Часть 3 (1/1)

Бастион впрямь походил на маленький гарнизон под хмуро нависающим каменным небом. Нашлось здесь и здание казарм с ровными рядами железных брусьев для подвесных коек, и кузня с огромным закопченным горном и чудовищных размеров наковальней, и армейская кухня, и помещение штаба с залом общих совещаний и отдельными покоями старших офицеров.Успевший везде сунуть свой нос Рудольф наткнулся на пару толстенных, окованных позеленевшей бронзой фолиантов, посвященных тактике подземных войн и описанию двергского вооружения. Страж так и эдак прикидывал, как бы запихнуть огромные книги в вещмешок и впал в неподдельное отчаяние, поняв, что находку придется бросить.— Орзаммарские Хранители отсыплют за каждую верные полсотни марок чистым золотом! — стенал он. — А то и тыщу, если поторговаться как следует. Слушай, я выкину бекон, он все равно заплесневел? Вот и освободится местечко под книги, а?— Тогда ты точно не умрешь голодным, грызя гранит двергской науки.— Послал же Создатель зануду в напарники, — сплюнув, Рудольф ушел на скору руку мастерить тайник для книг в жерле кузнечного горна. Йонге зарисовал расположение построек в Бастионе, прикинул направление дальнейшего движения. Прямо на восход (за неимением других ориентиров приняв направление, в котором наклон пещер постепенно понижался, восходным), миновать два тупиковых прохода и кольцеобразную развилку, потом уклонение к полуночному восходу. Судя по квадратным очертаниям, дальше их ждут три или четыре рукотворных залы — склады, мастерские, жилые помещения или укрепленные посты. Можно разбить лагерь и перевести дух, прежде чем углубляться в лабиринт заброшенных штолен, внезапно обрывающихся галерей, световых колодцев, провалов в неизвестность и стершихся участков. Особые надежды Йонге возлагал на два прохода, помеченных значками ?Верхнее сияние? и ?Тропа защитников?. Если они окажутся не заваленными и достаточно широкими, у них появится шанс пробить дорогу к солнечному свету. Или к шквалистому ливню на Штормовом побережье, все едино, лишь бы не успевшие опостылеть подземелья.Обогнув замерший в своей бессмертной неподвижности Бастион, напарники двинулись дальше по широкому, облицованному золотисто-серым с тончайшими прожилками лириума камнем туннелю. Рукотворные светляки Йонге отражались в выпуклых боках медных труб и отполированных до зеркальной гладкости световодах. На перекрестке они миновали неоконченную статую кого-то из гномских Совершенных — выступавшую из массива дикого камня массивную фигуру дверга со вскинутым боевым топором. Мастер тщательно обработал детали клепаного доспеха и чеканку на нагруднике, но не успел приступить к шлифовке физиономии. Она так и осталось гладкой маской с едва намеченным носом, уступом лопатообразной бороды и провалами глаз. Впрочем, с точки зрения людей все монументы двергов были на одно лицо: угловатое, из сплошных изломов, едва проглядывающее меж нахлобученным шлемом и воинственно торчащей бородой.Йонге остановился, прикрыв глаза и более полагаясь на слух, чем на зрение, и внимая мельчайшим вибрациям посоха.— Стая, — шепотом выдохнул он.— Ага, — закивал Рудольф. — Большая. Шагов двести или триста до нее.— Грызутся.— Обойдем или подкрадемся ближе, перебьем уцелевших?— Не обойти, единственная дорога.— Хреново, — мрачно констатировал Страж.— А мы мелкими шажками вдоль стеночки, под спасительным покровом незримости.Рудольф зыркнул на напарника:— Если ты, сука такая, опять смолчишь, что невидимость давно вышла, и будешь гадски хихикать над товарищем в кулачок, я из тебя отбивную сделаю.— Я думал, ты давно научился различать, когда покров есть, а когда его нет, — оскорбился Йонге.— А я думал, запас твоих дурацких шуток давно исчерпался. Колдуй давай. Да старательно, а не на отъебись!