Глава 8. Когда никто не знает. (1/1)

Установить камеры оказалось довольно простым делом: Мегами любила сидеть справа от места во главе стола, и мне нужно было просто выбрать такие ракурсы, откуда теоретически открывался обзор на неё.Я ограничился тремя камерами, потому что считал, что использовать все пять?— это уже чересчур. Оставшиеся две я спрятал во внутренний карман своей школьной сумки, рассчитывая воспользоваться ими, когда понадобится.После нашего небольшого предприятия мы решили разойтись по своим делам, чтобы не вызывать лишних подозрений. Куша направился в научный клуб?— он решил как можно скорее начать изготовление новых пластин; я же пошёл в аудиторию, чтобы подготовиться к урокам и попытаться спланировать, что же делать дальше.Открыв дверь в свой класс ?1-2?, я обнаружил, что там уже сидели две девочки. Что удивительно, одна из них училась не в нашем коллективе, кроме того, обе они не были ранними пташками. Пробормотав приветствие и получив в ответ пару кивков, я сел за свою парту и положил голову на скрещенные руки, сделав вид, что сплю.Обе девочки имели довольно заплаканный вид, и перед тем, как я вошёл в помещение, они явно что-то обсуждали. Мне хотелось узнать, что именно, так как ещё с приютских времён я уяснил, что информация равняется сила, и, быть может, те крупицы сведений, которые сейчас казались незначительными, в теории могли пригодиться позже.Девочки были красивыми, и они обе знали это, стараясь подчеркнуть свою внешность так, чтобы это не шло вразрез с жесткими школьными правилами. Одна из них?— моя одноклассница Роншаку Мусуме?— на обоих запястьях носила браслеты из ярко-голубых бусин, пользовалась туалетной водой и привесила на школьную сумку брелок с пластиковыми цветами лазоревого цвета. Вторая?— её подруга Мурасаки Кашико, учившаяся в параллельном классе,?— надевала на руки резинки для волос, а в причёску вставляла шпильки с блестящими фиолетовыми камушками.?— Это уже чересчур, понимаешь? —?прошептала Мусуме, всхлипывая. —?Что мне теперь делать??— А ты пробовала рассказывать учителям? —?тихо спросила Кашико. —?Или сразу завучу. Он ведь должны помочь!?— А что если они обвинят нас? —?голос Мусуме едва не сорвался. —?Что если они решат, что мы такие же, как те??— Но… —?Кашико ахнула. —?Думаешь, нам не поверят??— Конечно, нет,?— прорыдала Мусуме. —?Пусть мы их и не били, но мы были там, стояли и смотрели… Что же теперь будет??— Мы ведь не такие, как те,?— едва прошелестела Кашико. —?Ну, да, сначала было весело посмеяться над теми лузерами, но то, что началось потом,?— это ужасно. Может… Слушай, а что насчёт школьного совета? Может, им расскажем??— Кидзугучи и остальные сами к ним пошли,?— ответила Мусуме дрожавшим голосом. —?Я видела, как они заходили в комнату совещаний?— туда, где совет сейчас, ну, ты знаешь. Потом они вышли и в коридоре обсуждали, что им сказали, а я спряталась за угол, чтобы послушать. Короче, эта Сайко Мегами отказала им в помощи, представляешь? Она им сказала, вы, типа, слабаки, вот сами себя и защищайте. А если мы туда пойдём, что она нам скажет? Нас они вообще слушать не станут!?— Это точно,?— Кашико глубоко вздохнула. —?Какой ужас…Вдруг послышался звук открывшейся двери, и девочки сразу же замолчали. До моих ушей донеслись голоса нескольких людей.Я медленно распрямился и, потянувшись к сумке, достал учебник.Я прекрасно понимал, о чём именно говорили эти девочки: у нас в школе, в старших классах, училось несколько не самых приятных человек. Дети богатых родителей, они привыкли, чтобы всё шло так, как хотят только они, и никак иначе. Они выбрали себе жертв?— группку первоклассников, тех самых, которые приходили к совету и просили помощи. В тот день отсутствующую Куроко замещала Мегами, которая им отказала довольно в резкой форме, и бедняги ушли, так и не добившись ничего.Эти унижаемые?— несколько ребят-первоклассников, одним из которых был мой одноклассник Кидзугучи Умеджи,?— пытались жаловаться учителям, но виновники, пользуясь властью и влиянием своих родителей, постоянно избегали наказания.На первый взгляд, эта ситуация казалась безвыходной, но наверняка помочь им могли. Если бы кто-то сильный и смелый взялся за этих негодяев, то тогда…Я замер и потёр подбородок.Такой человек имелся, причём довольно близко.В нашем классе училась девочка по имени Осоро Шидесу?— отпрыск довольно бедной семьи, где было трое детей и мало денег. Она поступила в дорогую старшую школу на бесплатное обучение по спортивному гранту?— она занималась несколькими видами единоборств. Однако уроки Осоро посещала редко, потому что работала в одном из тренировочных залов в соседнем крупном городе, поэтому её успеваемость была довольно низкой, но исключать её не торопились, так как она являлась призёром соревнований по боксу и муай-тай.