Глава 9. Семейные узы (1/1)

И если когда-то, спустя десять зим,Ты встретишь меня в толпе,Найдешь меня серым, безликим,Пустым, ушедшим в чужую тень,Схвати меня крепко, сожми воротник,Встряхни меня за плечо,Скажи, что я трус, неудачник и псих,Брани меня горячо.Заставь меня вспомнить ночной океан,Рассветы, ромашки, джаз.Прижми свои губы к холодным губам,Заставь меняВспомнитьНас.Джио Россо***Что может быть лучше смены обстановки и семейного отдыха? Красивое поместье, вереницы виноградников?— детище принца Идриси, который устроил гостям экскурсию, провел с ними день, а потом уехал, сославшись на дела. Уиллоу догадывалась, что это был лишь предлог, чтобы дать Хенстриджам пару деньков насладиться отдыхом в кругу близких,?— она сама, правда, в этот круг не вписывалась, и оттого испытывала неловкость. Но поделившись с Робертом своими опасениями, которые он тут же развеял, успокоилась и пообещала себе наслаждаться каждым мгновением такого, к сожалению, короткого отдыха, не думая ни о чьих предостережениях. Королева Хелена к сыновьям не присоединилась (неудобно было бы в этом признаться, но Уиллоу испытала облегчение), осталась в Лондоне.Лен была несказанно рада видеть братьев, и не только их: взгляды, которыми принцесса обменивалась с Джаспером, не заметил бы только слепой.Второй день тоже прошел хорошо. Элеонор заражала позитивом всех, сияя от счастья, и увлекала Морено в танцы у бассейна, в виноградниках или прямо посреди кухни, и Уиллоу танцевала. Танцевала, ощущая полную свободу, и никто не мог сказать ей: ?Ты ведешь себя непозволительно, нескромно?. Такой она нравилась Роберту еще больше, а главное?— самой себе.Но к вечеру солнце сменилось сгустившимися тучами. Перед ужином у Роберта состоялся долгий диалог с премьер-министром, после которого он был скуп на разговоры, не притронулся к вину и почти?— к еде. Короля что-то беспокоило после общения с премьером, но делиться с Уиллоу он не собирался. На все ее распросы только уходил от ответа и говорил, что ей кажется. Уиллоу чувствовала: что-то не так, но кроме собственных ощущений ничего не было.Тучи совсем заволокли небо, когда Джаспер показал Морено распечатанные кадры с камеры видеонаблюдения в доме Офелии, и причин для беспокойства стало еще больше: камеры зафиксировали уходящего мужчину. На его затылке виднелся уже знакомый символ?— три стрелки вниз. А потом, когда гости Идриси разошлись по своим делам или спальням, неожиданно грянул гром.Уиллоу собиралась ко сну и ждала Роберта, когда дверь в их комнату распахнулась и Лиам буквально влетел внутрь.—?Ты должна была рассказать мне про Офелию, про разгром ее квартиры! —?Принц был в ярости. —?Какого черта ты действуешь за моей спиной? Уиллоу! И Джаспер хорош! Вы что, сговорились?—?Лиам, успокойся. —?В отличие от кричавшего Хенстриджа, Уиллоу не повышала голоса. —?Я поступаю так, как считаю нужным, и так, как будет лучше…—?Для всех? —?Лиам перебил ее с яростной издевкой. —?Ты говоришь, совсем как Роберт. И поступаешь так же.—?А что тебя заботит больше всего? Неведение? Офелия??Какое тебе дело до нее? Еще недавно ты ненавидел брата за то, что Кэтрин Дэвис выбрала не тебя. Офелия была права в своем нежелании видеть тебя…—?Не думай, что понимаешь все! —?Лиам приблизился к Уиллоу практически вплотную. —?Ты ничего не понимаешь! Тебе никто не давал права решать за меня! Ты должна была рассказать мне!—?Лиам… —??Она любит тебя…??