Не мужской мир. Фарфоровый рыцарь. (1/2)
Мужчины вообще стесняются своих чувств. Им вбили в голову, что грубость и бесчувственность – это ?по-мужски?. Но ведь это неправда. А сами мужчины – очень чувственные, ранимые и даже, я скажу, нежные в душе существа.Фридрих Вильгельм Ницше. "Злая мудрость".Железо приятно холодило ладони. Жесткая пружина, от которой шел тяжелый запах оружейного масла, каталась между пальцами, пока я задумчиво изучала разобранный пистолет взглядом. Моя Беретта лежала предо мной на промасленном вафельном полотенце, которое я нашла на одной из полок, абсолютно обнаженной. Пятнадцать патронов ровным рядом выстроились под моим взором, затвор валялся тут же, а пружина все так же гнулась в моих руках. Я сидела, запрокинув голову на подголовник кресла, а ноги взгромоздив на небольшой пуфик. Наверное, со стороны это могло выглядеть довольно эффектно, если бы не одно ?но?. Я была в одной из рубашек Драгнила, которая спускалась чуть ниже моих бедер, в то время как на ногах красовались пушистые тапочки, найденные мною утром рядом с кроватью. Я вертела в руках пружину: пальцы, скользкие от масла, постоянно промахивались, и несговорчивая железка уже в третий раз пыталась метко спружинить мне в глаз.В доме было тихо. Часы только-только сповадились указать на самое противное время – на семь часов утра, когда нужно вставать и начинать новый день, а лень назойливо просит остаться в кровати и не бросать подушку на растерзание всяческим пушистым охламонам. Хэппи уже беззастенчиво прибрал к лапам мою подушку и вполне удобно на ней устроился, что только подливало масла в огонь. За окном разбушевалась гроза. Молнии сверкали, вспыхивали, отражались от стекол и ослепляли улицу, заливая ее яркими всполохами. Небеса прорвало: ливень не намеревался прекращаться ни на секунду, ветер яростно хлестал по окнам, и сотни, если не миллиарды, капель на бешеной скорости врезались в окно с дробным звуком. А после откуда-то сверху слышался грозный рев грома, будто древнегреческий Бог – Зевс, гневался на ничтожных и мелких людишек. Погода вполне соответствовала моему настроению. Едва рокот затих, и снова послышался шум дождя, входная дверь отворилась, впуская в квартиру порцию холодного, пропахшего влагой и подступающей осенью воздуха. Несколько десятков капель гулко ударилось о порог, а ветер успел заливисто свистнуть между стенами. Занавеска на окне всколыхнулась и тут же затихла. Я мрачно уперлась взглядом в разобранную Беретту, слушая тихие шаги, доносящиеся из коридора. Я слышала, как Драгнил скинул мокрую насквозь куртку, как стянул кроссовки и едва слышно выругался, запутавшись со шнурками. А после его шаги растворились в шуме бьющихся о стекло капель. Он всегда умел неслышно передвигаться, чем неоднократно пользовался, застигая меня врасплох. Но сегодня, похоже, моя очередь. Я не увидела – почувствовала, как парень остановился в дверях, оперевшись плечом о косяк и смерив меня удивленным взглядом. Он скрестил руки на груди, ожидая каких-либо действий с моей стороны, но я лишь молча крутила в руках пружину. Я чувствовала, ощущала, как с его мокрых, потемневших от влаги волос срываются холодные капли, разбиваясь о пол.- Я зря разобрала пистолет, - выдохнула я, прерывая тишину своим голосом.
- Почему? – Нацу спрашивал совершенно спокойно, все так же не двигаясь с места.- Потому что я не успею его собрать за пять секунд, чтобы тебя застрелить, - я сжала пружину, и она, вдохновенно выскользнув из моих пальцев, весело прыгнула к ногам Драгнила. Я стиснула трясущиеся кулаки и подняла на него искрометный взгляд, обещающий ему все кары небесные. За окном громыхнуло.- Лу…- Заткнись, Саламандра, - прошипела я, поднимаясь с кресла, - не ухудшай свое, и без того незавидное положение глупыми оправданиями, - он усмехнулся, качнув головой. Несколько капель звонко шлепнулось на пол. Нацу, оторвавшись от косяка, шагнул вперед и наклонился, поднимая пружину с пола. Я лишь молча следила за его движениями – медленными и спокойными. – Где тебя носило, Драгнил?- Лу, какая тебе разница? – устало спросил он, подходя к столу и склоняясь над пистолетом. Его руки заученными движениями стали собирать оружие, стремясь вернуть ему изначальный вид. Пружина с тихим щелчком встала на положенное место.