Эта девочка мало с кем общалась, что неудивительно: в школу она почти не ходила. Но как-то раз она пришла в школьный совет для того, чтобы официально отказаться от предложенного ей членства в клубе боевых искусств, и тогда я впервые разглядел её вблизи. Помню, меня крайне впечатлило её некрасивое, но волевое и решительное лицо с резкими чертами и разлатыми бровями, часто сдвинутыми у переносицы.?— Я не буду клоунессой на угоду школьному правлению и их пажам,?— сурово обрубила Шидесу в ответ на вопрос Куроко о том, почему она не хотела вступать в клуб. —?Драться я стану только тогда, когда найдутся люди, которым всерьёз понадобится моя помощь.И она гордо вышла из зала заседаний, хлопнув за собой дверью.После этого случая моё любопытство разыгралось, и, взломав электронный архив, я отыскал личное дело Осоро Шидесу. В анкете она указала, что выше всего ценит справедливость и её восстановление, при этом ненавидит издевательства.Если бы Осоро ходила в школу почаще, она бы узнала о том, что здесь творилось, и защитила бы бедняг, но увы: с её графиком посещаемости это переходило в разряд фантастики. Если только кто-нибудь не рассказал бы ей об этом и не посоветовал бы вступиться за тех, над кем издевались…Я помотал головой и начал листать учебник.Ну уж нет. Из приюта я вынес один важный жизненный урок: лучше не высовываться и не лезть туда, куда не просят. Донкихотство ещё могло выйти мне боком, особенно учитывая то, что задиры все поголовно были из богатых и влиятельных семей, а я же являлся никому не нужным сиротой.И если даже всё сработает, избалованные золотые детки могут узнать о том, что я причастен, и тогда мне конец.Но не стоило забывать, что в мире компьютерных технологий я был практически богом. Почему бы не попытаться хотя бы установить на телефон новую улучшенную версию разработанного мною мощного анонимайзера, а потом отослать сообщение?..Промучившись несколько минут, я всё же решил сфокусироваться на уроке и до обеда не вспоминал о несчастных обижаемых. А на большой перемене, стоя в очереди в кафетерии, я принял чёткое и окончательное решение не вмешиваться в конфликт между задирами и унижаемыми. Я планировал установить обновление программы-анонимайзера на телефон: она нужна была мне для достижения другой цели.Сидя с Кушей за столом, я то и дело поглядывал по сторонам, пытаясь применить на практике сведения, выученные из книг о поведенческой психологии. Школьники куда проще взрослых?— они более искренни по природе, более эмоциональны, менее сдержанны, поэтому разгадать их намного легче.Вот, например, один из центральных столов. У одной девочки был день рождения, и она накрыла для всех в кафетерии, щедро угощая соучеников домашней выпечкой. Я знал именинницу?— моя одноклассница Амаи Одаяка, член кулинарного клуба и настоящая кудесница на кухне. Её все считали доброй и милой, но лично мне так не казалось: у симпатяшки Одаяки был крутой нрав, и она могла вспылить из-за сущей ерунды, правда, предпочитала это делать так, чтобы её никто не видел, а жертвами выбирала занимавших положение ниже её. К примеру, я сам видел, как она накричала на Кидзугучи Умеджи?— того самого первоклассника, который страдал от унижений. Он стоял, опустив голову, а она шипела на него, как раздраженная кошка, стараясь не слишком повышать голос, а рядом с ними на полу лежал перевёрнутый поднос?— причина этого конфликта.Я молча наблюдал за ними из-за угла с минуту, а затем подошёл ближе и тихо спросил, в чём дело. Амаи зло глянула на меня, а потом её глаза скользнули к красной повязке члена совета у меня на плече, и выражение лица девочки тут же изменилось. Она улыбнулась и, указав на поднос, вежливо объяснила, что Кидзугучи толкнул её. Я подошёл ближе, поднял поднос (кстати, абсолютно пустой), подал ей и попросил Умеджи извиниться. Тот глухо пробормотал: ?Прошу прощения?, а потом быстро ретировался, ссутулив плечи. Амаи взяла у меня поднос, поблагодарив улыбкой, я посторонился, и она пошла дальше по своим делам.Эта небольшая, но довольно красноречивая сцена дала мне ясное представление о том, кто такая Амаи Одаяка на самом деле.Но далеко не все школьники носили многослойные маски: некоторые из них вели себя вполне искренне, а многие и вовсе не могли контролировать себя постоянно; то и дело социальные роли слетали с них, как шелуха с луковиц.?— Набираешь материал? —?спросил Куша, широко улыбаясь.Я перевёл взгляд на него и против воли вздрогнул: на его зубах был виден соус карри?— его любимого блюда.?— Вроде того,?— я отвёл глаза в сторону и потянулся за салфеткой. —?Сегодня после уроков займусь Мегами.?— Я тебя не тороплю, друг,?— Куша набрал полную ложку карри и отправил её в рот, зажмурившись от удовольствия. —?Я знаю: тебе можно верить.?— Ты не пожалеешь,?— я ухмыльнулся, промокнув губы салфеткой.Я знал, о чём говорил: после уроков я отправлялся в зал заседаний, где выполнял свою часть работы для совета, а потом уходил домой, так что у меня был шанс понаблюдать за Мегами и непосредственно, и через записи камеры.