ГЛАВА 5. Отвратительное предательство. (1/1)

И на следующую ночь все началось и закрутилось. С самого пробуждения, Квин принялся более открыто проявлять свою симпатию к Дилосу.

– Просыпайся, – томный шепот прямо в ухо, заставил сонного юношу потянуться за ним.

– Как спалось?– Хорошо, – отозвался Дил, громко зевая. Ласковый поцелуй в щеку, заставил парня моментально продрать глаза. – Что ты…– Целую тебя, – лаконично ответил Квин, притягивая того к себе.– Зачем? – непонимающе спрашивает, хлопая длинными светлыми ресницами. Неловкость с самого утра?– Нравиться, – втягивая носом терпкий запах юноши после сна. – Очень- очень!– Ты смущаешь меня, – наигранно возмущается чуть порозовевший юноша. – Прекрати.Квин раздражающе хихикнув, мягко отстранился.

– Разве тебе не понравилось такое пробуждение? – лукаво улыбаясь, спрашивает коварный вампир. – Дилос?– Перестань, я… мне, то есть …– Дилос гнетуще вздохнул, для него все происходящее с Квином впервые, так ново и так старо, хочется отдаться этим ощущениям, но по молодости страх не понятного очень велик. Дилос подумал, как бы рассказать Квину об этом, как преодолеть свой страх?– Я слышал твои мысли, – неожиданно прозвучал теплый голос. – Я понял.Распахнув глаза, Дилос медленно поднял взгляд от созерцания покрывала на рыжеволосого вампира, смущаться больше не было сил, в этом мгновении было нечтоумилительно нежное, томное, запретное ли? Ведь Квин опять сделал это, снова не удержался и прочел мысли парня. Он мягко и сердечно улыбался, понимающая улыбка, в свою руку он осторожно взял ладонь застывшего юноши. Теплые, слегка шершавые пальцы, поддержка, обещание помочь и беречь. В то же время слегка дрожащая ладонь Дилоса, вера в обещание, неуверенное доверие.– Я не буду торопиться, все будет так, как хочешь ты, – Квин глядя прямо в сердце Дилоса, медленно поцеловал ладонь в своих руках, мечтательный и влюбленный взгляд. Дил смотря в ответ, кивнул, в горле застрял ком. Как Квин сделал так, что сердце бьется быстро-быстро, а в груди непонятное разгорающееся пламя?Стук в дверь разбил невероятно насыщенный эмоциями момент.– Входите, – сухо разрешил Квин, вставая на ноги, но ни кто ответил и тем более не вошел.Потом снова кто-то постучал в дверь, хмуро переглянувшись с парнем, Квин переместился к двери и распахнул её. Но там никого не оказалось. Как так?– Кто здесь? – Настороженно крикнул в пустоту вампир. – Отвечайте, я чувствую, здесь кто-то есть!– Молодец, – внезапно прозвучал уже знакомый голос, Дилос вздрогнул, внезапно вспоминая, что он вчера, оказывается, забыл и потерял голову из-за признания Квина, кое-что важное. – Отлично сканируешь пространство, Квини.Он появился в сияющих искрах, настоящий король Дракон, бледное лицо, его было бы можно назвать серьезным и повелительным, если бы князь задорно не подмигивал и улыбался, думая о чем-то забавном.– Князь Эмрис, ваше высочество, – Квин приложил руку к груди и поклонился, показывая свое почтение и уважение. Вот значит, как его зовут! Промелькнуло в голове юного вампира в череде панических эмоций.– Оставь это, я здесь не для этого, – отозвался призрак давно умершего короля, призванного защищать свой род. Он прислонился к косяку двери, внезапно меняя выражение лица, – из легкомысленного в серьезное, пожалуй, даже напряженное.– По какой же причине вы нас посетили? – чуть отступив на полшага, спросил рыжеволосый, нахмурив в подозрении взгляд. У Квина до сих пор остался не большой осадок из-за князя, который раскрыл глаза Дилосу на происходящее, но с другой стороны князь все же косвенно помог сделать первый шаг к осуществлению вампирской цели, так что Квину как бы не на что жаловаться.– Дилос, тот твой сон, он исполнился, – повернувшись к постели, где сидел еще не до конца проснувшийся светловолосый юный наследник, князь выглядел, встревожено, каряя радужка глаз то и дело вспыхивала алыми искрами, говорила о подавляемом гневе. – Дилос, пора действовать…– Что это все значит? – перебивая, воскликнул Квин, в непонимании переводя взгляд с Дила на князя Эмриса. Дилос чуть побледнел, вспоминая ужасного оборванца, с тем жутким безумным смехом. Значит, он сбежал. Чего и следовало ожидать, ведь Дилос до сих пор не знал, что же он должен сделать. И, черт возьми, почему именно он должен что-то делать? – О каком сне говорит князь, Дилос?Юный вампир, обреченно вздохнув, перевел взгляд на озадаченного партнера.– Мне не так давно начал сниться странный сон, – Дилосу было неприятно вспоминать подробности сновидения, но он знал, что должен поделиться своими переживаниями и непонятными ведениями с Квином. – Сон начинался так, я иду, потом передо мной появляются три двери, дверь будущего, настоящего и прошлого, это я понял почти сразу. Спасибо за помощь… эээ…князю Эмрису.Эмрис добродушно кивнул, но лицо оставалось серьезным, значит, он не шутил тогда. Шутки кончились.

