«Клон»-3, или В лабиринтах любви. Часть 34. Главы 14-19 (2/2)

- Ну как забыть такое чудо! – вздохнула дона Жура. Историю бывшей жены соседа они обсуждали не раз, но тема-то интересная. Поэтому почему бы не поболтатьоб этом ещё и ещё?- Так вот, ее отдали в караван. Если она не выберет там себе мужа, всё – станет работницей у дяди Абдула до конца своих дней.

- Вот тоже судьба у девчонки! Но ты говорила, она хотела замуж за мужа дочери Жади.- Хотела, но разве ее мнение что-то значит? В Марокко в их семье всем заправляет синьор Абдул. Он решает, кому за кого идти замуж. Кстати, дочери Жади тоже нашли мужа. Только представь! Мухамед переживает, что Саиду снова придется ссориться с дядей. Неугомонный сид Абдул решил, что Хадижа должна стать женой Имада. Это тот, от которого спаслась Самира. А что? Хадижа разведенная, с детьми. Кому она теперь нужна, как думает Мустафа.- Ох ты ж...! – выдохнула дона Жура, подняв брови. – Но разве дона Жади позволит? Она мечтает видеть дочку счастливой, а не замужней.- Да, но не всем это удается – стать счастливой в браке, - проговорила Ноэмия, поднося крохотную чашечку с кофе к губам.- Ну, хотя бы Арибе повезло. Как она там, в Марокко? Вышла замуж?

- Ещё нет, готовится к свадьбе. Но у нее будет счастливый брак. Она такая славная девушка!

- Да, она заслуживает хорошего мужа, - согласилась дона Жура.Вдруг Ноэмия заметила, что Базилио, подметавший тротуар перед баром, застыл и с любопытством уставился куда-то. Присмотрелась и она. О, так это вышли из дома жены Амина! Обе с огромными животами и пустыми сумками.- Интересно, кто родит первой? – вслух сказала дона Ноэмия, не сводя глаз с беременных соседок. – Впрочем, у Халисы срок на пару месяцев больше...- Что?.. А, ты про невесток синьора Мухамеда? – дона Жура теперь тоже наблюдала, что происходит на улице. – Родить должны со дня на день. О, и дона Назира вышла на балкон. Как смотрит им в след! Обидно, когда тебя семья отвергает.- А знаешь, что дона Назира собралась в клинику к знакомому семье Феррасов доктору? Тому, что помогает женщинам вылечить бесплодие? Она надеется ещё родить Миро детей.

- В ее-то возрасте?

- С помощью процедуры ЭКО. Это возможно, - пожала плечами Ноэмия.

- Посмотрим. Теперь Миро может и пятерых детей содержать. Бизнес хорошо поднимает. Почему бы и нет?- Жура, а знаешь, что ещё...?И женщины принялись сплетничать, вспомнив, как соседка Назира мечтала купить спортивные костюмчики детям, которые у нее родятся. Будет учить их гимнастике. Дети Миро должны стать спортсменами, как и их отец!Поток сплетен остановился только благодаря новому посетителю. В бар вошел, закрыв собой почти весь дверной проем, мужчина в светлом летнем костюме. Приблизившись к барной стойке, он достал из кармана брюк деньги и бросил на стойку.

- Стакан кашасы и тарелку пирожков, - услышали изумленные Ноэмия и дона Жура.

- Конечно, синьор, сейчас принесу пирожки, - пискнула Анинья.- Синьор Марсело! – звонко произнесла дона Ноэмия. – Вернулись в Сан-Криштован? Надолго?Посетитель повернулся в их сторону. Скорее всего, Ноэмию он просто не узнал, но не дону Журу.

- Журинья? Ты всё ещё здесь? Всё такая же красавица... Столько лет прошло, а тебя не смог забыть. Хотел увидеть, но всё не решался зайти в бар. И вот...Дона Жура довольно хмыкнула, но тут же приняла сдержанный вид, поднимаясь из-за столика и проходя за стойку.- Добро пожаловать, синьор Марсело! Кашасу? Анинья, пирожки! – вошла она в привычную роль хозяйки бара.

- Я о тебе не забывал, Журинья...- Синьор Марсело, давайте не будем... Не начинайте!- Как? А если я приехал ради того, чтобы НАЧАТЬ все сначала?

