Глава 7. Принц Идивминет, или Опергруппа, по коням! (1/1)

— Девочки... — сэйлор Ларин чувствовала, что выглядит глупо, но останавливаться было уже поздно, да и как-то не по-пацански, точнее — не по-сэйлорски. — Давайте вместе вмажем этой суке, чтоб летела, как футбольный мяч над стадионом!— Как Олимпийский мишка, — поддержала Волков, придвигаясь поближе, и запела, отчаянно фальшивя: — До свиданья, наш ласковый миша, возвращайся, откуда приле-е-ез!— Как молитва над минаретом, — вздохнула Казанова, а в ответ на недоумённые взгляды пояснила: — Бывала я... в разных местах.Сэйлор Соловец усмехнулась, становясь плечом к плечу с остальными:— Как сплетни по селу, где тёща живёт. Быстро и без остановок.— Ну, в общем, шоб отсюда и до покуда летится, — подвела итог сэйлор Дукалис.Такседо Настя промолчал, просто вылезая из разбитого окна и разминая кисти рук, чтоб розы легче бросались. Рядом с ним так же молча, проверяя рабочий жезл, встала сэйлор Плутон.— Глупо получилось, — констатировала она, закончив проверку.— Угу, — а что ещё можно было ответить? В прошлый раз тоже получилось... не слишком умно. Тогда принц Эндимион поступил как натуральный Идивминет. Ведь знал же, что в королевстве творится какая-то хрень! Но, как наивный ребёнок, с головой ушёл в дела амурные, счёл службу безопасности надёжной, а охрану крепкой. Ну и поплатился. Права сэйлор Казанова, кругом права: уж оружие-то он мог прихватить!Конечно, в Лунном королевстве не слишком жаловали пришельцев с Земли с оружием, но его бы пропустили. В конце концов, не хрен подзаборный, а жених единственной королевской дочки!Может, смог бы... ну, не остановить толпу, но хоть сбежать с возлюбленной. Сэйлор-воительницы были готовы их прикрывать до последнего... собственно, они и прикрывали...Да, глупо получилось. А теперь ещё глупее.Такседо Настя нехорошо усмехнулся, меряя взглядом расстояние от собственных манжет до крестообразного шрама на уродливой башке Хэвиметаллии. Конечно, надежды маловато, но если постараться, то может и сработать.Что он теряет? Отступать ведь некуда, как и тогда. Лунную принцессу не уберечь, как и тогда. Но вот не пустить Хэвиметаллию дальше, отправить её в небытие... можно попробовать. Чем чёрт не шутит?— Лунный кумар Меркурия, трижды усиленный и подкрашенный, в бой! Просто добавь воды! За все девичьи слёзы!— Злой дух, пшёл нахер! Во имя пламени страсти... О, а я уже привыкаю пургу нести...— Водичка, говоришь? Гром Юпитера, давай-ка по этой водичке в бой, во имя законов физики и любви, раз уж без неё никак!— Усиленная венерическая цепь Вассермана, в бой! Сдай анализы и покайся!— Эй, это моя реплика, про покайся!— Да какая нахер разница? Ларин, а ты чего стоишь?— Лунная диадема, во имя всех девушек и — гулять так гулять! — парней Питера, не подведи, милая! В бой!Мухомор резко махнул жезлом:— Метеоритный дождь, вперёд!Такседо Настя атаковал розами с двух рук. В голове вертелась дурацкая песенка про миллион алых роз. Если бы Лунной принцессе это помогло, то он согласен был бы и на два миллиона. Только бы сработало. Только бы...Хэвиметаллия отмахнулась от их атак, как праздный гуляка — от стаи мошек. Сэйлор Дукалиса приподняло и швырнуло спиной на одну из опор телебашни, где она и повисла беспомощной сломанной куклой. Казанову и Волкова размазало по ?рюмке?. Соловца скрутило в бараний рог и забросило на антенну. А Такседо Настю и Мухомора окутало ядовито-зелёным свечением, и они замерли в удушающих облаках.