Глава 5 (1/2)
Манкустрап всегда любил дом Старой Дьютерономи. Много какие слухи ходили среди молодняка племени, но старшие поколения и, конечно, сам Манкустрап, знали, что Дьютерономи была кошкой пожилого судьи, ушедшего в отставку.
Судья этот, имя которого, как и все прочие дотошные человеческие имена, Манкустрап никогда бы не запомнил, вёл отшельнический образ жизни - у него почти не бывало гостей, кроме назначенных визитов его детей, и он совсем не смотрел телевизор.
Зато у него была великолепная библиотека, и Дьютерономи любила рассказывать, как ещё котёнком перечитала все эти книги, благодаря чему и стала той, кем является сейчас - предводительницей Джелликл-котов.Манкустрап и Рам-Там-Таггер провели в этом доме добрую половину своего детства. Манк помнил каждый оцарапанный клочок обоев в гостиной, и знал, какие растения, не пережив их игр, переехали жить в новые горшки. Он невольно улыбнулся, заметив, что хозяин по-прежнему по утрам выставляет для Дьютерономи две миски, одна из которых - со свежей варёной рыбкой. Да, от его человека-полицейского такой роскоши не дождёшься.
- Кого я вижу, - протянул знакомый голос. Манк повернул было голову, но Таггер налетел на него и сбил с ног раньше, чем тот успел принять боевую стойку.- Таггер, - Манк раздраженно скинул с себя брата, - Ты в своём уме? А если бы я полоснул тебя когтями по морде?- Это было бы зря, - хмыкнул Таггер. - Что такое, соскучился по мамочке?- Видно, и ты тоже.Таггер дёрнул плечом.- Так, зашёл перекусить. Дьютерономи спит, не стоит пока будить её. Пойдём, мне страсть как хочется рыбки.С этими словами Таггер направился прочь из кухни, и Манкустрапу оставалось только удивлённо повести носом в сторону миски.
Конечно, Рам-Там-Таггер имел ввиду аквариумную рыбу. Пока он с ловкостью бил когтистой лапой по водной глади, распугивая золотых рыбок и сомов, Манкустрап молча сопротивлялся желанию спустить крышку аквариума ему на пальцы.- Я хотел поговорить со Старой Дьютерономи, - сказал вдруг Манкустрап, - у меня есть вопросы насчёт...обручения на Балу.- О, да ты никак созрел, -презрительно хмыкнул Таггер, и его золотые глаза сузились, - скажи прямо, Деметра доканала тебя? Или, может, матушка нашептала, что отличной партией будет Кассандра?
Ухмыльнувшись от уха до уха, Таггер отправил в рот трепещущуюся из стороны в стороны рыбешку, и тут же проглотил её.
Манк еле заметно улыбнулся, прижавшись спиной к стене.
- Кассандра уж слишком властная для меня.
- Ты бы думал иначе, если бы попробовал с ней..
- Только не говори мне, что и она пала жертвой твоих притязаний, потому что в это я не поверю.- Я знаю от друга, - закатил глаза Таггер. - Слушай, я понимаю, на тебя все давят. Матушка стареет. Ты прекрасно знаешь, что предводитель должен олицетворять не только силу, но и... - Таггер сделал в воздухе непонятное движение когтями, будто передразнивая декламирующих поэтов, - Семью. Но это не повод ни с кем обручаться!
- Может, я, наконец, хочу именно этого, - Хмуро произнёс Манкустрап. - Но мне прежде нужно узнать, не нарушит ли это какие-нибудь правила.- Какие? "Как жить в безразличии и одиночестве"? - Таггер скрестил руки, - Ты ведь и впрямь по этим правилам живёшь. Ну, дело твоё, знаешь...
В это мгновение послышался треск разбитого стекла. Коты настороженно переглянулись, и Манкустрап рефлекторно сжал плечо брата. Вдалеке послышалось неясные, будто призрачные перешептывания.- Кто это? - прошипел Таггер, принюхиваясь. - Незнакомый запах!- Нет, вполне знакомый, - пророкотал Манкустрап. - От них пахнет Макавити.- Ты шутишь, - шерсть Таггера вздыбилась, а его красиво очерченные тёмным губы угрожающе приподнялись.
- Да как он смеет...- Нужно разбудить Дьютерономи, - шепнул Манкустрап. - Давай, уведи её отсюда.
Таггер на мгновение заколебался, но, встретив решительный взгляд брата, понимающе кивнул, и тут же сорвался с места.Манкустрап втянул воздух носом. Чужаков было четверо, и если бы хотя бы один из них оказался Макавити, Манкустрап ощутил бы липкую, ледяную волну страха. Но с тремя валетами злодея он мог справиться самостоятельно. Едва ли они умели больше, чем без разбору налетать и царапать противника.