– И? – в нетерпении Квин подскочил к Дилу и присел на покрывало.– Первая и последняя дверь там обо мне, это не важно, главная дверь это та, которая показывает настоящее…там, был мужчина. Я не знаю кто он. Он был в каком-то подвале, то ли в какой-то темнице…– Как он выглядел?– Жутко. Грязный, одет в ободранные вещи, на голове не понятно что. – Прикрыв глаза, Дилос погрузился в свои воспоминая посвященные этому ведению. – Зрачки желтые, почти золотые вертикальные, он не человек. Он безумен, он разорвал цепи, сковывающие его руки, словно те были какими-то тряпками, он кинулся ко мне, будто бы понял, что я видел его побег, он знает и придет за мной…Неожиданно даже для самого себя пришел к выводу Дилос, при этом, сильно побледнев, шокировано уставившись на своего партнера, который почему-то яростно стиснул зубы, сдерживая нелицеприятные эпитеты. Младший сын нынешнего главы клана Дракона уже знал, кто он, то существо, презираемое всеми и вся, тот, кто предал себя и своего партнера, тот, кто осмелился перейти грань, тот, кто совершил такой поступок, которому никогда не будет прощения.– Квин, ты что-то знаешь?! – воскликнул Дил, позабыв о своем смущении, схватил Квина на запястье. – Квин?– Да, я знаю, – прозвучал тусклый ответ. – Я расскажу, но князь…– Да, я тоже в курсе тех ужасных событий и о том отвратительном предательстве.– Отозвался дух, склонив голову и закрыв веки, он проговорил. – Рассказать должен ты.– Что…– хотел, было произнести Дилос, но руки Квина остановили его, взяв за плечи, и повели в сторону кресла, где вампир там его усадил. А сам рыжеволосый опустился перед ним прямо на пол, вел он себя не так, как обычно, как-то странно. Дилос даже на мгновении ощутил панику, но быстро успокоился, когда понял, Квин рисует на полу указательным пальцем магический круг пентаграммы, кончик пальца водил по поверхности и там волшебным образом появлялись ярко горящие линии. Что он собрался сделать? Терялся в догадках Дил.Князь в это время изумленно посмотрел на своего потомка, а потом, видимо, разгадав, что собрался сделать тот, исчез в белой дымке, чтоб появиться в такой же белой сверкающей дымке возле окна, где на небе сияла рождающая луна. В небосводе не было не тучки, похоже, сегодня не предвидеться не погоды, ветерок ласкал верхушки деревьев, то и дело, шурша листвой.– Квин? – озадаченно спрашивает Дилос, наклоняясь к вампиру, на миг, залюбовавшись шикарными рыжими локонами, рассыпанными по плечам и спине. – Что ты собрался сделать?– Хочу кое-что проверить. – Мужчина, не отрываясь от своего дела, ответил тихо. Дил недоуменно посмотрел на князя, приподняв бровь в вопросе. Тот лишь загадочно улыбнулся и покачал головой.– Готово, – разогнувшись и потянувшись, сказал рыжеволосый, ткань бежевой рубашки слегка обтянула идеальные плечи, показав приличные мускулы, стайка мурашек пробежала по спине Дила от этого зрелища.– И что? – Пытаясь отвлечься, снова спросил Дилос, которому уже надоело задавать вопросы, на которые он получал не понятные, туманные ответы. Некоторое раздражение и любопытство охватили юношу. Что сейчас расскажет Квин? Кто тот человек? О каком предательстве говорил князь? Блин, что же он так медлит, я в нетерпении. Давай, скорее.– Уже, какой ты не терпеливый, однако. – Усмехнулся вампир, услышав мысли своего подопечного.Квин отошел, вставая рядом с креслом, где ерзал юный вампир. И положил тому на плечо руку, привлекая внимание.– Дилос, – напряженно произнес мужчина, чуть сжав пальцами ткань ночной сорочки. – Я хочу, чтобы ты закрыл глаза, представь человека, которого ты видел в своем сновидении, вспомни все детали, которые успел заметить. Все мелочи, все.

