Глава 8. Прорыв вперед, падение назад (2/2)

— Имею на то полное право, что это не твоего ума дело, — огрызнулась Алексис, скрипя зубами.

— Знаешь, мне интересно совсем другое. По идее, Игги должен был отправить тебе посылкой деньги за месяц, но вместо этого группа поведала мне, что в Детройте его уже несколько дней нет. Ничего не хочешь объяснить? — Дэнни с любопытством смотрел на нее, ожидая ответа.

— Почему я должна вообще кому-то что-то объяснять, кроме боссов? Я не видела его, и понятия не имею, что сейчас с ним происходит. А если деньги он мне не выплатит, я его по стенке размажу, как это чуть не произошло сегодня с одним придурком, а потом в бетонным сапогах скормлю его рыбам в океане. Давно пора понять, что со мной шутки все просто бесполезны, я не обычная собачка для всех мужиков, по натуре являющихся полнейшими ублюдками, — Алексис швырнула окурок сигареты на пол и ушла, даже не дав Дэнни ничего ответить. По крайней мере, так она вызывала к себе меньше подозрений, с чем ее можно было и поздравить — в этом плане Алексис всегда безукоризненна.

Она пришла к тому времени домой, когда Игги давно бодрствовал, сидя на кухне и выкуривая косяк, который смог найти у нее в заначке, когда понял, что его заперли в помещении на очень долгое время. Его лицо выглядело уставшим, но гораздо лучше, чем после того как она встретила его на пороге. Однако ей так хотелось высказать пару ласковых, что Санчес еле держала себя в руках, чтобы не сорваться, сжимая с силой кулаки, что виднелись ужасно побелевшие костяшки пальцев. Наверное, все же она обойдется без драки, если сумеет все высказать довольно-таки в спокойном тоне. Она присела на противоположный край стола, складывая руки на груди, когда мужчина заметил ее, напряженно уставившись в глаза напротив. Дыхание, казалось, участилось, а его губы слегка дрогнули, потому что косяк выпал из рук, и Игги совершенно ничего не мог с этим поделать, лишь только смотреть на пепел, разбросанный по всей поверхности стола.

Настало напряженное молчание, пока оба готовились к тому, чтобы поговорить, однако Игги не думал даже начинать болтать, зная, что гневный рев и злобный взгляд тут же поставили бы его на место, заставив вжимать в себя голову от неописуемого затаившегося страха. А вот Алексис достала кружку из шкафчика и налила туда немного виски, даже не удосужившись брать стеклянный стакан, так как просто устала от упреков в последнее время, что хотелось чего-то простого, обыденного. Да и заморачиваться лишний раз… Зачем?

— Дэнни бросился за тобой с собаками, говорил, что ты смысля из города и даже ничего не оставил, никакой записки, не предупредив никого… Ты хоть понимаешь, что творишь? Учитывая, что теперь мне только деньги должны переправлять, раз вы в основном в Детройте, а я в Нью-Йорке. Ты болван, что никого не хочешь даже слушать, — высказалась Алексис, заметив его опущенное лицо, однако в ее взгляде не было и намека на злость. Скорее, простое разочарование, от которого хотелось прикрыть рукой глаза.

— Это моя жизнь, чтобы проживать ее так, как мне хочется, — Игги тихо ответил, все еще смотря на окурок. — К тому же, я надеюсь, что ты не выдала мое точное местоположение?

— Не его собачье дело, как я уже говорила, — Алексис отпила немного виски, вытирая ладонью намоченные губы. — Однако, если они заметят что-нибудь подозрительное, то все будут считать, что у кого-то завелась интрижка, а я просто сдала свои позиции. Чем ты вообще думаешь? Мозгами или членом, когда так необдуманно сюда прикатил?

Игги поднял лицо, но ничего не сказал, лишь усмехнувшись на момент слов «интрижки» и «сдачи позиций». Кажется, впервые за такое долгое время он смог выбить ее из равновесия и показать ей, что не только дилеры, но и их же клиенты могли вполне играть с огнем и диктовать свои же условия, оставляя ее ни с чем. Правда, Игги точно забывал, что Алексис с таким большим опытом могла дать фору кому угодно, но ему так хотелось быть главным не только в музыке да что-то в ней значить, чтобы девчонки бегали и дальше за ними, но и обыгрывать тех в бизнесе, где он совершенно ничего не понимал. Его улыбка стала чуть шире, когда он поднял руку и коснулся ладонью ее рук, сложенных на груди, и она легко отпрянула на небольшое расстояние не желая ему показывать свои истинные эмоции в этот момент.

— Так, значит, кто-то сдает позиции, а боссы недовольны ее очередной интрижкой, от которой по идее они могут избавиться в два счета? — Игги привстал со стола и остановился у подоконника, облокотившись на него своими руками.

— Не думай, что ты имеешь какое-то особенное положение, когда в собственной группе у тебя все шатко и непрочно, — она кривила губы, держа в руках по-прежнему кружку. — Может быть, мне уже стоит наладить с кем-то контакты, чтобы она за тобой вели нескончаемый надзор?

— И тем не менее, они там, а я здесь, приехал к тебе. Могла бы хоть немного порадоваться этому факту, — Санчес выглядела такой задумчивой, что она нисколько не замечала того, что делал Игги.

