Семейные узы (1/1)

Следующим утром я пошла гулять по городу в ожидании вечера и наткнулась на объявление, висящее на стене. Подойдя ближе, я прочла надпись: ?Только у нас! Сегодня вечером выступает очаровательная Кристина Барнс! Приходите в ?Цветущий апельсин?!?. Надпись располагалась внизу афиши, на которой была изображена моя сестра, играющая на скрипке в вихре нот на фоне ночного неба, в вокруг нее кружили вороны. Недолго думая, я решила зайти за ней, ведь мы так давно не виделись. Она наверняка уже была на месте и репетировала. Дойдя до нужного места, я вошла внутрь и увидела девушку в красивом розовом платье, которая кричала со сцены, ругаясь на то, что подготовка к вечеру идет слишком медленно. Я улыбнулась, узнав в ней свою сестру. Характер у Кристины не сахар, но все же я скучала по ней. Подойдя к сцене, я стала смотреть на нее и ждать, когда же меня — Саха! — радостно воскликнула она, заметив меня, и, спрыгнув вниз, бросилась мне на шею.— Гриздиныч! — сказала я, обнимая ее в ответ.— Я смотрю, ты все та же, — сказала я, когда она перестала меня обнимать. Теперь она выглядела старше, чем я из-за того, что старела медленнее, но все так же продолжала сочинять про меня стишки.— А ты все так же остаешься светом очей моих, султаном души моей, — ответила она мне. Когда мы еще были детьми, отец привез из-за моря чалму, которую я тут же надела на себя и с тех пор сестра зовет меня султаном. — Ты тут по работе, или как? — спросила она.— По работе. Но вот увидела афишу и решила заскочить.— Сможешь придти сегодня на концерт?— К сожалению нет. Я должна сделать все сегодня вечером. — Ну, тогда заходи, как освободишься, я буду тут еще какое-то время.— Хорошо. Что такое? — спросила ее я, смотря в ее хитрые глаза и выражение лица, которые бывают лишь при сдерживаемом смехе.— О, Саха, ты только мояяя! О, Саха, ты моя судьбааа! О, Саха, ангел неземной! Не налюбуюсь я тобооой! — пропела она на какой-то непонятный мотив. Я закатила глаза, притворившись, что она мне с этим надоела, после чего она рассмеялась и мы попрощались. После встречи с сестрой мое настроение улучшилось, и теперь я была точно уверена в том, что у меня все получится. Зайдя в корчму, я пообедала и пошла обратно к себе, дожидаться вечера. Как только начало темнеть я направилась сначала к такелажнику и сказала ему следовать за мной. Вместе мы зашли к каменщику и, забрав готовую плиту, втроем направились к дому заказчика. Дойдя до нужного места, такелажник привязал плиту цепями, продев их в специальные кольца и подвесил на ветке дерева так, что в любой момент ее можно было опустить, и она накрыла бы яму полностью, не оставляя щелей. Я достала из торбы миску и цепь, звенья которой были соединены так, что у нее было четыре конца, к трем из которых были присоединены крючки. Я взяла миску и пошла в дом. Брат жертвы, который все это время наблюдал за нами, проводил меня к женщине и я, взяв нож, сделала надрез на ее руке, из которого в миску налилось немного крови. Жертва выглядела еще хуже, чем когда я видела ее в последний раз. На всякий случай мы вызвали доктора, который сидел рядом, но по его лицу было видно, что он вряд ли чем-то поможет. Выйдя обратно на улицу, я поставил миску на землю, добавила в кровь молоко, закрепила крючками цепи в специальные дырки на бортике и медленно, стараясь ничего не пролить, опустила миску в яму. Затем я немного опустила цепь вниз, и крючки перестали держать миску, после чего я подняла цепь назад и, кивнув такелажнику и каменщику, которые держали веревку удерживающую плиту, стала ждать. Спустя несколько секунд вокруг похолодело, а затем послушался вой оповещающий о том, что домовой приближается. Рядом со мной просвистел порыв ледяного ветра и послышался хлюпающий звук — домовой начал пить содержимое миски. Я подала рукой знак каменщику и такелажнику, и они отпустили веревку. Каменная плита полностью накрыла яму, не давая домовому выбраться. Теперь он был погребен там до тех пор, пока кому-нибудь не взбредет в голову поднять плиту. На такой случай я попросила каменщика выгравировать на плите специальный символ говорящий о том, что под ней заперт домовой-потрошитель.