Театр, ревность и маски (1/1)

Российская империя. Санкт-Петербург.Набережная реки Мойка. Дворец князя Феликса Юсупова 10:00 ***— Доброе утро, любимая? — замурлыкал Феликс, присев на кровать — И тебе доброе утро! — улыбнулась Ирина, отложив книгу на прикроватную тумбочку и легла, на колени своего жениха — А где Дмитрий с утра его не видел? — полушёпотом спросил Феликс у будущей супруги — Я не знаю, Феликс ибо прислуга сказала, что он куда-то ушёл в 09:00 утра даже не позавтракал, — спокойным тоном ответила княжна, хотя она была на Дмитрия зла за то, что он вчера в разговоре с её женихом назвал её фарфоровой куклой с ноткой презрения, но она не могла на него обижаться всю жизнь так ещё в гостиной она нашла чужой женский браслет и губную помаду и поняла, что здесь вчера были дамы с известной целью для двух благородных донов — Ясно, — коротко ответил Феликс — Мама сегодня звонила из Царского села она там с Аликс и моими Августейшими кузинами в Александровском дворце, — с улыбкой произнесла Ирэн — И что она говорила? — томным голосом спросил Феликс у Ирины — Насчёт этого ты понял ничего, но думаю, она будет непреклонна насчёт нашего брака она мне дала ясно понять это, — Романова обречённо вздохнула и посмотрела куда-то в пустоту, нервно теребя жемчужные бусы — Ничего, Ирэн всё будет хорошо у нас! – Феликс пытался поддержать свою невесту царственного происхождения и приобнял за талию девушку и страстно поцеловал её, проведя рукой по её мягким тёмным волосами — Надежда умирает последней, — горько усмехнулась Ирэн — Не надо говорить так! — Феликс крепко сжал руку Ирины и положил княжну на свою грудь— Хорошо, как прикажете-с Ваше, Сиятельство и Высокоблагородие! — 17-летняя княжна императорской крови Ирина Романова коварно улыбнулась аристократу — Для тебя Ирина просто Феликс или кисонька и не более того! — 26-летний Феликс плотоядно облизнул губу, навалившись всем телом на невесту и слегка укусил Ирину за шею, под её смешок и спустился к её шикарной груди и стал целовать шею своей невесты. Когда, наконец, Феликс вошёл в неё, мир исчез, сжался до размеров пульсирующей золотой точки, остались только они двое, сливающиеся, сплавляющиеся в единый ослепительный кристалл, точка билась где-то в центре его и потом взорвалась потоком оглушительного света. 17-летняя Ирина Романова громко застонала от наслаждения и оргазма на всю позолоченную спальню, роскошного дворца, сжав в руках красную шёлковую простыню из Италии и кончила раньше, дёрнулась всем телом, застыла в экстазе, ощущая, как Феликс бурным потоком в неё изливается. Феликс застыл, засмеялся и потянулся к её губам поцелуй был тот, что надо, именно за такие поцелуи отдавали душу дьяволу и всходили на костёр, не, зная, что за их спинами стоит, Великий князь Дмитрий, кузен Ирины и любовник Феликса и тот явно не рад такому положению дел, стиснув зубы и Дмитрий решил поскорее удалиться, сделав ещё пару резких толчков Феликс вышел из неё с чувством собственного достоинства и обессиленный упал на кровать, тяжело дыша и прикрыв глаза — Кто лучше я или Дмитрий? — наигранно спросила Ирина Александровна, ели отдышавшись — Не хочу никого выбирать, — с насмешкой произнёс Феликс — Да, ты прав глупый вопрос — подыграла ему Ирина, но она не сном ни духом не подозревает, что Дмитрий с ними не совсем чист и сам имеет виды на неё — Ладно, я в ванную, — Феликс с громким стоном поднялся с кровати и в полуобморочном состоянии пошёл в ванную комнату — Ваше, Высочество можно? — робко произнесла горничная Светлана — Да, конечно, Светлана проходи ты что-то хотела? — Ирина приветливым тоном ответила своей служанке, слегка поднявшись на локтях — Вам письмо пришло, — робким тоном ответила она Ирине — От кого? — удивилась Ирина вроде бы она писем ни от кого сегодня не ждала, а вся утренняя почта пришла Феликсу от его британских университетских друзей из Оксфорда даже от греческого принца Христофора и португальского короля Мануэля по поводу их предстоящей свадьбы и надо сказать, что эти люди одни из не многих кто поздравлял их от всей души и искренне хоть лично Ирина с ними не была знакома, но она была благодарна им — Я не знаю, отправитель не указан Ваше, Высочество, но оно местное, судя по штампу, — лакейским тоном ответила служанка княжне — Хорошо, Светлана можешь идти и скажи, чтобы нам приготовили завтрак на 3 персоны, и выкинь, пожалуйста, эти коробки, — с озадаченным лицом проговорила княжна, потерев переносицу, нагрузив свою служанку довольно тяжёлыми коробками прекрасно зная, что та беременна хоть на довольно маленьком сроке — Благодарю Ваше, Высочество, — Светлана услужливо и учтиво поклонилась княжне и как уже надрессированная собачка покинула спальню жениха племянницы императора — Странно кто это может быть? — проговорила Ирина вслух с озадаченным лицом. Когда Ирина вскрыла таинственное письмо от человека X она буквально потеряла дар речи, в письме была только одна строчка: ?Б?дная овечка! Жертва интригъ гомосексуалиста? Кто отправитель Ирина не знала, но у неё много недоброжелателей в высшем обществе Санкт-Петербурга, но аристократка подумала что это либо любовница её жениха, графиня Наталья Фредерикс или графиня Екатерина Владимировна Ламздорф, дочь бывшего министра иностранных дел Российской империи, но Ирина больше склонялась, что отправитель письма всё, же Екатерина либо кто-то из любовниц или даже любовников Феликса или, же кто-то из представителей высшего света обоих полов, что в большинстве случаев одно и тоже и почерк в письме был, очевидно, женский, но разбираться со светскими сплетницами и недоброжелательницами одними из коих, несомненно, являются, Екатерина и Наталья она не хотела и сил у неё на это не было, и Ирине оставалось только терпеть эти грязные сплетни за спиной, хотя это не сплетни, а констатация факта, а письмо она решила сжечь в камине при этом, не сказав ни Феликсу, ни Дмитрию. ***— Тебя что, выгнали из царского гнезда! — насмешливо произнёс Феликс, поцеловав в губы любимого мужчину, держа в руках бокал с шампанским, встретившись с ним в своём домашнем театре, где даже была императорская семья и остальные Великие князья, с которыми Юсуповы более чем дружны — Да, так ездил по делам и пытался дозвониться до Ольги, но та трубку не берёт, — устало вздохнул Дмитрий и уселся в кресло, обтянутое красным бархатом, на первом ряду — Естественно после нашего аутинга* Её, Императорское Высочество, Великая княжна Ольга Николаевна тебя даже на порог не пустит, — глупо по-женски рассмеялся Феликс, сложив руки на груди — Если тебя публично обвинила эта деревенская скотина в гомосексуальности и в педерастии, то я тоже не уцелел в таком случае и что нам делать?! — А может киллера для него наймём? — Дмитрий коварно улыбнулся, но быстро отогнал от себя эту дурную мысль, ибо негоже Великому князю и наследнику престола заниматься убийством по личным мотивам и причинам — Ну, я не хочу тратить свои деньги на эту мразь слишком много чести для него, — сквозь зубы процедил Феликс и с комическим сожалением развёл руки в стороны – Может просто в долг возьмем? — предложил с умным лицом Великий князь Дмитрий Павлович и демонстративно пошарил по карманам брюк – А потом отдавать? Я всё продумал. Маме моей скажем, что её 20 миллионов украли грабители, напавших было трое, а нас двое и мы ничего не смогли сделать с ними, а потом якобы украденные ворами деньги пустим на киллеров для Гришки Распутина. Ничего, ничего. Хочешь сказать, что мы плохо провели последний месяц вдвоём съездили в Париж и в Милан, жили в ?Ritz? как белые люди, и я показал тебе опиумный салон, про который давно говорил, — саркастично и остроумно подметил Феликс — Да уж не самая лучшая идея и к тому же нас тётя Аликс и дядя Ники со свету сживут, что мы посмели убить их пророка и целителя, — саркастично проговорил Дмитрий, сложив руки на груди — Да, но это тоже не выход, — задумался Феликс — Кстати вы уже с Ирой о детях думаете? — внезапно спросил Его, Императорское Высочество — Да, но мы боимся этого? — глубокомысленно ответил князь — Чего? — глухо, переспросил Дмитрий слегка оторопев — Дмитрий, семейного проклятия, нашей семьи оно гласит, сколько ни было в нашей семье детей один из них не доживает до 26 лет, а моему старшему брату Николаю было 25 лет на момент смерти он погиб на дуэли теперь число 26 стало роковым для нашей семьи, а мне уже 26 лет я победил смерть, но это на моих детей не распространяется, — глухо почти шёпотом произнёс Феликс, пустив скупую мужскую слезу — Прости я знал об этом, но не подумал