Однако это оказалось намного проще в теории, чем на практике: при мне Мегами вела себя скованно, а потому я, закончив свою работу, поспешил домой: мне нужно было настроить доступ к моей учётной записи и перекачать оттуда видеозаписи.Я не спешил, чтобы камеры успели запечатлеть побольше материала. Сходив за покупками, я сначала пообедал готовыми блюдами из местной кулинарии, потом убрался в квартире, сделал уроки и только затем сел за компьютер.Но начать я решил не с видео о Мегами, а с осуществления важной части своего плана.Мне хотелось сделать из помещения информационного клуба что-то вроде штаба, из которого я мог бы наблюдать за записями, которые транслировались камерами видеонаблюдения, которые я планировал разместить в стратегически важных местах территории школы. Передавать видео на мою учётную запись напрямую было рискованно, так как учительница информатики (и одновременно системный администратор Академи) могла проверить эти файлы, ведь у неё имелся доступ ко всем электронному материалу, а простой пароль она спокойно могла взломать. Кроме того, слишком много информации вело к повышенному объёму передаваемых данных, и не всегда было удобно проверять записи из дома.Я намеревался поставить там стол, два монитора, системный блок помощнее, повесить потолочные светильники?— в общем, оборудовать себе простенький, но функциональный кабинет.Понимая, что подобное предприятие было жутко рискованным, я, тем не менее, решил окунуться в это с головой, и такое поведение, обычно мне не свойственное, несколько удручало меня самого.Но давать задний ход было уже поздно.Я зашёл на сайт строительной компании?— я прекрасно помнил название этой фирмы, так как в совете не раз собственноручно помогал сводить и заверять заказные и договорные документы на реновацию кабинета. Добавить в заказ несколько предметов оказалось парой пустяков, от этого общая стоимость практически не изменилась, что неудивительно: кленовые панели на стены и окна вылились в целое состояние, и на их фоне простенький стол, пара мониторов и стул казались каплей в море.Замок я заказал отдельно, решив не доверять его установку кому-либо. Я плохо работал руками и довольно самонадеянно рассчитывал на помощь Куши в этом вопросе, но пока размышлять об этом было, мягко говоря, преждевременно: сначала необходимо раздобыть нужную информацию.И я, заварив себе чая, вошёл в свою учётную запись и приготовился к долгому и скучному процессу наблюдения и анализа.Потратив несколько часов на пристальное разглядывание каждого жеста наследницы Сайко, я испытал невероятное разочарование. Да, в моё отсутствие она вела себя куда более расслабленно и естественно, но я всё равно не получал достаточно нужной мне информации. Ей нравятся чёрный и белый цвета, она обожает французскую кухню, аромат духов ?Рина Ниччи? роскошный, в этом году сильно вырастут цены на электронику, так как редкие цветные металлы стали добывать меньше…Да, это было интересно и позволяло составить картину её личности до определённого предела, но никак не помогало мне в разработке стратегии в сведении её и Куши вместе. Тем не менее, я начал систематизировать информацию о Мегами, заносить её в отдельный текстовый файл.Она родилась двадцать восьмого декабря, в её жилах текла кровь первой группы, она занималась французским, айкидо, ходила на курсы бухучёта и базового программирования, предпочитала книги Джейн Остен и Мередит Митчелл, обожала стейки средней прожарки и лавандовую пену для ванн, общалась со своими подругами Куроко и Акане, а также друзьями Фредом и Масута, и мечтала занять кресло главы ?Корпорации Сайко?. К семейному предприятию Мегами относилась крайне серьёзно: уже сейчас она вникала во все хитросплетения экономики, биржевого мастерства и так далее, старалась понять все тонкости. Она хорошо училась, но не обладала особым богатством фантазии, что делало её сочинения сухими и не особо прочувствованными, однако по всем остальным предметам, кроме родного языка и литературы, она превосходила ожидания и уверенно обосновывалась в числе первых учеников школы.Но я так и не получил ни одной зацепки в вопросе о том, почему она не любила мужчин. Внимательно пересмотрев все материалы, я не заметил в её языке тела остаточных примет перенесённой травмы, значит, в этом вопросе она была чиста. Но раз травмы не было, откуда тогда эта андрофобия?В общем, видеоматериалы дали мне лишь несколько крупиц информации о Мегами. Этого явно недоставало для того, чтобы начать сводить её и Кушу, уже не говоря о том, что я понятия не имел, как вообще начать это предприятие.Удалив видео-файлы со своей учётной записи, я вымыл посуду, перекусил рисовыми крекерами с острым соусом и начал готовиться ко сну, решив, что времени в запасе у меня ещё предостаточно.А двадцать седьмого апреля я поспешил в школу пораньше: мне не терпелось навести порядок в помещении информационного клуба.Но, придя в Академи в семь утра, я застал там неожиданную сцену…