Пролог, Глава 1 (1/1)

Нестройный искусственный стук клавиатуры изредка прерывался шумным хлюпанием. Наруто сидел за компьютером и, не отрывая взгляда от экрана, строчил статью. В опасной близости дымилась чашка с лапшой быстрого приготовления..-Ты опять ешь свою полуфабрикатную лапшу! — Сакура подошла к Наруто и положила руки ему на плечи-Я забыл дома бенто.Ответ Наруто прозвучал виртуозно воссозданными интонациями раскаяния, однако выражение лица ломало впечатление.-Мне кажется, ты не взял его специально — коробка стояла на самом видном месте.Сакура зашуршала пакетом и поставила завтрак перед Наруто.-Ну любимая, — расстроенно протянул Наруто, продолжая набирать текст. — Я ведь уже заварил...-Наруто! — Девушка закрыла ему ладонями глаза. — Мне совершенно не хочется бегать с тобой по больницам из-за внезапно обострившегося гастрита. И обрати, наконец, на меня внимание!-Милая, это последний раз, честное слово, -Наруто отнял её руки от глаз с некоторым раздражением. — Мне нужно доделать материал и сдать его до пяти часов. У меня же на вёрстку не останется времени!Девушка устало вздохнула и присела на край стола.-Наруто, я, конечно, понимаю — у тебя много работы, ты ведешь аналитическую колонку и одновременно пишешь статьи в какой-то сомнительный журнал про всяких призраков и пришельцев. Но черт побери, почему какие-то сказки занимают тебя гораздо больше, чем серьёзные вещи? Ты же растрачиваешь свой талант, Наруто! Ты пишешь в пустоту!__________________________________________________________Пыльная весна временно отстаёт по всему побережью Токайдо. Солнце ещё не греет, но уже обжигает. Холодные враждебные ветры проносятся над головами, проникают всюду — просачиваются в открытые окна и в щели между стеклом и оконной рамой. Они протекают по вентиляционным шахтам и попадают в квартиры, оседая в лёгких их владельцев. Впиваются и врастают в ткани, сливаются с кровью и, как вирус, захватывают мозг. Они движутся не беспорядочно — каждое их волнение осмысленно и направленно, будто они обладают разумной волей. Они разыскивают что-то, заражая увязших на своём пути людей одной навязчивой идеей. Достаточно найти всего одну точку соприкосновения, чтобы нематериальный образ заразил сознание и подчинил его себе. Единственное совпадение — и он обращает свою волю к тебе, врезается в мысли, обнажает душу.Говорят, это весна сводит людей с ума — одни режут себе вены, другие затягивают верёвки на шеях. Романтики бросаются с крыш и прыгают с мостов. Но все они одержимы страстью, известной только им. Зараженные потерянным ветром, прошедшим от северных провинций до самого юга, они сходят с ума и умирают совсем иначе. Они наслаждаются своим безумием и, как дойные коровы, поддерживают жизнь ветра потоками душевных сил, которые исторгают всё сильнее и безудержнее. Когда вирус захватывает всё их существо.Люди не желают расставаться с тем, что им принадлежит, но ветер уходит, подхватывая с собой их желания и страсти. Потому что это они принадлежат ему.Наруто сидел перед телевизором и смотрел в мерцающий белым экран. Если замедлить время, то эти мерцания будут доходить до его сознания реже, как некая живая пульсация, с усиливающимся и затихающим трансформаторным гудением. Сакура прошла в комнату и услышала знакомый звук — Наруто подбрасывал и ловил стеклянный пузырек с таблетками в лимонно-желтой оболочке.Каждый удар сахарной корочки о стекло вызывал в ней обиду и угрызения совести. Наруто был искренен с ней, хорошо относился и, казалось, любил. Но каждую ночь, на протяжение двух с лишним лет он глотал пару таблеток снотворного и засыпал. Словно боялся увидеть сон.