Беседа так увлекла дону Жура и нового посетителя, что они даже не заметили, как рядом с самым близким к стойке столиком замер Базилио, мечтаястать невидимкой. Он так внимательно слушал, стараясь не пропустить ни слова, что широко раскрыл глаза, открыв рот и напрягая слух. Поэтому и пропустил, как из магазина вернулись Амин, Халиса и Эмми. Приехали на такси, потому что столько сумок и пакетов, сколько им тут же помог выгрузить Амин, две беременные женщины просто не смогли бы донести от супермаркета до дома.Не было рядом Базилио, чтобы услышать, как Эмми уговаривает мужа отпустить ее к ларе Назире.- Амин! Скоро же у меня совсем не будет времени заглянуть в гости к твоей родной тете! Почему бы мне не пойти к ней прямо сейчас? Кстати, мне же интересно, назначили ей процедуру ЭКО или нет. Возможно, тетя Назира уже беременна! Или это случится вот-вот!Амин знал, как волновала отца эта тема – беременность тети Назиры, как не верилось отцу и Мустафе, что у лары Назиры могут родиться ещё дети. Но ведь и появление Ферюзы оказалось неожиданным! А вот родила женщина, да ещё и сама, и в Марокко! Тетя Назира всё сможет, если захочет. Нет для нее невозможного.Поэтому она вполне сможет родить ещё ребенка от мужа-бразильца даже в таком возрасте.

- Ладно, иди! Но не задерживайся. Нет у нас служанок, а Халиса одна не может переделать всю работу! Имей совесть, не сваливай все домашние заботы на нее.- Хорошо, мой хабиб, я быстро! – обрадовалась Эмми, здесь же, у ног мужа бросила пакеты и сумки, даже не догадавшись занести их в дом, и поспешила к двери лары Назиры, которая стояла на пороге комнаты, выходившей дверью на балкон, и наблюдала за этой сценой. Заметив, как молодая жена ее племянника обошлась с ним, она осуждающе покачала головой.Халиса тоже недовольно поиграла бровями, но промолчала. Она уже привыкла к такому легкомысленному поведению второй жены и мягкому к ней отношению мужа, но что поделаешь? Молча собрала брошенные Эмми у входа в дом пакеты и вошла в приоткрытую дверь, тяжело переваливаясь с ноги на ногу и неся перед собой просто огромный живот....Эмми же, не смотря на приличный срок беременности, взлетела по лестнице на жилой этаж дома, где лара Назира уже распахнула перед ней дверь.

- Входи, дорогая! Ты чувствуешь аромат? Я приготовила кускус, такой, как готовят в Марокко!- О, тетя Назира! Чудесно! Я как раз проголодалась!- Тогда идем в гостиную, садись, я уже поставила таджин с кускусом на стол. Поедим и поболтаем.Однако посплетничать наедине им не удалось. Случилось так, что как раз в это время к дому на такси подъехали Жади и Хадижа и малышей с собой привезли. Они тоже не отказались от кускуса, но с собой у них оказался целый пакет сладостей из кафе мужа Латифы.

- Сравним, у кого вкуснее, - обрадовалась Эмми. – У Халисы или у сида Керима?Хадижа, порывшись в большой сумке, достала и протянула тете Назире плоский пакет.- Это фотоальбом, который я сделала для мамы. Но и она добавила свои фотографии. В общем, здесь всё: и из дома отца, и из Марокко, и из дома мамы, - пояснила она.Назира радостно взяла и тут же высвободила альбом из красивойоберточной бумаги, в которую он был завернут для сохранности.- Мне всё интересно! Вот перекусим, и вы мне покажете фотографии и всё расскажете!- Прости, тетя Назира, что так долго не привозила альбом, хотя много раз обещала!- Но всё-таки привезла! – успокоила ее женщина, похлопав по плечу.Жади тем временем устраивала малышей. Мальчики с радостью занялись игрушками Ферюзы. Все дети были посажены на диван рядом со столом, чтобы было удобнее за ними наблюдать.

Поели с удовольствием, пришло время пить чай с привезенными лакомствами. Чай приготовила Хадижа, похваставшись, что научилась вкусно заваривать его ещё в Мекнесе. Эмми же ничего не делала, даже не помогла принести стаканчики или разложить сладости на блюда. Но женщины отнеслись к этому снисходительно: у Эмми срок уже семь месяцев, пусть спокойнопосидит.

