Часть 16 (1/1)

Прошло ещё несколько недель, состояние все так же оставалось тяжёлым.? Большую часть времени Костя спал, лишь иногда приходили минуты сознания, и он открывал глаза. Каждый раз с ним рядом кто-то был, и приход в сознание отмечался как праздник. Костя не знал хорошо это или плохо. С одной стороны не хотелось становиться местной достопримечательностью-"хирург, который сам себя угробил?, а с другой стороны он понимал, что без них пропадёт. Без вечной болтовни нины, без постоянного контроля Марины и Олега, без споров Павловой и Хромова, на счет дальнейшего лечения. Безусловно, такое внимание быстро надоедало и хотелось послать всех куда подальше, но это был единственный шанс? не сойти с ума.Вскоре состояние начало улучшаться, а в сознании Костя находился всё больше и больше времени.? Тогда и было принято решение перейти на следующий этап лечения. Пару раз его оперировали, от операций он отходил долго. Голова кружилась и болела, бросало то в жар, то в холод, мышцы ныли, в голове-туман, а перед глазами вновь мелькали одинаковые лица. Вряд ли это можно назвать улучшением состояния, но так оно и есть. Организм пытается бороться, хоть это и плохо получается, но это значит, что есть шанс.Как говориться, надежда умирает последней, так вот надежда больного хирурга уже умерла. С момента, как он начал потихоньку осознавать происходящее, в голове были лишь пессимистичные мысли.?Я жив, это точно, на зачем? Какой смысл был меня спасать? Чтобы весь остаток жизни я провел лежа на этой кровати, без возможности даже двигаться? Что ж, теперь вместо спокойной смерти, я буду доживать оставшиесядни в мучениях, спасибо, коллеги! Ну в чем была проблема просто подключить к аппаратам и дать спокойно уйти?"-он винил всех: и врачей, которые спасли его, и скорою, которая довезла его, и строителей, которые сделали такой скучный и простой потолок, и себячто как идиот сел за руль.? Виноваты у него были были абсолютно все. Ему не хотелось так жить, точнее простот отбывать отмеренные дни в состоянии беспомощного инвалида. Пожалуй этого он боялся больше всего, боялся оказаться на месте пациента, безнадёжно больного, которому объективно, осталось не долго. Костя сравнивал себя с беспомощным куском мяса и готов был кричать- от беспомощности, от отчаяния, от усталости, но на деле получалось лишь издавать слабые хрипы, сопровождающееся болью. Молчать и держать всё в себе было гораздо больнее, особенно, когда это происходит на протяжении нескольких месяцев. Он жалел себя, только себя, никого больше. Он не думал как тяжело его друзьям, сколько больнице обходится его содержание, сколько нервов и сил все потратили. Эгоист? Нет, безнадёжно больной!