Глава XXIV: Крепость Каменного Древа. (1/1)

Доводилось и раньше Эйрелону слышать об этом месте, но никогда бы не подумал он, что своими глазами увидит Крепость Каменного Древа. Именно так звалась та самая крепость, в стены которой ныне лежал их путь.- Духи… Если и были они здесь, то покинули давно это место. Тихий, испуганный шёпот Вейи заставил содрогнуться Эйрела. Значит, нет у них надежды на то, что хоть один из жителей местных жив? Ведь не ушли бы духи, будь у них опора…- Земля молчит. Она как будто… отравлена? – неуверенно говорила Вейалтрил, в страхе по сторонам оглядываясь, - Не понимаю. Ничего не понимаю… Не она одна ничего понять не могла. Эйрелон прочной связи с духами, в отличие от сестры своей, не имел, но даже он мог ощутить нечто странное, тягучее, липкое, разливающееся в воздухе. Нечто, чему не мог бы юноша дать название, но, тем не менее, вполне реально существующее. Никогда не видел раньше Эйрел домов, сложенных не из дерева, а из камня: но именно таковы были все местные здания. При этом украшены они были поразительной красоты резьбой, и впечатление создавалось, словно мастера местные легко могли лепить из камня, точно из мягкой глины. Такая красота не могла быть создана без помощи духов природы… Почему же покинули они это место, столь совершенно прекрасное, вылепленное их же руками? Неожиданно громко прозвучал донёсшийся из-за одного из домов грохот. Столь не ожидали альвы услышать хоть какие-то звуки в этом городе, что разом замерли в тревоге. Что же сейчас покажется из-за угла? Из выживших кто-то – или нечто, что убило всех, внизу остававшихся?- Мне страшно, - отчётливо пролепетал Алейф, испуганно цепляясь за Эйрела. Лаэрит ни слова не сказала, лишь крепче прижала к себе сына. На лице девы написано было, что она в любой миг готова тому, кто на ребёнка её посягнёт, горло ногтями и зубами разодрать. Из-за дома показалась сгорбленная тощая фигура. Смутное облегчение испытал Эйрелон – столь жалкой казалась эта хрупкая фигурка, что не вызвала бы и мысли о том, что может опасной быть. То была бледная альвская женщина тридцати или около того лет от роду. Одетая в старые лохмотья, с немытыми светлыми волосами, она, казалось, была до крайности напугана. Не успел Эйрелон порадоваться, что нашли они выжившую, как встретился юноша глазами с ней – и содрогнулся. Пустота, смешанная с безумием – таким был взгляд её. Увидела Эйрела и она, после чего воскликнула:- Явился ты! Пришёл! Зачем вернулся?! Нельзя, нельзя!- Путаешь ты меня с кем-то. Не был я никогда здесь, - твёрдо проговорил юноша, надеясь к остаткам разума этой несчастной воззвать. Но не слушала она, бормоча:- Не должен ты приходить, нет! Не остановить. Разрушение – не подождёт оно. Оно идёт. Или пришло? Не знаю. Не знаю.- Она безумна. Что толку с нею говорить? – фыркнул Вираэль. Но что-то заставляло Эйрелона продолжать странный разговор этот:- Почему не должен? И о каком разрушении ты говоришь?- Думаете, четырёхглавый дракон – зло?! Четыре головы его движутся, и сюда их путь направлен. Или нет? Неважно! Остановить?! Безумие! Отсрочить… Неизвестно, что хуже – разом сгинуть или умирать медленно, а?! – сорвался голос безумной женщины на крик, - Там госпожа, там она. В крепости ждёт, у мёртвого древа. Тяжело вздохнул Эйрелон: понять ход мыслей сумасшедшей не удавалось ему.- И что делать с ней? – поинтересовался Вираэль, - Как считаете, может она быть опасной? Покачал головой Лигнивир:- Сомневаюсь. Что может сделать она? Безумная дева, кажется, внимания на альвов больше не обращала: на землю сев, она голову руками заслонила, точно пыталась спрятаться, и твердить принялась:- Меня здесь нет, нет, нет, нет меня! Не видите вы меня! Не видите! И я вас не вижу, не вижу… Затем, подскочив на месте, бегом бросилась она прочь, и скрылась из виду в лабиринте каменных домов.- Да что же здесь произошло?! – звонко воскликнула Нэрита, по сторонам оглядываясь. Но больше из домов не доносилось ни звука: видимо, единственной обитательницей города на вершине горы осталась убежавшая женщина.- Не знаю я, что здесь произошло, - задумчиво протянул Рэнон, стараясь не выдавать тревоги своей, - Но я думаю, что стоит нам в крепость отправиться.- В крепость? – переспросила Алаэсиль. Кивнул старик:- Да. Сказала она, что госпожа ждёт у мёртвого древа. Быть может, сестра моя ещё там?- А что это за мертвое древо? – дрожащим голосом спросил Алейф: видно было, что хоть и страшно ему, но он изо всех сил борется с любопытством своим. На вопрос его ответила Вейа:- Рассказывали мне, что есть у некоторых кланов традиция: из камня, дерева или металла, а иногда и разом из всего, высекать огромную статую, дерево с голыми ветвями изображающую. И всякий раз, как рождается в этом племени ребёнок, кусок пергамента с именем его привязывают к ветвям, чтобы представить разом духам всего мира. Это дерево – нечто вроде глаз и ушей духов земли и небес: корнями оно стоит на земле, а ветви его уже принадлежат к миру иному… Примолкла Вейалтрил, и немудрено: приблизились альвы к подъёмному мосту, что в крепость вёл. Мог лишь со странною смесью восхищения и тревоги смотреть на это поразительное сооружение Эйрел: не понимал он, к чему нужно строить подобные монументы. Ведь жить можно и в обычных хижинах, и вряд ли намного удобнее в таких вот каменных палатах обитать. Слишком велики они: если и жить в таких, то всем кланом, а не по одиночке. Но доводилось Эйрелону слышать, что обычно в схожих крепостях, иные из которых даже и больше в разы будут, обитают лишь малые семейства правителей людских. Наверное, жутко неуютно им чувствовать давление этой толщи камня… Даже не верится, что построили эту крепость не люди, а альвы.- Если начнётся война, - оценила положение дел Нэрита, - Думаю, крепость выстоит. Недовольно покосился на свою дочь Лигнивир, словно замолчать её призывая. Не согласен был с ним Эйрел: к чему от беды укрываться, если всё равно она явится? Не выход это совсем. Да и разве ещё сомневается кто-то, что удастся конфликта с местными правителями избежать?- Ну… Пойдёмте? – неуверенно произнесла Вейа, ступая на подъёмный мост и к открытым воротам, во двор крепости ведущим, направляясь. Алейф вцепился в руку Эйрелона: страшно было бедному ребёнку. Слегка погладив дрожащую ладонь, направился Эйрел следом за своей сестрой, надеясь, что теперь-то получат они ответы на свои вопросы. Молчаливая крепость не отреагировала на вторжение, равнодушно глядя на толпу перепуганных альвов, осмелившихся потревожить её покой.