(пропала при аварии) (1/1)
Похороните меня за плинтусом. Пусть даже здесь, в отделе кадров. Они приближаются…-Это же наш любимый начальничек, которого мы веками не видели…?-Да глаза б наши его не видели, но вот зарплата… Где наша зарплата…-Зарплата… Зарплата…-Подождите вы, я вам в середине месяца ее уже выплатил!Меня кто вообще слушает? Нет, судя по всему. Отделкадровцы надвигались со всех сторон и угрожающе клацали дыроколами.-Я не понял, – возмутился Сатклифф, – это они на нас гонят?-Да… - тихо ответил я.-Ну все, сейчас они осознают всея мощь моей пилочки!-Грелль, так у тебя же отняли косу! – удивился Уильям.-Я о новой говорю, – закатил глаза Сатклифф, извлекая из кармана… Пилку для ногтей, - Уильям, а у тебя какая альтернатива секатору? – язвительно спросил он.Спирс запустил руку во внутренний карман пиджака, вытащил оттуда футляр. Бережно открыл его, двумя пальцами вынул новую косу. Зубочистку смерти… Да, это жестоко. А Рональда вообще косой обделили. Интересно, как хоть этот электровеник выглядит.?Но начальница СДНС достала из сумки вовсе не электровеник, а здоровенную книженцию с металлическими вставками. ?Карамзин. ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА РОССИЙСКОГО?.По совершенно мне непонятной причине Горыныч уселась на пол и разразилась диким хохотом.?-Так, начали смеяться – закончили смеяться. А теперь бежим отсюда!?Мы бежали и бежали. Куда-то сворачивали, где-то прятались. Я не помнил, где выход из этого лабиринта… А сотрудники не желали отставать. Сзади я слышал странные голоса, повторявшие одно лишь слово – ?Зарплата?. Помогите… Они ж меня заживо съедят. И ладно меня, мы же сгинем с остальными жнецами. Правда те не желали умирать.Анька размахивала Карамзином, как пионер флагом, отшвыривая в разные стороны отделкадровцов. Горыныч отбивалась ножиками. Но потом быстренько их убрала, когда случайно отчекрыжила Греллю часть шевелюры. Ти Спирс попытался на бегу пожать ей руку, не получилось, упал, устроил маленький погром… После этого нога Рональда, бежавшего сзади, вдруг стала отличаться небывалой гибкостью во все возможные стороны. Как говорилось в доброй и исключительно детской игре Сиэлюшки: лишенный ноги пройдет только половину пути…Наконец, мы свернули в тупик. Отделкадровцы приближались… Да уж, отсюда они вполне похожи на выпускников фиолетового дортуара. Хотя многие из них и так оттуда выпустились.?Анька выругалась суровым русским матом, который подробно описывал прошлое отдела кадров, его приниженное состояние на сегодняшний день и его еще более плачевное будущее. От кого я не ожидал такого – так это от нее. Ти Спирс потребовал перевода. Как ни странно, он последовал. Вот от Горыныча я такого точно не ожидал, пусть даже – на английском. У Сатклиффа отвисла челюсть, а Спирс хлопнул себя по коленям и радостно воскликнул:-Вот, теперь все понятно!?-Начальничек… От нас ничто не скроется… Даже ангел не смог преодолеть наших мухоловок – и одна особенно жирная сотрудница указала на длинные, свисающие еще с потолка верхнего этажа, мухоловки. Помимо мух, на них красовались еще и белоснежные ангельские перья.Мухоловки отдела кадров. Даже ангелы не устоят. Звучит… Стоп. Анжела, или Эш, должно же ведь оно куда-то деться. И ориентируясь по перьям на мухоловках мы могли бы добраться до выхода…-Эх… - вздохнул я – Если бы мы только могли их отогнать и выбраться из тупика… Тогда бы спаслись…-Вообще-то я могу это сделать – сказала Горыныч. – Но…-Что но? Это наш шанс к спасению! – вскрикнул Рональд.-Да… Просто… Закройте уши.-Зачем?