Издержки профессии. Шестой день. (1/1)
Иллюзионист должен уметь манипулировать людьми, уметь делать это идеально. Вария наняла профессионального... Фран действительно делал это с такой легкостью, что, как казалось его Семпаю, сам не замечает, что делает это. Или делает вид, что не замечает. Его напускные вежливость и корректность тоже помогают ему манипулировать людьми. Не давать поводов для подозрений, делая вид, будто совсем-совсем не интересно и говорить и поступать так, чтоб поняли правильно, чтоб подчинились, чтоб думали, как хочет того лягушонок, слишком умный, для своих лет, лягушонок.
Потрошитель лежал на своей постели и думал о том, что Фран действительно умен, пусть сам принц и называет его, время от времени, тупым земноводным. Им, Бельфегором, иллюзионист научился манипулировать давно, без особого труда высчитывая его действия и реакции, поэтому он все еще жив, после такого-то обращения с принцем. Вот, допустим, если бы лягушонок позволил себе при постороннем, Скуало не в счет, открыто намекнуть на невыгодное положение блондина или попытался бы поставить его на место, то Потрошитель зарезал бы его, не думая о последствиях. Но земноводное, казалось, напрочь забывал о их связи, как только скатывался с дрожащего после оргазма Бельфегора. А еще варийский гений был уверен, что как только неделя закончится, Фран и не подумает о том, чтоб когда-нибудь напомнить о ней.
— Ты какого хрена творишь, земноводное? — прошипел принц, резко садясь на кровати и смиряя подопечного гневным взглядом из-под слипшейся, из-за воды, челки. — Ты зачем облил принца водой? Жить не в радость?— А, — отозвался тот, поставив стакан на прикроватную тумбочку. — Так Вы не спите? Ну тогда простите, — он развел руками, мол, не знал. — Сами виноваты. С Вашей челкой не поймешь — спите или нет.— Ты чего хотел, гаденыш? — пробубнил принц в снятый джемпер, вытирая им намокшее лицо. — Говори и сделай так, чтоб я тебя не видел.— Вы ведь знаете, что я могу сделать так, чтобы я стоял в этой комнате, но Вы меня не видели.— Ты пришел, чтоб посвятить меня в особенности своей профессии?— Делать мне больше нечего.
— Что ты тогда забыл в королевских покоях? — спросил принц, откидывая джемпер прочь.— Мне скучно.— Ничем не могу помочь, — развел руками блондин.— Вы себя недооцениваете, — улыбнулся лягушонок. — Хотя, я здесь не для того, чтоб поднять Вам самооценку.— Не ходи вокруг, да около. Что ты от меня хочешь?— Хочу, чтоб Вы пошли со мной на свидание.— Нет.— Нет? — уточнил Фран.— Нет, — подтвердил Бельфегор. — Мы так не договаривались.— А давайте сделаем так: Вы сейчас сходите со мной на свидание, а завтра Вы свободны, — он неопределенно взмахнул руками на последнем слове, пытаясь выделить его среди всех остальных.— В чем подвох?— Нет подвоха.— Врешь?— Вполне возможно, — глаза иллюзиониста загорелись совсем не добрым огоньком. — А может и не вру.— По рукам, — недоверчиво согласился Потрошитель.Иллюзионисты всегда знают, как заполучить то, чегохотят. Не обещать, не подписываться, не настаивать... Заставить заинтересоваться и брать, пока дают.