Дилос закрыл глаза и подчинился гипнотическому голосу своего партнера, сразу же перед глазами появились очертания того человека, грязные, босые ноги, ободранные штаны, камзол, напоминавший больше лохмотья, чем нормальную одежду. Плохая аура, темная, пропитанная ненавистью и яростью. Отрывок ведения начинает повторяться, мужчина шепотом напевает глупую песенку, поднимает руку и … Внезапно Дилос замечает за запястье какой-то знак, символ.– Я вижу, что-то на запястье…– Что там? – голос Квина раздается, как будто издалека, тускло, бесцветно.– Не могу рассмотреть, все расплывается, – Дилос прилагает все усилия, чтобы рассмотреть таинственную татуировку.

– Остановись, – просит Квина, юноша подчиняется прекрасному голосу. – Слушай меня, не думай ни о чем, плыви по течению, расслабься, это не важно, рассматривай его руку так, словно это не имеет никакого-то значения.За закрытыми веками вспыхивали маленькие светлые точки, изображение становилось резче, увеличивалось, будто бы Дилос взял большую лупу и стал всматриваться в картинку, где-то изображение плыло и искажалось, где-то резко увеличивалось и, наконец, Дилос замер, разглядывая изображение.– Я вижу.– Что там изображено?– Татуировка, полумесяц и три треугольника в виде короны, – отозвался Дилос, изображение то расплывалось, то становилось невыносимо резким.– Все стало на свои места, теперь я точно уверен, что это он, тот монстр, – голос так и сочился сдерживаемым гневом. – Просыпайся.Секунда, другая и Дилос заморгал веками, сбрасывая с себя наваждённое ведение, в глаза, словно песка насыпали, было больно смотреть, поэтому юноша закрыл их и несильно потирал.– А теперь объяснимне! – Промаргавшись воскликнул юноша, он бы хотел знать, кто тот человек и почему Квин называет его монстром, что он совершил, почему он так безумен? А также что означает такая татуировка? Он знал, что у каждого клана есть своя родовая татуировка, хотя это скорее печать принятия в клан. Но все же, у Драконов это Пламя Драконов, – перевернутая луна и пламя танцующее на нем, у Белых волков, – два скрещенных полумесяца, символизирующих волчьи клыки, у Летучих мышей, – изображена летучая мышь, в основе которой также стоит полумесяц, у клана Змей, – также полумесяц изображающийся изгибающейся змеёй.

Дилос знал, почему именно луна главный общий символ, который объединяет все кланы. Луна почитаема у вампиров, луна дает силу, все существа ночи, намного сильнее именно в такое время суток, а вампиры истинные дети ночи. Согласно легенде, в начале времен не было никого, – ни людей, ни животных, ни самой магии, но были боги. Главный бог и отец всего сущего, создал мир, но то был пустой мир. Он с легкостью мог бы населить в него множество разнообразных существ, но были у него сыновья, решил испытать их и задал такую задачу, должны были они создать каждый свое создание, но у всех богов должны были получиться разные существа с одним определенным свойством. Кому-то досталось своенравие, кому-то милосердие, кому-то сила, но нашему богу досталось такое свойство, – бессмертие.

