ГЛАВА 10. Торжество вампиров. (1/1)

Перед глазами все смазалось, превращая картинку в смесь темных пятен, как краски, растекающиеся по бумаге. Дилос не чувствовал ничего, словно его отрезали от внешнего мира. Странная, пугающая тишина, будто бы ты совершенно одинок в своей жизни.Постепенно ощущения начали возвращаться, сначала заболела грудь, стреляя постоянной жгучей болью, потом он услышал панический голос Квина, зовущий его по имени и вздох облегчения Дильха, на фоне сумасшедшего смеха Эджина. Потом потихоньку начало возвращаться зрение, расплывающаяся картинка медленно обретала четкость, Дилос моргнул, фокусируя взгляд на побледневшем лице Квина.Юноша хотел назвать его имя, но из горла лишь послышался хрип, язык и челюсть не хотела слушаться подростка. На губы лег теплый пальчик рыжеволосого мужчины, призывая молчать, как неожиданно.Дилос обнаружил, что его голова покоиться на одной ладони Квина, поддерживающая её на весу, а сам Дилос лежит плашмя на сухой земле, попробовав пошевелиться, юноша понял, что тело не слушается, парализованное атакой ненавистного Эджина. Дильх сидел рядом на земле, пусть его никто и не видел, кроме Дилоса, но он тоже по-настоящему испугался за юного шамана, он имел полное право быть рядом с Дилосом. Эджин маячил черной тенью сзади, празднуя свою победу.– Вы проиграли, – констатировал враждебный вампир, не скрывая злой усмешки.

Квин осторожно склонился над юношей, аккуратно обняв того, Дилос широко распахнул веки, ощутив дрожь тела своего партнера, дыхание коснулось лба подростка, прежде чем Квин запечатал свой поцелуй на местечке между бровями.– Больше не пугай меня так, – еле слышный шепот у уха. – Ты даже не представляешь, как я испугался, подумав, что ты умер.«Я не хотел, прости», – подумал Дилос в надежде, что Квин услышат его мысли, ведь обычно рыжеволосый мужчина постоянно ловил мысли образы своего партнера, всегда, независимо от того к месту это или не к месту. – «Я только хотел тебя защитить от тех молний».– Вот как, но, пожалуйста, Дилос больше не делай так. Я должен тебя защищать, а не наоборот, – прочитав мысли возлюбленного, ответил Квин, печально улыбнувшись. Они ведь и, правда, проиграли. Эджин не переоценил себя, он опасен и так силен, в душе закрадываются сомнения, а смогут ли Квин и Дилос вообще спастись, теперь, – навряд ли. Светловолосого юношу сильно ранили, хоть он и вампир, однако не скоро сможет вновь двигать своим телом, да, внутренние органы тоже серьезно пострадали, они, конечно, уже начали регенерировать, но на все про все, нужно масса времени. Этот раунд за Эджином.– Они здесь, – кому-то сказал Эджин, закрывая глаза, неужели…Звук быстро рассекающегося воздуха, кто-то к ним очень стремительно приближается. Эджин прищурившись, следит за вампирами, Квин нахмурившись, поднимает Дилоса на руки, не желая расставаться со своей драгоценной ношей, пытаясь хотя бы так защитить возлюбленного.Некто резво выпрыгивает, держа направление к нашим героям, уже почти скоро. И зрачки Квина шокировано расширяются, а руки немеют. Дилос обреченно закрывает глаза, смирившись со своей неминуемой участью. Дильх сочувственно вздыхает. А Эджин радостно подходит к своей любимой сестрице, матери Квина, – королеве Янки.На ней облегающее черное кружевное платье, с довольно откровенным вырезом, демонстрируя потрясающую женскую грудь, в цвет платья длинные перчатки, на шее переливается всеми цветами радуги золотое колье, ножки в черных, классических туфлях. Рыжие, невероятно, красивые, чуть закручивающиеся в кудряшки волосы завязаны в шикарный хвост, губы кривятся улыбкой, глаза сверкают решительностью.– Мама, – неверующе, Квин, почувствовав себя глупым мальчишкой, которого взрослые водят за нос, выдохнул: – Мама, что происходит? Что все это значит?