Мы все облегченно выдохнули и мои помощники тут же поспешно удалились, сказав, что бы я занесла деньги завтра. Я же направилась в дом. Зайдя в комнату жертвы, я увидела, как врач уже обработавший и перевязавший посиневшую рану, поил ее какими-то лекарствами. — Как она? — спросил ее брат, стоявший все это время в углу. — Повезло. Жить будет. Но за ней нужен особый уход, — ответил врач и тут же прогремел гром, и громкий явно разозленный голос звучащий отовсюду:— НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ!После этого еще одна молния ударила в дом и он загорелся. Я помогла доктору вынести женщину на улицу, пока ее брат выводил детей. Когда мы выбежали, дом уже был полностью объят пламенем. Никаких сомнений в том, что это сделали с помощью магии, не было. На небе вновь появилась молния, хотя ни туч, ни дождя не наблюдалось, а затем, откуда ни возьмись, появился смерч потушивший огонь не оставивший, однако, от дома и следа. Дети тут же попрятались кто куда, а мы остались стоять как вкопанные.Смерч рассеялся, а в его центре появилась красивая женщина с прекрасной фигурой в облегающем, бордовом платье, со светлыми локонами волос и красивым лицом, искаженным злобой. — Я столько времени угробила на то, чтобы заселить в этот дом проклятого домового и все зря! Ну, нет! Эта чертовка не выживет! Черт с ней, с этой скрытностью! — прокричала она, гневным голосом идя прямо к раненой женщине. — Эй! Не приближайся к ней! — сказал ее брат и встал между ними. — Милый, сделай одолжение, отойди! Ты все равно будешь мой, но я хочу, что бы в этот раз она не смогла помешать! — сказала та, уставившись на женщину гневным взглядом. Доктор отошел от оцепенения и тут же побежал подальше от нас, а я вышла вперед и сказала:— Никто никого не убьет пока я здесь. Что происходит? — Не мешайся, иначе я убью и тебя! Эта стерва отобрала у меня моего любимого! Приворожила собственного брата, чтобы насолить мне! Да еще и детей от него нарожала! — с гневом ответила та. Меня это немного удивило, но я все же повторила:— Все равно никто никого не убьет, пока я тут.— Я же сказала тебе — не мешайся! — прокричала та и отбросила меня заклинанием в сторону. Я ударилась о дерево и потеряла сознание. Очнулась я, когда уже светало. Голова жутко болела, но я встала и огляделась. Я лежала там же где и упала вчера. На плите под которой был погребен домовой сидел брат жертвы уткнувшись лицом в свои ладони. Недалеко от него располагалось четыре свежие могилы. Значит, та ведьма убила и женщину и детей. Я подошла к мужчине, и он поднял на меня безжизненный взгляд.— Мне жаль, — сказала я.— У меня еще один заказ, — сказал он и после паузы добавил. — Убей ту ведьму. Я отдам тебе все, что осталось, только сделай это и получишь плату.— Хорошо. Есть какие-нибудь зацепки? — сказала я.— Она обещала вернуться сегодня вечером и услышать мой ответ.— Тогда надо вырыть еще одну могилу.— Я сделаю это.После этого я направилась обратно в город. Зайдя к каменщику и такелажнику, я отдала им деньги. Каждый попросил заплатить больше, аргументировав тем, что работа оказалась сложнее, чем они думали. Не став с ними спорить, я доплатила каждому по три золотые монеты и отправилась к кузнецу. Заказав у него металлический каркас с тринадцатью прутьями, выглядевшими как квадратная арка, я пошла обратно к себе.Под вечер я намотала на руку свою серебряную цепь, впихнула за пояс меч с покрытым серебром лезвием, спрятала во внутренние карманы куртки эликсиры и направилась к кузнецу. Забрав у него готовую конструкцию, я направилась к сгоревшему дому заказчика, который к моему приходу уже вырыл могилу и ждал снова, сидя на каменной плите. Когда я подошла ближе, он посмотрел на меня, но ничего не сказал. Рядом с вырытой могилой, которую он сделал поодаль от всех остальных, я поставила еще не завершенную тюрьму для ведьмы и выпила несколько эликсиров, а именно пургу, чтобы двигаться быстрее, экстракт Де Врие на случай, если ведьма попытается стать невидимой и зелье Петри, что бы сделать свои знаки наиболее эффективными. Наложив на себя знак квэн, я забралась на ветку дерева, под которым сидел мой заказчик и, спрятавшись в листве, стала ждать. Спустя минут двадцать ведьма наконец-таки появилась в том же вихре ветра, как и в прошлый раз. Она подошла ближе и мужчина встал.