как-то, а почему так оно вышло есть какая-то причина, — взволнованно проговорил Дмитрий — Ну, по семейной легенде нас прокляла какая-то колдунья за то, что мои предки перешли из мусульманской веры в православную, — тягостно протянул Юсупов — Чёрт, — совсем не по-царски выругался Дмитрий, сжав кулаки — Что такое, Митя ты меня пугаешь? — ласковым тоном проговорил Феликс Юсупов — Ирина Александровна Романова, — выпалил Дмитрий Павлович чуть ли не заикаясь и нервно заметался по домашнему театру — Ну да это имя моей невесты и твоей кузины между прочим, а что? — отмахнулся Феликс — Ты буквы посчитай, — с остроумным видом проговорил Дмитрий — Не понял? — переспросил Феликс, изогнув бровь — Ирина Александровна Романова — 26 букв, — подытожил Дмитрий с умным лицом — Да уж роковая красота, роковое богатство, роковое число и роковая дама империи. Я не верю в эту мистическую чушь, — злобно прошипел граф Сумароков-Эльстон — Есть ещё хуже, — как бы с подколом и улыбкой произнёс Дмитрий, но, тем не менее, на его лице читался страх и ужас — Не понимаю? – настороженно нахмурился Феликс — Григорий Ефимовичъ Распутинъ — тоже 26 букв, — тягостно проговорил Дмитрий Романов — Блять, — не сдержался князь Феликс Юсупов: ?только этого ещё не хватало?, — пронеслось в голове у князя — Только Ире этого не говори она не вынесет этого к тому же он по её словам оскорбил в ресторане царскую чету и сказал я сам верчу державой, как хочу, а император и императрица мои куклы и марионетки и приглашал Ирину к себе домой для понятной цели и чуть не, ли не в открытую к ней приставал, но руками по её словам не трогал, — жалобным тоном протянул Дмитрий Павлович — Подонок и мразь, — Феликс сорвался с кресла и готов был ворваться в кабинет своего отца, генерал-адъютанта и кавалергарда взять оттуда револьвер и застрелить этого пьяного, полуграмотного и развратного мужика который фактически управляет целой империей и за то, что недвусмысленно приставал к его невесте, племяннице императора — Ты прав, но мы ничего не можем с ним сделать т.к за ним царская чета, которая его безропотно слушается, и поэтому до последнего будут защищать своего фаворита— Я так больше не могу это перешло, все границы этот полуграмотный мужик во одичноку управляет нашей страной и сделал царскую чету своими куклами, — закричал Феликс во всё горло — Я знаю, но мы бессильны против него, — Дмитрий опустил как бы виновато голову вниз — Может ты и прав, Дима, но не переживай мы одержим победу над ним вот увидишь, милый, — Феликс немного пришёл в себя после патриотично-монархического припадка и бросился в объятия своего любовника, подставив губы и шею под страстные поцелуи Дмитрия, обняв Великого князя за талию и любовники-бисексуалы в страстных поцелуях и взаимных объятиях друг друга упали на сцену театра уменьшенной копией Мариинки — Мы говорили об убийстве Распутина, невольно считая это грехом, но, то, что мы собираемся сделать сейчас на сцене — это тоже грех! — сладострастно протянул Романов. Оседлав сверху член Великого князя, Феликс мучительно выгнулся, сладострастно застонал во весь голос, прикусив губу. Дмитрий взял любимого за руки и старался доставить ему как можно больше удовольствия благо Феликс заводил, его своими страстными стонами скача на его члене. Оседлав Великого князя Дмитрия он с самого начала не жалел своего любовника с царской фамилией. Дыхание любовников слилось и превратилось в один громкий и протяжный стон, но порочный князь Феликс не желал останавливаться — это явно не для него. Через час Дмитрий с гортанным стоном кончил в Феликса, а тот затрясся уже во втором своём оргазме и едва ли Дмитрий успел прийти в себя, Феликс уже ему делал страстный горловой минет и не снова не сдержавшись, Великий князь излился в рот своему возлюбленному и тот послушно выпил всё до последней капли (м-да этот Романов точно не святой) — Боже, как я хочу взять тебя и Иру и уехать куда подальше, — в блаженстве выкрикнул Феликс, возлежа с закрытыми глазами на груди у любимого мужчины из царской династии, что Феликсу, несомненно, льстит — Я бы тоже хотел, — как бы невзначай проговорил Великий князь, смотря куда-то в пустоту — Жаль, но это никак не получится, — с озадаченным лицом ответил Феликс Юсупов, обнимая своего Августейшего