– Ничего особенного, мой хороший, – ответила вампирша, сердечно обнявшись со своим братом. – Только одно требует ответа, ты, я, мой брат, твой нареченный. Вы оба мне нужны.– Не путай меня, – начиная понимать, происходит немного странная цепочка событий, взрыв на их помолвке, непонятное нападение, ведь как только мать увела за руку Дилоса в безопасное место, те вампиры разом отступили, никто не пострадал, но именно Дилоса, похищают, неужели мама причастна к исчезновению Дилоса? Она все же родная сестра рядом стоящего с ней вампира. Брат и сестра. Янки и Эджин. Янки, которая встала на колени перед Матеушом, умоляя не убивать её брата. Эджин, – хитрый мерзавец, обманувший деда Марадора и убил другого дядю Квина, – Дильха. Они оба из одного клана вампиров, того самого, где вампиры просто упивались своей властью, которые всегда ставили себя превыше всех остальных, и которые убивали так безжалостно, противопоставляя себя против всех остальных вампирских родов. «Золотые тигры», – род, к которому и Квин частично может себя причислять, но зеленоглазый вампир никогда не сделает подобной глупости. Квин всегда причислял себя только к «Драконам», – он останется, им верен.– Неужели ты?– Да, я готова на все ради моего брата и моей настоящей семьи, – согласилась с подозрениями собственного сына, кивая сама себе. – Ради семьи, которую уничтожил твой отец, мой хороший. Он испытает тоже, что испытали мы с братом. Я уничтожу вашу семью, а потом поплатятся и все остальные вампирские семьи. Один за другим, потихоньку, но все же. Мы разрушим их изнутри, а потом нанесем такой удар, чтобы они, наконец, осознали, им не выжать. Сладостная месть.– Я не позволю этому случиться, – вспылил вампир, клыки прорезались, показывая истинную сущность вампиров.– Не получиться, малыш Квинни, ты на моем крючке, – взмах рукой, не давая Квину возмутиться, или шанса снова сбежать. Власть чистокровной королевы сейчас безгранично распространяется и на собственного сына, женщина бесстыдно использует на Квине собственные силы.– Гипноз, – простонал отчаянно Дильх.Яркие, пылающие эмоциями глаза вмиг остекленели, лишаясь всех красок, утопая в темной, бессмысленной покорности. Дилос досадуя, сдерживает подступающие к глазам слезы, – а они так были близки к свободе.– Где ты так задержалась? – недовольно спрашивает голос Эджина, повернув к ней лицо.– Ты обо мне волновался? – наигранно восторженно, Янки берет руку вампира и подносит её к своей шелковой коже щеки. – Я так счастлива!– Янки! – вырывая руку, шипит мужчина. – Не время сейчас играться.Женщина обиженно надувает пухлые губки, разглядывая свою сестру, Эджин раздраженно закатывает глаза и выдает:– Позже, любовь моя, все будет. И ласка и нежность. Не стоит спешить, иначе можно только испортить желанное томление. Тебе же нравиться предвкушать? – На лице вампира, появляется очень красивая маска, одетая специально для капризной сестрицы. Эджин мило улыбаясь, целует аккуратную ручку, убеждая и успокаивая женщину, которая видит явный обман со стороны своего брата, но все равно поддается, не желая отпускать свою долгожданную мечту, еще в детстве, наивной девочкой, она так противоестественно влюбилась в своего старшего брата. Ради него Янки пойдет на все.– Обещаешь? – влюбленный взгляд из подпущенных ресниц.– Конечно, я ведь тебе никогда не врал, – подтвердил вампир. – А когда теперь все в сборе, пришло время осуществить кровавый ритуал, ты согласна?– Да, но Квин не должен пострадать, я все-таки его мать. С мальчишкой можешь делать все что хочешь, мне он безразличен, – проговорила женщина, окинув взглядом помрачневшего Дилоса, находящего на руках своего партнера. Юноша все слышал, его участь, похоже, уже решена. Переглянувшись с Дильхом, тот виновато опустил взгляд, коря себя в ситуации, в которой они оказались. Дильх переоценил себя, теперь он это осознал. А был ли этот призрачный шанс на победу, – реальным? Что если с самого начало все уже было решено? Страшно, в груди разрастается бушующий пожар страха, за жизнь юного вампира, за собственную душу. Что случиться, когда душа Дилоса пройдет еще раз один и тот же ритуал, страшно. Неизвестно, что произойдет в таком случаи.