Часть 2. Капкан для лиса. (2/2)

— Означает ли это, что Великий Кьюби предпочитает быть снизу?Разговор явно принял нежелательный для меня поворот. Ксо, неужели и этот туда же?— О своих предпочтениях я предпочитаю говорить только со своим любовниками, — буркнул я.— Прекрасно, в таком случае у меня нет другого выхода, Наруто-кун. Должен же я знать, как тебе нравится больше, – довольно заурчал Сай, пристраивая свои мерзкие грабли на моем многострадальном теле. – Наруто-кун, я так давно хотел это сделать.Вот уж не сомневаюсь. Ксо, какого хрена им всем от меня надо? Я, конечно, понимаю, что секси и все такое, но неужели не видно, что сейчас я не в настроении!От бессилия я заскрипел зубами.***(Шукаку)Ксо, что за скотина устроила у меня в голове съезд звонарей? И почему так херово? Похмельем я не могу страдать в принципе, потому что не пью, тогда что же произошло? С трудом приподняв голову, я разлепил глаза и обнаружил, что лежу на грязном полу. Вряд ли я лег сюда сам. Какая-то возня и придушенное сопение, раздавшиеся рядом, привлекли мое внимание. Ками-сама, что это? Два тела переплелись то ли в борьбе, то ли во внезапном приступе страсти. Голые ноги человека снизу, покрытые синяками и царапинами, все время дергались и пинались в попытке скинуть того, что сверху. Ксо, какого черта тут происходит?

— Ну же, Наруто-кун, не упрямься, – нетерпеливо заговорил тип в черном, все сильнее наваливаясь на обнаженного парня под ним.

Наруто? Возникшая ситуация наконец нала обретать смысл. Точно, я развлекался с Кьюби, когда что-то вырубило меня. И, кажется, теперь я знаю, кто это был. Ах ты чернявая паскуда, обойти меня решил?Гнев тонкой горячей струйкой начал разливаться по венам, накачивая адреналин в мышцы покруче любого стимулятора. Одолевавшая до этого слабость забылась как дурной сон. Без особых усилий я поднялся на ноги, размял затекшие плечи и уставился на своего обидчика. Тот был так увлечен своими действиями, что даже не обратил внимания на то, как расширились глаза Кьюби, заметившего меня.***(Минато)Мой молодецкий удар пришелся точно в глаз Старого Змея, заставив его отступить. Вторым ударом я собирался выбить все зубы изо рта, наговорившего столько гадостей о моем сыне, но встретил препятствие в лице двух мордоворотов, преградивших мне путь. Вообще-то сами мордовороты не были проблемой, но упертый мне в переносицу магнум послужил весомым аргументом в их пользу.— Намикадзе-сан, как неосмотрительно с вашей стороны, — зло зашипел Орочимару, поддерживаемый за плечи своим помощником и любовником Якуси Кабуто. – Я хотел быть поласковее с Наруто-куном, но после вашей выходки это не возможно.

— Только тронь его, — рыкнул я.Орочимару выдрался из хватки помощника и подлетел ко мне.— А что ты мне сделаешь, Намикадзе? Убьешь? Ты не в том положении, чтобы угрожать. Лучше подумай о своем сыночке. Что с ним будет, если ты не будешь меня слушаться? Ну, как ты думаешь? Нет, убивать я его не стану, но что-нибудь неприятное точно сделаю. У него симпатичные пальчики. Могу прислать тебе на Рождество парочку. Думаю, он не откажется сделать такой подарок любимому папочке.Ками-сама, как мне хотелось вцепиться ему в глотку. Чтобы удержать себя от опрометчивого поступка, я до боли сжал кулаки и сцепил зубы. Сейчас не время для угроз. Нужно подумать, как выбраться из этого дерьма, а потом я разберусь с зарвавшимся ублюдком.— Ну что, Намикадзе-сан, будете сотрудничать или мне прямо сейчас заняться пальчиками Наруто-куна?

Орочимару выжидательно замолчал, но я не решился открыть рот. В данный момент он не услышал бы от меня ничего кроме ругательств.— Хотите подумать? – по-своему расценил мое молчание Змей. – Хорошо, думайте. Даю вам на это две минуты.Орочимару вместе с помощником отошел в сторонку и уселся в крутящееся кресло у пульта, с интересом уставился в мониторы, где наш маленький отряд свободно разгуливал по коридорам. Мордовороты остались охранять меня.— Намикадзе-сан, вы меня слышите? Соглашайтесь на условия Орочемару, но не сразу, нам нужно время, — неожиданно раздался голос Итачи из наушника.Чтобы не привлекать внимание мордоворотов, я сделал задумчивое лицо и заговорил сам с собой:— Здесь повсюду камеры.

Итачи помолчал.— Мы этого ждали. Дейдара?

— Да слышал я все! Я как раз над этим работаю!

— А если они заметят, что что-то не так? – обеспокоено спросила Хината.— Не заметят. Они по-прежнему будут нас видеть, я только поменяю данные о камерах. Они будут видеть одно помещение, а система будет принимать его за другое.

— Хорошо. Намикадзе-сан, не делайте глупостей, мы уже идем. Хината-сан, вы все слышали?— Да, — отозвалась девушка.— Вы с Неджи находитесь ближе всех к Намикадзе-сану. Справитесь?— Да! Неджи, за мной.— Есть, — впервые открыл рот второй Хьюга.— Вуа-ля! Я закончил! Что теперь? – с надеждой спросил Дейдара.— Иди искать Наруто, — отрезал Итачи.— Ксо, чертов ублюдок, — невнятно проворчал Дейдара.— Ждите, мы идем.Гм, значит две минуты.***(Дейдара)Черт, Мелкий – настоящий спец находить неприятности на свою задницу. И где его искать? Я-то надеялся отсидеться, пока его ищут другие, а потом со спокойной совестью заявить, что выполнил условия договора. Ладно, что тут у нас? Пусто, пусто, пусто и тут пусто.

Я прогулочным шагом двигался по подвальному коридору, заглядывая во все попадающиеся по пути двери. Наткнуться на посторонних я не боялся, потому что был уверен, что ничего важного тут нет. Толстый слой пыли на лампах, грязь и паутина служили тому доказательством. Я уже думал, что в подвале ничего не найду, когда зашел за очередной угол и увидел четкую цепочку следов, ведущую к приоткрытой металлической двери.Так-так, похоже, моя политика невмешательства тут не прокатит. Я перехватил поудобнее пистолет и начал бесшумно подкрадываться к таинственной комнате. Остановившись напротив зазора, образовавшегося между дверью и косяком, я опасливо заглянул внутрь. Открывшийся вид поверг меня в шок. Шукаку и какой-то парень в черном катались по полу, пытаясь нанести друг другу травмы, несовместимые с жизнью. Мелкий был здесь же. Он абсолютно голый лежал на полу, привязанный за руки к торчащей их пола хреновине, и устало наблюдал за потасовкой. Было заметно, что ему уже все равно кто победит. Какая разница, если и так ясно — кто бы ни одержал верх, для него это ничего не изменит.

Я сперва хотел перестрелять всех под шумок, но потом подумал, что Итачи взбесится, если я грохну Мелкого. Кстати, выглядел он неважно. Даже знать не хочу, что с ним делал этот садист. Ксо, поверить не могу, что придется все же его спасти.

— Итачи, я его нашел, — шепнул я микрофон.— Отлично, справишься там сам? – немедленно отозвался Учиха.— Без проблем.Кто-то с облегчением вздохнул, возможно, Хьюга, хотя нет, кажется это был мужчина. Не важно, рано радоваться: надо еще вытащить Мелкого из говна, в которое он с такой радостью влип.Приоткрыв дверь пошире, я сделал маленький неуверенный шажок, опасаясь, что дерущаяся парочка заметит мое появление, но был жестоко разочарован. Эти идиоты даже ухом не повели, с детским азартом продолжая мутузить друг друга. Пожалуй, единственный кто обратил внимание на незваного гостя, это Мелкий, встретивший меня все такой же кислой физиономией.Ксо, мог хотя бы сделать вид, что рад меня видеть, ублюдок.***(Минато)От слов Дейдары накатило такое облегчение, что я не удержался от вздоха.— Черт, да что там происходит?! – неожиданно раздался раздраженный голос Орочимару. – Кабуто!— Простите, Орочимару-сама, не могу знать. Я сейчас же пошлю туда людей.— Пойдешь с ними и проконтролируешь.— Слушаюсь. – Кабуто, приняв приказ шефа, махнул рукой своим людям и направился к двери. Что бы там не произошло, мне это только на руку.

— Зря радуешься, Намикадзе, — заметив направление моего взгляда, прошипел Змей, откидываясь в кресле. – Для тебя ничем хорошим это не кончится.Я не ответил, только перевел взгляд на монитор, который до этого загораживал Орочимару. Ксо, это что за дела?! Дейдара не говорил, что у Наруто гости.На экране монитора творилось черт знает что. Очнувшийся Шукаку и неизвестный парень в черном увлеченно демонстрировали друг другу смертельные техники боя, а всего в паре метров от них Дейдара не спеша пилил путы заложника.

— Налюбовался? – снова напомнил о себе Орочимару.— Вполне.— Тогда предлагаю перейти к делу. Что ты решил?— А не рано ли ты раскатал губу? Думаю, мой ответ будет отрицательным, — не без удовольствия протянул я.— Значит так? Что ж, я хотел по-хорошему, но, видимо, не судьба, — вздохнул Орочимару. — В таком случае, ты мне бесполезен. Есть последнее желание?— Сдохни.

