Глава 9 (1/1)
Синяки под глазами стали больше. На что мне успела намекнуть психолог, в кабинете которой я отсиживался. И всё бы ничего, если бы не сидевший рядом со мной молодой человек, бросающий на меня угрюмые взгляды.- И так, мальчики. Чего произошло? – спросила психолог. Рядом с ней стоял главный по воспитательной работе, сложив руки на груди и тоже ожидая ответа.- Я здесь не при чём. Я ничегошеньки не сделал, - с совершенно невинным видом произнёс я.- Ага. Значит, Степан решил просто так с лестницы скатиться, за одно и сальто сделав, да? – саркастично поинтересовался главный по воспитательной работе.- Ну, я же не виноват, что у некоторых людей несанкционированные приступы гомофобии, - с ещё более невинным видом, сказал я. Психолог в недоумении устремила свой взгляд на меня.Внезапно просто молча сидевшего до этого Степана прорвало:- Да врёт всё этот педик! Это он меня с лестницы столкнул! Свидетелей опросите! Он чертовски разозлился, когда я предложил ему нашему физруку за зачёт отсо…На этих словах моё, весьма упитанное сердечко взмыло вверх и всем своим весом приложилось об голову несчастного парня. Тот даже на ногах устоять не смог, поцеловавшись лбом со столом психолога.
- Ну, я же говорил. Это не я. Это всё оно, - указал я пальцем на вновь взлетевшее под потолок сердечко, которое было весьма довольно собой. Главный по воспитательной работе продемонстрировал мастерство двойного фейлспалма.
- Иван, контролируйте свои чувства, - обратился он ко мне.- Они вырываются, - пояснил я, кинув взгляд на разбитый лоб Степана. Тот одарил меня ненавидящим взглядом. Я, состроив недовольную мину, поднял глаза на сердечко, отмечая про себя, что оппонент, заёрзал на стуле в желании поскорее убраться от меня подальше.
- Эх, молодёжь… - выдохнул главный по воспитательной работе, - ладно. Идите на лекцию, прохиндеи.
- Насколько я знаю, у вас, Иван, сейчас окно в расписании. Задержитесь на минутку, - обратилась ко мне психолог. Я скривился. Такое было впервые за долгие месяцы, когда я против собственной воли оказывался в кабинете этой женщины. Вообще-то мне у неё нравилось. Мягкие кресла, перетащенные из зоны отдыха, два небольших стола, на одном из которых располагался электрический чайник, заварка и сахар. У неё можно было спокойно попить мятный чай, особо не беспокоясь о своих проблемах. Да и человеком психолог была хорошим. Однако сейчас все эти факторы отодвинулись на второй план, поскольку тут меня держали насильно. А, как известно, даже в золотой клетке счастлив не будешь.
- Да, конечно, - вяло ответил я. Когда дверь за посетителями закрылась, психолог выпытывающе уставилась на меня.
- То что ты сказал, это правда? – спросила она.- Что из того что я сказал ?правда?? – не понял я.- Ты действительно эм… Нетрадиционной сексуальной ориентации?- Смотря, что понимать под традиционной.- Хватит издеваться. Да или нет?- Или.- Иван, я серьёзно.- Я тоже. Узнав, что у меня не всё в порядке с половой жизнью, что-то в твоём отношении ко мне поменяется? Может, ты попытаешься сторониться меня? Не будешь просто так пускать к себе в кабинет? А когда поймёшь, что полностью избавиться от моего присутствия попросту невозможно – уволишься?
- Что? Нет, я…- Тогда зачем спрашивать?Психолог открыла рот, желая возразить, но замолчала. Её руки вновь потянулись к подбородку. Она всегда делала так, когда пыталась что-либо обдумать.- Почему ты никогда не рассказывал? – тихо произнесла она, - подожди, не отвечай. Я и так знаю, что ты мне, как собственно и всем, не доверяешь. Но ты же знаешь, я бы тебя не осудила. Столько времени держать подобное в себе…- Со мной всё нормально, - уверил её я. Она подняла на меня взгляд полный какого-то материнского сочувствия.
- Ладно. Я понимаю, - проговорила она, - хотя, всё-таки немного странно осознавать, что твоя прекрасная леди на самом деле является джентльменом, хе-хе.Сердечко подлетело к ней и хоть не больно, но довольно ощутимо ткнулось в плечо.
- Оно не любит когда, над ним подшучивают, - холодно пояснил я, направляясь к двери.- Увидимся? – как-то вопрошающе попрощалась психолог.
- Возможно, - задумавшись о своём, ответил я.