– Идем, – зовет Эджин, подавая руку сестре, следуя традиционному вампирскому этикету. – Все давно уже приготовлено, не хватает только самых почетных гостей. – Быстрый взгляд на партнеров и коварно излюбленная улыбка на ненавистном лице. – Янки?– Да, идем.Брат и сестра рука об руку неспешными прогулочными шагами направились обратно в свой слегка разрушенный, по вине Квина, – небольшой замок, по виду весьма скромного размера. Квин следуя гипнозу своей матери, бессмысленно идет следом за ними, умудряясь нести Дилоса, даже не замечая этого. Дильх плывет сразу же за их спинами, боясь оставить своего двойника одного.Минуя странные каменные выступы, в образе двух тигров стоящих друг перед другом на задних лапах, своеобразные ворота перед настоящим входом в замок, арочно-подобной двери из черной древесины, привезенной из четвертого измерения, наводила на жуткие мысли юного аристократа.На пороги их встречала девушка, та самая Анна, преданная служанка госпожи Янки, почтительный глубокий реверанс, одежда на ней несколько изменилась, вместо обычного наряда прислуги, – облегающий черный костюм, который можно достать только из третьего измерения. Странно, зачем он ей? Неужели и она шпионить для Янки и Эджина? Повсюду одни предатели, кто еще? Кто еще на стороне брата и сестры?– Госпожа, я только что из академии, – промолвила женщина, приложив ладонь к груди.– Какие новости? – тут же встрепенулась вампирша, остановившись рядом со своей самой преданной подругой и одновременно любимой служанкой. – Куртц, он?– Он отпустил волчат в родной клан, они будут проходить испытания принятия в род. После этого мы можем смело действовать, – четко отрапортовала та.О чем они говорят, Дилос совсем не понимал. Он переглядывался с Дильхом, но тот, похоже, тоже был не в курсе, что замыслила Янки. Дух напряженно хмурил брови, разглядывая девушку Анну, по всей видимости, она тоже вампир, только, как ей удается скрывать свою ново-обретенную сущность, ведь вся прислуга состоит из людей, которым платят большое жалование за их службу, но эта женщина однозначно вампир. И не просто вампир, а вампир самой королевы Янки, некогда бывшая принцесса «Золотых тигров».– Замечательно, все идет так, как мы и задумали, – мечтательно встретившись с глазами брата, удовлетворенно кивнувшего.– Они даже не подозревают, что их ждет. Маленькие волчата берегитесь, вы будете следующими, – облизав пухлые губы, промолвила она, под конец чему-то рассмеялась. – Нужно побыстрее заканчивать с мальчишкой и переходить к следующим. Кстати, Анна, что известно о наследнике рода «Мышей»?– Мне удалось разузнать, его прячут в третьем измерении на Земле, мне неизвестно, как он выглядит, но есть информация, где и когда его можно будет захватить.– Хм, вот как. Хорошо, очень хорошо, – подал голос до этого молчавший Эджин. – Не суйся к этому наследнику, вероятно, его тщательно охраняют, будет проще выманить этого тайного защитника и посмотреть на что они способны.– Господин? – неуверенно протянула женщина, с шикарной золотой шевелюрой.– Сотворишь химеру, сможешь?– Я сделаю это. – Девушка на прощание поклонилась, собираясь покинуть своих господ, но внезапно Эджин окликнул её.– Кстати, если увидишь Вольтера, передай, я жду отчет о проделанной работе, поняла?Снова кивок и женщина бесшумно, так незаметно, будто дикая кошечка, прыг, скок с выступа на выступ и исчезла, словно бы ее здесь и не было.