— Когда-нибудь, непременно.Орочимару неторопливо вынул из кобуры пистолет и наставил его на меня. Я еле сдержался от того, чтобы не кинуться в сторону, уходя с линии огня. Все равно его люди не позволили бы мне этого сделать.

— Кстати, Намикадзе, — растянул Змей в плотоядном оскале губы, — не волнуйся о Наруто-куне, вы скоро увидитесь. Когда мои ребята разберутся с этим небольшим недоразумением, я смогу продать твоего ненаглядного сына за баснословные деньги. В мире столько людей, которые хотели бы лично свести с ним счеты.— Моя смерть не сойдет тебе с рук, Орочимару, — заметил я, стараясь сохранять спокойствие.— Еще как сойдет. Если члены Совета узнают, кем тебе приходится Кьюби, ты автоматически станешь предателем. Они никогда не станут мстить за убийство отступника.Ублюдок прав, при таком раскладе моя репутация будет уничтожена. Никто не станет защищать мою честь посмертно. Даже старые друзья.Как в замедленной съемке я наблюдал за поднимающейся рукой с зажатым в ней пистолетом. Казалось, время остановилось. И что за идиот придумал, будто перед смертью вся жизнь пролетает перед глазами? Нихрена подобного. Я просто вспомнил, что на случай смерти забыл оставить Хатаке распоряжение на счет секретного сейфа в моем кабинете, где хранились самые «страшные» документы.Когда прогремел выстрел, я даже не моргнул, и сильно удивился, что из ствола оружия не вырвалось ни единой вспышки. А потом Орочимару выронил пистолет и схватился за плечо. Охранявшие меня мордовороты, резко потеряли ко мне всякий интерес, начав палить по двери, но видимо сегодня был не их день – оба были повержены точными выстрелами неизвестного спасителя.Неожиданный рывок за ворот формы заставил меня сделать шаг назад, и я оказался в крепких и крайне неприятных объятиях Орочимару.— Не стрелять! У меня Намикадзе! – проорал он. Пальба прекратилась. – Выходи.Из-за угла показалось умилительно серьезное личико Хинаты. Она цепким взглядом окинула помещение, оценила, в каком положении я нахожусь, и наконец покинула укрытие.— Бросай оружие! – приказал Змей, для убедительности ткнув мне в висок дулом пистолета.Моя красавица безропотно подчинилась.— Ай-яй-яй, Хьюга-сан, — поцокал языком Орочимару. – Зачем же вы сюда пришли? Неужели хотели отомстить за отца? Не стоило. Кьюби-куну все равно недолго осталось. Или я ошибаюсь, и вы пришли не за этим?Хината не ответила, только обеспокоено покосилась на экран за его спиной, где транслировалось происходящее в камере Наруто. Заметив ее порыв, Орочимару присвистнул.

— Хьюга-сан, не ожидал. Так вы действительно с ними. Я переоценил ваше коварство. А теперь будьте добры, составьте нам компанию.Змей толкнул меня в угол и сделал знак Хинате следовать туда же. Оказавшись рядом, она тут же взяла меня за руку, стараясь ободрить, но я прекрасно знал, что это бледный гад не оставит нас в живых.

— А теперь можете попрощаться друг с другом и начать моли… — пламенную речь бесцеремонно прервал грохот очередного выстрела. Орочимару вскрикнул, получив вторую пулю в раненую руку. С громким шипением он кинулся ко второму выходу из комнаты и быстро скрылся за стальной дверью.— Хината-сама, вы в порядке? – В проеме показалась голова Неджи.— Да, все хорошо, — улыбнулась она и крепко обняла меня за плечи.Акт 17(Наруто)— Ну и чего ты возишься? – нетерпеливо спросил я сердито сопящее Нечто, краем глаза отслеживая передвижения взбесившихся киллеров.— Все! – торжественно возвестил он почти сразу после моего вопроса.Слава Ками, наконец-то! Я уже думал, что успею состариться, пока он там перепилит эти дурацкие веревки. Чем, кстати, он их пилил? Маникюрными ножницами?Чтобы проверить свои предположения, я кряхтя сел и обернулся на Нечто. Почти угадал. В руке у этого блондина по призванию был маленький ножичек из тех, которыми удобно резать провода и цеплять на ключи вместо брелка. Заметив мой убийственный взгляд, Нечто смутился и дернулся спрятать орудие освобождения за спину, но передумал, когда я раздраженно отмахнулся, мол, какая разница как, главное, что освободил.— Встать помоги, — проворчал я. – И пушку дай.Нечто без разговоров выделил мне запасной ствол и, подхватив под мышки, вздернул на ноги.— Ксо, полегче, придурок! У меня ребро сломано! – зашипел я.— Мелкий, не наглей, а то сейчас вообще на пол кину, и выбирайся как хочешь, — осадил меня Нечто.Вот падла белобрысая, знает же куда давить. С трудом сдержавшись от хлесткой отповеди, я снова повернулся к выясняющим отношения коллегам.Сай и Шукаку уже «прощупали» сильные и слабые стороны друг друга, и от аперитива перешли к главному блюду, перестав осторожничать. Красноволосого монстра я в бою уже видел, поэтому все свое внимание уделил Саю. Он был хорош. Сильный, стремительный, точный – достойный противник для Хвостатого. Будь я в более приличной форме, сам бы не отказался от небольшой разминки с ним.Так, замяли посторонние мысли. Вон, Нечто уже подозрительно косит глазом. Дескать, а не пора ли нам сваливать? Все-все, уже иду!

Демонстративно закатив глаза, я щелкнул предохранителем и, вытянув руку, пальнул в самый дальний угол камеры (еще не хватало словить рикошет).

Оглушительный грохот прокатился по тесной комнатушке, останавливая всякое движение.— Ксо, Мелкий, ты бы предупреждал что ли, когда палить над ухом собираешься, — буркнул в тишине Нечто, злобно зыркнув неприкрытым челкой глазом.

Я проигнорировал его ворчание, вперив взгляд в застывшую парочку. С такими хлопать ушами нельзя: одна ошибка – и следующим местом жительства на ближайшие пятьдесят лет будет холмик на местном кладбище.— Вы двое, не двигайтесь и даже не дышите. Увижу, что кто-то моргнул – пальну на поражение. Я сегодня нервный. Это ясно? Можете кивнуть один разочек, если поняли, — великодушно разрешил я.Сай кивнул сразу, а Шукаку сперва посверлил меня жутковатым безжизненным взглядом, но потом повторил движение недавнего противника.— Двигай на выход, — не отвлекаясь от опасного дуэта, рыкнул я Нечто. Тот послушался беспрекословно, плавно скользнув к двери. Мне оставалось только последовать за ним.Лишь оказавшись по ту сторону пятисантиметровой брони, я смог вздохнуть свободнее и опустить тяжелое оружие. Продолжать держать его на весу сил больше не было. Чертов Шукаку!— Мелкий, не спи. Нам еще выбираться надо. На вот, держи.Нечто протянул мне свою куртку, и я наконец-то обратил внимание, как холодно в этом коридоре. Все-таки Шукаку не такой уж и садюга, раз поддерживал в моей камере комфортную температуру.— Слушай, а почему ты их не пристрелил? – спросил я, пока мы шагали в сторону выхода.— Ваши разборки меня не касаются. Моей задачей было вытащить тебя из этого дерьма. Ни больше, ни меньше. А вот почему ты их не пристрелил – действительно интересно, — Нечто заинтересовано оглянулся на меня.— Не могу.— Почему? – удивился Нечто. — Ты же киллер.— Я — Хвостатый, если ты помнишь. Мы может убивать друг друга только в том случае, если это санкционировано Сходом или предусмотрено Правилами.— Правилами? Например, какими?— Например, если ты без разрешения Хозяина вторгаешься на его территорию и мутишь там воду. Хозяин имеет полное право пристрелить тебя, если поймает за руку, но он не имеет права тебя преследовать, если ты сбежишь на другую территорию. С другой стороны, если ты оставишь слишком много мусора на чужой территории, Сход может вынести тебе приговор, но даже в этом случае можно выкрутиться, приведя весомый аргумент в пользу своих действий. И лишь один поступок считается стопроцентным смертным приговором для Хвостатого – убийство другого Хвостатого на его же территории. Если один на один Хвостатые еще могут помериться силами, то один против остальных восьми уже обречен.— Сурово. С Шукаку все ясно. А тот тип в черном? Кто он, кстати?— Не узнал? – хмыкнул я. – Я тоже на этот трюк купился. Имя Кадзи Фудо ни о чем тебе не говорит?— Фудо-сан? Он-то тут причем? – Нечто приостановился.— Тип в черном и есть Кадзи Фудо.— Это он?!!От вопля Нечто у меня даже уши заложило. Ксо, как не вовремя.— Нечто, давай обойдемся без истерик. Я потом тебе все объясню, а сейчас я бы хотел убраться отсюда с максимально возможной скоростью. Все же Шукаку есть Шукаку, и я сомневаюсь, что он надолго задержится в той камере.Услышав последнюю фразу, Нечто наконец пришел в себя и снова бросился вперед, показывая мне дорогу к выходу.***(Итачи)Я наткнулся на них случайно и сперва даже не поверил своему везению. Они двигались по коридору, пребывая в уверенности, что идут к камере, где содержится Наруто. Все-таки я не зря взял с собой Дейдару, хоть на что-то сгодился.