— У меня такое чувство, будто я снова сдаю экзамен на звание младшего ученика, — пожаловался каменному Совершенному магик. Дверг остался равнодушен к чужим страданиям.Покров невидимости ощущался на коже как легкая, чуть стягивающая корка морской соли, окутывая доспехи, оружие и снаряжение путников едва заметной глазу паутинкой, переливающейся лазурным и изумрудным.— Резких движений не делать, — на всякий случай еще раз терпеливо повторил Йонге. — За меч не хвататься, гарлоков в задницу не пинать. Течь водой, прикинуться камнем.— Ой, да помню я, — отмахнулся Страж.— Тогда шагай. Нет, еще медленнее.Прижимаясь спинами к выступам квадратных массивных колонн и пластаясь на прямых участках стен, напарники просочились в высокий сводчатый проем. Здесь уже отчетливо различалось месиво звуков, испускаемых порождениями Тьмы — низкое похрюкивание генлоков, басистый, хриплый рык гарлоков и тонкий, ввинчивающийся прямо в уши визг крикунов.Суд по воплям, лязгу оружия и мечущимся по стенам теням, стая быстро приближалась.Еще пара ударов сердца — и многорукий, многоголовый, истошно вопящий ком ввалился в зал, с грохотом скатившись в широкое углубление давно высохшего водоема посредине. Падение расшвыряло тварей по сторонам, но спустя мгновение они снова были на ногах и готовы к бою.Приземистые, на коротких искривленных ногах и с длинными, порой многосуставчатыми конечностями, закованные в грубой работы доспехи багровых оттенков, с оскаленными пастями, распяленными в яростном вопле — злобные дети Тьмы, потомки плененных и оскверненных людей, гномов и долийцев. В воздухе мелькали зазубренные топоры, тяжелые мечи с пламенеющими лезвиями, крюкообразные секиры. Брызгала кровь — темная, густая, ядовитая сукровица, отравленная Скверной, способная при попадании в рану превратить любое разумное существо в одержимого жаждой смерти вурдалака.Три или четыре десятка тварей — Йонге пытался их посчитать, но сбился в непрерывном мельтешении угловатых, уродливых тел, шипастых наплечников и шлемов, увенчанных костями поверженных противников — скопом атаковали одного из своих. Особь смахивала на молодого огра, на две-три головы превышая рослого человека, а атлетическим сложением не уступала массивным кунари, Железному Быку и леди Инквизитору.С поразительным проворством и хладнокровием кроша сородичам черепа и взрезая глотки, тварь проложила себе дорогу к стенке бассейна, ухватилась за край и боком взлетела над урезом.В бою странное чудовище не голосило, как прочие порождения, и снаряжение его было не в пример лучше. Йонге успел углядеть наглухо закрытый шлем, гладкие закраины необычной работы легкого доспеха и молниеносно снующее туда-сюда двулезийное копье с кривыми зацепами у наконечников. Выпад — нахрапом прущий вперед гарлок отлетел с зияющей пробоиной на месте глаза, круговой замах — парочка метивших сигануть на спину противнику крикунов с визгом разлетелась в стороны, молотя подсеченными ногами, косой удар с потягом — по воздуху эффектной дугой пролетела отрубленная лапища генлока-чародея с еще трещащими между пальцами синими искрами прерванного заклятья молнии.Лихо провернувшись на месте, огр-недомерок вонзил зацеп копья под закраину наплечного доспеха особо рвущегося в схватку гарлока, силой инерции швырнув его навстречу волне лезущих из водоема тварей. Вскипела мгновенная свалка, порождения с воем и клекотанием отшвыривали друг друга, карабкаясь по головам и стремясь не дать противнику улизнуть. Напрасно — огр в глухом шлеме прорвался к арке, на миг обернулся, презрительно ухнув через плечо, и исчез в темноте переходов. Вопя, улюлюкая, рыча и скрежеща, малость поредевшая свора ринулась следом, бросив недобитых сородичей дергаться в агонии.