– На чем мы остановились? – подала голос Янки, как будто забывая. – Ах, да. Наш самый юный почетный гость, скоро ты узнаешь, насколько мы гостеприимны, – и она разразилась звонким смехом, смеясь над закусившем губу Дилосом, сдерживающем нелицеприятные эпитеты в адрес лицемерной королевы и её брата.Через полчаса Дилос обнаружил себя лежащим посреди черных простыней и подушек, исписанных кровавыми, странными, древними символами. Квин положил его на помост, что-то вроде алтаря для жертвоприношения. Они находились в огромном подвальном помещении, каменная кладка покрылась зеленным мхом, толстые, черно-восковые свечи едва освещали нашу сцену, на которой Дилоса снова обездвижили, он отчаянно и беспомощно вглядывался в своего партнера, который стоял рядом с ним, будто каменное изваяние, не слышно, не двигаясь, почти не существуя. Янки умело подавила разум своего сына, чтобы без его ведома использовать тело для своих грязных дел.– Дильх, что происходит? В наших воспоминаниях, не было этих, – взгляд упал на странные символы, которые так впитались в ткань, – потемнели и потеряли свой особенный запах. Они почти сливались с цветом черной ткани. – Символов, они написаны кровью. Почему?– Дилос, мне так жаль, я оказался совершенно бесполезным. Тебя все-таки поймали и проклятый обряд свершится, – виновато прошептал призрак, не зная, куда спрятать свой взгляд, так сложно посмотреть в глаза своему двойнику. Дильх тоже находился рядом с подростком. – Прости меня. Мне, правда, очень жаль. Я переоценил себя и проиграл, теперь ты в ужасной опасности, нет, мне прощения.– Что за глупости ты говоришь, – вымолвил почти сразу же Дилос. – Ты ни в чем не виноват, кто же знал, что моя вампирская сущность воспротивится нашему магическому объединению. Тебе не за что просить прощения. Просто неудачное стечение обстоятельств, нужно признать они оба намного сильнее нас всех вместе взятых, в конце концов, они так много прожили, много видели, у них огромный опыт. У нас его попросту нет, не было времени, они нам просто не оставили время набраться опыта и попытаться отразить их нападки, глупо получилось.– Ты такой добрый, Дилос, но все равно прости меня, – настойчиво опускаясь на корточки перед лицом шамана.– Хватит, – попросил юный вампир, досадливо полуприкрыв глаза. – Лучше скажи про символы.– Ты об этом, – Дильх провел рукой по одному из таких знаков. – Он усовершенствовал обряд, подумай, столько времени пробыть заключенным в глубоких подвалах каменной тюрьмы, он совершенствовал заклинания, ритуал теперь стал более опасным, он и тогда был опасным, а сейчас. Не знаю, я просто не знаю, что теперь произойдет.– Мне страшно, – внезапно шепнул подросток, открывая Дильху свои чувства. Сердце Дильха болезненно сжалось, услышав два всего два слова, бледное лицо Дилоса, давно потерявшее здоровый цвет, тусклые глаза подростка уже знали о неизбежности судьбы, слабые руки, раскинутые без возможности пошевелиться в стороны. Светлые волосы перепутались и местами покрылись маленькими комками грязи, последствия падения на землю. А на груди под тканью рубашки, Дильх мог уверено заявить, там кожа посинела из-за разряда молнии вошедшая именно сюда, регенерация работала слишком медленно. – Я не хочу умирать, Дильх…Но ответить призраку не дали, засов неожиданно заскрипел, они пришли. Дверь ужасно медленно открывалась. Дилос повернул в ту сторону лицо. Квин же даже не шелохнулся, оставаясь без движения. Дильх в попытке поддержать своего шамана сжал его плечо.Они вошли, облаченные в странные одежды, – красные бархатные платья или это были мантии, Дилос в этом не разбирался, поэтому не мог сказать наверняка. Лица их были скрыты улыбающимися черными масками, определить, кто есть, кто можно было по росту, – Эджин выше Янки почти на пол головы, он шел первым, а она следом за ним. Подойдя достаточно близко к Дилосу, они остановились. Эджин встал напротив головы подростка, а Янки противоположно своему брату, в ногах юноши.