шести. Чего ты не предупредила, что сегодня приедешь?—?Я хотела сделать сюрприз.—?У тебя получилось. Я так понимаю, что это Артем?—?Да, только он не любит, когда его называют по имени, если можно, то называйте его Амчи.—?Хорошо. Как вы?—?У нас все хорошо. Вы с папой как?—?Да потихоньку. Чего он стоит как вкопанный?—?Не знаю. Стесняется может.—?Амчи, чего ты там стоишь как неродной, иди сюда. —?позвала мать его. Подошел робко и поставил рядом с домом чемодан. —?Иди сюда, я не кусаюсь. —?протянула руку и обняла.—?Тем, это моя мама?— Евгения Викторовна.—?Да, здравствуйте. —?чувствовались неловкость и смятение. —?Я парень вашей дочери.—?Я знаю.—?Ну иди сюда ты, дурачок. —?шатенка притянула его ближе к себе и обнимала вместе с мамой.—?Пойдемте лучше в дом, а то не дай Бог там что-нибудь сгорит.—?Идем-идем, мам, а то ты потом нас поджаришь, Тем, бери чемодан, отнесем в комнату. —?взяла его за руку, будто боялась, что он потеряется.—?Твоя комната свободна, если что, то я на кухне.—?Хорошо. —?уже поднимались по лестнице на второй этаж. —?Заходи. —?открыла дверь и пропустила Амчи вперед. Перед его глазами предстала просторная, но не большая комната, светлая и простая. Двуспальная кровать с железным изголовьем, тумбочка и шкаф. Миниатюрное трюмо. Большие окна, слегка прикрытые шторами. Парень поставил багаж у стены и потянул Страничку к окну.—?Амчиславский, ты чего? —?оказалась прижата к стеклу и сквозь рубашку почувствовала холод.—?Ничего, малыш. —?положил ладонь на щеку и большим пальцем вел по уже высохшем дорожкам от слез. Поцеловал сначала легко, а потом поцелуй неожиданно перетек в тягучий и глубокий. Крепкие, но нежные руки блуждали по талии. —?Нет, нет, нет, убирай руки, я не разрешаю. —?взял за запястья.—?Тема, не надо, там мама внизу… —?тяжело и сбито пыталась отдышаться.—?А ты сделай так, чтобы нас не было слышно. —?отпустил и закрыл дверь, после чего вернулся.—?Что ты задумал?—?Говорю же?— ничего. —?снова прильнул губами к девушке, и они слились в сладком, страстном поцелуе.—?Ты не можешь до ночи или хотя бы до вечера подождать? —?попыталась хоть на секунду отодвинуться, но из цепких объятий так просто не вырваться.—?Неа… Не могу. —?спускался вниз по тонкой шее поцелуями, а потом с малейшей грубость начал засасывать губами бледную кожу, от чего потом засосы будут выглядеть еще ярче.—?Артеееем… —?тянула приторно его имя. —?Потом же будет все видно. —?вмиг залилась краской. —?Сам потом будешь родителям объяснять, что и зачем ты сделал.—?Хорошо. Правда, не самое лучшее начало знакомства с родителями девушки, но мне сейчас не до этого. —?очень легонько прикусил кожу над ключицей.—?Не кусайся, Тема, пожалуйста, хотя бы не сейчас, это не очень прилично, как я сейчас выйду к маме, а потом встречу папу, вот как?—?Надень блузку с высоким горлом.—?Я ее не брала. У меня только рубашка, свитер, кофты все с вырезом, ну и кофта спортивная наверх. И что теперь делать?—?Ну возьми мою толстовку, которая зеленая, да и натяни капюшон, думаю не будет видно. Скажешь, что замерзла, да и правда, на улице действительно прохладно. —?притянул ее ближе к себе, а она вжалась в его туловище.—?Да, я вообще-то правда замерзла.—?И вот чего ты снова молчишь? —?сплел свою кисть с ее.—?Извини, я только сейчас это поняла. —?носом робко провела по ключице.—?Одевайся, Ксюнь, тебя мама ждет.—?Ты так говоришь, будто я в детском саду. Отвернись. —?