six (1/1)
Я проснулась рано утром — тогда солнце только поднялось над территорией школы, а первые ученики стали выходить во двор. Восемь. Через полчаса завтрак. — Доброе... Ай! - вместе с сильным ветром в комнату влетает Мишель, а через секунду растягивается на полу из-за груды вещей, которые валяются у двери уже пару дней. Никак не могу их убрать.— Извини. - поднимаю руку с машу ей, лёжа на тёплой и просторной кровати.— Ты ещё не встала?! Миранда! - с меня стаскивают одеяло и я хмурюсь, сжимаясь в комочек. Холодно.— Вы уже собрались?... - Сора, вошедшая в мою комнату, тоже полетела на пол, но вовремя очнулась и ветром вернула себя в горизонтальное положение. Вия заходит за азиаткой и теперь они обе летят на пол. Магия не могла. - Вия! — Извини! Я хихикаю и получаю в плечо от Мишель, которая сейчас носится по комнате. Потягиваюсь и зеваю. Встаю с кровати, шаркая тапочками. Закрывшись в ванной, сижу там минут пятнадцать, а потом быстро переодеваюсь и через пару мгновений мы уже спускаемся в столовую.— Доброе утро! Вы уже готовы? - бодрая Мэгги оглядывает нас, не спуская с лица белоснежную улыбку.— К чему? - оглядываясь, уточняю у девочек. Они молчат. - Ребята?— Вы не сказали?Вопрос Мэгги тонет в голосе, доносящемся из колонок, развешанных по всей школе. — Всех учащихся просим пройти к месту сбора. Всех учащихся просим пройти к месту сбора. Повторяю, всех учащихся просим пройти к месту сбора...Многие школьники бросают свой завтрак и встают, направляясь к выходу. Что происходит?Сора в последний момент хватает меня за руку и утаскивает на лестницу, чтобы выходящие подростки не затоптали меня. — Прости, что мы не рассказали. - шепчет Вия. Я хмурюсь.— Не рассказали что?— Существуют определённые дни, когда мы отправляемся на... войну. — Что?! Опешив, я отшатнулась от японки. Она прикрыла глаза и вдохнула, сжимая кулачки. — Это не война. Не пугай Миранду! Всего лишь практика. Мы помогаем кому-либо. Защититься от врагов, например.Сердце ускорило свой ритм. Казалось, оно сейчас выпрыгнет из груди. Вот, зачем здесь собирают детей. Их обучают, а потом отправляют на войну. Завуалированно, но термин ?война? сюда тоже подходит.— И... - я сглатываю слюну, - кто-нибудь... не возвращался?— Да.— Нет.Подношу руку ко рту, скатываясь по стене. Вия вдруг замолкает, оглядываясь на Сору, понимая, что сказала что-то запретное, а последняя усаживается возле меня на ступеньку и поглаживает по спине.— Ты точно не пойдёшь. Ты здесь около недели. Не волнуйся, всё будет... - договорить ей не даёт мистер Фостер.— Чего расселись? Быстро к месту сбора. — Сэр, а Миранда...— Мисс Уотфорд идёт с вами. Что?! С ними?!— Но, мистер...— Никаких но. Распоряжение от мисс Дерби. Стерва. Наверняка хочет посмотреть на мои страдания.— Да, Юлиана. Все на месте. Отдаю команду? - мистер Фостер о чём-то переговаривается со, скорее всего, мисс Дерби по рации, не спуская с нас глаз. Нам ничего не остаётся делать, как последовать за ним. На небольшой поляне собрались все. И что мы будем делать?— Итак. Сейчас мы отберём пару человек, которые отправятся на практику в этот раз. Это великая честь, помните? - напоминает мисс Дерби и я сжимаю кулаки. Вокруг неё столько негативной энергии, что кажется — секунда — и она поглотит всё живое вокруг.Фостер, придерживая чёрную длинную мантию, отдаёт ей конверт. Юлиана распечатывает его и зачитывает вслух, пока один из учителей усиливает её голос с помощью ветра.— Сегодня на практику отправятся... - вокруг все начинают прислушиваться. Я молюсь, чтобы это была не я. - Эмма Лейк, Колдер Пари, Леит Кривинсон, Адин Фаер, Аура Ваелсон и... Сора Судзуки. Поздравляю!Сора сразу теряется. Вся её позитивная энергия мигом растворяется. Вия и Мишель сначала не могут понять, что произошло, а потом кидаются к ней. Я не могу пошевелиться. Меня парализовало. Японка смотрит на меня и горько улыбается, а я бегу к ней в последний момент, заключая в объятия. Черт.— Береги их. - шепчет девушка и я всхлипываю. - Они же такие дети... Теперь ты за главную. — Не смей говорить так! Ты вернёшься! — Обязательно.— Я не прощаюсь. - шепчу и обнимаю её сильнее. Юлиана поторапливает подростков и Сора отстраняется. Она смотрит на меня в последний раз, сжимая ладонь. Я так привязалась к ней. Они уходят с мистером Фостером. Ощущаю опустошение. Хочется топать от бессилия, как в детстве, надеясь, что это поможет и подругу вернут. Периферийным зрением замечаю, как плачет Пайл, сжимая в объятиях Ауру. Обе девушки плачут и поглаживают друг друга по волосам. Эмма, та самая шумная девушка из столовой, которая заряжала энергией всех подростков, тише воды. Она улыбается, но я чувствую всю горечь, спрятанную глубоко внутри, и машет ладонью, на которой надета кожаная перчатка. Адин Фаер, девушка, с которой мне не довелось познакомиться, обнимает кого-то помладше и стирает слёзы с щеки маленькой девочки с ярко-рыжими волосами. Она целует ту в лоб и отходит, а я замечаю, как Адин смахивает свою слезу. Колдер Пари, маг воды, целует девушку, которая рыдает навзрыд. Он шепчет ей что-то на ухо и отходит, не разжимая ладони до последнего.