любовника Дмитрия Павловича Романова— А где Ира? — внезапно спросил Дмитрий Павлович у возлюбленного — Наверху в нашей спальне, а что? — протянул Феликс и слегка приподнялся на локтях — Да так просто и по поводу нашей проблемы ты сам знаешь, какой я что-нибудь придумаю, хотя не обещаю, но сделаю всё возможное, — с ноткой боли в голосе проговорил Дмитрий Павлович — Спасибо, — Феликс искренне улыбнулся, не зная, что Дмитрий сам влюблен в его невесту и хочет сделать её Великой княгиней — Не за что, — с умиротворённым видом проговорил Дмитрий и взял князя за руку — Когда мы с тобой впервые познакомились в Александровском дворце, в Царском селе, то с первого взгляда полюбил тебя, а помнишь наш первый раз с тобой в моей ванной комнате на полу, но потом переместились в мою спальню, а потом ездили по ресторанам с балериной Анной Павловой и в компании цыган, ужиная с ними в отдельных кабинетах это было самое лучшее время и как я тебе помогал обустраиваться в своём дворце на Фонтанке! — с теплотой в душе отозвался князь Феликс Юсупов, но чтобы не говорили о их дружеских отношениях люди, которые не посвящены в подробности их античной или иной любви они были лишены всякой фамильярности и Феликс никогда не забывал Августейшего происхождения своего лучшего друга, царской крови, Великого князя Дмитрия Павловича — Помню, Феликс! Я же тебе подарил свою невинность тогда в твоей ванной, а потом в спальне! — с блаженной улыбкой протянул Дмитрий, прикрыв глаза, возлежа на любовнике посреди домашнего театра, который по роскоши и позолоте не уступал знаменитой во всём дореволюционном Санкт-Петербурге Мариинки и где сидела в VIP-ложе царская чета с дочерьми и цесаревичем во дворце на Мойке, в котором он, можно сказать прописался у своего любовника и его невесты-княжны, которая является его кузиной. Впрочем, церковь не может одобрить брак двух мужчин которые связаны интимными отношениями на одной даме, которая приходится одному из них двоюродной сестрой и поэтому одному из мужчин придётся уступить другому барышню на руку и сердце которой претендуют сразу оба чтобы не доводить дела до скандала в императорском доме Романовых куда относятся Ирина и Дмитрий, а если всё пройдёт удачно, то в ряды и семью Романовых войдёт и князь Феликс Юсупов (узкие ворота — через них в ряды Романовых не войти, Феликс Юсупов гарантирует это. Являются причиной браков по расчёту и диеты)** хоть тот не является сыном европейского короля или императора, т.е не царского происхождения, но он один из самых богатейших и влиятельных людей в империи и поэтому его предстоящий брак на Ирине Романовой считается вполне себе равнородным по-крайней мере Феликс все, же лучше, чем морганатические жёны Великих князей Павла Александровича и Михаила Александровича Ольга Пистолькорс и Наталья Вульферт т.е мало того что они не монаршего происхождения так ещё дважды разведённые что по уложениям императорской фамилии по указу императора Павла I недопустимо и поэтому Великого князя Павла Александровича выслали из страны куда подальше, а его дети Мария и Дмитрий стали воспитываться в семье Великого князя Сергея Александровича и Великой княгини Елизаветы Фёдоровны, но кого это собственно волнует действительно, кто Николай II и Павел I вообще такие, чтобы указывать на ком им жениться можно, а на ком нет — Я это очень ценю Ваше, Императорское Высочество! Я же тебя буквально совратил и твои царские родственники даже не заметили, но определённого момента! — притворно улыбнулся герой столичного бомондаю— Взаимно! — Дмитрий прикусил нижнюю губу и их языки сплелись в страстном танго поцелуев — Театр и маски! — с ядовитой интонацией парировал князь Феликс Юсупов, надев на лицо карнавальную маску, которая была вся в разноцветных блёстках и с ярко-розовыми перьями — Ещё и ревность, — недовольным тоном протянул Дмитрий Павлович, мысленно припоминая своему любовнику все его грехи и измены в любви и попытку самоубийства, когда застал его в постели с другим мужчиной, который является британским шпионом и секретным агентом и сотрудником SIS Освальдом Рейнером, Рейни или Оззи как его любит называть Феликс — Глупенький, ты мой! — ласково произнёс Феликс, — Миром правит любовь и красота! — Ненависть! — выкрикнул Дмитрий, лёжа с закрытыми глазами.