ударила кулаком в грудную клетку.—?Зачем? Что я там не видел? —?ласково спросил.—?Может видел ты там и все, но я тебя, знаю. Потом же нескоро выйдем из комнаты, заведешься с полуоборота. Тем, чуть позже, ладно? —?полезла в чемодан за кофтой.—?Хорошо. —?развернулся к окну и рассматривал палисадник с высоты.—?Все, Артем, пойдем? —?руки сзади нежно и по-свойски обвили талию парня.—?Зайка, я переоденусь и спущусь, окей?—?Да. —?оставила легкий и сладкий поцелуй на его губах.—?Солнышко мое, люблю тебя, я скоро.—?Ага. —?закрывала за собой двери.Спустилась по лестнице и пошла на кухню, из которой доносились чудесные ароматы.—?Мамочка, что ты готовишь?—?Оладушки. Отец попросил сделать.—?Так вкусно пахнет. Ммм… Пальчики оближешь. —?уже откусила горячий оладушек.—?Ну, Ксюша, ты, как всегда. Неисправима. Осторожно, очень горячий. Нет чтобы подождать, ты вечно куски хватаешь. По рукам пора бить, чтоб приучилась нормально садиться есть.—?Ну мааам. —?села за стол.—?Подожди еще минут пять, и я тебя нормально накормлю.—?Я не хочу есть.—?А сейчас ты что делаешь?—?Не придирайся к словам. —?на кухню зашел Амчиславский в темно-синей кофте и черных джинсах.—?Амчи, будь добр, научи свою девушку правильно питаться, а не кусочничать.—?Обязательно. Как приедем домой, я планирую начать ее откармливать, а то почти ничего не ест. Ксюш, и даже не пытайся сопротивляться, у тебя не получится. —?приобнял за плечи сзади.—?Конечно не получится, ты слишком хорошо готовишь.—?И ты тоже садись, я вас сейчас накормлю.—?Извините, но я вынужден отказаться, не так давно поел, но я честно обещаю, что обязательно оценю ваши старания и кулинарное превосходство. А вот ее обязательно накормите, а то скоро ребра торчать будут.—?Артем! —?ударила локтем в бок.—?Эй, эй, полегче.—?И вот зачем ты его бьешь, он же правду сказал.—?Видишь, даже Евгения Викторовна со мной согласна.—?Можешь звать просто тетя Женя.—?Тем, а почему ты корсет не носишь? Где он?—?Сейчас вернусь, только не заводись. —?уже скрылся за дверью.—?Ма, я хочу сходить к Косте, как там, вы давно к нему ходили?—?Были там недели две назад, прибрались немного, цветы принесли. А Артем что-то знает о нем?—?Нет. Но я хочу сходить туда с ним, нам нужно поговорить.—?У вас все хорошо, Ксюш? —?мама поставила тарелку с оладушками и сгущенкой перед девушкой.—?Мам, у нас все прекрасно, просто мы любим ссориться по мелочам и дурачиться. А еще кто-то очень ревнивый.—?Главное, чтобы все было хорошо, и вы друг друга понимали. Если что-нибудь, не дай Бог, конечно, случиться, то не стесняйся обратиться.—?Хорошо, спасибо, люблю тебя, мамочка.—?Не за что, зайка. —?подошла и заботливо чмокнула дочурку в макушку. —?Кушай, деточка.—?Все, Ксюнь, можешь не волноваться, я снова тут и на мне снова бандаж. —?дредастый вернулся к семье Чумаченко.—?Так, а что у тебя с рукой-то случилось?—?Да я на тренировке неудачно упал на руку и повредил плечо, теперь вот повязку минимум недели две носить, чтобы не было осложнений.—?Ты смотри давай, здоровье береги, мало ли что, а здоровье одно из самого главного в жизни.—?У меня пока кое-что, а точнее кое-кто самое главное в жизни.—?Артем! Не будешь следить за своим здоровьем и самочувствием?— буду с тобой ругаться.—?Опять вот ты злючку включаешь, зай. —?подошел и нежно обнял правой рукой со спины, губами еле коснулся того же самого места на макушке. —?