— Якуси-сан, здесь никого нет, — отрапортовал один из шестерок Кабуто, заглянув в предполагаемую узилище.Оттолкнув его в сторону, помощник Орочимару сам заглянул в открытое помещение и досадливо фыркнул.— Нас провели. Это не та комната.— Будем искать нужную? – спросил второй здоровяк.— Нет, возвращаемся к Орочимару.Отлично, сейчас они повернут назад. Я затаился в своем темном углу, буквально слившись со стеной, и дождался, когда они пройдут мимо. Остальное было делом техники: скользнуть из темноты к замыкающему шествие громиле и нанести один точный удар ножом в основание черепа. На хрип умирающего обернулись и остальные, но безнадежно опоздали. Второго здоровяка я убил выстрелим в лицо и тут же упер дуло пистолета в переносицу Кабуто.На свете мало людей, которых я ненавидел бы так же сильно, как его. Когда меня продали Орочимару, именно Якуси Кабуто стал тем человеком, который делал мою жизнь еще более невыносимой, чем она уже была. Будучи еще нежным, но уже испорченным юношей, он помогал своему патрону издеваться надо мной, и не раз принимал самое деятельное участие в извращенных сексуальных играх старика. Несколько раз, когда Орочимару не было поблизости, он подвергал меня пыткам вовсе не сексуального характера. Маленький очкастый гаденыш ревновал меня к боссу и боялся, что я займу его тепленькое местечко. Сучоныш. Я навсегда запомнил его мерзкую улыбочку, специфичный запах, вечно стоящий в его личной лаборатории, жесткие ремни, не дающие соскочить с неудобного металлического стола, и тонкие иглы шприцов с ужасными составами, от которых начинаются судороги и любое прикосновение воспринимается как боль…Я без сожалении нажал на курок, успев улыбнуться ему напоследок. Мой злобный оскал – это последнее, что он видел в своей никчемной мелочной жизни.***(Саске)«Чтобы вытащить его, мне понадобиться твоя помощь», — заявил Итачи и приспособил меня к делу. Не знаю, чего я ожидал, но уж точно не того, что мне придется играть роль Эдэмского Змия. При этом в роли Евы будут выступать главы кланов Синдиката, а пресловутым яблоком окажется Орочимару и вся его кодла. Надо заметить, было нелегко найти подход к этим упертым стариканам, но благодаря Умино-сану и Какши мне это удалось.

Результатом этих переговоров обернулась сегодняшняя совместная операция против всего картеляСтарого Змея, но главной целью, естественно, оставался сам Орочимару. То ли из солидарности, то ли еще почему, непосредственного участия главы кланов принимать не стали, послав мне в помощь своих наследничков, что на мой взгляд было только к лучшему.Судя по докладам Нары Шикамару с места событий, штурм штаба Орочимару подходил к концу, теперь на очереди был сам хозяин змеиного логова.

— Зачем Орочимару приехал на базу Шукаку? Я и не знал, что у них есть совместные дела, – озадачено произнес Конохомару, наследник клана Сарутоби. С тех пор, как Кьюби убил его деда, предыдущего главу клана Сарутоби и главу совета Синдиката, парня всячески приучали к мысли, что когда-нибудь ему придется встать во главе клана и повести его к процветанию. Парень этому не сопротивлялся, видимо чувствуя за собой вину, ведь это он привел Кьюби в дом, приняв его за обычную легкомысленную красотку.— У них может быть только одно совместное дело – Кьюби, — заметил Киба, наследник клана Инузука.

Он упомянул при Конохомару про Наруто, это не есть хорошо. Вон как малец напрягся, а глазенки-то как загорелись.— Тихо, парни. Забудьте про Кьюби, дела Хвостатых нас не касаются. Наша главная цель Орочимару. Какаши-сан?Я повернулся к Хатаке и Умино, которые сидели в фургоне с оборудованием и прослушивали переговоры в наушниках.— Намикадзе-сан в безопасности. Хьюга сейчас с ним. Орочимару сбежал, но он все еще в здании. Нужно послать группу захвата в этот сектор, — Какаши ткнул пальцем в карту на экране монитора.— Отлично! Предоставьте это мне, — обрадовался Киба.— Я с тобой! – попытался увязаться за ним Конохомару, но Инузука его остановил.— Э, нет, приятель, прости, но тебя к такому не готовили. Учиха, я пошел.Я кивнул Инузуке, соглашаясь, и он направился к своим людям, на ходу начиная раздавать приказы. За Кибу я не волновался, потому что успел договориться с ним накануне, чтобы не трогал Наруто, если встретит. Он сперва упирался, вещал о долге и преданности, но когда я упомянул об остальных Хвостатых, которым может не понравиться, что их коллегу убили без их участия, быстро со мной согласился.Мы томились в напряженном ожидании уже минут десять, когда неожиданно Инузука подал голос:

— Здесь двое людей. Один — из команды Намикадзе-сана, а второй видимо заложник… Ксо, Шукаку, больной маньяк. Нахрена ему вообще заложники?.. О, черт…Учиха, это Кьюби! Кьюби, мать его!Наруто?— Не убивать! – заорал я в микрофон.— Да помню я. Сейчас пошлю их к тебе.Я сорвал с головы наушники и рванулся было к зданию, но крепкая хватка Хатаке меня остановила.— Куда? Стой! Ирука, сходи встреть.— Да сам знаю. Ты лучше за младшим Сарутоби присмотри, как бы не учудил чего, — проворчал шрамомордый, и не торопясь выбравшись из фургона, зашагал к зданию.Сарутоби? Ах, да, мальчишка Конохомару. За ним и впрямь нужен глаз да глаз. А где он кстати? Вроде где-то здесь был.О черт, о черт. Он же не…***(Конохомару)Кьюби, скотина! Ненавижу эту тварь! Никогда не прощу ему смерть деда, никогда! За что он его? Ведь дед не сделал Хвостатым ничего плохого! Он даже за пределы Японии никогда не выезжал! Так зачем его надо было убивать? А дядя Асума оказался прав, Учиха и в самом деле предатель, иначе зачем ему защищать Лиса? Ничего, я сам его убью, эту лживую паскуду с блядскими повадками. Я ему все припомню: и деда, и дядю Асуму, и Айко. Это из-за этого трансвестита-убийцы я лишился любимой девушки! Если бы он не соблазнил меня тогда… Гх, ксо, как я мог быть таким слепым? Даже вспоминать противно!Отгоняя ненужные мысли, я тряхнул головой и ускорил шаг. Я во что бы то ни стало должен первым добраться до Кьюби.***(Дейдара)— Ксо, Мелкий, тебя морили голодом, так? – пропыхтел я.— Угу, — устало промычал он.— Тогда объясни мне, почему вместо того, чтобы потерять в весе, ты стал еще тяжелее!— Заткнись, придурок! Это не я тяжелый, а амуниция, которую ты на себя понавесил!Конечно, он был прав, но не мог же я с этим так легко согласиться, к тому же тащить на себе Кьюби, каким бы легким он на самом деле ни был, было довольно тяжело. Из-за голода он сильно ослаб и уже после шестого поворота был вынужден опереться на меня. Впрочем, пистолет он из рук так и не выпустил. Что значит профессионал, а?О, Ками, неужели уже выход! Еще немного и можно будет избавиться от этого балласта!— Эй, козел, ты кого назвал балластом? – хмуро рыкнул Мелкий.Фак, нужно научиться держать язык за зубами.— А кого ты назвал козлом, гаденыш? – огрызнулся я, делая последние шаги к заветной двери.Струя свежего воздуха ударила мне в лицо, и дверь отварилась прямо перед моим носом. Фак! Мне в нос уставилась черная дыра пистолетного дула. Лишь через мгновение я поднял взгляд от затягивающей черноты и увидел не менее черные глаза. Парень с пистолетом оглядел нашу скульптурную группу, и вперился в дуру Мелокого Ублюдка, упершуюся ему под ребра.— Я свой, Намикадзе-сан с вами? – наконец открыл рот черноглазый.— Вам наверх, первый этаж, — ответил я, сообразив, что разговариваю с синдикатовцем. Какого хрена они здесь делают? Не похоже, что по наши души, значит, за кем-то другим?Мелкого они бы и за даром не взяли — от него одни проблемы, значит… Орочимару?— Орочимару не видели? – подтвердил мои догадки парень.— Нет, — напомнил о своем присутствии Мелкий и опустил ствол, а парень достал рацию и кому-то сказал:— Здесь двое людей. Один — из команды Намикадзе-сана, а второй видимо заложник.

Снова окинув Мелкого взглядом, добавил:— Ксо, Шукаку, больной маньяк. Нахрена ему вообще заложники?Внезапно его взгляд остановился на лице Мелкого, где-то в районе носа. И что интересного он там увидел?

— О, черт, — внезапно охрипшим голосом выдохнул он и, отскочив назад, снова наставил на нас оружие. — Учиха, это Кьюби! Кьюби, мать его!

