Глава 3 (1/1)
- Что сказал врач? – твоя мама садится за обеденный стол, и я ставлю перед ней тарелку с ужином. Твои родители, как обычно, пришли поздно, и максимум, что они сделали - это потрепали тебя по твоей черной макушке.
- Ты не поверишь... У нашего ХимЧана, действительно, травма... – замечаю, что твой отец бросил на меня странный взгляд и продолжил. – Сексуального характера. Он говорит, что ему надо помочь развиваться в этом направлении.
- Возможно, но я думаю, что нашему дурачку уже ничего не поможет, - от слов твоей матери у меня чуть посуда из рук не падает. Как она может вот так о тебе говорить? Заметив мое состояние, женщина начинает копаться в сумочке, которую она кинула на соседний стул, и после протягивает мне несколько коробочек с дисками. – ЁнДжэ, это то, что ты просил. Видеозаписи, которые когда-то были у ХимЧана. Его выступления, какие-то праздники с друзьями.
Очень медленно беру коробочки в руки, но ты проносишься мимо, словно ураган, и чуть не сносишь меня, но, вовремя поймав неизвестным мне способом, ставишь на ноги и идешь дальше, хотя я сам не понимаю, куда ты держишь путь.- У него что, опять припадок? – твоя мама удивленно смотрит нам в след, потому что я уже мчусь за тобой. Ты врываешься в мою комнату и падаешь на постель, зарываясь носом в подушку. Господи, ты же все понимаешь, просто молчишь и ничего не говоришь.
- ХимЧан, иди ко мне?- дергаешься из моих рук, но я крепко обнимаю и чувствую, что ты дрожишь всем телом. – Ты не дурачок и нет у тебя никаких припадков, слышишь меня? Ты просто пока не можешь говорить. А так, ты у меня самый умный, слышишь? – размахиваешь рукам, но я ловлю их и, стащив тебя к себе на пол, крепко обнимаю, снова укачивая в своих объятиях. Ты злишься, рвешься от меня, даже в плечо успеваешь укусить, но я глажу тебя по затылку и делаю движения более резкими, чтобы на тебя повлияло хоть что-то.
- ЁнДжэ, что с ним? – твоя мама заходит в мою комнату и разглядывает нас. Я чувствую её взгляд спиной, словно он прожигает меня, пытаюсь спрятать тебя от нее, но вместо этого ты смотришь на нее своими пронзительными черными глазами, и я чувствую, что меня больше никто не изучает со спины.
- Спасибо, - тихо шепчу тебе на ухо, в комнату врывается твой отец и снова этот издевательский слащавый голос:- Чанни, тебе снова нехорошо? – вновь дергаешь руками, вырываясь... На этот раз я не смог тебя удержать. Размахивая руками, выбегаешь из моей спальни и, задевая картины на стенах, хлопаешь дверью в свою спальню.
- Что с ним такое? – злобно повторяет твоя мама, а я хватаю твои таблетки, дежурную бутылку воды, которая лежит у меня в ящике комода, и иду за тобой. Стучу в закрытую дверь и захожу в совершенно темную комнату. Странно, ты же не любишь темноту, я знаю это, потому что сам не раз оставлял тебя спать с включенным ночником.
Шумное дыхание опаляет мое лицо, и я понимаю, что ты прижимаешь меня к двери. Злой, практически разъяренный и совершенно невменяемый. Нахожу пальцами твои губы и, запихнув в рот таблетку, заставляю сделать пару глотков воды - ты фырчишь, пытаешься отплевываться, но не отпускаешь меня. Пытаюсь немного сдвинуть руки, но это не получается. Неужели ты, и вправду, сильнее меня?
- ХимЧан, отпусти меня, я… - вырываешь бутылку из моих рук, и я слышу, как она падает на пол, а вода вытекает из нее с булькающими звуками. Грубо обхватываешь мою талию руками, как обычно, не задействуя ладони, и делаешь ровно шесть шагов назад, заваливая на постель. – ХимЧан, все, успокойся. Все прошло, они ушли. Все, мой малыш, все… - глажу тебя по макушке, ты же крепче сжимаешь руки на моей талии и, дернув, укладываешь меня на себя. А на тебе, оказывается, удобно... Даже очень. Теплый, пахнешь вкусно, хотя и держишься за меня только тем, что сжимаешь руки вокруг моего тела. Ладони с чуть сжатыми пальцами все так же двигаются – пытаешься справиться с нервным напряжением.Как только я глажу тебя по голове и кладу голову тебе на плечо, ты окончательно успокаиваешься. В первый раз я вот так близко с тобой. Не я прижимаю тебя к себе, а наоборот. Это как-то необычно, но приятно.
Понимаю, что ты заснул, когда хватка ослабевает, и я тихо выбираюсь из твоего плена. Включаю ночник, и, с трудом раздев тебя до боксеров, натягиваю на тебя пижамные штаны. Ты спишь очень крепко от таблетки, которую я тебе дал. Подхватываю бутылку из-под воды, ставлю пометку в голове, что завтра надо будет убрать эту лужу и, погладив тебя по макушке, тихо выхожу из комнаты. И почему-то я в тайне для себя надеюсь, что завтра утром я проснусь не от солнца, а от того, что ты сидишь рядом и смотришь на меня.