Все, все, спокойно, сиди и жуй. —?сел рядом и положил руку на талию.—?Дочь, ну ты и бука, отчасти, конечно, права, но нельзя так парня контролировать.—?Ма, ты вообще за кого?—?За справедливость.—?Теть Жень, все нормально, пусть злиться, пусть ругается, если хочет, от этого я любить ее меньше не стану.—?Амчиславский, ты порой невыносим со своей любовью и оптимизмом.—?Ну какой есть.—?Пойдем минут через двадцать прогуляемся, я тебе покажу некоторые места, хорошо? Заодно поговорим кое о чем.—?Без проблем, Ксю, я только за, ты же знаешь.—?Гуляйте, дети, отец только вечером приедет с работы, а я все равно тут по хозяйству занимаюсь, думаю вам сейчас будет комфортнее пока побыть наедине, а вечером или завтра уже о чем-нибудь поговорим. Я пока вам соберу с собой сумку. Чай сейчас поставлю для термоса. Сидите и едите, если хотите, то сейчас могу налить чаю, с утра еще немного осталось.—?Да, ма, если можно, пожалуйста, а то слишком сладко. Ты божественно готовишь. Тебя никогда никто не превзойдет.—?Даже я?—?Даже ты. Попробуй и сам все поймешь. —?протянула на вилке и засунула в рот кусочек оладушка, политого сгущенным молоком.—?Ммммм… —?проглотил. —?Все, я с тобой полностью согласен, абсолютно согласен. —?а потом поцеловал нежно в щеку, было липковато, так как на губах осталось немного сгущенки.—?Темааа, ну теперь щека липкая.—?Ничего страшного, малыш. —?прошептал на ухо и слизал след от поцелуя языком.—?Амчи, не наглей. —?пихнула немного локтем в бок.—?Тссс… Не ругайся, Ксю. Если хочешь, то поругайся потом, я ж не запрещаю, но, мне кажется, что лучше это делать, когда мы с тобой одни.—?Все, Амчиславский, потом, дай поесть.—?Ты же не хотела.—?Отстань, сейчас доем и пойдем собираться.—?Злючка.—?Колючка.—?Видишь, мы друг друга дополняем.—?Ты дашь мне спокойно поесть?—?Нет, конечно.—?Ладно, что мне сделать, чтобы ты закрыл свой рот, а?—?Наверное, перестать как ежик выпускать свои колючки без надобности, просто пытайся доверять. Не будь ежиком, будь зайкой. Хотя, будь кем хочешь. —?заправил прядь волос ей за ухо.—?Ты невыносим, Артем. —?встала помыть за собой блюдце.—?Оставь тарелку, не трогай. —?на кухню вошла Евгения Викторовна.—?Мам.—?Я сказала оставь и не спорь. Идите собирайтесь. Бегом. Взяла его под руку и пошла. Быстро. —?строгим взглядом сверлила шатенку. —?Я жду. —?пристально смотрела, пока дочка все-таки не подошла и не забрала парня с собой наверх.—?Ксюш, только оденься тепло. —?дредастый произнес, закрыв за собой двери.—?Мне нормально.—?Вечером станет прохладней, а ты еще до конца не вылечилась.—?Мне тепло, отстань, ты лучше переоденься или возьми с собой куртку.—?Ну смотри мне, куда хоть пойдем?—?А это секрет, придет время?— узнаешь.—?Ты же меня нигде не закопаешь?—?Я постараюсь. Ладно, я в ванную, встретимся внизу.—?Хорошо. Давай быстрее.—?Иди уже. —?выпихнула его на лестницу.—?Спасибо, Ксюш, за гостеприимство. —?цокнул, но ласково и поспешил спуститься.—?О, Артем, я собрала вам рюкзак, там есть, что перекусить, пледы, термос с чаем, если захотите?— там есть бутылка вина. Ты присматривай за ней, мало ли что может учудить. —?показалась из-за угла мама кареглазой.—?Да, я в курсе.—?Возьми, наверное, с собой Голда, пусть погуляет, если вам не сложно.—?Конечно.—?Я тебе еще не надоела? —?Страничка повисла на шее со спины.—?Нет. И не надоешь, даже не стремись к этому. Пойдем уже, чудо в перьях, а то мы выйдем из дома, когда уже стемнеет.