Долго он ломал голову, как же сотворить такое творение. Пытался он и так и эдак подойти к поставленной задачи, ни чего не получалось. Девятьсот девяносто девять попыток провалились, решил бог обратиться за советом к братьям своим, пять из них откликнулись, каждый дал нашему богу по одному своего творения это были дракон, тигр, волк, змея и летучая мышь. Остальные братья, которые ни как не помогли нашему создателю ехидно смеялись, говорили, что у него ничего не получиться, но тот не сдавался. Прошло немало времени, когда достиг наш бог своей цели, но были те существа не совершенны, чтобы выжить им приходилось убивать других для своего прокормления. Разгневался тогда отец всего и вся, приказал творцу нашему уничтожить тварей, которых он создал. Он отказался повиноваться. Тогда отец рассвирепел, молнии пронзали небеса, дожди лились рекой, огонь горел столбом, земля тряслась и разрушалась, ветер закручивался в страшные ураганы. Все равно стоял на своем сын его, тогда отец направил всю эту силу на него, желая одного, – подчинения. Вспыхнул тот, но отец не мог убить свое дитя, поэтому превратил его в небесное светило, в безжизненный мир. В Луну. В тот же миг разделились вампиры на кланы, Белые Волки, Драконы, Тигры, Змеи и Летучие Мыши, оказалось, маленький бог принял на себя всю мощь отца своего для того, чтобы перенаправить всю эту силу в творение свое, которых стал величать, – Вампирами.

И поныне, сияет луна в небе, даруя силу новым вампирам. И каждый из вампиров любит и почитает своего бога и творца, который даровал им такие мощные силы. Поэтому луна символ всех вампиров. Матеуш рассказал Дилосу эту легенду, а также о всех татуировках во всех кланах. Дилос тоже вспомнил, из какого клана был оборванец из его сна. Матеуш упоминал еще один вампирскую семью, Тигров. И татуировка у них была точно такая же, как та, что видел юный партнер Квина. Полумесяц и три треугольника, только печать обозначала не увенчатую луну короной, а лапу и три когтя. Из далеких времен повелось так, клан Тигра, обладает силой молний. Смертельно опасная и яростная сила, они действительно были сильны, но как часто бывает так самонадеянны. Из всех семей, только они были прокляты одной страшной болезнью, имя которой безумие.Но вернемся к знаку. С помощью только трех когтей они могли вызывать разряды молний между пальцев, если пальцы соединить получалась чрезвычайно смертоносная электрическая стрела. Они могли также обращаться в тигров, как и все остальные, в соответствие со своим вампир-геном.

Но их отличало от других пресловутые молнии и когти, стоило им вонзить их, как врага разрывала на кровавые куски. Поэтому печать-татуировка этого клана стала когтистая лапа.– Он и, правда, родился в семье Тигров, ты правильно вспомнил, – пальцы прошлись по щеке Дилоса, возвращая того в реальность. Дилос предсказуемо смутился и потупил взгляд. Вот опять Квин так поступает, он же совсем не давно обещал не гнать коней, делать так, как мне будет более комфортно…– Тебе же нравиться. – Подколол рыжий и бесстыжий.– КВИН! – Не выдержав, крикнул Дилос, подскочив с кресла, и сердито стукнул вампира в плечо. Квин на это лишь лукаво усмехнулся, князь закатил глаза на глупые действия парочки, всегда так было, когда один из партнеров такого молодого возраста, хотя, скорее все зависит от личных особенностей. Эмрис припоминал пару, где более младший проявлял постоянную инициативу в отношении своего возлюбленного, честно скачать Эмрису было забавно и увлекательно за ними наблюдать.– Может уже начнешь свой рассказ, Квин, – призрак с удовольствием бы посмотрел на столь занимательное зрелище, однако ситуация крайне серьезна, к сожалению, времени совсем не осталось. А вампир, который томился в подвалах Кровавого замка, чрезвычайно опасен и страшен. Ублюдок, несколько столетий копил силы, чтобы освободиться, вырваться к долгожданной свободе. Если бы призраки владели силой, то князь собственноручно спалил мерзавца, не позволил бы ему получить столь легкое наказание для того, кто предал самого себя и одного из потомков клана Дракона.– Простите, ваше высочество, – ни грамма не чувствуя вину извинился Квин, склонив голову в извинительном полупоклоне. – Вы правы. Дилос присаживайся, ты не хочешь прежде покушать?– Нет, может, ты уже начнешь? А то у меня сложилось впечатление, что ты не хочешь мне ни чего рассказывать, – обиженно пробурчал Дил, опустившись снова в кресло, и принял выжидательную позу. На лице отразилась еле сдерживаемое любопытство.