— Не убивать! – трескуче заорала рация.Черноглазый вздрогнул, но пистолет опустил, даже как-то сдувшись.— Да помню я. Сейчас пошлю их к тебе, — безнадежно вздохнул он. – Валите уже отсюда, пока я не передумал. Найдете Учиху к юго-востоку отсюда, метрах в двухстах, он вас вывезет, — это уже нам.Потеряв к нашему дуэту всякий интерес, парень махнул кому-то рукой и протиснулся мимо нас в коридор. За ним черными тенями скользнули люди в униформе, вооруженные до зубов. Нам оставалось только продолжить путь и постараться не промахнуться мимо Учихи.Блин, и где здесь юго-восток? Я человек городской, без компаса не шибко ориентируюсь. А нужно еще это костлявую тушу дотащить до места. Ксо, двести метров! Я же сдохну под первым кустом!Акт 18(Наруто)Нечто, ты ублюдок! Этот даун не сознался сразу, что понятия не имеет в какую сторону нам нужно идти, и пошел куда глаза глядят. А между тем, я уверен, что лужайка, по которой мы так опрометчиво топтались, была нашпигована сюрпризами по самое не могу – мы же в логове Шукаку как-никак. К тому же, когда я посмотрел на небо, то по звездам быстро догадался, что мы двигаемся явно не туда. Честно говоря, трудно было это не заметить, когда перед твоим носом маячит Полярная звезда. И это, заметьте, притом, что я отнюдь не астроном. Когда я сообщил Нечто о его кретинизме, он без вопросов поменял направление. Не могу передать всю степень моего «восторга», когда, заметив плохо прикопанную ямку, осознал, что мы ко всему прочему гуляем по минному полю!— М-м-ми… — попытался я выдавить слово «мина».— Расслабься, Мелкий, я этот двор знаю наизусть, — деловито заткнул меня Нечто. – Доберемся вон дотуда, и останется только пролезть сквозь кусты.Ох, блядь, он это специально что ли?! Этот дебил подумал что будет со мной, пока мы будем продираться сквозь эти колючки? Лучше бы Шукаку добил меня!

Минная полянка осталась позади, и мы остановились немного передохнуть. Слава Каме, все обошлось!— Ксо, Мелкий, понятия не имею, как я проволоку тебя через эти заросли, — простонал Нечто.— Я тебе проволоку, — проворчал я, отлепляясь от его потного тела.

Нужно было подумать, как защитить самое дорогое. Курточка, что дал мне Дейдара, была толстой и прочной, но чертовски короткой, так что я все время сверкал голой задницей и пахом. Бляха— муха, лучше бы свои штаны отдал, жмот. Эх, ладно, лучше исцарапанные плечи, чем яйца.Тяжко вздохнув, я приспустил куртку до локтей и замотался в нее по пояс, при этом руки вместе со стволом остались где-то в этом коконе. Ничего не скажешь, кокетливая картинка получилась. Жаль, зрителей нет.Только я так подумал, как услышал:— Стоять, Кьюби! Ты мне ответишь за все!***(Конохомару)— Стоять, Кьюби! Ты мне ответишь за все! – прокричал я, появляясь из-за кустов и направляя пистолет на две замершие фигуры.Разглядев их получше, я даже опешил. Оба светловолосые. Один в бронежилете одетом на футболку, в штанах и берцах. На поясе кобура почему-то только с одним пистолетом, хотя рассчитана на два. Второй, стоящий ко мне спиной… голый, если не считать приспущенную с плеч куртку. Мой взгляд невольно скользнул по полуобнаженному телу, отметив на зависть хорошую фигуру и многочисленные синяки и порезы. Великий Ками, он что, подрался с тигром?И тут голый парень обернулся.Знакомые синие глаза удивленно глянули из-под светлой челки, красиво очерченные губы шевельнулись. Те самые губы. Ксо.— Малыш? – В коротком вопросе прозвучали до боли знакомые интонации.Успокойся, Конохомару, это всего лишь Кьюби. Это не твоя девочка, это парень, киллер, убивший твоего деда и опоивший тебя какой-то дрянью… А еще он классно целуется, но это уже лишнее.

Давай, сделай это. Нужно только нажать на курок. Только нажать.

Сделав глубокий вдох, я покрепче перехватил в дрожащей руке пистолет и… почувствовал боль в шее, перед тем как отключиться.***(Ирука)Прости, малыш, так было нужно.Я подхватил под мышки безвольное тело Конохомару и аккуратно вынул пистолет из его ослабевшей руки.Ксо, еле успел.— И что это было? – хмыкнул Наруто.— Полагаю, месть, — ответил я, и наконец рассмотрел своего подопечного. – Твою налево, это еще что такое?! – непроизвольно вырвалось у меня.Черт, что этот псих сделал с моим мальчиком?! Да на нем живого места нет! И какого хрена он голый?!— Ты как? – осторожно спросил я, разглядывая многочисленные кровоподтеки, которые было видно даже в сгустившейся тьме.— Жить буду. Кстати, а как ты здесь оказался? Я не слышал никакого шума. Перепрыгнул через кусты? – поднял светлую бровь Узумаки.— Зачем же идти на такие жертвы, — удивился я. – Всего лишь прошел по подъездной дороге.— По подъездной дороге? — моргнул он.— Ну да. Она совсем рядом, но отсюда вы ее не увидите – заросли густые.— Значит, знаешь двор наизусть, — ядовито заметил Наруто и с непонятным выражением уставился на Дейдару, который тут же начал с преувеличенным внимание поправлять ремень и кобуру. Все с ними ясно.— Умино-сан, у нас проблема! Конохомару… — раздался из-за спины голос младшего Учихи и внезапно оборвался, когда он разглядел мою компанию.

Видя, как напрягся Наруто, я понял, что пора уносить ноги.— Ну что ж, думаю Саске вас проводит, а я, пожалуй, унесу малыша от греха подальше.

Взвалив безвольное тело на плечо, я удалился в обратном направлении с максимально возможной скоростью. Мне не улыбалось оказаться в эпицентре ссоры любовников. Этой санта-барбары мне и с Какаши хватает.

***(Саске)Наруто. Живой.Мой взгляд шарил по знакомой фигуре, цепляясь за отельные фрагменты, но отказываясь воспринимать картинку в целом. Светлые волосы, не мытые много дней, торчали в разные стороны. Большие, черные в темноте глаза смотрели напряженно и недоверчиво. Тени под веками, резче выделившиеся скулы, губы, искусанные в лохмотья – с таким набором «изюминок» трудно прослыть красавцем, но Наруто даже тут отличился. Или это я такой извращенец?

Мой взгляд скользнул ниже, и сердце сжалось от вида синяков и кровоподтеков, а какой-то гадкий голосок на заднем плане заметил, что Узумаки стал здорово походить на какое-то экзотическое животное.

Острое чувство ненависти к Шукаку жаркой волной пробежало по венам.

НЕНАВИЖУ ЭТОГО УЁБКА!— Ты в порядке? – еле сдерживая зубовный скрежет, спросил я.

Более идиотский вопрос было сложно придумать. Конечно, он не в порядке! Кстати, где его одежда? Что этот больной урод делал с Узумаки?— Я провожу вас. Пойдем.Наруто пару раз хлопнул глазами и шагнул в мою сторону. Куртка, в которую он кутался, распахнулась, и я почувствовал себя последней скотиной, когда от открывшегося вида чуть не начал капать слюной.Ксо, я такой ублюдок! Но что я могу сделать, если не могу не хотеть его?!Наруто был уже в двух шагах от меня, когда его ноги подкосились. Слава Каме, я успел подхватить до того, как он бесславно растянулся на земле.— Ксо-о-о, — раздраженно зашипел блондин.— Болит? – встревожился я.— Немного. Сил нет, мне бы прилечь.— Обопрись на меня.Я осторожно обнял его за талию и невольно отметил, что она стала тоньше с нашей последней встречи, хотя Наруто и раньше не отличался внушительными объемами.Шукаку – сука!До фургона мы добирались черт знает сколько времени. Эти несколько десятков метров для меня растянулись на несколько километров, и все это время я прижимал к себе выбившегося из сил Узумаки, наслаждаясь близостью как последний извращенец. Какаши предусмотрительно открыл дверь фургона и так же закрыл ее за нами, скрывая от посторонних глаз.Устроившись на диване в горизонтальном положении, Наруто облегченно вздохнул. Куртка окончательно сползла, и я с ужасом уставился на его торс, исчерченный длинными, глубокими царапинами от ногтей, кое-где заполнившимися кровью.Черт, неужели он его…Чтобы проверить свои подозрения, я попытался раздвинуть ноги Наруто, на что он дернулся и настороженно посмотрел на меня. Ксо, это плохой знак.— Что ты делаешь? – хрипло спросил он.— Я просто… — Ксо, и как ему сказать, что просто хотел проверить его зад на предмет насилия? Видимо по моей покрасневшей роже он и так все понял, потому что в следующее мгновение его взгляд потеплел.— Он не трогал меня там.— Точно?— Думаешь я смог бы пропустить боль в заднице? – скептически хмыкнул он.— Откуда же мне знать? Это же твоя задница!Ксо, вот и поговорили. Я раздраженно отвернулся.— Саске, — тихо позвал он через некоторое время.— Что?— Ты здесь из-за меня?Меня так и подмывало сказать «нет», но я ответил правду:— Да.Я приготовился выслушать любой язвительный комментарий в свой адрес, однако он промолчал. Ксо, я что теперь и ответа не достоин?Когда его тело навалилось на мое плечо, я вздрогнул от неожиданности. Холодные пальцы дотронулись до моего подбородка, ненавязчиво предлагая взглянуть Наруто в лицо, и я подчинился.— Спасибо, — шепнул он, нежно касаясь моих губ своими. Не желая причинять ему боль, я не стал углублять поцелуй, хотя очень хотелось.— Ты отдохни, а я сейчас аптечку принесу, — выдавил я, с трудом оторвавшись от его губ.Наруто молча лег обратно и устало закрыл глаза, погружаясь в дрему.Ксо и почему я чувствую себя наседкой, когда так заботливо укрываю его своим плащом?Только через некоторое время, наскоро обработав раны Наруто и присоединившись к Хатаке и Умино, я вдруг понял, что нигде не вижу того парня, Дейдару.***(Итачи)Кровь. Красная. Даже странно, что у такой мрази, как Орочимару, она такого же цвета, как у меня и всех остальных. Было бы куда естественнее, если бы она оказалась черной или на худой конец зеленой. Угу, мерзкого гнилостно-зеленого цвета. Ему бы пошло.Кровавая цепочка следов безошибочно вела меня к цели. И чем свежее становились кровавые разводы, тем больше поднимался азарт в моей душе.Уже скоро. Наконец-то я до тебя доберусь, старый похотливый хрен.Я остановился перед запертой дверью, за которой исчезал след. Что-то здесь не так. Слишком очевидно. Не похоже на Орочимару.Потянувшись за пушкой с уже навинченным глушителем, я осторожно шагнул назад. Потом еще и еще. Я не войду в эту дверь, ни за что.— Ксо, — раздалось раздраженное шипение за моей спиной, — я всегда знал, что ты слишком умен, чтобы быть простой постельной грелкой.Легок на помине.— Признавайся, Итачи-кун, где я прокололся? Ты заметил провод?Провод? Ах ты старый хитрый змей, дверь заминировал! Она мне с самого начала не понравилась.Я медленно повернул голову на голос, стараясь, чтобы это движение не воспринималось как угроза.Выглядел Орочимару неважнецки, чем меня несказанно порадовал. Его и без того бледная, перекошенная от боли физиономия побледнела еще больше, почти до синевы. Правая рука была перетянута какой-то тряпкой, пропитавшейся кровью, и плотно прижата к телу. В здоровой руке уверено лежал «Глок». Нужно потянуть время, долго в одной руке эту хреновину он не удержит.— Не слишком ли серьезная игрушка для такого пожилого человека, как вы? – колко заметил я.— Что такое, Итачи-кун? Тебя беспокоит мое здоровье?— Вы даже не представляете как, — совершенно серьезно заверил его я.— О, тронут. Я всегда знал, что несмотря на твое молчаливое противостояние, тебе всегда нравились наши игры. Не так ли, Итачи-кун?Для тебя это были «игры», старый козел?— Не переживай, хот я и не молодею с годами, в старцы меня еще рано записывать. Если захочешь вспомнить былые деньки, только намекни. На Итачи-куна время у меня всегда найдется.— Какая щедрость, — «восхитился» я.— Для тебя, красивый мой, что угодно.От его приторно сладкого голоса меня даже перекорежило. Естественно, внешне это никак не проявилось, хладнокровие – наше все.— Впрочем, прямо сейчас я спешу, поэтому уж прости, Итачи-кун, но во избежание эксцессов мне придется тебя убить.Заторопился – значит устал. На висках пот, рука начала еле заметно дрожать от напряжения. Если не сейчас, то уже никогда.За миг до того, как он нажал на курок, я рванулся в сторону. Бок ожгло болью, но это уже не имело значения, я уже полностью переключился на выполнение лишь одной задачи – убить. Пистолет привычно скользнул в ладонь и тут же нацелился на жертву. Я стрелял почти не целясь, выпуская один патрон за другим. Краем сознания я на автомате отмечал попадания: живот, грудь, грудь, шея, снова грудь – и так до тех пор, пока не кончились патроны в обойме.Изрешеченное тело удивленно булькнуло и мешком повалилось на пол, поравнявшись со мной. Гм, а когда я-то на полу оказался? Не важно. Нужно закончить начатое.Морщась от боли, я поднялся на ноги. Зараза, попал-таки. Хотя вообще-то ничего удивительного – он же почти в упор стрелял. Кое-как проковылял к распластанному телу.