—?Все, только не бузи. —?взяла его за руку.Минут за двадцать, может за полчаса, они не спеша дошли до поля. Очень красивого. С изобилием полевых цветов. В основном были ромашки, но встречались и другие. Пес радостно забегал по полю и начал лаять. Парень поставил рюкзак на землю и наслаждался столь красочным видом. Солнце еще не садилось, но было ярко-оранжевым. Она сначала просто села на землю, а потом принялась собирать цветы. Поначалу Амчи не предавал значения тому, какие именно цветы девушка собирает желтые одуванчики.—?Ксюш, что делаешь? —?присел рядом и положил руку ей на плечо.—?Ничего, одуванчики собираю.—?Что делать с ними будешь?—?Венок хочу сплести.—?Я тоже хочу, но вот не умею, ты же меня научишь? —?склонил голову на ее плечо.—?Наверное. —?с полным равнодушием ответила.—?Ну чего ты, Ксюня, ну чего ты грустишь? —?водил пальцем по скуле очень-очень нежно.—?Неважно, зай, ничего.—?Что-то случилось?—?Нет, ничего не случилось.—?Ксюш? —?остановился большим пальцем на губе, а она ?перехватила? его руку своей.—?Не надо… —?убрала от лица его кисть.—?Ну что такое, объясни?—?Ничего.—?Малыш, что произошло, что происходит?—?Не надо. Не спрашивай, Тем… —?обхватил руками шатенку и прижал к себе, почти уложил ее к себе на колени.—?Кареглазка моя, не грусти, пожалуйста.—?Не трогай меня, зай. —?встала и ушла метров на 50 в поле.—?Да что случилось? —?только и успел кинуть вслед, но совсем тихо, боясь может обидеть. Рядом с ним теперь лежал Голд, слабо поскуливая и наблюдая за своей хозяйкой. Насобирал как можно больше одуванчиков и попытался сам сплести хоть один венок. С горем пополам, да что-то вышло и он почти не разваливался. Просто еще сделал маленький букетик из желтых цветочков вместе с ромашками. Взял одну такую беленькую и пестренькую и просто начала отрывать лепестки, про себя считая ?Любит?— не любит?. Только не знал, что там, в пятидесяти метрах от него, Ксюша стояла и делала то же самое не от скуки, а абсолютно всерьез. Сделала уже венок, который надела себе на голову и собрала небольшую охапку ромашек. Любит. Не любит. Любит. Не любит. Любит. Не любит. Последний лепесток был ?не любит?. Хоть она и понимала, что это всего лишь поверье, но руки немного опустились, а между пальцев все еще был зажат лепесток. Только через две минуты девушка заметила, что лепесток последний был какой-то толстый и в итоге оказалось, что их было там два. Все-таки любит. Нашла в себе остатки моральных сил, чтобы подняться с травы и идти дальше. Вернулась к нему и робко взяла и сжала его ладонь, может в страхе, что тот отстранится. Но нет. В ответ искренне улыбнулся, вселяя спокойствие. Уставшая, но такая милая улыбка. Ее любимая улыбка.—?Пойдем, нам надо еще кое-куда.—?Это тебе, Ксю, только улыбнись. —?протянул ромашки.—?Хорошо. —?слабая улыбка все же пробивалась на лице. —?Голд, идем. —?потрепала пса слегка за ухо.Повела размеренным шагом к кладбищу и уже через 10-15 минут они стояли у могилы, которая до боли в груди так знакома девушке. Амчиславский прочитал текст на надгробии ?Константин Александрович Чумаченко. 12.02.1999. —?18.06.2017.?. Черты лица были очень схожи с Ксюшиными. Те же глаза. Те же скулы. Тот же нос. Такие же тонкие губы. Дредастый не задавал ни одного вопроса с тех пор, как увидел на горизонте могильные кресты и надгробия, но тут вдруг нарушил тишину.—?Это же твой брат, да? —?