— Сиськи Андрасте, это что такое сейчас прошмыгнуло? — обрел дар речи Рудольф. — Ты тоже его видел, да? Мне не примерещилось?— Огр? — Йонге с силой пнул напарника локтем под ребра, намекая на необходимость двигаться.— Не, огров я видывал пару раз, — потряс головой озадаченный Серый Страж. — Они куда выше и поперек себя шире, а в бою не так поворотливы. Этот скакал, что твоя бешеная блоха, а копьецом финтил так душевно, я аж передернул. Ох, терзают меня скверные предчувствия...— Это какие именно, не поделишься?— А что, если... Если сюда заявился эмиссар? Выходец из новой разновидности нечисти, которую пытался разводить тот поганый демон по прозвищу Архитектор?— Его ж вроде прикончили, — нахмурился Йонге. — Ваша ведьмачья братия его и достала, на Глубинных тропах под Амарантайном.— Насколько мне известно, Страж-командор провел несколько больших облав, — медленно протянул Рудольф. — Я в то время был... здорово занят в другом месте, а потом сбежал Корифей и полыхнул Пятый Мор. Сам понимаешь, стало малость не до того. Только между нами — никто из Стражей не приволок в Вейсхаупт оттяпанную башку Архитектора. Никто и никогда не заикался, якобы убил его и бросил труп на поживу личинкам. Он по-прежнему шароебится в глубинах. И наверняка выращивает себе новых дружков — разумных, обладающих речью и умением соображать.— Ой-вей, — передернулся магик. — А с чего ты счел эту тварь эмиссаром?— Шустрый. Явно сметливый. Не похож на остальных, — Рудольф плавно, стараясь не сбить покров невидимости, вытянул руку и начал загибать пальцы. — Дрался со своими. Это ж явная грызня за лидерство. Вырежет здешних вожаков и станет местным альфой. Кто знает, вдруг ему потом втемяшится в башку поискать могилку очередного Старого Бога и как следует осквернить ее? И во имя поганых замыслов Архитектора сколотить новую Орду, прогуляться с дружеским визитом от океана до океана?— Твою-то мать, — Йонге прикинул возможную вероятность развития событий и мысленно взвыл: — Инквизитор должна как можно скорее узнать об этом.— Не-а.— Что значит — ?не-а??Напарники переглянулись. Серые до прозрачности глаза Рудольфа Вебера сияли холодным охотничьим азартом.— Мы его шлепнем, дружище, — бодро заявил Страж. — Я и ты, два героя, непобедимый союз силы и магии. Выследим, изловим, выпотрошим уродливую тушу и набьем чучело. Поставим в приемной зале Скайхолда на радость леди Хиире и всем добрым людям.— Руди, ты спятил, — убежденно заявил Йонге. — Может, ты не заметил — вокруг нас до хера разъяренной нечисти. Наша миссия — оглядеться, разведать и быстренько улизнуть. У нас жратва скоро закончится, сам говорил!— Вернемся в зал, где они дрались, — гнул свое Рудольф, с легкостью пропустив разумные доводы напарника мимо ушей. — Я встану на его след. Его гонит целая орава нежити, скоро к ней наверняка присоединятся другие стаи. Мы пойдем за ними. Выждем миг, когда он ослабнет, и нападем. Это не займет много времени. Дня три, самое большее — четыре. Мы продержимся, Йонге, а это гад — нет. Каким бы лихим и живучим засранцем он не был, непрерывные атаки местных ублюдков его доконают.— А если нет?— Йонге, ты нахрен маг или сроду так? — набычился Рудольф. — Рядом скачет мерзость, способная развязать Шестой Мор, а ты предлагаешь бежать с докладом к начальству?Йонге замешкался с ответом. В скверные годы Инквизиция приняла их, изгоев, под крыло, не задавая лишних вопросов, обороняя щитом своего грозного имени и требуя взамен лишь одного — верной службы. Магик всецело одобрял методы леди Хииры и ее вдумчивый подход к решению любых проблем. Что бы сказала кунари? Раз загадочная тварь скрывается на Глубинных тропах уже невесть сколько времени, она вполне может обождать месяцок-другой. Тщательный сбор сведений неизмеримо важнее немедленных и необдуманных действий, чреватых непредсказуемыми последствиями. А вдруг сейчас зарождается головокружительная, невероятная возможность — вступить в переговоры с разумным представителем порождений Тьмы? Да и преследовать такое опасное создание лучше не вдвоем, полагаясь на удачу. Учинить настоящую загонную охоту с участием Серых Стражей, храмовников и союзных гномов, привычных к сражениям в темных пещерных лабиринтах.