– Хорошо, – обреченно промолвил вампир, голос потерял мягкие нотки. Квин запустил руку в свои волосы, видимо собираясь с мыслями, провел, растрепав сильнее, он стоял к Дилосу боком, но лицом к князю. Прошло несколько минут, прежде чем он начал свой рассказ.Взгляд устремлен в пространство, лицо ничего не выражало, но губы кривила едва заметная морщинка, голос тихий, спокойный, словно Квин повторяет, чьи то слова, возможно так и есть.– Его зовут Эджин Де Золотой Тигр, когда-то старший сын и первый наследник аристократичной семьи Золотого Тигра, но он также является братом моей матери…– Квин запнулся на мгновение, вспоминая кем был тот кровопийца. Дилос понимал, что не должен перебивать своего возлюбленного, иначе он ни чего не узнает, юноша видел, как важно знать больше о неком Эджине. Однако он также видел, с каким трудом Квин открывает одну из вампирских тайн его семьи, и то, что он родственник такого темного существа, похоже, Квин презирал эту связь.– Да, он мой дядя, – подтвердил мужчина, на невысказанный вопрос Дилоса, который прикусил губу, дабы не ляпнуть ни чего обидного, – не сказать, ни чего такого о чем потом, можно будет пожалеть.

Князь смотрел в окно, ведь он и так знает, что откроет сейчас Квин, не имеет значение, сколько времени прошло, в голове Эмриса до сих пор та история не истерлась, не забылась, воспоминания до единой детали, все болезненно ярко и до омерзения детально. И горечь потери, одного, очень доброго…– Он был добрый, улыбчивый, притягивал к себе своими поступками, по крайне мере так нам всем казалось в начале. Эджин говорил, что хочет остановить своего отца, прекратить глупую войну между семьями. – Квин опустил голову, скрывая свое выражение лица и глаза, которые наполнились болью. Но Дилос успел заметить, и ему еще сильнее захотелось узнать, понять, что же все-таки произошло. Какая тайна скрыта от него и почему будущее Дилоса зависит от того оборванца, которого зовут Эджин. – Для этого он предложил тогдашнему лидеру клана Дракона Марадору, моему деду и отцу Матеуша рисковое предложение. Объединить кланы через свадебный обряд между членами древних семей.

Дилос затаив дыхание, слушал, неосознанно вцепившись руками в обивку кресла, пальцы слегка побелели от напряжения.– Марадор долго сомневался, но после очередных военных потерь, согласился. Он больше не мог смотреть, как гибнут его дети, его сестры и братья. Но теперь вопрос стал так, кто же из семьи Дракона станет партнером и супругом Эджина, кто пойдет на такую жертву? Кто добровольно откажется от истиной любви, ради искусственной? Ради прекращения кровавой бойни, ради мира. – Квин на миг перевел дыхание, справляясь с эмоциями. – Мой отец, Матеуш винил себя, ведь из-за него началась война, из-за любви к моей матери. Он хотел отказаться от Янки, но ему не позволил Дильх, его любимый младший братишка, которому только-только исполнилось семнадцать, представь, что чувствовал Матеуш тогда. Вина и стыд, каскад эмоций, стягивающийся в крепкий узел и робкая благодарность к своему братику, который пошел на такое ради семьи.Дилос услышал стук каблуков за дверью, кто-то шел по коридору. Когда звук стих Квин снова заговорил.– Обряд провели, и они стали супругами, но Эджин предал нашу семью и Дильха. В ночь первой любви, когда партнеры сливаются сердцами, душами и телом. Этот…этот ублюдок, он убил Дильха. Зверзки истерзал и выпил всю кровь. Так печально, он хотел лишь силы чистокровного сына Дракона. Ему не нужен был мир, не нужна любовь, ему нужна была лишь мощь огня нашей крови, чтобы продолжить противостояние кланов. Он хотел нас уничтожить, и ему почти удалось.