Жутковатые глаза Орочимару, подернутые пеленой смерти, невидяще уставились в пустоту. При жизни они выглядели жутковато, теперь же стали откровенно страшными.

Подняв пистолет, лежавший рядом с трупом, я сделал контрольный в голову. Можно было обойтись и без этого, но лучше все делать наверняка, от этого ублюдка всего можно ожидать.

Откуда-то сбоку раздалось слабое жужжание, характерное для цифрой аппаратуры. Скосив глаза, я обнаружил рядом с собой Дейдару, делающего снимок трупа на телефон.— На память? – предположил я.— Нет, буду на него дрочить в свободное от работы время, — оскалился он.Я вопросительно приподнял бровь.— Не знал, что твои вкусы так изменились.— Эй, это была шутка, — он даже улыбаться перестал. Неужели мой голос прозвучал так серьезно?— Это для Лидера? – кивнул я на телефон.— Угу. Орочимару мертв, договор выполнен. Поздравляю, ты свободен и твой Кьюби – тоже.Неожиданно Дейдара замолк, прислушиваясь к чему-то. Видимо он что-то услышал, потому что в следующее мгновение захлопнул крышку телефона и повернулся ко мне.— У нас гости. Думаю, отсюда наши пути расходятся. Прощай, Итачи. Надеюсь, больше не увидимся.Махнув на прощание, он исчез в боковом коридоре. Через секунду и я услышал слабый шум множества шагов.

А вот и Синдикат. Пора уносить ноги. Выбрав направление, противоположное доносящимся звукам, я уверенно зашагал к пожарному выходу.Акт 19(Наруто)Черт возьми, какое противоречивое состояние. Впервые за долгое время я просыпаюсь в нормальной кровати на чистых простынях, в тепле и уюте, и в то же время мне так паршиво. Тело болит, все обработанные вчера болячки немилосердно зудят и – ксо! – я грязный! Прошлой ночью у меня так и не хватило сил на водные процедуры, добравшись до кровати, я сразу вырубился. Фу, не могу больше! Все, я иду мыться!Поставив перед собой цель, я заставил себя выкарабкиваться из постели, попутно пытаясь разлепить веки.Ксо, где это я? Обстановочка вроде знакомая, это точно одна из наших секретных квартир. Вспомнить бы еще, которая из них? Черт бы побрал Шукаку и его дурацкую привычку выбивать из меня дерьмо. Интересно, он выбрался из того бункера, где я его запер? А, насрать, потом разберемся. Мне бы добраться до ванной.Утвердившись на ногах, я неуверенной походкой заковылял к двери предполагаемого санузла и – о чудо! – не ошибся.

Теплые струи успокаивали, даже боль в мышцах немного притупилась. Мне хотелось хорошенько оттереть с себя недельную грязь, но многочисленные ушибы не позволяли слишком усердствовать в этом деле. Казалось, нажмешь на мочалку чуть-чуть сильнее – и сдерешь к чертям кожу. Хотя, это, наверное, неплохая альтернатива. Может, перестану ощущать мерзостные прикосновения липких ручонок Шукаку и Сая? Фу, как вспомню, так вздрогну.И в этот момент кто-то схватил меня за плечо. Рефлексы сработали в обход сознания, я даже не понял, как у меня сил хватило поймать наглую руку и сделать грамотный бросок через бедро, хорошенько приложив незваного гостя об кафель.Гостем оказался светловолосый мужик лет сорока в брюках и голубой сорочке с закатанными рукавами, которые тут же промокли и прилипли к телу. Кто это вообще? И что он делает в моей ванной?— Ох, — застонал мужик, пытаясь вытянуть руку из моего захвата. Ага, так я и отпустил.— Кто ты и какого хрена здесь делаешь?— Ох, ты… Ксо, я-то думал, что ты сейчас не в форме. – Мужик завозился активнее.— Я не слышу ответа на свой вопрос, — рыкнул я, выкручивая руку сильнее.— Я Намекадзе Минато, твой отец, — не стал юлить он.Блядь, не мог что ли как-то помягче сообщить? А то у меня такое чувство, будто я сейчасрухну. И я действительно рухнул. Прямо на объявившегося папашу. Рано мне еще такие нагрузки на себе испытывать.Папаша, тем временем, выпутался из моих ослабевших рук и уселся на мокром полу. Я же недоверчиво вылупился на него, ища подтверждения его словам. Теперь я понимаю, что имел в виду Сай, когда говорил «увидишь – поверишь». Верю. Он был чертовски похож на парня, которого я видел каждый день в зеркале, только старше лет на двадцать.— Я тебя уже видел, — заметил я. Действительно видел. В гараже главного офиса Синдиката. Только тогда я его не разглядел, потому что был занят наблюдением за Саске и Шукаку, а потом вообще стало не до этого. – Значит, ты и есть мой непутевый папаша?— Да, — устало вздохнул он.— И чего тебе от меня надо?Папаня как-то обреченно пожал плечами.— Увидеть, поговорить.— И как, увидел?— Увидел.