— хотела произнести Уиллоу, но не успела. Снова хлопнула дверь, и громкий голос Роберта наполнил комнату:—?Что здесь происходит?В миг оказавшись около Уиллоу и Лиама, Хенстридж-старший за плечо оттеснил брата от Морено. Повисла напряжённая пауза. Лиам молчал, потому что иначе пришлось бы рассказать об Офелии; Уиллоу молчала, потому что понимала: он не хочет этого. Такими и застала их Лен, появившаяся через пару минут после старшего брата. Но принцесса ничего не заметила. Бледная, заплаканная, она остановилась посреди комнаты, глядя только на Роберта. В руке у нее был смятый бумажный лист, и Уиллоу его мгновенно узнала: письмо Лен Фросту, которое он так и не получил. Но как оно оказалось у Элеонор, как вообще оказалось в Венесуэле?—?Робби… Как ты мог? Как ты мог так поступить?—?Лен, что случилось?—?Лен, я хотел все рассказать. —?Голоса двух братьев зазвучали синхронно. Уиллоу взглянула на старшего, и ей стало нехорошо: лицо Роберта приобрело непроницаемое выражение. Лен смотрела на него как на предателя.—?Что случилось, Лиам? —?Тон принцессы не передавал никаких эмоций, и все же в нем были уловимы надрывная боль и разочарование. —?Это Роберт сделал так, что Джаспер не получил мое письмо. Журналистка, узнавшая о прошлом Джаспера,?— тоже твоя работа?—?Я защищал тебя. —?Ни один мускул не дрогнул на лице короля.—?Ты понимаешь, что ты?— манипулирующий ублюдок?Все произошло так быстро, что Уиллоу ничего не успела заметить. Лиам двинулся к брату, замахнулся, и вот они уже на полу, яростно вцепившиеся друг в друга. Элеонор никак не реагировала, а Уиллоу понятия не имела, как прекратить драку, и звала обоих Хенстриджей, но ее, конечно же, никто не услышал. Помог Фрост, вовремя появившийся (вопрос, зачем?— в столь позднее время), оттеснил Роберта от брата. Тот мгновенно взвился на ноги.—?Это он сдал тебя той журналистке! Это благодаря ему ты не получил письмо Лен!—?Лиам… —?Джаспер покачал головой, словно в просьбе не продолжать, и перевел взгляд на короля. —?Ваше Величество. Вы должны кое-что знать. Со мной только что связался мистер Хилл. Новости из Лондона.—?Говори, —?кивнул Роберт, стирая кровь, сочившуюся из разбитой губы. Уиллоу хотела подойти к нему, но слова Фроста ее остановили.—?В течение вечера в разных точках города прогремели семь взрывов. Несколько станций метро, театр, площадь, два торговых центра. Все это в период с восьми до десяти вечера. Один за другим. —?Голос Джаспера, приглушенный, лишенный эмоционального окраса, звучал зловеще в мертвой тишине. Письмо, ссоры?— все было забыто в один миг.—?Распорядись срочно подготовить самолет. Я возвращаюсь.—?Ты? —?Лиам повернулся к брату. —?Я лечу с тобой.—?Я тоже,?— присоединилась Лен.—?В Лондоне сейчас ад. Это небезопасно,?— возразил Роберт без энтузиазма, но к нему никто не прислушался. Лиам и Лен с Фростом ушли?— подготовить отъезд, собрать вещи. Едва за ними закрылась дверь, Роберт устало опустился на кровать, и Уиллоу присела рядом, положив ладони на его плечи.—?Все, что я могу предложить тебе,?— это семейные скандалы и постоянные угрозы, Вильгельмина. Я хотел бы, чтобы ты осталась здесь, но ты ведь не послушаешь.—?Ты можешь предложить мне гораздо больше. И пообещать кое-что. Когда мы вернемся в Лондон, пообещай, что не будешь рисковать.—?Уиллоу… —?Роберт повернулся к ней, разглядывая черты ее лица. Он понял, о чем она говорила,?— недавний захват театра Альфреди. Ответа так и не последовало. Того, о чем просила Уиллоу, он не мог пообещать.