Треснуло оконное стекло, князь излучал разрушительную энергию. Эмрис был зол, перед глазами череда воспоминаний, яростно хочется уничтожить, убить, разорвать…Дилос испуганно взглянул на холодную, призрачную статую князя Эмриса. Он не знал, что можно сказать на это, однако Квин неожиданно продолжил свой рассказ.– Марадор, мой дед не выдержал потери еще одного сына. Болезненная вина разрывала его душу, ведь это он согласился на предательство, ненамеренно, но все же предательство. Его сын был убит. Марадор сгорел в собственном огне, не справившись со своими эмоциями. Мой отец стал новым королем клана Дракон. Матеуш знал, что должен что-то сделать. Эджин становился сильнее, война все больше разгоралась. Он убивал своих врагов с жестокостью, ни грамма милосердия и даже чести у него больше не было. Ведь самое страшное преступление, это убийство своего нареченного, не удивительно, что после он обезумел. Матеуш объединился с остальными кланами, заключив договор. Все вместе. Только все вместе мы победили и почти уничтожили всех членов клана Золотого Тигра. Эджин тоже должен был быть казнен, но за него заступилась моя мать, его сестра. Янка умоляла Матеуша не убивать последнего родственника, но отец все равно собирался того собственноручно уничтожить, и тогда мама встала перед ним на колени, она сказала, если он оставит жизнь её брату, тогда она сделает для Матеуша все, что тот захочет. Он согласился.Квин остановился, повернув лицо к Дилосу, рыжие волосы в темноте казались красными, почти кровавыми, в зрачках отражался яркий свет луны, будто на поверхности глубокого озера. Их взгляды встретились, в зеленых, как весенняя трава, затаились эмоции, желание понимания, ведь хочется переступить правила и убить мерзавца. Он отвратителен, его поступок ужасен. Все у кого есть свои возлюбленные, презирают его, он достоин только смерти, но ему дают право жить дальше, мучается ли он виной? Страдает ли? Нет, он безумен, он не достоин жалости. Дилос тебе придется понять и принять нашу сущность, сможешь ли ты? Мы противоречивы, но в одном всегда постоянны, это постоянность, – любовь.– Квин…– Конечно, я еще не родился тогда, когда происходили эти страшные события, – с некоторым облегчением промолвил он, вампир мягко скользнул к сидящему в кресле Дилосу, который смотрел на него во все глаза. – Мой отец рассказал об этой трагедии всем своим детям, и даже поделился своими воспоминаниями, я действительно видел очень много, так много смертей … Но я сейчас хочу тебе кое-что сказать. Ты меня внимательно слушаешь, Дилос?– Да, но что ты…– Дилос, – прошептал Квин, плавно опустился перед оробевшим юношей на одно колено, одну руку он прижал к своему сердцу, а второй прикоснулся к покрасневшей, гладкой коже щеки Дилоса. – Я ни кому не позволю причинить тебе вред или боль. Я Квин Де Дракон, клянусь тебе Дилос Де Дракон, в своей любви и преданности. Я буду тебя защищать.Князь Эмрис с улыбкой исчез в ночной тьме, оставив наедине в столь не ловкой ситуации смущенного ребенка и пылкого юношу. В настоящее время он был уверен, Дилос теперь под защитой одного из сильнейших огненных вампиров. Квин больше не будет лгать своему избраннику, его цель изменилась. Желание защитить вышло на первый план. Эмрис был доволен, однако ощущение надвигающейся бури не покидало, он чувствовал скоро вернуться темные времена.– Я…– красный, как переспелая клубника. Дилос не знал, что можно на такое ответить. Квин все еще нежно ласкал его кожу, и смотрел прямо в глаза и дальше, ища там ответ, глубоко, где скрываются истинные эмоции юноши. Стыд охватил Дилоса, хочется спрятаться от этого пронзительного взгляда, но нельзя.