Алекс вздрогнула, потому что даже не успела заметить, как он так тихо, бесшумно и быстро приблизился к ней сзади. Его руки коснулись плеч, и она заметно напряглась, не зная, чего можно от него ожидать, пока он не начал разминать ей шею и плечи, мягко касаясь открытых участков кожи. Пару мгновений, и она расслабилась перед ним, откидывая голову на его грудь, прикрывая глаза от наслаждения — наконец-то за такое долгое время она могла чувствовать себя расслабленной и спокойной. Тихие вздохи срывались с ее губ, когда Игги продолжал самодовольно улыбаться, хоть он и чувствовал себя несколько нехорошо до сих пор после той встречи с гребанным мудаком, который гнался за ним с аэропорта.

— Может быть, тебе еще что-нибудь сделать, чтобы вместо хищницы я мог видеть почаще котенка? — его руки продолжали разминать плечи и затылок, пока они не заскользили к ключицам, подбородку, заставляя ее повернуться к нему лицом.

— А я давно заметила, что ты знаешь, как правильно задобрить женщину, однако последнего тебе точно не придется созерцать. Еще ни один мужчина не смог со мной справиться, чтобы громко палить об этом во всех подворотнях, как о достижении века, — ее пальцы коснулись оголенных плеч, отчего сам Игги вздрогнул на неожиданное прикосновение. — Однако, стоит отметить, что это уже давно не чистые отношения дилера и клиента. Кто-то оказался просто слишком высокого мнения о себе, — Алексис усмехнулась, обвивая руку вокруг его шеи, чтобы притянуть ближе к себе вниз.

— Я просто знаю, что была бы ты мужчиной, это не подействовало так, и меня бы точно уже где-то замочили пистолетом в подворотне, — их лица были настолько близки, что слова сейчас звучали неким откровениям, однако они по-прежнему сохраняли спокойствие, словно ничего вообще между ними и не происходило.

— О, я могла бы и это гарантировать, но почему-то сейчас мы здесь, и это происходит на наших глазах. Наверное, в свое время мне нужно было быть гораздо жестче с тобой, а не спускать с виду и делать поблажки. Какая же я немного глупая, — она сощурила глаза, и в них появился тот самый огонек, которого Игги еще не видел с последней их встречи. Да, именно такой она его и притягивала к себе — неожиданной загадкой и опасной охотницей, которая могла надавать по яйцам в любой момент, если на то оказывались свои причины. Звучала ли она серьезно? Кто знает, но Игги этого замечать не стал.

— Значит, мне просто крупно повезло, хотя и без тебя хватает столько девчонок, готовых просто так отдаться, безо всяких опасных прелюдий, — Игги сам сверкнул глазами, еще чуть сильнее сближая их лица.

— Ты думаешь для меня это новость? И тем не менее, не я начала опасные прелюдии, — их губы почти что соприкасались, пока она чуть ли не шепотом говорила.

— О, ну мне же надо было как-то задобрить дилера, чтобы она оказалась в моем расположении, — потом больше они и вовсе не говорили. Да и надо было ли, когда реплика за репликой звучала почти что как целое откровение, а они друг перед другом в такой ситуации раскрывались.

Алексис не думала, что все этим закончиться, но тут до нее со стремительной и ошеломительной силой стало доходить, насколько сильно они оба уступали друг другу, падая опять в очередную похожую ситуацию, совершенно забывая о формальностях и условностях. Один плюс оставался в том, что Игги приехал в Нью-Йорк — он привез всю сумму, а это означало, что он не оставался в должниках и вообще не мог ее разгневать, ведь деньги она уже давно сложила в свою особенную шкатулку, где ее точно не мог найти, кроме нее самой.

Губы скользили с такой силой и яростью, что пока они пытались дойти до ее спальни, они задевали руками и ногами все, на что только могли натолкнуться, пока их губы не разрывали контакта так, что казалось, что воздуха в легких уже совсем не осталось. В итоге, терпение кончилось на двери, и они около нее и остановились, когда Игги поднял на руки Санчес, облокотив ее на холодное дерево, после чего послышалось шуршание одежды и руки, которые держались по за плечи, не давая Алекс ни в коем случае соскользнуть. Не было тех нежностей, которыми мог похвастаться Игги, потому что всю игру на себя брала Алекс, но тем не менее, казалось, что время длилось бесконечно, пока они двигались размеренно, встречая друг друга на каждом движении, а голова Алекс откинулась назад в наслаждении и скорой кульминации.

Как только она почувствовала, что больше их ничего не держит, она лишь сильнее уткнулась ему в плечо и укусила его так сильно, что в глазах все потемнело. Они шумно дышали, пытаясь восстановить дыхание, когда она все еще немного в тумане посмотрела в его глаза и попыталась пошевелиться, но неудачно.

— Кровать, — пробормотала она, когда быстрыми шагами они оказались там, падая в одежде на чистые простыни. — Будешь спать с краю, а если будешь руки распускать, то окажешься на коврике. Понятно?

Игги лишь кивнул, но ничего больше не сказал, лишь сильнее улыбаясь сквозь дремоту, зная, что она ведь ничего не сделает. Может быть, таким образом что-то наладилось и так же будет продолжаться, что у Игги загорелся свет в конце тоннеля? В любом случае, это оказался хороший прорыв вперед для него, а вот для Алексис падение назад — ведь фактически это оказалось ее проигрышем спустя почти год после их знакомства.