Леит Кривинсон. Он ни на кого не смотрит и запускает струю воды в небо, которая расходится на мелкие капельки и попадает на нас, словно дождь. Оригинально. Вия не сдерживается и падает на землю от нахлынувших чувств. Я с Мишель помогаю ей подняться и придерживаю её, хотя мои ноги тоже в скором времени откажут. Я не была готова к такому. Никто не был.Вокруг всё размыто от слёз и кажется таким нереальным, что я неосознанно щипаю себя, надеясь, что это сон. Ночной кошмар. Пожалуйста. Пусть всё это окажется фантазией, которую создал мой мозг. Пожалуйста! Но нет. Все надежды разбиваются вдребезги, а я вновь отшатываюсь. Оставляю подруг, уходя в школу. Не могу здесь находиться. Коридоры пусты. Все подростки и дети на улице. Я бегу, не оглядываясь. Мне становится так страшно! Отсюда нет выхода. Меня поглощает страх и отчаянье изнутри, разрывая внутренности и сковывая движения. Я бессознательно плетусь по зданию, надеясь найти успокоение. Краем глаза вижу через окно, что избранные садятся в неприметный желтый автобус и уезжают. Фостер что-то говорит остальным и они расходятся, а учителя смотрят автобусу вслед. Юлиана раздаёт распоряжения и уходит первая. Ветер на улице усиливается. Ветки могущественных деревьев начинают скрести пр широким окнам, словно призывая к действию. На минуту мне кажется, что это делает Сора. Прощается. От этого становится ещё хуже. Я забираюсь на подоконник и поджимаю колени. — Нас не забирают. Держат для чего-то грандиозного. - слышу я чей-то голос. — Что бы это ни было... - до меня доносятся лишь отрывки. Пытаюсь прислушаться, но стены слишком толстые — ничего не слышно. - Мы не вернёмся.— Не падай духом. Следующий сбор через месяц. — Или пару недель. Ты же знаешь, предугадать невозможно. Вздыхаю. Руки подрагивают; даже не знаю, от холода, царствующего во всём здании, или страха?— Кстати, о Миранде... - обо мне?— Что о ней? — Брось. Я видела, как ты... - ничего не слышно! - Можешь не притворяться.— Отвали. Над ней можно здорово поиздеваться, вот и всё. Я спрыгиваю с подоконника и направляюсь вниз. Подслушивать — нехорошо. — А что мы тут делаем? - спрашивает отец, застав меня у двери. Я прикладываю палец к губам.— Тсс! Маме позвонили со школы. — И что ты натворила? - спрашивает папа, улыбаясь. Я вздыхаю и быстро говорю:— Сбежала с урока физики. — Поехали со мной, пусть мама успокоится. Мы смеёмся и спускаемся к машине. После этого папа купил мне мороженое и мы просидели в кафе два часа, обсуждая самые разные темы. Тогда он сказал мне:— Подслушивать — нехорошо. И сбегать с уроков тоже. Киваю. Слова отца отпечатываются на периферии сознания, изредка всплывая перед глазами, когда я собираюсь что-то натворить. Сейчас это воспоминание кажется каким-то обрывочным, словно оно не моё вовсе. Будто я вычитала его в какой-то книге и отложила у себя в голове. На секунду я думаю, что так и есть. Позже вижу небольшой шрамик на руке — в тот день я поцарапалась о железку перед кафе. Это моё воспоминание. Прошлой меня?Всё так странно. Я здесь всего неделю, а кажется, что вся моя жизнь прожита здесь.Всё, что осталось за территорией школы теперь похоже на выдумку, будто бы я, скучая, придумала другую жизнь, в которой у меня есть семья. Но это же неправда? Этот шрамик на коленке у меня остался после того, как родители учили меня с Майклом кататься на велосипедах. В тот день я упала, потому что резко повернула руль. Поплакала, а потом обнаружила новый шрамик. А это пара родинок, которые мама называла районом звёздочек. Они соединяются в маленькие звёзды. Или родинка на мизинце. Она есть у Майкла и мамы.А ?папина? родинка есть и у меня — за ухом. Проколотые в тринадцать уши. Три прокола на каждом. Майкл повёл меня в салон и держал за руку, пока мне их прокалывали, потому что было больно. Мочки заросли, из-за чего приходилось терпеть небольшую боль. Хотя мне она казалась огромной в тот момент! Помню, как мама негодовала. Папа был ошарашен, но сказал, что если мне нравится, то пусть. Майкл гордился тем, что я всё-таки вытерпела! На четырнадцатый день рождения мне подарили серёжки с голубоватым камнем. С сапфиром?До сих пор их ношу.Притрагиваюсь к ушам. Провожу указательным пальцем по серёжкам и улыбаюсь сама себе. В тот же момент почти сталкиваюсь с Финном и Сэди. Извиняюсь и собираюсь уходить, когда Синк лёгким движением руки останавливает меня за запястье.— Мне жаль. Я сначала не понимаю, о чём она, но осознание бьёт в голову и я киваю. — Всё хорошо.Освобождаю руку и торопливым шагом ухожу. Слёзы душат. Я так сильно ненавижу это место. У меня забирают всё самое дорогое.