– Ты согласен? – робко, подумать только, Квин спрашивает так неуверенно и робко. Он боится отказа.– Я ведь ответил тебе вчера, – Дилос пытается опустить взгляд, но Квин не дает, наклоняясь так, чтобы увидеть подтверждение, заметить маленькую искорку симпатии и зарождающуюся влюбленность.

И радость заполняет, страха больше нет, сейчас его нет. Он сможет защитить того, кого любит, потому что Дилос доверился ему, он показал часть своих чувств. Только от одного этого, хочется подхватить застенчивого вампирчика и пуститься в пляс, как в детстве, не думая о правилах и этикете. И закричать во весь голос о своей любви…– Я хотел, спросил, – начал Дилос, понимая, что он кое-что упустил из виду. Нечто беспокоило его сердце. Как-то неудобно спрашивать об этом сейчас, но Дилос больше не мог ждать. – Что с моими друзьями?– Я знал, что скоро ты спросишь о них, – не скрывая своего разочарования, сказал вампир. – Девчонку мы отпустили сразу же, конечно, слегка подкорректировав память.– Вы отпустили Шаеру? – Ошарашено переспросил Дилос, стряхнув волос, попавший в глаз. – Вот так просто?– Она нам не была нужна, средние способности, проступков против вампиров не имела, поэтому Матеуш велел её освободить и вернуть домой, что мы и сделали, – поправил светлые волосы Дила, ответил Квин. Он все еще стоял на одном колене, и как не устал?– А Ален и мастер Дандар? – недоверчиво уставившись на исказившееся в гримасе лицо Квина. Кстати сказать, как бы не ерничал вампир, все едино, он оставался невозможно красивым. – Почему Алена тоже не отпустили? И вообще, зачем вы напали на Данрара?– Шаман сам виноват, он оскорбил Матеуша, за что и получил небольшое наказание, – твердо ответил аристократ. Дилос в ужасе закрыл рот рукой, предположив самое страшное.– Да не убили мы его, посидит в темнице годик, потом отпустим. Ни кому так просто не выйти сухим из воды, после того, как нашему королю нанесли оскорбление.

– Это жестоко, – немного успокоившись, произнес блондинистый вампир. У парня даже в мыслях не было, что учитель Дандар сделал что-то настолько глупое. Вампиры существа властные и эгоистичные, они не станут терпеть грубость в свой адрес, тем более Матеуш. Он справедливый, но и жестокий, он не святой, но король вампиров клана Дракона, и имеет, куда большее влияние, чем замкнутый лесной шаман.– Ну, ладно, а Ален? – Больше всего Квину не хотелось отвечать именно по поводу того мальчика, но что поделать.– Недавно было решено сделать его вампиром, мой брат Крон решил сделать его своим партнером, как я тебя, – сглатывая, ответил Квин, ведь тому мальчику было всего тринадцать лет, в таком юном возрасте и партнер? Немыслимо. А то, что Дилос был старше всего на два года, когда вампир его обратил, об этом Квин старался не думать.– О, почему? – Судьба лучшего друга, конечно, волновала Дилоса, но Крон. По тому единственному разу, когда они виделись. Тот произвел впечатление не очень хорошего человека, точнее вампира, холодные глаза, самолюбивый и видимо амбициозный, как такой, как он будет обращаться с Аленом? Хотя, может он другой, не такой каким мне тогда показался… Будем надеяться.Через минуту Дилос был готов сгореть от стыда, когда в пустой желудок заурчал на всю комнату.

– Ты же говорил, что не хочешь, есть? – лукаво улыбаясь, Квин встал, чтобы склониться к Дилосу, отгибая кружевной воротник, отрывая горло для того, чтобы Дилос утолил свой некстати проснувшийся голод.