Пролог. (1/1)

—?Поздравляю, Йоли! —?какой-то незнакомый мужчина похлопал меня по плечу, вынуждая выдавить жалкое подобие улыбки. На сегодняшнюю вечеринку по поводу вступления в Семью пришло огромное количество гостей, большую часть которых мы (собственно виновники торжества) вообще впервые видели. Празднество проходило в саду на небольшом холме среди благоухающих цветов и выставленных по такому случаю столов с яствами. После официальной части второй час шел банкет и поздравления, от которых мне уже хотелось кого-нибудь загрызть.—?О, спасибо огромное,?— собрав в кучку весь оставшийся у меня после первого часа энтузиазм, я рассыпалась в словах благодарности и восхищения сим дивным событием. Судя по всему вышло у меня это не особо искренне, потому что, вежливо покивав, очередные поздравляльщики шустро ретировались, оставляя меня наедине с невеселыми мыслями. Но, обо всем по порядку.Меня зовут Йоланда Гвидиче. Рост средний, вес непрезентабельный, внешними данными особо не выделяюсь. Светлые волосы, да серые глаза вкупе с непримечательным лицом серой мышки не вызывали за все прожитые годы ни восхищения у мужчин, ни зависти у женщин. Родители погибли еще когда я была ребенком, в обычном приюте не прижилась, так что по счастливому (или не очень) стечению обстоятельств, попала в приют ?Виджиланте?, управляемый младшей ветвью мафии. У девушек после приюта обычно было всего две альтернативы и обе меня как-то не вдохновляли. Можно было поселиться в Тарроне Россо, штаб-квартире Семьи Борухано, к коей я и принадлежала, но перспектива всю оставшуюся жизнь танцевать по кабаре или клубам у меня не вызывала трудового энтузиазма. Как упоминалось, выдающимися внешними данными природа меня не наградила, так что танцовщица из меня вышла бы не особо востребованная. Да и пресловутой женской хитрости необходимой для такой работы я за время обучения так и не нахваталась. Хорошо хоть по уставу клана наркоторговля и проституция были под запретом, так что стать не особо везучей проституткой мне не грозило. В качестве альтернативы было еще замужество, но в приюте отношения были запрещены, а мысль о скоропалительном браке с незнакомым, совершенно чужим мужиком мне претила.Вздохнув, я уставилась в небо, пытаясь выбрать из двух несимпатичных вариантов тот, который мне нравится меньше, ибо квартирный вопрос стоял остро и портил весь праздник. Семья в большинстве своем занималась охраной города, так что в основном тут ценилось умение владеть оружием или навык боевых искусств, но, к сожалению, за время обучения я не смогла отличиться ни в одной, ни в другой области. Единственным же моим талантом признанным всеми педагогами была способность виртуозно притворяться дурочкой и улыбаться в критических ситуациях. В общем, смотря объективно, далеко на этом не уедешь, квартиру за такие умения, увы, не выдают.—?Челюсть отвалится, если будешь так пялиться,?— раздался у меня за спиной веселый голос и сильный толчок под колени едва не свалил меня на землю.—?Это твоя челюсть сейчас пострадает, если продолжишь так шутить,?— выровнявшись, проворчала я, оборачиваясь и мрачно смотря на жизнерадостно улыбающегося парня. Алан, мой друг и человек, помогший мне пережить первые месяцы после смерти родителей, отпраздновал свое ?совершеннолетие? всего несколько месяцев назад. Если не знать, то и не подумаешь, что этот веселый рыжий парнишка один из лучших стрелков и, как поговаривают, надежда всей Семьи. Вот только Алана эта мысль вряд ли грела. В приют мы попали примерно в одно время. Его родители, обычные торговцы, были застрелены прямо перед входом в лавку в ходе мафиозных разборок, из-за чего магазин пришлось закрыть, а Алан с братом оказались в одном приюте со мной. Его старший брат уже не был членом организации, причем история была настолько мутная, что даже имя его запрещалось упоминать. Из-за всего этого, понятное дело, Алан не испытывал любви к мафии, чего никогда и не скрывал.—?Брось дуться, сегодня же праздник,?— шкодливая рука друга привычно взлохматила мою челку. —?Уже решила, где будешь жить?—?Как раз этим занималась. Решала,?— приглаживая челку, я тяжело вздохнула. —?Ты же живешь один?