Слишком рано думать о Смерти... (1/2)

В той битве пострадал Шраде Элан. Попав в больницу, он больше не смог пилотировать, так как на следующий день председатель принесла ему приказ военных и высказала свое мнение на счет его здоровья.

И если бы только эта трагедия!Кагура, Амато, Миконо, Джессика, Каен и остальные пребывали в ужасе и скорби от новости, что Тара впала в кому. Кагура и Каен не стали рассказывать, какая рана была, но…Кагуре было жутко от всей ситуации: какой-то ненормальный нападает на него, при этом зная Кагуру, а он не знает!И сестра на границе между Жизнью и Смертью. От этого становилось страшно. Страшно от того, что еще одно напоминание о маме – умрет. Стараясь не думать, Сора-старшийдержал в руках свой телефон и просматривал фотографии с сестрой. Все-таки из Амато неудачный фотограф. Увидев последнюю фотографию, где он хмур и грозен, а Тара ставит ему ?рожки?, вздохнул.?Знал бы, что так будет, я бы улыбнулся…?, - отключив к черту телефон, он пошел в свою комнату, не слыша оклики Амато и Миконо. Джессика, глядя вслед аловолосому, тяжело вздохнула. Без Тарани словно потерялся какой-то баланс. Может, это сила ее способностей держала Кагуру на ?коротком поводке?, может, просто ее присутствие, но…Кома – равносильна смерти, и там, либо все, либо ничего!

-Оставьте его. Ему и так плохо, -осадил сестру и СоруКаен. Подойдя к ним, он глянул на обоих. Миконо тут же притихла, опустив голову.Амато сжал кулаки, но замолк.

Каен был бледен и уставшим. ?Смерть? товарища, бой, рана, предсмертноесостояние лучшего друга, драка с Кагурой – все свалилось, какснег на голову. Вспоминая того ангела, он вздрагивал: холодный смех, издевательства… И он знал Кагуру.

?Да что за черт??, - хмуро подумал он, не обратив внимание на фотовспышку.

***Амато Сора – средний сын АлисииСоры, он мог сам защищаться, но нередко вмешивался и старший брат, как и младшая сестра. Мать им внушила, пока не пропала, что не станет ее – они одни останутся на земле. Одни, никому не нужные дети, а значит, уметь защищаться, работать и просто жить и радоваться жизни – они должны все сами… Без нее.Нет, Тара, даже не смотря на то, что в детстве часто болела, училась готовить, убираться, ругала братьев потом, что не убираются. Ей удавалось пристыдить их, даже бунтарногоКагуру.Амато тоже попадало частенько, но воспринимал он нагоняй от сестры со смехом, и этому научил Кагуру. Тем более, если не злить, она легонько ударит… Такое маленькое семейное солнышко. Семейное…

Его пустили к сестре. Девушка лежала в каком-то инкубаторе, напоминающий тот,в котором лежал Глен (к сведению). Кислородная маска, равномерное дыхание. Рана была вылечена, или прикрыта, чтобы не пугать посетителей – он не знал. Амато боялся подойти к врачу и уточнить это. Он не ожидал. Не был готов к этому. Ни он, ни Кагура… Как минимум, порой, говоря в шутку о смерти, Кагура говорил, коли он старший – все шишки ему, а значит, ему первым умирать. Только вышло все наоборот, против его слов – на грани смерти оказалась младшая.

?Тара…?, - прикоснувшись к стеклу ладонью, рыжеволосый тяжело вздохнул. Что ему теперь делать? Как удержать Кагуру? Кто его удержит? Почему и за что им это? Как сохранить то хрупкое равновесие, которое держал один человек? Как? Почему, когда не стало одного звена – все звенья потеряли свое равновесие? Почему?И за что?...

?Тара, если ты с нами… Даже если мы не видим тебя… Не покидай нас… Ни Кагуру, ни Миконо, ни меня… Никого. Будь рядом с нами…?, - он не знал, слышит ли его сестра, но чаще, в прошлом, ловил себя на том, что Тара угадывала его мысли. Может, просто совпадение? Может, сейчас повезет?

***Миконо и Джессика сидели в комнате и молчали. Тяжелое молчание постепенно давило на каждую, но, то ли та атмосфера, которая появилась в академии, то ли не знание, что можно сказать в данной ситуации… Но они молчали. Джессике это надоело, но стоило было бросить взгляд аметистовых глаз на пустую кровать, где лежала Тарани, и вспоминать, как утром стаскивала ее с кровати, вопя при этом ?СОНЯ?, вздохнула. Господи, и почему мы не смотрим на ситуацию со стороны? Было же весело! Очень!И такое не ценить… И впрямь, с потерей мы познаем те ценности, что потеряли…

Вспомнив, как сегодня выглядел Кагура, Джессика прижала к себе ноги, согнув в коленях. Одежда была в крови, в янтарно-золотистых глазах боль и ярость. Она не сомневалась, что этот огонь ярости разгорится до кострища, который потом будет трудно потушить… Очень… Но и сейчас, глядя на этот ?Огонь? - Вонг боялась.Она боялась подойти к Кагуре и сказать что-нибудь. Только издалека, когда рядом кто-то, дабы смягчил удар, может, а так…

?Я – трусиха… Человек страдает, а я помочь ему не могу!Ненавижу себя!?, - упав на кровать,студентка закрыла глаза. Как же тяжело вспоминать тот взгляд, и как тяжело чувствовать себя виноватой…

Миконо тоже молчала, не зная, что сказать в данной ситуации.Было страшно. За друзей, за Тару и за себя.Как ни странно, а в душе она чувствовала беспокойство и чувство опасности. Она не понимала ничего: вроде, в стенах школы… Но, уже один ?убит?. Кто следующий? Кагура? Амато? Джессика? Или еще кто-то?Почему Страх, вместе с Ожиданием – считаются самыми страшными чувствами, которые можно представить? Наверное, надо попасться в их власть, дабы узнать, верно?