Наруто хотел забыться, и она была бессильна ему помочь. С ним было уютно и спокойно, с ним было надежно. Только в последнее время её внутренний голос всё чаще напоминал ей о том, что с каждым днём Наруто всё сильнее отдаляется от неё.-Ты поздно сегодня, — раздался голос из темноты. Чуть подсвеченная экранным отблеском фигура двинулась и снова замерла.-Происшествие. Мне прислали сообщение.Сакура прошла в комнату и села рядом. На колени Наруто опустилась тонкая папка с несколькими листами.-Тебя должно это заинтересовать.Он взял папку и, повернув листы к свету экрана, попытался различить первые строки.-Я криминальной хроникой не занимаюсь. Да и кому будет интересна смерть во сне? Ладно ещё вампир-маньяк объявился — я бы почитал.Наруто весело усмехнулся и отложил папку.-Молодой парень, двадцать три года. Найден мертвым в своей кровати. Причин смерти быть не могло. Одна только деталь — парень умер в момент оргазма. С гримасой ужасных мучений, и весь забрызганный собственной спермой. Тебе всё ещё не кажется это интересным?Наруто прочистил горло, с ужасом отвергая посетившую его мысль. Мальчик, которого он создал, мальчик, которому он так и не дал имени... Он ли? Или он когда-то давным-давно вдохнул эту болезненную фантазию с прогнившим от сырости осенним ветром. Вдохнул нечаянно, схватив частицу безумия, и оно разрослось в нем ещё тогда, два с половиной года назад, пуская корни в его мозгу, заражая всё тело. Топя и консервируя его в переливающемся ярким светом семени.Как же он хотел его назвать? Он не помнил этого имени, и права на него тоже не имел. Наруто хотел бы обмануть реальность и привести в неё ещё одного, несуществующего материально человека, только Реальность не терпит жуликов. За то удовольствие, которое он получил, он отстрадал разочарованием, заплатил болью и — он мог спорить — сумасшествием. Он переболел своим сном, но он выжил. Точка зарождения сна всё ещё жила в нём — он закрывал её в памяти, но знал, что стоит ему даже задремать, это порождение прорвет все плотины и выльется наружу. Он не знал, существует ли мальчик на самом деле, сомневался и в том, что сам реален. Он тонул в сомнениях, терялся и не мог найти выхода.Картины чужой оргазменной смерти склеивались в сплошную ленту, которая прокручивалась перед его глазами со скоростью тысяч извержений в минуту. Переливающиеся слепящие потоки, которые впитываются в кожу и передают ей собственный свет......клетка из воспоминаний слишком крепка.Прикосновения Сакуры отгоняют призраков прошлого прочь, и Наруто охотно им поддаётся. Его воспалённое сознание охватывает пламенем и её, она согласна сгореть и рассыпаться в пепел под ноги хоть самому Молоху — прикосновения Наруто ей не принадлежат. Истерия, охватившая обоих нарастает стремительно и оглушающе пусто — они срываются в вакуумную сферу и разделяются на атомы. Их совместное вещество перемешано тысячу раз. Их мысли сплавляются и завершают друг друга — гомон речевых образов заглушает отчаянные крики. Когда воздуха слишком мало — наступает головокружение...нужно открыть окно. Наруто, открой окно... Наруто, впусти ветер. Впусти и не бойся.Животная любовь обвивает плющом и жалит. Оставляет розовеющие пухлые рубцы, отравленные кислым ядом. Пористая темнота ночи впитывает боль и высушивает досуха слёзы, когда охрипшее дыхание Наруто отдаляется и останавливается у самого окна. Два горячих развода дыхания на остывающем стекле — ничего не видно, ведь Токио по ночам горит. Где-то далеко по чьим-то домам проскальзывает ветер. Сводит с ума, терзает души и движется дальше.«Открой окно...»Наруто глотает таблетки и возвращается к постели. Атласные розовые простыни не мягче хлопка. Они обжигают своим холодом. Их нужно греть.Ты сам — пепел, просто«открой окно, детка...»