опустил рюкзак на рядом стоящую лавочку.—?Д-д-да… —?подошла к портрету положить венок из одуванчиков и хоть и старалась, но уже не могла сдержать слез. Отошла от могилы метров на пять и закрыла лицо руками, давая волю эмоциям. Совсем на душе осточертело. Не хотела же плакать, просто хотела навестить брата, но нет же. Истерика накрывает с головой. Артем подошел и осторожно развернул ее лицо к себе, чтобы не упала. Внутреннее бессилие ломало. Руки все же опустила и после того, как Амчи бережно обнял ее, обвила его руками и не отпускала. Прижалась к груди и плакала. Да, футболка вмиг стала влажной, но девушка постепенно отпускала свои чувства на волю. Он же рукой медленно водил по спине и волосам, приложив губы к ее виску.—?Поэтому такая грустна ходила все время? —?вопрос по сути был риторическим. —?Тише, тише, родная, не терзай себе душу, прошу. —?затянулось молчание минуты на три, после которого шатенка приподнялась на носочки и прошептала на ухо.—?Ты же меня не бросишь? —?устремила взгляд в небесные глаза.—?Господи, малыш, ну откуда в голову тебе такое приходит. У меня никогда и в мыслях не было поступить так с тобой. —?правой рукой подхватил под попу и поднял, так что ее глаза были напротив его. —?Никогда не думай о этом и даже не вздумай такое представлять, ясно?—?Угу. —?кивнула головой. —?Тема, опусти меня, у тебя рука, подумай хоть раз о здоровье. —?всхлипывала, шмыгала носом и все еще плакала.—?Только ты мне все расскажешь. —?опустил ее аккуратно на скамейку, а затем сел рядом. Она сама прижалась к нему, оставляя минимальные зазоры пространства, а под руку подлез лабрадор.—?Мне стало очень больно на душе, когда я узнала, что ты употребляешь, ведь за плечами выдался уж горький опыт с последствиями. Костя… Он пошел отмечать на речку день рождения друга. Не знаю каким образом, но кто-то уломал его попробовать дурь, мол на слабо взяли, а он сдуру согласился, хотя знал, что у него есть некоторые проблемы со здоровьем, и, в целом, что это ничем хорошим не закончится. Он утонул, несмотря на то, что очень хорошо умел плавать. Вскрытие показало, что умер он от передоза наркотиками раньше, чем утонул. Просто не выдержало сердце столь большой нагрузки. Совсем молодой. Только 18 лет стукнуло. Только жизнь началась. Но из-за одной глупости перечеркнул все. До сих пор не понимаю зачем. Нам с мамой тогда очень плохо было. Я как минимум на неделю тогда на учебу забила и почти ничего не ела. Просто закрылась в себе. Потерять из-за гребанной травы кого-то родного безумно больно. Когда я поняла, что ты скорее всего закидываешься какими-то такими таблетками, я сильно испугалась. Вся вот та ситуация прокрутилась в голове, и я осознала, что не хочу потерять любимого человека из-за каких-то там чертовых наркотиков. Что просто это не переживу. Не вывезу я еще раз такое. Сделаю что-нибудь с собой и все. Но не хочу причинять маме столько боли, она и так вместе с папой много чего пережила. Поганое дежавю, которое вообще не хотелось переживать, но так уж получилось. Страшно было. Очень. Что я в кокой-то момент просто могу узнать, что тебя больше нет. Что никогда тебя больше не смогу поцеловать. Не обниму. Не увижу. Просто внутри начало все рушиться. —?все это время теребила руку Артема, не находя себе места.—?Ну все, все, видишь, я рядом, все в порядке, я с тобой, ничего со мной не случилось. —?