- Мой жених бросает меня посреди ночи, оставляя в одной кровати вместе с пушистым извращенцем, и исчезает на несколько часов, никому не сказав ни слова! На улице льет, как из ведра, громыхает, а он носится неизвестно с кем и где! – взорвалась я. – И ты спрашиваешь, какая мне разница?! Я же… я же волновалась за тебя! – парень выпрямился, почувствовав мои кулаки на своей спине. Я сжала пальцами его футболку и потянула на себя. – Повернись, когда я с тобой разговариваю!- Успокойся, - выдохнул Нацу, все же следуя моему приказу и разворачиваясь ко мне лицом. Собранный пистолет лежал на полотенце, но только было одно маленькое упущение: он не был заряжен. Пятнадцать патронов, выстроенных ровным рядом, остались в том же положении, в котором их построила я. Застрелить паршивца явно не получится.- Где ты был, черт возьми? – мой голос дрожал от едва сдерживаемого гнева и… облегчения. Проснувшись утром и не обнаружив рядом с собой крепкого мужского тела, я испугано распахнула глаза, шаря рукой по холодным простыням, что говорило о том, что Драгнила не было уже очень давно. В темноте наткнувшись лишь на спящего в ногах кота и получив изрядную порцию отборной ругани и пару саднящих царапин на лодыжке, я сползла с кровати, завернувшись в первую тряпку, попавшуюся мне по пути. Рубашка, разумеется, была мне большая, но ткань настолько пропиталась его запахом, что я укуталась в нее с видом наркомана, получившего очередную дозу дурманящего зелья. Не обнаружив пропажу в квартире, я испугалась. Испугалась того, что с этим безрассудным идиотом могло что-нибудь случиться, что он попал в очередные неприятности. Ибо что еще могло сорвать нормального человека с места посреди ночи? Хотя, Драгнил и не был никогда нормальным. Пожалуй, это все объясняет.- Если я скажу, что был у Гилдартса, то ты успокоишься? – устало спросил юноша, укоризненно глядя мне в глаза.- Нет, - я скрестила руки на груди и стала сверлить его тяжелым взглядом. – Потому что я не знаю, кто такой Гилдартс.
- Один из старших членов гильдии и отец Каны, - осведомил меня Драгнил, окидывая мою завернутую в его рубашку фигуру похотливым взглядом. Я хмыкнула, но гнев мой поугас: ничего серьезного, чего стоило бы бояться. – Лу…- Что? – я приподняла бровь, сурово сжав губы и все еще не решаясь объявить ему о прощении.- Еще несколько секунд, и я за себя не отвечаю, - он кивнул на мое ?одеяние?.- Извращенец, - я все же не сдержала улыбку.
- Станешь тут извращенцем… - ухмыльнулся Нацу, притягивая меня к себе и мягко целуя в губы. Меня затопила волна нежности и тепла. Я обхватила руками его плечи и засмеялась прямо ему в губы, сцеловывая с них холодные брызги дождя. С его волос изредка капала вода прямо мне на нос. Где-то за окном полыхнуло, а после земля подверглась очередной громовой атаке. В этот же момент мы, согнав матерящегося кота с моей подушки, упали на кровать. Нацу улыбнулся, когда я стала медленно покрывать его шею влажными поцелуями, спускаясь к ключицам. Я оторвалась лишь на мгновение, чтобы взглянуть ему в глаза и застыла, так и не стащив с него футболку.- Как давно ты спал? – тихо прошептала я, восседая на его животе и гладя руками его грудь, не отрывая взгляда от усталого лица. Еще немного и синяки под глазами станут слишком заметными.
- К чему вопрос? – спросил он, расслабляясь под моими поглаживаниями и прикрывая дымчатые глаза.- К тому, что ты выглядишь так, будто вот-вот вырубишься, - нахмурилась я. – Ты вообще спал этой ночью?- Нет, - отрицательно качнул головой парень.