– Начинай, – приказал Эджин. Янки махнула кистью правой руки, – Квин тут же начал двигаться, поспешно снимая с себя всю одежду. Наблюдая за ним, Дилос испытал двоякое чувство одновременно мгновение вожделения и удушающего страха, который сковал желудок. Потрясающее тело чего и следовало ожидать от вампирского принца, сияло сказочной белизной, прекрасно сочетаясь с худобой мужчины. Когда Квин оказался полностью обнажен, Дилос ответ взгляд, не смея посмотреть туда, что скрывала ткань светлых брюк, на главное достоинство своего вампира.Когда Квин приблизился неестественным шагом к Дилосу, брат с сестрой запели на древнем языке, грозную песнью. Матеуш не успел, как следует обучить Дилоса, поэтому тот смог лишь разобрать, что-то о прежних временах, о старом боге, жертвоприношении, бессмертии и множество повторении одного слова, которое любой вампир обязан знать на всех языках всего мира, они пели о крови.Слегка теплые руки Квина постепенно снимали с юноши оставшуюся одежду, пока полностью не раздели последнего. Стыд охватил юношу, а румянец залил щеки, как ему тогда хотелось прикрыться, спрятаться и убежать. Если бы Квин стал самим собой, если бы он не смотрел на Дилоса столь пугающе равнодушно, может быть, Дилос чувствовал себя совсем иначе, нежели прямо сейчас.Эджин внезапно двинулся к Квину и начертал у того на лбу, свою печать рода, маленькие капельки крови медленно скатывались по щекам и подбородку рыжеволосого мужчины, пока тот устраивал поудобнее для себя обездвиженное тело Дилоса. Когда Эджин вернулся на свое место, не прекращая своей песни, Квин раздвинул ноги Дилоса, приоткрывая тайны тела подростка. И приставил свое достоинство к входу в тело юного вампира, слегка нажал и резко вошел, разрывая колечко мышц, без подготовки, без возбуждения подростка. Дилос закричал, во весь свой мальчишечий чуть с хрипцом голос. С каждым толчком тело юноши, как будто разрывалось на части, он кричал все сильнее и сильнее, все громче и громче, пока просто не сорвал голос, тихо скуля под безжалостными движениями своего партнера. Струйки прозрачных слез медленно вытекали из голубых юных глаз, впитываясь в черную ткань.

Дильх стоял рядом, закрыв своё лицо ладонями, прячась от этой сцены, проклиная себя, обвиняя только себя, без возможности хоть что-нибудь предпринять.Боль сменялась очередной болью, страх оставил Дилоса, меняясь на безвыходную обреченность, юноша не мог смотреть на Квина, просто не мог выдержать того, что тот творит с ним из-за своей матери, чертов гипноз. Все движения и прикосновения превратились для Дилоса в пытку, агонию, в которой так легко потерять себя, забыть, кто ты есть…Что это?Что-то упало на лицо Дилоса, потом снова повторилось. Он открыл глаза и шокировано уставился на рыжеволосого мужчину, Квин плакал, лицо хоть и оставалось безжизненной маской, но его невероятно зеленые глаза страдали, мелкие слезинки падали на лицо юноши, скользя по его щекам сливаясь со слезами подростка.– Квин, – не веря, шепнул Дилос во все глаза, всматриваясь в своего возлюбленного. Сердце и душа наполнилась безграничной любовью. – Квин.Неожиданно к телу юного вампира вернулась способность двигаться, заклинание пало перед сильными чувствами между партнерами, Дилос распахнул свои руки и тесно прижался к вампиру, готовый принять все, что тот предложит. Он расслабился в объятьях Квин, обнявшего юношу в ответ и боль мгновенно притупляется, передовая место робкому наслаждению. Внизу быстро теплеет и начинает возбуждающе тянуть, первый стон не боли, а удовольствия слетает с губ подростка.Эджин и Янки напряженно продолжают петь, так просто прервать ритуал нельзя, пара действует не по сценарию, написанному самой королевой. Дилос не должен испытывать наслаждение, Янки хмуриться, замечая через прорезы для глаз, Эджин странно доволен происходящим, это явно слышится в оттенках его голоса.