пытался успокоить шатенку. —?Знаешь, что, я думаю, что он бы не хотел, чтобы ты так много плакала, малыш. Успокаивайся давай, не надо утопать в грусти, вредно для психики. —?сейчас начал в полной мере осознавать сколько на самом деле причинил боли своим ублюдским поведением и отношением.—?Тема, Тем…—?Что, Ксюнь? —?голос был крайне ласковым.—?Я замерзла. —?опустила голову в пол.—?Горе ты мое луковое, сказал же, оденься теплее, но кто же меня слушать будет. Надевай давай. —?отдал пайту, которую только что стянул с себя, а сам надел куртку. —?Все, надела?— ложись. —?она мягко опустилась к парню на грудь.—?Спасибо. —?поднялась и кратко поцеловала в щеку, а потом укусила вновь за шею, стараясь не сделать больно.—?Ксюша, ты вот опять?—?Нет, прости.—?Все хорошо. Не парься. —?рука скользнула под кофту Странички и гладила по плоскому животу.—?Нет. Нет. Не надо, Артем. Прошу. Убери руку. —?резко дернулась и встала.—?Что случилось, Ксю?—?Просто, просто не надо. Обрывками всплывают воспоминания о том вечере и начинается неконтролируемая паническая атака.—?Я не буду тебя трогать, если сама не попросишь, ладно?—?Можешь трогать, но, пожалуйста, не лезь пока под одежду. —?стирала слезы с лица.—?Как скажешь. Ежик?—?Нет. —?отрицательно покачала головой.—?Значит зайка. Или может котенок? —?спросил, когда она потерлась о его щеку носом.—?Неа, я конечно не в восторге от этого всего зоопарка, но первый вариант лучше.—?Зайка. —?накрыл губами висок. —?Любимая, тепло теперь?—?Да. —?зарылась носом дредастому в шею и спрятала кисти под манжеты.—?Может домой лучше пойдем, греться?—?Не хочу домой. Я гулять хочу. По родным местам. Давай еще здесь посидим.—?Конечно, только обещай, если станет холодно, то сразу говоришь и пойдем домой, окей?—?Окей. Тема, мне очень приятно, что ты так заботишься обо мне, правда. —?прижалась как можно ближе.—?Ксю, все нормально, так и должно быть. В этом нет ничего сверхъестественного. —?провел грубоватой ладонью по щеке. —?Почему именно одуванчики, в поле же было много цветов, но ты выбрала именно их. Такие маленькие, непримечательные и обычные цветы. Это же не случайно, да?—?Это еще давно началось, в детстве. С мамой и Костей гуляли часто в этом поле. Не знаю, где он услышал, но говорил, что желтый это цвет психушки, якобы стены психбольниц красят в желтый, а одуванчики тоже желтые и из этого вытекал вывод, что одуванчики?— цветы чокнутых, и то, что я их люблю значит, что я тоже чокнутая. Я тогда спросила: ?Но ты же тоже их любишь, разве не так??, на что последовал ответ ?А я и не отрицаю того, что я чокнутый.?. С тех пор мы постоянно с ним вспоминали эту ситуацию, и каждая прогулка по полю уже сопровождалась ?ритуалом? в виде плетения венков из одуванчиков. Вот как-то прилипло это все и теперь каждый раз, когда я вижу эти маленькие желтенькие цветки?— всегда вспоминаю о нем. Я скучаю по Косте. Он постоянно меня поддерживал, даже тогда, когда я его отталкивала, ругалась, не разговаривала с ним. Ему было все равно на мои выходки, он пытался заботиться о старшей сестре, как только мог, и даже сверх своих возможностей. Возможно тогда я этого не понимала. Но ценила. И сейчас ценю еще сильнее. Не хватает его подколок в мой адрес, этого дебильного и заразительного смеха. Просто больше его нет. —?истерически засмеялась, пока Амчиславский ее нежно обнимал, с любовью. —?Кстати, ты бы ему понравился, вы бы подружились, у вас очень схожие характеры.