— Тогда считаю, что разговор окончен, и вы можете идти на все четыре стороны.Папаша издал еще более душераздирающий вздох.— Послушай, я знаю, что я не лучший отец в мире… — начал он.— Самый отвратительный, — уточнил я.— …но мне действительно очень хотелось тебя увидеть…— Ага, видимо, ожидал, что я кинусь тебе на шею со слезами счастья на глазах и назову папой.От того, как он поморщился, я понял, что он действительно надеялся на такой исход. Придурок.— Я очень сожалею, что так получилось, но я любил твою маму…— Много и часто, — закончил я. – Неоспоримый факт, если уж я здесь.— Прошу тебя, позволь мне извиниться…— Убейся на хрен, тогда я тебя прощу!Эти слова стали неожиданностью даже для меня самого. Ксо, и чего я так разозлился? Ну не было у меня никогда отца, и что из того? Когда я был маленьким, то не держал зла на родителей за то, что их нет рядом, потому что считал их мертвыми. Незадолго до побега я влез в базу данных приюта и увидел в графе «отец» прочерк. Тогда я понял, что мой отец, возможно, жив. Я до сих пор помню надежду, охватившую меня на мгновение, и сокрушительную боль, пришедшую потом, когда вдруг осознал, что если он жив и до сих пор не забрал меня, значит, я ему не нужен. Наверное поэтому у меня даже мысли не возникало искать его или докапываться до его личности. А теперь этот человек, несомненно являющийся моим биологическим отцом, пытается втирать о моей якобы важности для него. Я бы его простил не задумываясь, окажись он простым парнем, у которого не было денег и времени, чтобы тянуть еще и ребенка, но ведь он, блядь, состоятельный мужик со связями, которому ничего не стоило забрать сына из приюта. Он мог бы отдать меня кому-нибудь на воспитание, или нанять каких-нибудь нянек, если нет желания возиться самому, но ведь он этого не сделал? Так чего он хочет от меня теперь? Ксо, мне действительно было бы легче, если бы он оказался мертвым, как и мама.— Ненавидишь меня? – тихо спросил он.— Еще не разобрался, — честно ответил я.— Имеешь право.Я промолчал.— Я действительно любил Кушину, — снова заговорил он, опустив глаза. – Она была моим рыжим огоньком. Мы встретились случайно у библиотеки. Она училась в университете и часто ходила в ту библиотеку, а я просто приехал на деловую встречу в ресторан, находящийся по соседству. Она была очень красивой. Мы встречались тайно, потому что я не хотел подвергать ее опасности, а на затворническую жизнь моей любовницы она бы ни за что не согласилась. Когда началась война между Синдикатом и отступниками, пытающимися свергнуть Совет, мы перестали видеться. Я посчитал, что так для нее безопаснее. Потом война окончилась, и Сарутоби сослал меня в Америку. Я решил, что будет лучше навсегда исчезнуть из ее жизни. Я не знал, что Кушина беременна. Мне жаль, что я не навестил ее перед отъездом, не поговорил с ней. Возможно, тогда она была бы жива, и мы втроем были бы семьей. Прости, что так получилось, что лишил тебя семьи. И за то, что не был рядом, тоже прости.Замолчав, он неуклюже встал и молча вышел, оставив меня сидеть на мокром кафельном полу наедине со своими мыслями.***(Саске)Когда я зашел в спальню, то обнаружил Наруто сидящим на кровати.Он был обнажен и мрачен. Его волосы были совершенно мокрыми после душа и тяжелыми прядями лежали на голове, закрывая лоб и глаза, но его, казалось, это не беспокоило.— Ксо, ты же так заболеешь, — возмущенно воскликнул я, и быстро сбегав в ванную за полотенцем, принялся просушивать ему волосы, на что он никак не отреагировал. Да что с ним такое?!— Саске, — как-то потеряно позвал он, — ты любил своего отца?Вот и ответ. Этот придурок Минато явился народу, проигнорировав тот факт, что Наруто еще не отошел от пережитого стресса.— Не очень, — немного помолчав, ответил я. – Если честно, совсем не любил. Он редко бывал дома, а когда я подрос, отправил в школу-интернат, после был университет в Англии. Так что я практически его не знал как человека.

— А он тебя любил?— Не знаю. Как наследника он больше ценил Итачи и все свое свободное время уделял ему. Я всегда был этаким запасным вариантом на случай непредвиденных обстоятельств. Когда Итачи сбежал, меня не было рядом с ним, поэтому я не знаю, что он думал по этому поводу, но я считаю, он был разочарован и обеспокоен будущим клана. Все-таки он никогда серьезно не рассматривал меня в качестве наследника.— Идиот, — шепнул Наруто.— Что?— Твой отец – идиот, — чуть громче повторил он.— Почему? – удивился я.— Ты – хороший глава клана. Дипломатичный, уверенный в себе, надежный. Итачи не такой.— Гм, я бы не сказал, что ему не хватает уверенности в себе. Думаешь, он ненадежный? — ухмыльнулся я.— Нет, с этим все в порядке. Он не гибкий. Все должно быть так, как хочет он, и никак иначе. Если кто-то стоит у него на пути, он не будет церемониться.Наруто поймал мою руку с полотенцем, поднес ее к своим губам и нежно поцеловал, едва прикоснувшись губами.— С тобой спокойно.Мое сердце заколотилось как сумасшедшее, свободная рука сама потянулась к нему. Повинуясь моему касанию к подбородку, он поднял лицо, и я тут же впился в его губы жадным поцелуем. Как я по тебе скучал…Я чувствовал, как его руки зарываются в мои волосы, притягивая ближе. Мне пришлось опереться коленом на край матраса, чтобы не обрушиться на его израненное тело всей своей массой.— Сними это, — хрипло попросил Наруто, отрываясь от моих губ, и дернул за галстук.Я начал торопливо раздеваться, небрежно откидывая дорогущие вещи от именитых брендов в сторону. Какое мне дело до этих тряпок, когда любимый человек желает видеть мою обнаженную кожу? Ради него я готов ходить голым всегда.Последняя вещь упала к моим ногам, и я шагнул к ожидающему меня мужчине, чтобы вновь прижаться к его теплым, улыбающимся губам, раскрывшимся навстречу моему языку. Сейчас он был не таким как всегда. Обычно наш секс – это огонь, страсть, иногда выражающаяся довольно грубо, но в этот раз Наруто был нежным и внимательным, возвращая мои ласки в равной степени. Не знаю уж, что послужило тому причиной: его раны или желание сделать мне приятно – мне не хотелось знать ответ. Достаточно того, что это просто было.Наруто оказался лежащим на спине, и я покрывал его тело поцелуями, осторожно облизывая поджившие царапины и ссадины.

— Может, уже бросишь вылизывать меня, как мама-кошка котенка, и сделаешь что-нибудь посущественней? – улыбнулся он, наблюдая за моими действиями.— Тебе не нравится, как я тебя вылизываю? – игриво переспросил я и коварно лизнул самую горячую и заинтересованную в происходящем часть тела. Узумаки тихо замычал и раздвинул ноги пошире, чтобы я мог заняться делом более обстоятельно. Я не стал его разочаровывать и вобрал возбужденный орган в рот. Над моей головой раздалось довольное урчание, что только добавило мне энтузиазма.Какое-то время мне позволяли беспрепятственно сосать истекающий смазкой член, но через некоторое время я ощутил, что он меня мягко отталкивает.— В чем дело? – осторожно спросил я, прервав свое занятие.— Позволь мне тоже. — Ксо, его голос прозвучал так чувственно. Как я мог не согласиться?Поменяв положение тела так, чтобы мой стоящий член оказался над его лицом, я снова взял его в рот, продолжив ласки, и сдавленно застонал, когда почувствовал его губы, обхватившие меня.Великий Ками, помоги не спустить ему в рот прямо сейчас, как неопытному юнцу, потому что это выше моих сил!

Я держался сколько мог, однако, когда его пальцы проникли в меня и немного надавили в нужное место, я бурно кончил, чуть не подавившись его членом.— А ты страстный, Саске, — ворвался знакомый голос в мою опустевшую от эйфории голову.А?Я разлепил непонятно когда закрывшиеся веки, и посмотрел в сторону двери.

Мать моя женщина! Яду мне, яду!***(Итачи)Так и знал, что этим кончится. У Саске был такой голодный вид, когда он направлялся в спальню Лиса, чтобы «проверить как он там». Хотя, должен признать, кончающий Саске – довольно интригующее зрелище. Теперь я понимаю, что в нем нашел Наруто.— А ты страстный, Саске, — высказал я свою мысль.Оба парня отвлеклись от своего занятия и посмотрели на меня. Блондин озорно улыбнулся, а вот у Саске на лице отразилась откровенная паника. Да, не каждый день тебя застает старший брат за таким занятием. Наверное, я бы тоже смутился, если бы сексуальное рабство в застенках Орочимару не отшибло у меня всякую стеснительность.— Присоединишься? – приподняв светлую бровь, предложил Узумаки. Саске вздрогнул и ошарашено оглянулся на него.— Обязательно, — довольно ответил я и начал раздеваться.Затравленным взглядом Саске смотрел, как уменьшается мой гардероб. Он явно хотел уйти, и в то же время не мог оставлять Наруто наедине со мной. Окончательное решение за него принял Узумаки, погладив рукой его опавший член и поцеловав в бедро.Братик покраснел. Учихи так умеют? Как пикантно.Я наконец избавился от одежды и стал взбираться на кровать. Саске тут же слез с Наруто и отполз в сторону, не спуская с меня настороженного взгляда.

— Успокойся, инцестом не увлекаюсь, — хмыкнул я, склоняясь к лицу Лиса, чтобы сорвать свой поцелуй. Честно говоря, я думал, братец не выдержит такого потрясения и смоется от нас в какой-нибудь темный угол, но он лишь твердо сжал губы и подполз ближе, перехватив у меня губы Наруто. Так-то лучше, а то изображает тут девственность.Руки Лиса обвились вокруг Саске, не позволяя ему отодвинуться. Подвоха братик не почувствовал, зато ощутил на себе последствия, когда его опрокинули на спину и припечатали сверху стройным телом. На самом деле, Саске при желании в любой момент мог вырваться, но помня о плачевном состоянии, в котором находился Узумаки, не стал этого делать, осторожно обняв склонившееся над ним тело и поцеловав израненные губы.Мой взгляд скользнул по несколько похудевшей фигуре Лиса. Его тело все еще было красивым, однако четче обозначившийся позвоночник и выпирающие ребра заставляли испытывать нечто сродни жалости.Шукаку, мудак чертов. Когда-нибудь он у меня за все поплатится!В порыве внезапно проснувшейся нежности, я склонился над золотистой исцарапанной спиной и стал осторожно выцеловывать все ранки, попадающиеся на глаза. Лис вздрагивал, прогибался, старясь уйти от прикосновений, но в целом не препятствовал мне. А я, тем временем, добрался до его попки, гладенькой, красивой и нетронутой, судя по состоянию. Ладно, Шукаку будет жить, но пару костей я ему все равно сломаю, если, конечно, Лис меня не опередит.Судя по тихим стонам, Саске перешел от целомудренных поцелуев к рукоблудию, пожалуй, и мне пора заняться делом. Раздвинув руками две аппетитные половинки, я лизнул то, что находилось посередине, и удостоился благодарного мурлыканья за проявление инициативы. Какое-то время я работал языком, расслабляя и одновременно смазывая вход, потом облизал два пальца и немного растянул для себя желанную попу.Я брал его нежно, старясь не делать резких движений. Мы с Наруто частенько делаем это довольно жестко, иногда даже грубо, но в этот раз я был осторожен как никогда, пуская в ход всю свою выдержку. Саске тоже времени не терял: пока я удовлетворял свою похоть, он сполз вниз по телу Узумаки и занялся его членом вплотную, присовокупив к рукам еще и рот, не забывая впрочем, ласкать и себя. Наруто же растекся грудью по подушке, вцепившись в нее руками, и сдавленно стонал, позволяя нам творить с собой что угодно. Обычно он не такой пассивный, наверное, мы рано за него взялись, все-таки ему еще сил надо поднабраться.