Дильх судорожно и облегченно падает рядом с помостом, садясь рядом с ними, впервые чувствуя, что Дилос радуется и ощущает наслаждение, призрак любуется ими, все будет хорошо, теперь Дильх видит это перед своим внутренним взором, у партнеров появилось будущее.Одновременно закричать, достигнув пика наслаждения, удовлетворенно вздохнуть и вскрикнуть от неожиданности, когда Эджин кусает Дилоса в шею, испивая его, забирая сильнейший эликсир молодого тела. Квин замер все еще не в состоянии пошевелиться без приказа своей матери.Дилос начинает задыхаться и слабеть, Эджин пил иступлено, жадно проглатывая глотки с кровью, отнимая жизнь, клыками разрывая и прокусывая тонкую, нежную, такую опасно чувствительную почти детскую кожу.Женщина, прищурившись с подозрением, рассматривала своего брата и мальчишку, начиная осознавать, – её брат замыслил совсем другое, не то, что рассказывал ей. Когда мозаика собралась в целую картину, женщина с громким рыком кинулась на Эджина, собираясь остановить брата. Как дикая пантера, она скользнула к нему, отрывая его руки от тела Дилоса, царапая запястья Эджина, как он посмел обманывать её? Не прощу, не позволю…Надоев отбиваться от Янки, он со всей своей силы оттолкнул её от себя, отлетая из-за удара, женщина успела поцарапать ему щеку, из которой мгновенно пролилась изумительная по запаху кровь. Янки с громким стуком врезалось в стену, разбивая камни, и шлепнулась на ледяной пол, потеряв сознание.

Секунда, другая и к Квину возвращается право управлять своими действиями, заклинание разбилось в тот же момент, когда Янки отключилась и, не медля более, вампир нападает на Эджина, выскальзывая из тела Дилоса, хватая врага за бархатную ткань, пытаясь оторвать от шеи Дилоса.Безумная темнота перед взором юного шамана, еще чуть-чуть и все закончиться. Но, всегда есть какое-нибудь но.Убьем его, раздается кровожадный голос его второго я, темная сущность существа ночи призывает снова отпустить себя. Чего ты ждешь мальчишка, или ты хочешь умереть? Нет, я знаю, что не хочешь. Не строй из себя святого, это далеко не так. Разве ты не жаждешь спастись? У тебя сейчас отнимают жизнь, разве ты не хочешь защитить себя, разве ты не хочешь защитить Квина?Кто ты?Я это я, я сам огонь в твоей крови, я бушующее пламя ярости, я есть стихия огня, я существую, я всегда существовал с тобой, ты есть я, я твой дракон, ты и есть дракон. Мы огненный дракон, рожденные в огненном дожде, запечатанные в одном роде, мы суть клана Драконов. Мы призваны принести мир, но как мы его принесем, если сейчас нас убьют?Спаси меня.Верное решение, да будет так.Тьма мгновенно исчезает, рассеивается. Ослабшее тело быстро наполняется жизнью, кровь превращается в огонь. Ощутив его на языке Эджин хрипло выругавшись, отпрыгивает прочь от партнеров. Дым, как из человеческой трубки для табака вырывается изо рта, язык черный, обгоревший, рана серьезная, но не смертельная.Дильх вскакивает, не понимая, что происходит, почему Эджин внезапно отпрыгнул от Дилоса со странной раной? Эджин быстро достает из кармана мантии некий прозрачный пузырек с алой жидкостью и мига не прошло, как ожог исчез под капельками странно сильной крови. Квин опускается на Дилоса, приложив ухо к голой груди, пытаясь услышать его бьющее сердце. И услышал его, облегченно выдыхает, успокаиваясь.Черно-восковые свечи, горящие голубыми огоньками, вдруг резко запылали столбом пламени. Эджин пораженно вглядывался в Дилоса, чувствуя, это он сделал.Небесно-голубые глаза юноши распахиваются, но изменили свой родной цвет, на огненный взор. Руки, ноги, туловище, голова, – все тело юноши охватила мелкая дрожь, перерастая в настоящие судороги. Татуировка на животе, отмечает Квин, приобретает странное магическое свечение и сила, откуда исходит сила. – Дилос, – зовет Дильх. Что происходит с его второй половинкой души? Почему глаза горят не вампирской краснотой, а истинным огнем драконов, неужели? Неужели он пробудился, как избранный защитник мира Драконово рода?