- Почему? – я соскользнула с него и легла рядом, поглаживая кончиками пальцев его плечо.- Не спалось,- Нацу глубоко вздохнул и взглянул на меня. – Что за допрос, Принцесса?- Ты должен поспать хотя бы пару часов, - я укоризненно покачала головой. – Не знаю, чем ты занимался… да и знать не хочу! – вскинула я ладонь, видя, что парень открыл рот для ответа, приложила палец к его губам, заставляя молчать. – Я уверена, что ты расскажешь мне все в свое время, - Драгнил нахмурился и попытался сесть, но я лишь сдавила его плечи, принуждая лечь обратно. Я улыбнулась, склонилась к его лицу и коснулась губами мокрой челки. – Просто закрой глаза, Саламандра.- Но…- Все остальное я сделаю сама, - парень недоумевающе смотрел, как я соскользнула с постели и направилась в сторону ванной, попутно виляя бедрами. Я услышала, как мой жених сглотнул, и почувствовала, как его цепкий, жадный взгляд скользит по моему телу. Когда угодно, но не сейчас – он же готов вырубиться в любую секунду.Мужчина – большой ребенок, который питается женской заботой. Ему нужна не стильная, успешная леди, а уютная, теплая и заботливая девушка, которая будет терпеть и любить его со всеми недостатками, превращая их в достоинства. Его ослиное упрямство выдавать за гордость, все его глупости – за мудрость, страхи – за храбрость. Ему нужно это чувство – ощущение того, что он кому-то нужен, что кто-то нуждается в нем, ждет и любит. Приходить домой, где его – уставшего и разбитого – примут с распростертыми объятиями, окружат теплом и любовью. Пусть этот мир слишком сладкий и карамельный, слишком идеальный, слишком… не мужской, но все эти сильные и, одновременно, слабые наши защитники мечтают именно о нем. И плевать, насколько это будет зависеть от меня, но Драгнил получит свой мир, в котором так нуждается, получит несколько часов нормального сна. Такую малость точно. Пусть хоть вся гильдия ввалится сюда, но я никому не позволю его разбудить раньше времени. За последние недели он устал так же, как и все мы. Даже больше. И все же, какое наслаждение испытываем мы – женщины, когда мужчина спасает ситуацию, когда он берет все навалившиеся проблемы на себя, и говорит, что все уже решено. Когда он, почувствовав твою усталость, из страстного и пылкого любовника превращается в нежного и трепетного защитника, что сторожит твой сон. Вот только мы, порой, не замечаем, что и он тоже устает. И усталость эта не сегодняшняя и даже не вчерашняя, и даже не одной недели.Сняв с вешалки пушистое махровое полотенце, я вернулась в спальню, застав юношу дремлющим. Нежная усмешка тронула мои губы, я тихо подошла к кровати, погладила его скулу кончиками пальцев. Нацу приоткрыл глаза и чуть дернул уголком губ, намечая улыбку. Я качнула головой и принялась вытирать его влажные волосы полотенцем. Он что-то возмущенно пробормотал, слабо пытаясь увернуться от моих рук. Я рассмеялась. Парень напоминал мне раздраженного излишней лаской кота, только что насильно вымытого под холодной водой и теперь пытающегося всеми силами избежать сушки.
- Лу… ну, хватит уже! Пусти! – он все же уполз на другой край постели, возмущенно сопя и силясь не уснуть. Ализариновые волосы растрепались, но с них хотя бы больше не капала дождевая вода.- Закрой глаза, - тихо повторила я, легонько толкнув его на подушку и нежно массируя напряженные мужские плечи.- Чую, что это будет чревато… - настороженно выдохнул Драгнил.- Я не буду тебя насиловать, не бойся, - серые глаза весело сверкнули, перед тем как закрыться.
- И почему я должен тебе верить? – прошептал он, глубоко и шумно вздыхая, расслабляясь под моими руками. Я улыбнулась, видя блаженное выражение его лица.
- А у тебя нет иного выбора, - ответила я ему, спускаясь руками к краю его футболки и начиная осторожно тянуть его вверх, стремясь раздеть внезапно смутившегося парня.
- Эй, я и сам могу стянуть с себя шмотки, - нахмурился он, приоткрыв правый глаз и пытаясь вывернуться из моих рук.- Нет, - припечатала я, садясь ему на живот и крепко стискивая край футболки, не давая ему выдернуть ткань из моего захвата, - не можешь.- Люси…- Прекрати быть малолетней девственницей, Драгнил, и дай мне шанс спокойно тебя раздеть, - юноша задохнулся от возмущения, но я припала губами к его шее и закусила кожу над бьющейся жилкой, вызвав громкий гортанный стон.- Ладно, - согласно выдохнул он подрагивающим голосом, - уговорила… Чтоб тебя, Хартфелия…- Молчи и наслаждайся, - я стянула с него футболку и отбросила ее в сторону, устроилась удобнее на его животе, пробежавшись пальцами по оголенным плечам. Приникла губами к его лбу, нежно оглаживая ладонями его лицо, заставляя напряженные мышцы расслабиться. Задумчивая морщинка на его переносице исчезла, губы перестали сжиматься в узкую линию, веки – дрожать, и он спокойно откинулся на подушку. Я, довольная уже полученным результатом, скользнула ниже, проводя ладонями по его груди, животу и останавливаясь на пряжке ремня. Раздался характерный щелчок, и кожаный обод перестал плотно облегать его тело. Я расстегнула джинсы, поражаясь выдержке своего жениха. Он лишь громко сглотнул, не открывая глаз и принимая мои условия.