-У меня не очень музыкальные вкусы – вздохнула она. – Совсем не очень. А пою я еще хуже. Вот. Да, у меня полно различных талантов. Но пение – это совсем не мое. Так глупо, но у меня нет ни слуха… ни голоса…Любая положительная героиня, особенно если это – Мери Сью должна уметь хорошо петь. Не то что хорошо, голосом очаровывать… Я себя фактически Сьюшкой в фанфах изобразила, а этой, главной Сьюшкинской черты передать так и не смогла… Не умею… Вот.-Да пой ты уже! – фыркнула Аня.-Хочешь, я спою – радостно поинтересовался Сатклифф.-Нет Грелль, у тебя классный голос… Чтож, я предупредила.?-Давай быстрее, они приближаются – поторопил я.-Ну… Как там тот волк говорил? Вот и я тоже. ЩАС СПОЮ!?И она запела. В жизни не слышал противнее голоса. Это не горловое пение, а кишковое! И песня была до жути депрессивная. Про колодец. Так и захотелось утопнуть.-Прям на ?Титаник? захотелось - простонал Рональд – Даже вместе с этим! – он указал на Грелля.-Ну и ты не Себастьянчик! – возмутился Сатклифф – Ой, Уилли, прости, ты же ревнуешь!-Сатклифф… Я… Я вас…-Порубишь на мясные кубики? – спросила Анька.-Именно так! – и Ти Спирс гордо поправил очки зубочисткой.Горыныч все пела. Сотрудники мои явно такого не ожидали. Они затыкали уши, падали на пол, бились в конвульсиях. Мы же успели отойти от шока, выскочить из тупика. Так, вот они, клейкие мухоловки. Так, судя по перьям, ангел летел направо. Что ж, надеюсь, он нашел выход!Час спустя.Это не ангел, это пьяный заяц, свалившейся с карусели. Или Ти Спирс, под действием компота оседлавший секатор. Или задепрессированный и непомерно радостный Клод. Да уж, это по какой траектории надо было лететь?! Горыныч взныла, что вестибулярный аппарат у нее не резиновый. Аня спросила, знает ли она, как он вообще выглядит. Сама похвасталась, что знает, но так и не описала. Сатклифф вешался то на Ти Спирса, то на Рональда с криками ?держи меня семеро, у дамы головошатание?.?-Пить надо меньше! – шипел Ти Спирс – Особенно – моего компоту.-Особенно – в твоем интересном положении – добавлял Рональд.?Я одуреваю! Они еще разговаривать умудряются…И тут я увидел дверь. Настоящую дверь. Райские врата, ешкин кот! Даже словеса над ней огненные были, ?ЗАПАСНОЙ ВЫХОД?.Мы выскочили на улицу. Отделкадровцы выйти не смогли, они боялись света. Воистину фиолетовый дортуар…?А света здесь было предостаточно. ?Сначала я подумал, что это ловушка ангела, та самая, с белыми перьями. Но никакая это была не ловушка.?-Снег – бухнулась Горыныч на колени – снег, настоящий!-О, и до вас он, наконец, докатился – улыбнулась Анька – У нас в Сибири он уже давно… Ах ты ж! Снежками она кидается! Ща я в тебя тоже снеговой кубик запущу.?Сатклифф весь просиял.-Ну все, Уилли, я тебе отомстю, и мстя моя ужасна! – и очки Ти Спирса вмиг оказались залеплены снегом. Красноволосый, радостно кудахча, запрыгал на одной ноге. А потом его осыпал град снежков, так как к мстившему Спирсу присоединился Рональд.Я уже запутался, кто кому мстил. Горыныч посадила Ти Спирса в сугроб, Рональд зачем-то засунул мне ледышку за шиворот… А Сатклифф гаденько хихикал. Сам виноват… Одна Анька ни на кого не нападала, а радостно отбивала снежки Карамзином.?Мы ж взрослые люди… Эти-то вообще – старички, их возраст уже давно веками измеряется. Да и мой, кстати, тоже.?Тут я увидел на горизонте силуэт. Он становился все крупнее и крупнее. Это был человек, кативший недюжий снежный ком. Он бубнил себе что-то под нос. Вскоре он подошел ближе – и я смог отчетливо расслышать слова.-Э-хе-хе, яки моложежь игрища устроила… Э-хе-хе