– Рррррррр, – грозное рычание вырывается из уст юного вампира, постепенно превращающегося в настоящего дракона. Квин перекатывается от него дальше, зная, лучше не мешать дракону. Тело тает, уступая место новому существу. И перед вампирами появился величественный дракон, именно такой, в которого Дилос уже превращался в начале нашей истории, – темно-зеленая чешуя, огромные крылья за спиной, жалящий хвост, усыпанный шипами, яростные зрачки и темный дым, вылетающий из ноздрей.Что интересно почувствовал в этот момент Эджин, изумление? Удивление? Но лицо его оставалось все таким же, он не показал истинных чувств перед противниками. Однако принял боевую позу, собираясь видимо сражаться с драконом. Кто сильнее полторы тысячелетний вампир или молодой дракон? Решиться прямо сейчас.Призрак пораженно замер, Квин прижался спиной к обросшей мхом стене, натягивая на себя свою потрепанную одежду.И битва началась. Дракон начал выпускал огненные шары в Эджина, чередой непрекращающихся выстрелов, раскрыв пасть, показывая свой длинный драконий язык, именно из глубины пасти вылетали те самые опасные огненные сферы, атакующие вампира.Но Эджин не так был прост. Он прыг туда-сюда, в последний момент, успевая избегать столкновений с драконовой магией. Бархатная ткань танцевала вместе с ним, ни сколько не мешая проворному мужчине. Своей скоростью Эджин, поражал рыжеволосого мужчину и Дильха, он словно танцевал отточенный до мелочей танец. Волнующие движения. Опасный противник.Вскоре пришла очередь Эджина атаковать, дракон захлопнул пасть, готовясь к следующему удару, накапливая силу. В руке вспыхнула стрела и понеслась в дракона, набирая чудовищную силу. И ударила прямо в брюхо существа, чешуя вспыхнула небесным цветом, защитив Дилоса. Чешуя, как щит могла отражать всю мощь бесполезных атак Эджина, молнии не действовали на дракона.– Черт, – выругался вампир, досадливо рыкнув. – Думаешь, ты неуязвим? Посмотрим, что ты ответишь на это. – Вскидывая ладонь, черными потоками закручиваясь в вихри энергия, электризуя ткань и волосы вампира, выпуская эту мощь, которая направилась прямиком к Дилосу.Но Дилос не стал дожидаться, когда магия его настигнет, расправив крылья, он взлетел, правда, в таком тесном помещении не полетать, как следует. Но все же, пространства оказалось достаточно для такого небольшого дракона, как Дилос. Он удачно избежал атаки, едва не потеряв Квина, который за всем наблюдал за его спиной. Рыжеволосый вампир вовремя отскочил, правильно оценив ситуацию.Дильху оставалось лишь наблюдать, сделать он все равно сейчас ничего не мог. Призрак периодически восторженно вздыхал, следя за потрясающим драконом, тайно гордясь Дилосом.В это время пришла в себя женщина, Янки очнулась в углу помещения, ее разбудил громкий шум взрывов, и потоков магии проскальзывающих через её разум.– Что? – выкрикнула вампирша, окинув взглядом разыгравшуюся перед ней сцену. Дракон, размахивая крыльями, летал вокруг её брата, периодически атакуя последнего то хвостом, то огнем. – Эджин, господи, Эджин.Услышав голос женщины, Дилос помчался на нее, готовясь проглотить, но соперничать со скоростью с Эджином пока не мог, тот преодолев расстояние от сестры за какие-то микросекунды, схватил ее, молниеносно прошипел заклятие, открывая родовые порталы-переходы, и бросился туда, спасаясь бегством.Дилос не успевая притормозить, врезается, разбивая стену, сильно и больно ударившись, не сдерживая рык. Существо успокаивалось, опасность миновала, жизни юного вампира больше ничего не угрожало. Дракон отступил, исчезая, оставляя после себя сильно утомившегося юношу, который от усталости погрузился в сон, прямо там, на жестких камнях…