—?О да, я копил пока жил в приюте,?— беспечно пожал он плечами, вызывая у меня завистливый вздох. Все деньги за простые работы, что предлагались приютом, я тратила почти моментально и, как оказалось, зря.—?Но наша щедрая глупышка вряд ли поступала так же дальновидно,?— раздался слева ехидный голос и незаметно подобравшийся Дулио тут же наябедничал. —?Представляешь, она все тратила, покупая нам сладости и подарки, а теперь сидит и не знает, что делать.—?Я безгранично рада, что ты мне так благодарен, но не мог бы ты высказывать свое ?спасибо? более корректным образом? Еще скажи, что ты был этому не рад,?— недовольно проворчала я, огладывая хрупкую фигурку подошедшего к нам мальчишки и борясь с желанием прилюдно оттаскать нахала за уши. Дулио был на пару лет младше меня, и я всегда воспринимала его, как младшего братика, благо светлые волосы и голубые глаза полностью соответствовали образу маленького ангелочка. Но то было в детстве. Как-то незаметно для всех, Дулио превратился в весьма красивого язвительного юношу с непростым характером и, хотя сам еще в интересе к противоположному полу замечен не был, очень даже пользовался успехом у дам всех возрастов.—?Конечно, рад,?— кивнул Дулио протягивая мне тарелку с фруктами и посмотрел на меня взглядом потерявшегося щенка. —?Йоли, не уходи. Сначала Алан, теперь ты…—?Лучше сам скорее повзрослей,?— поддел его Алан.—?Давай обойдемся без напутствий,?— совсем не по-детски усмехнулся Дулио и, поманив друга пальцем, удалился.Оставшись в одиночестве, я оглядывала присутствующих, невольно возвращаясь мыслями к своему квартирному вопросу.—?Тебя ведь сегодня тоже чествуют, откуда это грустное лицо? —?мое плечо ободряюще сжала сильная ладонь и я, не оборачиваясь, узнала обладателя этого завораживающего баритона. Джеральд, человек, подаривший мне новую жизнь. Именно он привел меня в приют и стал чем-то средним между отцом и старшим братом. В свое время этот обаятельный, ныне тридцатилетний мужчина с короткими черными волосами, добрыми серыми глазами, обворожительной улыбкой и неизменной сигаретой в зубах, сам выпустился из ?Виджиланте?, так что примерно представлял масштабы моих проблем.—?От тяжких дум и неразрешенных вопросов,?— я невольно расплылась в улыбке, оборачиваясь.—?Вопросы?— это всегда замечательно, а как дела обстоят с ответами? —?несмотря на ироничную улыбку, бровь старшего братика вопросительно изогнулась.—?В разы хуже,?— неохотно призналась я и перевалила свои проблемы с больной головы на здоровую. —?Мои боевые навыки прискорбно ничтожны. Я не мастер единоборств, как ты. Не стреляю, как Алан. У меня нет особых навыков Дулио, а об отсутствии сексуальности необходимой при работе в клубах и кабаре, ты же мне и сообщил.—?Кхм, я не совсем то имел в виду,?— слегка смущенно кашлянул Джеральд. —?Я просто высказал мнение, что это не твое.—?Но жить-то мне на что-то надо,?— я сверлила взглядом ни в чем не повинную тарелку, оставленную Дулио. —?Причем хотелось бы жить нормально, без комендантского часа и, мать его, замужества за каким-нибудь мерзким типом.—?А если он будет не мерзким, а очень даже любящим? —?С интересом склонил голову старший братик, но стушевался под моим скептическим взглядом. —?Я хотел сказать…—?Если каждый день будешь драить сортиры для клиентов и кухню, могу выделить тебе целую кладовку,?— раздался над ухом насмешливый голос, от которого у меня разом заболели все зубы. Если Алана и Джеральда любили все, а Дулио сам был довольно замкнутым ребенком, то с Юрием вообще было мало желающих пообщаться. То ли из-за слухов, что он отсидел срок за убийство собственных родителей, то ли просто из-за его мерзкого высокомерного характера, в его случае не спасала даже внешность. Пока он молчал, то был безумно красив. Правильные черты лица, золотистые глаза, небрежно рассыпавшиеся по плечам волосы с фиолетовым отливом, отличная фигура, упакованная в дорогой костюм подчеркивающий все достоинства… Но стоило ему открыть рот, как все очарование терялось, и лишь глупые девицы, мечтающие оказаться в его постели, не обращали внимания на ужасное, пренебрежительное отношение.—?Влезать в чужой разговор вообще-то невежливо,?