Глава 9. За день до улыбки. (1/1)

Remembering all the times you fought with meВспоминая те времена, когда ты боролся со мнойI'm surprised it got so (far)Я удивляюсь, как всё зашло так (далеко)Накануне первого экзамена Листвичка не могла уснуть.Бездумно ходила по квартире, считала двери, касалась их ручек и поражалась тому, как холоден их металл.Она меряла шагами коридор и пыталась что-то найти?— в узорах картинных рамок, витиеватых буквах аккуратных конспектов и своих ладонях; смотрела и водила пальцами по щекам, пытаясь понять: у неё горячие прикосновения или пылающие щёки?Из оранжевых пылинок, из бликов света, из душного воздуха Листвичка старалась собрать по кусочкам своё рассыпавшееся спокойствие?— и почти получалось.Но строчки всё равно расплываются перед глазами, тени кружатся в хороводе на кухонной стенке и вот уже третья кружка ничуть не согревающего чая с глухим звоном ударяется об стол, выскальзывая из рук.Листвичка откладывает тетрадь?— толстую, с гладкими листами и по-глупому детской, розовой обложкой?— и улыбается.Из раскрытого окна веет впервые морозный ветер?— теряется в занавесках и бросает на её лицо вьющуюся прядь.Одна, две, три?— проезжающие за окном машины, в такт несмолкающей секундной стрелки.Четыре, пять, шесть?— почему часы никогда не останавливаются?Семь, восемь, девять?— ти-ши-на…Шорох, звон, гул?— голоса, заклёпки пуговиц пальто и застёжки на сумке.Десять, одиннадцать?— интересно, как зажигаются фонари?Ключ, проворот, низкие каблучки и двадцать три шага по лестнице.Двадцать три ступени?— в общей сложности: два пролёта и порог.Дверь подъезда громко закрывается за ней.Листья оглушительно перешёптывается на деревьях.Обычный двор, детская площадка при подъезде и слегка раскачивающиеся, скрипучие качели?— и вовсе не так жутко, как в ужастиках.На плитке, прямо по контурам узорчатых в своём орнаменте квадратиков, дрожащей рукой, сжимающей голубой мел, кто-то расчертил классики.Плоский камушек оказывается рядом совершенно случайно.Три отскока?— последний в самом конце.В разводах луж и крошева мела на подошве?— Листвичка подбирает его снова.Садится на коленях и рассматривает практически стёртый рисунок рядом.Так странно.Как будто ей снова пять.Песочница, горка, карусель…Неужели детьми все и впрямь находят в этом радость?И ведь ей тоже в своё время было весело.Хотя, наверное, детям не с чем сравнивать?— слишком мало они ещё видели, чтобы не быть счастливыми в своей беззаботности и свободе.Наверное, здорово это, размышляла она, спотыкаясь на дороге, довольствоваться тем, что есть, не думая о другом.Нынешние взрослые так не умеют.Сегодняшняя Листвичка очень старается.Светофор мигает красным, стушёвываясь в ослепительно белом свете фар приближающегося автомобиля.Долгий сигнал и застоявшийся туман в глазах?— когда она вышла на проезжую часть?И ей не страшно, когда мимо пролетают дни, прикосновения и слова?— чьё-то дыхание застывает на шее.Резкий толчок, и, кажется, она порвала колготки на коленях.—?Ты с ума сошла?!Машина проносится дальше, уплывает вместе с воспоминаниями, позволяя ей увидеть.—?Ещё раз, это чуть не произошло ещё раз…Грач с побледневшим лицом и его необычно неловкие движения?— он, вроде как, обнял её.Листвичка, неожиданно для себя, разбирает его шёпот.—?Что ты…—?Разговариваешь. Значит, точно живая. Хорошо.В прозрачных, невидимых отсветах фонарей: кого из них?— и зачем?— нужно успокаивать?Асфальт?— холодный, с шершавой поверхностью?— друг за другом, мимо летят ещё два автобуса.Листвичка вдруг понимает.Осознаёт, что произошло?— могло бы произойти?— и пугается.Хватается за него?— спасительный якорь его одежды?— и начинает петь?— ту песню, которую ей позволили услышать тогда, в парке.Только строчка.Только та строчка, которую она запомнила, и потом напевала про себя ещё весь день.Грач подхватывает на следующем слове и уже легче отстраняется.—?Теперь я обязан спеть её до конца, пока провожаю тебя до дома.—?Как быстро ты согласился на моё предложение,?— Листвичка едва ли не нервно смеётся, но ей вовсе не кажется наглостью.Колени жжёт кровью, и Грач практически поднимает её.—?Однако…***Сразу после экзамена, за который в зачётной карточке красным росчерком размашистой подписи преподавателя красовалось гордое: ?Зачёт?, Листвичка распустила волосы.В косах было что-то по-своему нужное в важный день?— собранность в них была поддержкой в пользу абсолютной сосредоточенности, и именно поэтому распускать их после того, как всё закончится, было так приятно.Солнце провожало её в лучах догорающего заката, замерзающий ветер подгонял дальше, ближе и странно было думать, как всё так получилось?— о сегодняшнем, или вчерашнем вечере были те мысли?На ресницах застыла влага ещё не зарядившего по крышам домов дождя.Грач почти улыбался.—?Я принёс тебе книгу.