В кухне все чаще раздавался грохот.- Выходи, старуха! - хрипло закричала одна из кошек. - Пора тебе ответить перед Макавити.Манкустрап медленно, приникнув к стене, повернул в кухню. Коты крушили все, что видели. Он знал только одну из них. Узнавал по шрамам, которые сам же и оставил на её пресловутой морде - сумасшедшую Гриндлбон.- Давай же, уродка старая, - прошипела она сквозь зубы, отправляя в полет кувшин с водой.Минуя разлетевшиеся во все стороны осколки, Манкустрап вышел из своего укрытия.- Как благородно - крушить дом пожилой беспомощной кошки, - произнёс он рычащим от гнева голосом. - Может, лучше объяснитесь со мной? Хватит храбрости?Хвост Гриндлбон беспокойно заметался из стороны в сторону, а две другие кошки, которых Манк не знал, раздраженно переглянулись. Они будто по сигналу бросились на Защитника с двух сторон, и он, увернувшись от первой увесистой лапы, саднул второго нападавшего когтями поперёк шеи. Послышался болезненный рев.
Теперь незнакомцы держались на безопасном расстоянии, но Гриндлбон бросилась в бой, рыча и шипя. Её не зря считали сумасшедшей. Такой отчаянный, безумный блеск в глазах был только у больных, заражённых бешенством кошек.
Манкустрап увернулся, ловким прыжком забрался на кухонную этажерку и смахнул один из горшков с приправами. Гриндлбон отскочила в последнюю секунду, но её прихвостни закашлялись поднятым в воздух столпом чёрного перца. Манкустрап ухмыльнулся. Ему и не в таких драках удавалось одержать верх. Главное, что Таггер уже увёл Дьютерономи.
По правде говоря, зная, что мать в безопасности, Манкустрап даже получал от сражения некое удовольствие.
В этот раз он сам атаковал Гриндлбон, сбивая её с ног и клыками впиваясь в её и без того исполосованную царапинами шкуру. Она билась в болезненной судороге и визжала хуже, чем кошки, которым наступили на хвост. Казалось, ещё немного, и изо рта у неё пойдёт пена.
Манкустрап сильнее сжал зубы, и тут что-то впилось в него, как тысячи игол, разрывая плечо, пульсирующей болью пронзая туловище.
Он выпустил противницу и захрипел, пытаясь освободиться, но Гриндлбон в отместку тут же полоснула его по морде. В глаза хлынула кровь.
- Только посмотрите, - пророкотал над ним глубокий, бархатный голос, напоминающий зарождающийся в небе гром, - Защитник, не сумевший никого защитить.
- Макавити, - чувствуя кровь на зубах, пробормотал Манкустрап. Он попытался вслепую ударить, но его тут же ответно лягнули в солнечное сплетение, и он упал, сжавшись на полу. Тяжёлая лапа опустилась ему на горло.- Слышал, ты ищешь пару на Бал, - рассмеялся Макавити. Его голос звучал везде, отдавался от каждой стены, будто перемещался по комнате. - Мы с удовольствием составим тебе компанию.Манкустрап начал задыхаться. Ярость заклокотала в нем, он рванулся, царапая воздух, и явно зацепил одного из нападавших, но тут на голову ему обрушилось что-то тяжёлое, и комната погрузилась во мрак.* * *В воздухе раскололась молния. На памяти Мистоффелиса это был первый Бал, во время которого не было видно луны, и первый Бал, на который опоздала Старая Дьютерономи. Без неё приглашённые коты и кошки неприкаянно бродили по свалке, изредка развлекая друг друга новостями и байками.
У всех были свои домыслы, но больше всего, конечно, прислушивались к Гусу, когда тот, дрожа с головы до ног, рассказывал, что, дескать, лет десять тому назад Дьютерономи по пути на Бал повстречалась с жутко назойливым долматинцем, и просидела на дереве до тех пор, пока Джелликл-луна не дала ей ловкости и смекалки, чтобы эту псину обмануть с помощью палки и парочки желудей.Может, заключал он, и в этот раз случилось что-то подобное?..
Мистоффелис страшно разволновался. Они с Викторией сидели бок о бок и держались за руки, будто пытались дать друг другу хоть толику надежды.
Но беспокоила их не только Дьютерономи. Куда пропал Манкустрап?
- Он ведь должен был уже появиться, - прошептала Виктория, ежась от шевелящего её шерстку ветра.
Вслед за очередным громовым раскатом повалил дождь, и кошачье племя попряталось по широким заржавелым трубам и приваленным друг к дружке гигантским шинам. Все сидели очень тихо, словно боялись потревожить и без того неспокойную ночь.
- Я думаю, нужно отправиться на поиски, - шепнул Мистоффелис. - Манкустрап уже пошёл бы.