Осталась лишь беспомощно глядящая на обездвиженных подруг сэйлор Ларин. Лунная диадема выблеснула и потухла.Такседо Настя из последних сил, по миллиметру начал поднимать руку. Одна роза. Всего одна...Всего одна роза — и, возможно, у сэйлор Ларина появится надежда сбежать.Хэвиметаллия раздвинула губы и выплюнула тёмный шар. Он прошёл сквозь все защиты, как Дукалис сквозь винные ларьки, и завис перед Лариным.— Отдай мне Легендарный серебряный кристалл, — донеслось сверху. — Отдай — и я подарю тебе лёгкую смерть!— Нахуй иди, — как заклинание, почти умоляюще произнесла сэйлор Ларин. — Иди нахуй.— Сама иди нахуй, сучка крашеная, — сообщила Хэвиметаллия и недоумённо дёрнулась: тёмный шар вдруг разбился. В опоре телебашни торчала алая роза. Окрашенные кровью лепестки уносил ветер.Такседо Настя улыбнулся и потерял сознание. Он не услышал вопль бросившейся к ней сэйлор Ларина, не увидел слёз, брызнувших из её глаз. А то, возможно, закрыл бы лицо обеими руками, возмущаясь бестолковостью некоторых Лунных принцесс.Подняв к небу заплаканное лицо, сэйлор Ларин глухо произнесла:— Не крашеная я. Лунная диадема...— Постой, — Хэвиметаллия выдула новый шар, ещё больше предыдущего. — Прежде чем атакуешь, подумай: кто из твоих подруг погибнет? Я могу выбрать любую.Сэйлор Ларин застыла. Глаза её расширились, а губы шевелились, словно пытаясь что-то сказать, но вот не выходило.— Итак, — каркнула Хэвиметаллия, ухмыляясь во весь безгубый рот, — которую же мне выбрать? Эту? Эту? Или, может, вот эту, умненькую?Тёмный шар метался между забывшим, как надо дышать, Дукалисом, отчаянно скалящимся Казановой и смертельно бледным Волковым. Тогда сэйлор Ларин сплюнула и с отчаянным воплем ?Да подавись, сука!? кинулась наперерез тёмной энергии. Шар коснулся её груди, затрещал и взорвался.А умирать оказалось совсем-совсем, ну вот ни капельки...совсем...не...Умирать оказалось чертовски больно и страшно.***Ларин летел вниз в кромешной, без единого пятнышка света, темноте. Время от времени натыкался на еловые венки, обвитые траурными лентами. Откуда-то знал, что на них написано: ?Сраному менту от гопоты Красногвардейского района?, ?От скорбящих коллег? (вторая ?л? была написана поверх остальных букв, и Ларин узнал почерк Волкова), ?Спи спокойно, дорогой бывший, и не просыпайся!?...Венки разговаривали с Лариным, причём почему-то голосом Мухомора:— Ну вот за что ты со мной так, сэйлор Ларин? Что я тебе сделал? Зарплату, что ли, вовремя не выплачивал?От неожиданной постановки вопроса Ларин широко распахнул глаза. Укоризненно глядящий на него Мухомор вздрогнул, но категорическим жестом отмёл напраслину:— Это не я, это бухгалтерия всем задерживала.Подумал немного, затем вновь заголосил:— Или, может, я тебе отгулов не давал, когда ты с работы отпрашивался?Наверное, взгляд Ларина стал слишком выразительным, потому что Мухомор скривился, будто сам поганок накушался, но всё же твёрдо продолжал:— Ну разве только когда работы было невпроворот. В любом случае, как ты мог решиться недостойно подвести отдел кадров и боевых товарищей? И это когда в райотделе недобор личного состава, понимаешь!— Я в аду, — тихо, но уверенно произнёс Ларин и закашлялся: горло саднило, словно в разгар ангины.— Хуже, — раздался откуда-то сбоку голос Казановы, такой же хриплый и надтреснутый. Спустя пару секунд хитрющая физиономия с длинным носом и воспалёнными глазами вдвинулась в поле зрения Ларина. — Ты всё ещё на службе.