— Ну что, каков твой ответ? Ты будешь любить меня или мне придется наложить на тебя чары? — спросила она елейным голосом.— Вот мой ответ, — сказал он, и я спрыгнула вниз одновременно замахнувшись мечем, но ведьма увернулась.— Ты! Я же говорила — не мешайся! — и она отправила в меня очередное заклинание, которое попало в щит, от чего тот треснул, но трещины тут же затянулись из-за выпитого эликсира. Это её еще больше разозлило и она стала, как ошалелая, кидать в меня разные заклинания. Этого мой щит выдержать не мог, поэтому я, уворачиваясь от них, быстро побежала к ней. Благо та была слишком занята колдовством и стояла на месте. Подбежав достаточно близко, я замахнулась мечем и, провернув его у себя над головой, ударила, проведя лезвием ей по животу. Ведьма успела отреагировать, но все же лезвие её задело и она, вскрикнув, отпрыгнула назад. Не став ждать я прокрутила меч запястьем почти возвращая его в исходную позицию, но на пол пути вновь подняла руки и нанесла ей удар по голове. Она увернулась, и от этого удара, сделав быстрый шаг назад, но споткнулась о камень и начала падать. Я видела ее падение как в замедленной съемке благодаря эликсиру и, сделав быстрый шаг вперед, подойдя на уровень атаки, нанесла ей удар прямо в горло. Ведьма упала на землю, держась за лезвие руками. Я выдернула клинок и ведьма растворилась в воздухе. Некоторое время я не могла понять, где она. Нанесенная рана для ведьмы смертельной не была, но далеко уйти она не могла. И вот я увидела ее убегающий силуэт, который светился голубым, ибо ведьма была невидима. Пока я искала её, она успела убежать довольно далеко, но я бросилась за ней и постепенно нагоняла. Забежав в город, я начала ее терять, ибо эликсир не помогал видеть сквозь здания и прохожих. Но вот я увидела ее силуэт, забегающий в церковь. Я забежала внутрь и увидела, как она забегает в исповедальню. Убрав меч в ножны, я тихо и медленно пошла в том же направлении и, зайдя в соседнюю дверцу, увидела, что там, где должна была быть ведьма, сидел священник. — Прости меня отче, ибо я грешна, — сказала я, делая голос таким, как будто и вправду жалею о содеянном. — Поведай мне о случившимся, — сказала ведьма старческим голосом, однако было слышно, что она не верит тому, что я оказалась тут случайно, но продолжала играть свою роль.— Я часто злюсь. И сейчас я очень зла. Бегите, отче, — с этими словами я достала меч и, проткнув перегородку между нами, воткнула лезвие ей в глаз. Ведьма закричала уже женским голосом и выбежала наружу. Я выбежала за ней и увидела, как она меняет свой облик обратно. Выбежав из церкви, она побежала по маленьким пустынным улочкам города. В них было очень темно, и я решила выпить кошку, хотя это и было рискованно, так как уровень токсичности мог повыситься слишком высоко, но дело сделать надо. Я достала из внутреннего кармана кошку и выпила эликсир. Все вокруг стало черно-белым, однако теперь все было видно прекрасно, и я разглядела ведьму, заворачивающую за угол тупика. Добежав до поворота, я отправила ей вслед аард и сбила ее с ног. Подойдя к упавшей ведьме, я занесла свой меч и одним движением, не обращая внимания на ее мольбы, снесла ей голову. Ее тело тут же стало меняться, превращаясь в отвратительную старуху, которая гнила живьем и вообще была покрыта странными наростами. Немного отдышавшись, я вновь убрала меч в ножны и подошла к ее голове, но тут я закашлялась и у меня изо рта потекла кровь. Достав из кармана ?белый мед?, я выпила этот эликсир, что бы снизить уровень токсичности, хотя неприятная отдача от их применения уже начала свое действие. Вокруг вновь стало темно, а тело налилось свинцом, но я все же потащила тело и голову ведьмы обратно в заказчику. Надо было закончить дело.