Лис начал кончать первым, не выдержав двойного напора. Саске среагировал на это дольно неожиданным образом, ухватив меня за яйца, из-за чего меня тоже прорвало. После чего он довел до оргазма и себя.Мы валялись на кровати обессиленной кучкой и старались отдышаться. Шевелиться не хотелось.— Кто первый донесет меня до ванной, получит приз, — замучено промычал Наруто.— Какой? – вяло поинтересовался Саске.— Я не стану подбрасывать ему гранату в штаны, когда вернусь из душа.Саске задумчиво замолчал. Видимо, думал, насколько серьезна угроза. Потом, решив не рисковать, поднялся с кровати, взял на руки умаявшегося Лиса и уволок его в ванную.

Надо будет не забыть проверить брюки на предмет обнаружения гранат, когда буду уходить.Акт 20(Шукаку)День Схода – наверное, самый важный день в жизни любого Хвостатого. Именно на Сходе решаются вопросы дележки территории, принятия новых правил игры или членов нашего маленького братства, а также разрешения конфликтов. За всю свою жизнь я лишь однажды был на таком Сходе, когда сам стал Хвостатым, отвоевав у прежнего Девятихвостого принадлежащий мне по праву кусок территории и став первым Однохвостым за последние пятьдесят лет. С тех пор почти ничего не изменилось, разве что на месте Кьюби теперь сидел Узумаки Наруто, которого до этого момента мало кто из других Хвостатых встречал лично.Он еще не совсем оправился от моего гостеприимства, но вряд ли кто-то еще заметил легкую бледноватость лица и еле заметные следы усталости у глаз. В остальном он был безупречен.— Ну что ж, начинайте, Шукаку-сан, ведь это по вашей просьбе мы собрались все вместе, — разрешил Пятихвостый.— Я собрал вас здесь, чтобы разрешить наш небольшой конфликт с Кьюби-саном и призвать его к ответу. Думаю, не ошибусь, если скажу, что все из вас в курсе событий прошлогоднего инцидента, когда Кьюби-сан без моего ведома вторгся на мою территорию, чтобы выполнить заказ, на который не имел права.Все присутствующие согласно кивнули.— По правилам Хвостатых я имею право требовать компенсацию ущерба, вплоть до жизнь обидчика.— Не передергивайте, коллега, — вмешался Шестихвостый, парень ненамного старше нас с Лисом. – Самое большее, на что вы можете рассчитывать – это честный поединок. И только в случае вашей победы вам позволено сделать с проигравшим все что душе угодно, хоть убить. Вы ведь этого хотите, не так ли?Умен, стервец, именно это мне и нужно было. Кьюби сейчас слаб, разреши Хвостатые поединок, и исход сражения будет предрешен. Он не сможет меня победить, даже используя весь свой арсенал смертельных приемов. И когда этот фарс закончится, впервые в истории Хвостатых территория Девятихвостого отойдет Однохвостому, а сам Лис будет неплохим бонусом к моему приобретению.Изначальный план не включал в себя сохранение жизни Кьюби, но я не могу позволить ему умереть, пока не закончу то, что начал в моем пыточном подвале.

Лис тоже понимал как обстоят дела, но почему-то не вмешивался.— Вы хотите поединка с Кьюби-саном? — вмешалась Двухвостая, высокая нордическая блондинка, весьма стервозная на вид. – В таком случае вам нужно согласие по меньшей мере четырех из нас. Мой голос вы не получите, — категорично заявила она.Стерва.— Могу я узнать причину? – как можно вежливее осведомился я.— Ты мне не нравишься, — склонившись ко мне, доверительно сообщила она.

Сучка, ты мне тоже, но я ведь молчу.— А я отдаю свой голос в пользу Шукаку-сана, — неожиданно молвил Треххвостый, выглядевший моим ровесником. Я наградил его сдержанным кивком.— Одну минуточку! Мы выслушали ваши претензии, Шукаку-сан, но хотелось бы услышать и другую сторону, — впервые открыл рот Четыреххвостый, европеец среднего возраста с основательной рыжей бородой. – А что вы скажете, Кьюби-сан?Все взгляды скрестились на замершей в кресле фигуре Лиса. Его поза выражала непоколебимую силу и уверенность в себе. Глядя на него, я ни за что не догадался бы, что под пижонским белым костюмом скрываются довольно серьезные травмы, если бы не нанес их лично. Такого противника невозможно не уважать.— Если Шукаку-сан хочет поединка, он его получит, но я считаю, что будет неправильно, если вызов будет не от меня, — невозмутимо подал голос Лис.Каков наглец.— Не от вас? – удивился Треххвостый. – Вы считаете, что у вас есть право вызвать на поединок Шукаку-сана? Разве не он пострадавшая сторона?Действительно.Все недоуменно переводили взгляд с Кьюби на меня и обратно. Ксо, что он имел в виду?— В прошлый мой приезд все именно так и было, но не в этот.— Да, я слышал, что тут была какая-то разборка между вами. Что произошло на этот раз? – поинтересовался Пятихвостый.— Он снова нарушил границы, — напомнил я.— Э, э, поправочка, — вмешался Кьюби. – Я приехал на Сход и не собирался делать ничего предосудительного.— За месяц!— Вы были в Японии целый месяц? – впервые напомнила о своем присутствии девчонка Семихвостая.— Это подозрительно, — кивнул Треххвостый. – Получается, вы дважды нарушили правило Хвостатых – не выполнять заказы на чужой территории.— Этот месяц я занимался личными делами, — пожал плечами Кьюби.— Под прикрытием! – снова вмешался я.— А как еще я должен был улаживать свои дела. Местный Синдикат спит и видит, как меня пристрелить.— Ты был в сговоре с одним из глав Кланов!— Постойте, какие личные дела могут быть у вас в Токио, Кьюби-сан? – оборвал меня Пятихвостый.— Я бы не хотел об этом говорить. — Лис смущено коснулся пальцами губ и продолжил: — У меня роман с местным парнем.Хвостатые недоверчиво вылупились на него, и я в их числе. Что за бред несет этот остолоп? Он же не думает, что они все купятся на это?— Объяснитесь, — смущенно кашлянув, попросил Четыреххвостый.— Выражаясь поэтическим языком, в прошлый свой приезд я познакомился с одним молодым человеком, и у нас возникла обоюдная страсть, — оскалился Лис.— О, черт, избавьте меня от подробностей! – пробурчал Восмихвостый, молчавший до этого момента.— А как же то, что сказал Шукаку-сан о том, что вы якобы в сговоре с главой местного клана? – проигнорировав его, вставил Треххвостый.— Этот молодой человек, запавший мне в душу, Учиха Саске, и есть глава одного из кланов Синдиката.— Какое-то слишком удачное совпадение, — сощурилась Двухвостая. – Вас обвиняют в сговоре с местным воротилой, а вы заявляете, что он всего лишь любовник. Откуда нам знать, что это действительно так и вы не делаете никаких дел за спиной у Шукаку?Эта противная стерва не так плоха, она мне почти нравится.— Я понимаю, что так просто вы мне не поверите, поэтому принес доказательства.Кьюби водрузил на стол принесенный с собой ноутбук с микрофоном и потыкал в кнопки. Через несколько минут он развернул его экраном ко всем присутствующим. Не узнать Намикадзе было невозможно.— Добрый день, дамы и господа. Меня зовут Намикадзе Минато. Я являюсь главой Совета Синдиката. Нам известно о вашем недоразумении касательно Кьюби-сана.

— И кто же вам об этом рассказал? – спросил в микрофон Пятихвостый.— Естественно, сам Кьюби-сан. Я мог бы проигнорировать затруднительное положение, в котором он оказался, но мне бы не хотелось с ним ссориться, поэтому я подтверждаю, что никаких заказных убийств за последний месяц на территории Токио выявлено не было. Все агрессивные действия, предпринятые Кьюби-саном, были лишь попыткой защититься от необоснованной агрессии Синдиката, за что я прошу прощения. Мы неверно истолковали мотивы его приезда.— Спасибо, Намикадзе-сан, ваши слова приняты к сведенью, — кивнул Пятихвостый и отключил связь.— А теперь взгляните на это, — Лис протянул ему флэшку, а ко мне подкралось нехорошее подозрение, что я уже проиграл.***Спустя час Кьюби покинул Сход Хвостатых полностью оправданным.