— А это чем-то отличается? — поинтересовался с другой стороны Волков.— Отставить разговорчики! — рявкнул Мухомор. — Пораскрывали тут рты, понимаешь... Всех тринадцатой зарплаты лишу!— Так вы уже, Юрий Александрович, — иронично сообщил Соловец.— И ты туда же, Георгич! Ну что за райотдел мне попался! И сэйлоры такие же!Ларин проморгался. Голова адски болела, в глаза будто щедрой горстью песка сыпанули, но он совершенно определённо был жив. В аду тринадцатой зарплаты не лишают.— А где эта... гражданочка? — немного обалдело спросил он.— Так подавилась же! — всплеснул руками Казанова. — Всё как ты и пожелал. Силён, котильон!— Шутите, — поморщился Ларин.— Какие уж тут шутки, — шумно вздохнул над левым ухом Дукалис, а Соловец сухо, словно боясь лишним словом спугнуть вернувшегося с того света оперативного работника, пояснил:— Когда ты совершенно геро... глупо бросился на тёмную энергию, из твоей почки выпал легендарный серебряный кристалл. Хэвиметаллия подобрала его, съела и подавилась.— К нам тут же вернулись силы, — подхватил Казанова, — и мы бросились крушить и ломать. Благо, прелестнейшая из сэйлоров, гражданка Мухомор, опять остановила время.— И покрушили, — слышно было, как Дукалис широко и мечтательно ухмыльнулся. — И знатно так поломали.— А потом сэйлор Мухомор отправила останки Хэвиметаллии в очередную неведомую хрень, — от звуков этого тихого женского голоса Ларин подскочил. Голова, естественно, тут же запротестовала, но ему было плевать.Принц Идивми... Эндимион! Настенька!— Не в очередную, а в очень неведомую хрень, — ворчливо поправил Мухомор, но Ларину уже не было до этого дела. Да хоть в трижды, четырежды неведомую!— Настя! Ты... я... Мы ведь вместе, да? Правда?Настя всхлипнула и бросилась ему в объятья — Дукалис с Мухомором едва успели убраться с дороги.— Любовь... — глубокомысленно заметил Казанова. — Любовь — она... Она как бульдозер! Или как горящий паровоз, а за ухом розочка. Тем более любовь, прошедшая через тыщу инкарнаций. Только, Ларин, ты не бухай больше так, как на Луне.Счастливый Ларин, обнимающий Настю, даже не ответил. Они оба сейчас были далеко — где-то там, в Лунном королевстве, гуляли по серебряным дорожкам, разговаривали и никак не могли наговориться. Или нацеловаться. Или ещё кое-что, но этого в присутствии боевых товарищей они уж точно не могли.— Ну что, гражданки сэйлора, и вы, гражданин Такседо Настя, поздравляю, — высокопарно заявил Мухомор. — Наша миссия выполнена. Гражданка Хэвиметаллия схвачена и упакована.— И... что же нам теперь делать? — немного растерянно спросил Волков.— Как что?!Договорить Мухомор не успел: на поясе у Соловца защёлкала и запищала рация. Срывающийся голос дежурного завопил:— Георгич, тут... тут какая-то непонятная хрень! И жертвы! Она злобная, сука эта, и непонятная...— По коням, — даже не дослушав до конца, скомандовал Соловец. Ларин и остальные потянулись к карманам:— Лунная призма, дай мне силу!— Планета Меркурий, дай мне силу!— Планета Марс...— Планета Юпитер...— Планета Плутон, дай мне силу, понимаешь!Такседо Настя ничего не сказала, просто стояла в дурацком чёрном фраке, рассеянно поигрывала алой розой и влюбленно глядела на сэйлор Ларина.— По коням, сэйлора! — скомандовала сэйлор Соловец, встряхнув смоляной копной волос и тайком разгладив короткую алую юбку. — По коням!Сэйлор-опергруппа мчалась на выезд.