— Да, — отрезал Йонге. — Именно это я и предлагаю. Этот огр, генлок, эмиссар или кто он там есть, никуда не денется. Мы не помчимся за ним сломя голову, а спокойно закончим нашу миссию и поищем выход наверх. Понимаю, тебе кровь из носу хочется взять верх над Быком. Он в одиночку сразил дракона на Изумрудных могилах, а ты пока нет.— Драконы здесь совершенно не при чем!.. — в горячке спора Рудольф сделал шаг назад. Большой коричневый валун неправильных овальных очертаний, сотни лет мирно пылившийся у стены, выбросил длинную кожистую шею с воронкообразной, набитой мелкими зубами пастью. Пасть с хрустом сомкнулась на сапоге Рудольфа чуть выше щиколотки.— Чтоб тебя вспучило, — Страж нанес короткий, колющий удар мечом сверху вниз, пробив хрустнувший череп твари и отшвырнув сучившую задними лапами тушку глубинного охотника в сторону. — Сапог порвал, сволочь. Хороший сапог, носить еще и носить...— Руди, — предостерегающе окликнул Йонге, ощутив, как истаивает паутинка невидимости. Где один затаившийся глубинный охотник, там и вся стая неподалеку. — Руди, покров!— К демонам покров, нас учуяли!Разбросанные на полу камни шевелились, вскидываясь на короткие толстые лапы и поводя гусеобразными шеями. Еще мгновение, прежде чем подгорные отродья возьмут разгон и слаженно ринутся в смертоносную атаку. Подскакивая до половины человеческого роста, метко плюясь разъедающим металл и кожу ядом, и вырывая клочья всего, до чего сумеют дотянуться.Йонге метнул в мелких шипящих тварей плотно закрученный сгусток огня, развернулся и бросился наутек. Нет бОльшей глупости, чем попытка одолеть стаю глубинных кровососов. Мелкие, проворные, кровожадные, они набегают со всех сторон и наваливаются на жертву стаей, кромсая длинными изогнутыми когтями даже толстенную шкуру бронто. С обитающей на Глубинных тропах клыкастой мелюзгой не рискуют связываться сами порождения Тьмы, что косвенно свидетельствует в пользу их ограниченной разумности...Рудольф, скрючившись вдвое, головой вперед юркнул в узкий, темный проход. Магик прошмыгнул за ним, чуть не запнувшись о вставший поперек прохода посох, обернулся и отправил несущейся вдогонку стае второй огненный подарочек, побольше и пожарче. Сзади заверещали и истошно завопили, ноздри обдало мерзкой вонью горящей заживо плоти.— Оторвались? — на бегу проорал напарник.— Не знаю! Беги! — гроздь чародейских звезд заструилась над головами людей. Лаз круто повернул, потом еще раз, верещание и визг глубинных охотников отдалились — добыча оказалась слишком кусачей и шустрой. Под ногами масляно блестели лужи, в которых копошились мелкие безглазые твари, каменные стены мимолетно искрились вкраплениями слюды.Пол внезапно нырнул вниз. Рудольф перебросил меч в обратный хват, тормозя пятками и стараясь не потерять равновесие. Они снова повернули, следуя прихотливым изгибам туннеля, Страж раскинул руки крестом, упираясь в стены. Йонге боком врезался ему в спину, ощутив твердые сочленения доспеха и жесткость перекрещенных ножен. Рудольф сдавленно крякнул — впереди гостеприимно зияла пустота.— С-спасибо... — выдохнул Йонге.— С тебя причитается, — Страж опасливо высунулся наружу. Оранжевые огоньки парили над ним эдаким веселеньким цветочным венком. — Ага, вижу лестницу. Придется прыгать, но где наша не пропадала, — он сиганул вниз, на удивление мягко и почти беззвучно приземлившись на каменной площадке.