— недовольно нахмурился Джеральд, хотя мне показалось, что в его голосе проскользнуло облегчение.—?Я вам помешал? —?золотистые глаза наигранно расширились. —?Ты что, этой мышке собрался предложение делать?—?Хоть это и не твое дело, я отвечу,?— увидев сердитое лицо братика, я поспешила вмешаться. —?Такой опытный и востребованный мужчина никогда бы не сделал мне предложения, тем более здесь и сейчас!—?Мои соболезнования, Джеральд,?— Юрий безуспешно пытался скрыть смех, а я недоуменно переводила голову сразу с двух невиданных ранее явлений: схватившегося за голову братика и заливисто смеявшегося Юрия.—?Так, прекращаем балаган,?— взявший себя в руки Джеральд развернул Юрия за плечи и повел прочь. —?Важнее то, что я вернулся, Дэйчита…Больше я ничего не услышала, но одно упоминание этой банды сместило фокус с моих мелких проблем на более глобальные. В отличие от Борухано, Дэйчита не гнушалась ничем. Проституция, наркоторговля, продажа людей?— всем, что приносит прибыль. А последнее время ходили слухи, что наркотики этой организации добрались не только до Тарроне Россо, но и до главного офиса Семьи.Пока я пробиралась к столику с напитками, со стороны входа послышались крики и визг шин. Прогремела автоматная очередь, люди бросались врассыпную и падали, утягивая со столов скатерти и дополняя какофонию звуков звоном бьющейся посуды. Обернувшись на шум, я поняла, что безнадежно опоздала: на меня несся мотоциклист с автоматом не оставляя времени для маневра.—?Нашла время медитировать! —?Раздался злой окрик, и какой-то доброжелатель сбил меня с ног, спасая от прогремевшей над головой автоматной очереди. Не выслушав полагающихся благодарностей, мой спаситель резво вскочил и ретировался, так что, когда я поднялась, все уже было кончено. Замешкавшиеся от такой наглости соклановцы быстро пришли в себя. Изрешеченный мотоцикл валялся неподалеку, да и окруженный водитель тоже вряд ли прожил бы намного дольше. Подошедший Джеральд снял с нападавшего шлем и цокнул языком.—?Дэйчита? Смело. Чем обязаны?—?Девчонка,?— сплюнув кровь, мужик с ненавистью посмотрел на меня. —?Предатели… Перешли в… Бору… Хано…—?Заткни свой лживый рот,?— звонкий злой голос Дулио прервал нападавшего, а его шею захлестнула почти невидимая леска, любимое оружие моего младшего братика.—?Бесполезно, он уже мертв,?— поднявшись мрачно констатировал Джеральд, убирая пистолет, а вокруг нас нарастала паника.—?Разве место проведения не было в секрете?—?После происшествия с Яку боссы предполагали, что у нас ?крот?. Почему ничего не сделали?—?В Дэйчита не должны были об этом узнать!—?Полагаю, праздник на сегодня окончен,?— подытожил Джеральд и, взяв меня за руку, повел прочь под неодобрительные взгляды и шепотки. Поздравляю, Йоли, теперь все будут думать, что крот именно ты. Угораздило же меня так вляпаться…***Через два дня от Борухано пришел приказ всех младших членов объединить в пары и приставить наблюдателем к третьему. Никто не знал, кто за кем следит, но я была бы не удивлена, если бы за мной наблюдало сразу несколько пар. Хвала богам боссы не остановились только на моей кандидатуре, но и ёжику было понятно, кто у них первый в списке подозреваемых.—?Да не парься ты,?— Алан легонько пихнул меня в плечо. —?Как только поймаем настоящего шпиона, твое доброе имя будет восстановлено.—?Пары будут почти все время проводить вместе,?— непривычно хмурый и серьезный Джеральд покусывал губу, крутя в пальцах сигарету. —?Женщин у нас не так много, и мы не можем составить женские пары, так что… Йоли, будь осторожна.—?Ага, постарайся не загубить своего напарника,?— фыркнул Юрий, скрестив руки на груди.—?Джеральд говорил не об этом,?— сквозь зубы процедил Дулио, сверля высокомерного засранца злым взглядом, но тот лишь скривился и вышел из кабинета.—?Как мы узнаем с кем работать? —?Вернул нас к более прозаичным вопросам Алан, тоже неприязненно покосившись на закрывшуюся за Юрием дверь.—?Всем будет выдано задание с указанием места и времени, так что не ошибетесь,?— Джеральд обвел всех серьезным взглядом. —?А так же именем того, за кем предстоит следить. Отнеситесь к этому серьезно. Не смею больше задерживать.