***(Минато)— Как прошло? – нервно спросил я у входящих в квартиру Наруто и Итачи.— Намикадзе! — рыкнул с порога Наруто.— Пожалуйста, зови мен папой, — улыбнулся я. Мне кажется или он немного раздражен?— Хрен тебе, а не «папа»! – взревел он. – Я тебя просил предоставить мне доказательства моей невиновности, а ты что мне дал?!— То, что ты просил. Я же не зря рекомендовал в речи делать упор на ваши с Учихой-саном отношения, — вздохнул я. – Да, знаю, я поступил по-свински, сынок, но ради твоего спасения я готов пожертвовать даже репутацией.— Я понял. — Наруто поднял руку, останавливая мое красноречие. — Но почему МОЕЙ?!Нельзя сказать, что упрек был несправедлив, но мне действительно пришлось перешагнуть в первую очередь через себя, чтобы решиться на эту авантюру.— Прости, сын, так было надо.— Ладно, проехали. — Наруто устало прикрыл глаза рукой и опустился в кресло, заботливо подвинутое старшим Учихой. Ками-сама, мне уже можно начинать ревновать? Хотя нет, с этим я опоздал на целый год. Ксо, почему я так дергаюсь, словно дочку замуж выдаю?!— Успокойся, ничего страшного не произошло, — зашелестел Итачи, начав поглаживать плечо Наруто. Он меня бесит! – Просто репутация Кьюби теперь будет чуть-чуть более скандальной, чем раньше.— О, да! Это уж точно, — раздраженно отмахнулся от него сын. – Раньше я был супер-киллер, неразборчивый в средствах, а теперь я еще и неразборчивый в сексуальных связях!— Почему же неразборчивый? Как раз-таки наоборот – чересчур привередливый.

— Ксо, — мученически простонал Наруто, откидываясь в кресле. – Как я устал.— Хочешь спать? – мягко спросил Учиха.— Не отказался бы. Отведи меня в спальню.Итачи осторожно помог Наруто подняться из кресла и увел в его комнату. При этом он был так аккуратен, что возникало впечатление, что Наруто сделан из фарфора. И похоже, моему хитрому сыну это очень нравилось, иначе с чего бы он изображал из себя анемичную барышню, когда я только сегодня утром видел как он разминался по особой технике Ируки, требующей концентрации и неплохой физической подготовки.Из моего кармана раздалась мелодия мобильного. Кому это спокойно не сидится? О, Хина-тян!— Здравствуйте, Хината-сан! – сексуально зажурчал я в трубку.— На-На-Намикадзе-сан! – миленько залепетала она.— Я же просил называть меня по имени. Что-то случилось?— Н-нет, просто я… я соскучилась. Вы скоро? – Боже, она так очаровательна.— Да, я все дела уже закончил. Скоро приеду.— Я буду ждать вас!Связь оборвалась, а все еще сидел с трубкой около уха и улыбался как придурок. Черт, как хорошо, что я вернулся в Японию.— Становишься старым извращенцем, как Джирайя.Обернувшись, я обнаружил, что в дверях своей спальни стоит Наруто.— Я думал, ты спать пошел.— Пока Итачи в душе, решил вот поговорить с тобой без свидетелей.— И о чем же?— О будущем.

— Тебя что-то тревожит?— Я хотел сказать спасибо. За все. И еще…— Да? – затаил я дыхание, понимая, что главное еще не сказано.— Я хочу, чтобы ты отпустил Саске.— Что значит отпустил? – не понял я.— Я хочу забрать его с собой.— Ты говорил с ним об этом?— Еще нет, но он был бы не против. Единственное, что его держит здесь – это долг. Ты можешь его освободить от этого.— Как? Он глава клана Учиха. Если не он, то кто встанет во главе? Итачи?— Нет, его они не примут. Он для всех предатель. А вот Хатаке Какаши…— Что? – Я даже склонился вперед, чтобы убедиться, что не ослышался. – Хатаке?— Но ведь он раньше был не последним человеком в клане, насколько я знаю.— Верно. Но тебе не кажется, что это безответственно – оставлять его одного наедине с клановыми проблемами?— Он справится. Саске же как-то справлялся. Кроме того, Ирука остается с ним.— Умино решил остаться? – с надеждой переспросил я.— Да. Он говорит, что больше не хочет оставлять этого Хатаке одного.— Гм, ладно. Я согласен. Можешь забирать своего Саске.— Спасибо, — благодарно кивнул Наруто, и перед тем как снова скрыться за дверью комнаты, добавил: — Я тебя еще не простил.Вот упрямец. Интересно, что он имел в виду: мое неудачное отцовство или порно-фильм с ним самим и младшим Учихой в главные роли из коллекции Орочимару, который был на той флэшке, что я дал ему для демонстрации Хвостатым?***(Итачи)— То есть тебя оправдали из-за порно-фильма? – хмыкнул я. Да уж, такое только с Лисом могло приключиться.— Ага. После него они наконец поверили в причины, по которым я оказался в Токио раньше времени, и пришли к выводу, что Шукаку должен ответить за беспричинное нападение на беззащитного меня. Они аннулировали его претензии, вроде того, что мыкак бы квиты.Пф, Хвостатые. Матерые киллеры, а мышление как у подростков. Око за око, надо же.— Итачи, — отвлек меня от мыслей Лис.— Ммм?— Саске не говори. Он не обрадуется порно-записи про себя любимого.— И не собирался, — прошептал я, притягивая поближе растянувшегося рядом Узумаки. До прихода Саске у нас еще оставалось время, но я решил бездарно потратить его на размышления.Наша сомнительная поездка закончилась сравнительно благополучно. Мы сбросили с хвоста «Акацуки», нашли союзников в Синдикате, угомонили хотя бы на время Шукаку. И самое главное – я отомстил Орочимару и его шавке. Не думал, что моя месть осуществится так скоро. Всего-то и надо было, встретить Лиса и влюбиться по уши. Жаль, что без потерь не обошлось. Когда-нибудь Хвостатый Токио ответит мне за каждый синяк на теле Узумаки, за каждый его болезненный стон и унижение. Он будет корчиться в муках, моля о смерти, которая станет для него благословением. Но это будет потом, не сейчас. Нужно увезти отсюда Наруто и Саске, отдохнуть, набраться сил. Может съездить на Гавайи? Никогда там не был. Лису будет полезно развеяться. Да и мне, пожалуй, тоже.***(Саске)Я не верил, что это происходит со мной. Великий Ками, неужели я наконец свободен от этого бремени? Больше никаких заседаний Совета, никакого пренебрежения от других глав кланов, никаких внутриклановых разборок и официоза. Ксо, я даже не знаю как жить без всего этого! Всю жизнь я был под присмотром отцовских телохранителей, нянек, брата, советников и юристов, а теперь вокруг меня словно лопнул барьер, и мира вокруг оказалось слишком много.На самом деле я все еще на поводке, ведь Наруто не оставит меня без пригляда, я в этом уверен. Но тем не менее, я не чувствую удушья от его пристального внимания. Напротив, кажется, у меня распускаются крылья. Прожив здесь год, я снова уезжаю из Японии, и возможно, больше никогда сюда не вернусь, но в этот раз я не жалею об этом, ведь все, что мне когда-либо было нужно, будет со мной. Мой Золотой Тигр и вся его любовь.— Саске, не спи. Сейчас регистрация начнется, — одернул меня Итачи.Козел, я и не спал! Ксо, ладно, не вся любовь, но больше, чем у тебя, придурка, когда-либо было – точно!В самолете настроение несколько улучшилось, когда я обнаружил, что мое место рядом с Наруто, а Итачи остался не у дел где-то сзади. Вот подфартило.Узумаки задумчиво смотрел в иллюминатор, постукивая пальцами по подлокотнику. Я не удержался и накрыл его руку своей. Жаль, что через прикосновения нельзя прочитать мысли. О чем ты так напряженно думаешь, Наруто?***(Наруто)Дежавю. Самолет, иллюминатор, Учиха в соседнем кресле. Совсем как год назад. Тогда я думал о том, что хочу снова увидеть Саске, и томился от жажды действия. Теперь Саске сидит рядом и держит меня за руку, обеспокоенный моим состоянием. А мне хорошо и спокойно. Впервые за много лет не хочется никуда бежать и что-то делать. В душе поселилось какое-то удовлетворение от всего происходящего. Наверное, просто устал. Вся эта беготня с Синдикатом и разборки с Шукаку несколько утомили. И, ксо, ребро еще болит.

Итачи прав, мне давно надо в отпуск, расслабиться, понежиться на пляже с напитком, утыканным зонтиками. Красота. Жаль, что ненадолго, потом все равно придется возвращаться к работе. Заказ уже есть, клиент согласен на небольшую отсрочку, поэтому пусть подождет.А пока лучше сделаю вид, что я обычный парень, который едет отдыхать с семьей. И какая разница, что семья состоит из трех мужчин, двое из которых – профессиональные киллеры, а третий – экс-глава клана якудза? Глупости все это. Не важно, кто мы для других, главное, кем мы являемся друг для друга. Надежный и преданный Итачи, отзывчивый и рассудительный Саске, они стали мне ближе, чем кто-либо. Им я могу доверить ВСЕ. Интересно, а каким они видят меня?

Ища ответ на этот вопрос, я повернулся к Саске и встретил его встревоженный взгляд. Переживает, потому что любит. А как я за тебя переживал. Я послал ему искреннюю улыбку довольного жизнью человека и впервые ответил на не единожды сказанные слова:— Я тебя тоже люблю, Саске.Его светящиеся счастьем черные глаза была мне ответом. Вот ты и дождался, Саске.Конец.