—?И мы оба любим тебя… —?стирал мелкие соленые капли, собирающиеся в уголках глаз девушки. —?Ну все, тише, тише, малыш, все хорошо, слышишь?—?Да, я слышу, извини, это все эмоции. —?успокаивалась Страниза.—?Ничего страшного, Ксюш, с кем не бывает. Может будешь чай, он горячий?—?Нет, не хочу, спасибо. —?спрятала нос под ткань пайты и опустила голову.—?Уверена? Горло не болит?—?Все в порядке. Нет, не болит. —?Амчи поцеловал ее в носик, когда та на мгновенье вынырнула. —?Ну, Тема. —?с возмущением произнесла.—?Что?—?Ничего.—?Чем недовольна?—?Ладно. Все хорошо, прости.—?А ну хватит извиняться. Вредина моя. Кусачка. —?прижал к себе, будто она собирается убежать. —?Не пущу, грейся.—?Ты самый настоящий зануда. —?тыкала пальцами в бока и кусала немного за шею.—?Любимый же зануда? —?последовал еще один укус, за мочку уха. —?Это значит да или как? —?чмокнула в щеку и обвила нежно руками его бледную шею.—?Угомонись уже, засранец.—?Еще и злючка.—?Артем!—?Тссс… Тихо, малыш. —?пытался коснуться губ, но девушка вечно отворачивалась. —?Обиделась? Не дуйся, зайка, сама же знаешь, что я не со зла.—?Да иди ты.—?Пойду, но только с тобой.—?Пойдем еще в одно место?—?Да как пожелаешь. Мне с тобой везде нравится.—?Тогда поднимайся, тут не очень далеко. —?подошла и ?попрощалась? с Костей, чуть не расплакавшись.—?Спокойно, Ксюнь, не плачь. —?приобнял за плечи и поцеловал, немного наклонившись.—?Тем, Тем… —?обняла крепко за талию, как только смогла.—?Чего, малая? —?очень-очень ласково спросил.—?Спасибо за то, что ты есть у меня, в моей жизни. Ты очень хороший.—?Солнце, ну я сейчас расплачусь как девчонка. Разве тебе это понравится? —?поцеловал в макушку и опустил аккуратно подбородок на голову. —?Может пойдем? Все, не нервничай, не надо. —?заметил ее трясущиеся руки.—?Идем, идем. Только давай быстрее. —?резко схватила за руки и сжала его ладонь.—?Хорошо, Ксюша, зайка, только успокойся. Я рядом. Доверься мне.Так они выдвинулись вперед. Тихо. Молча. Было слышно только небрежное шорканье кед о землю. Кажется, Страничка смогла в данный момент полностью довериться парню. Нет. Не то что бы раньше она ему не доверяла. Просто сейчас как-то шатенка смогла открыться, после того, как рассказала дредастому всю правду. Он теперь все знал, и понимал, что именно с ней происходило все это время. Местами, во время ходьбы, у нее подкашивались ноги, но, так как Артем держал ее за руку, то упасть она в априори не могла. Иначе, разбила бы себе уже все, что только можно, да и что нельзя, впрочем, тоже. Опять запуталась в мыслях в тот момент, когда не хотела вообще ни о чем думать. Было желание забыться, хотя бы на пару часов. Но, увы, так нельзя. В какой-то момент просто остановилась и встала перед Амчиславским, преградив путь. Обняла, что было мощи и принюхивалась к любимому одеколону. Родной запах. Успокаивающий. Крепкие грубоватые мужские руки по-доброму приятно обняли в ответ. Носом уткнулась в искусанную ключицу. Как маленькая девочка. Хотя почему как. Она и есть самая настоящая маленькая надломанная девочка. Амчи тоже молчал. Понимал, как важно все это и как важен он для нее. Здесь и сейчас. Накинул ей на голову капюшон, чтобы не замерзла, не заболела еще больше. Погладил от макушки до копчика по линии позвоночника. Ксения отстранилась от любимого, схватила его мертвой хваткой за руку и повела дальше.