А потом стали листать фотоальбом. Делала это лара Назира, держа его у себя на коленях. По обе стороны от нее уже на диване, уложив детей спать в соседней комнате, сидели Жади, Хадижа и Эмми, вместе рассматривая фотографии и предаваясь воспоминаниям.

- Это Имад! – с удивлением воскликнула Хадижа. – Такая старая фотография – это же из нашего детства, когда и я, и ты, Эмми, и Амин с Самирой ездилис родителями в Фес. Помнишь, Эмми, тогда на празднике дядя Абдул показал Амину его невесту Халису, она была такая пухленькая, щекастая! А Самира фыркала при виде своего жениха – им оказался Фарид. Он ей уже тогда не понравился, - с каким-то удовлетворением произнесла девушка.

- Помню, но разве на ТОМ празднике была сделана эта фотография Имада? Но он уже тогда был старым! Сколько же сейчас ему лет? – прищурилась Эмми.- Нет, тогда ему было лет тридцать или даже меньше. Я точно не знаю. Но это Карима сфотографировала его, когда он приходил вместе с родителями сватать Сумайю.

- Да, я тоже помню, как мы с Зорайдэ научили Сумайю, как отвадить нежеланного жениха, - с улыбкой кивнула Жади. Эту историю женщины семьи вспоминали часто.- И тогда никто не мог и представить, что через десять лет он посмеет свататься к Самире! – воскликнула Эмми. – А мне Амин сказал, что дядя Абдул намерен выдать за него Лейлу. Если она вернется из каравана, не выбрав мужа, то дядя Абдул даст ей последний шанс, сосватав ее Имаду. Хм, глупая Лейла мечтала о Фариде!Жади не нравился этот разговор, она не хотела, чтобы при Хадиже упоминалось имя бывшего мужа. Но язык у Эмми не переставал болтать. И как быть? Она видела, как по лицу Хадижи пробежала тень. Ревнует? Или просто неприятно вспоминать? Жади продолжала с тревогой наблюдать за дочерью.

А тем временем Назира взяла в руки эту фотографию, чтобы лучше рассмотреть прыткого, но незадачливого жениха, которому так покровительствует дядя Абдул. И почему он нацеливается только на родственников их семьи? Сумайя, Лейла, Самира... И все девушки намного моложе него.- Ну... Не красавиц, конечно..., - протянула она, наклоняя голову на бок.- Фуууу! ... Старик уже...За сорок ему, наверно. Он такой противный!... Самира рассказывала, что ее тошнило при одном взгляде на него! – одновременно возбужденно заговорили Эмми и Хадижа.- Но кому-то и такой жених подошел бы, - упрямилась Назира. Ей очень нравилось поддразнивать девчонок.– У кого-то и такого нет. Были бы рады и ему.- Самира говорит, что у него мерзкий голос. И он так шаркал бабушами по коридору, что она, сидя в комнате в доме дяди Абдула, чувствовала себя как в фильме ужасов, слушая приближающиеся шаги отвратительного мужчины, которого ее вынуждали принять как мужа. Фууу!- Эмми! Хадижа! Не смейтесь над ним, возможно, он хороший человек, добрый сын для своих родителей..., - увещевала Жади. – А Самиру он добивался, понадеявшись на покровительство и уверения дяди Абдула, который убедил его, что Самиру можно будет рано или поздно сломить. Она же красавица, Самира не могла ему не понравиться. А вы смеетесь над ним.

Назира, подняв брови, критически рассматривала сделанное из укрытия фото Имада. Заметив такое внимание, девушки тут же поинтересовались у нее, согласилась бы тетя Назира стать женой Имада, если бы дядя Абдул решил выдать ее за него замуж? Но лара Назира ответила, что она благодарна судьбе за то, что Аллах послал ей Миро. Значит, так было суждено, чтобы она долго ждала, но дождалась бы любимого мужа из Бразилии.

У Эмми был такой вид, как будто с ее языка вот-вот сорвется признание, тайна, которую она уже не в силах хранить. Она слушала рассказ лары Назиры о том, как однажды дядя Абдул все-таки снизошел найти ей жениха. И что бы вы думали? К ним пришел старик с двумя сыновьями-красавцами, а лара Назира решила, что жених – один из них, а вовсе не засушенная мумия, как обозвала она претендента в женихи, когда дядя открыл ей правду.

- О, Аллах, я так расстроилась, что уронила поднос с выпечкой! – вспоминала она. Но Жади хорошо помнила, что сестра Саида вовсе не выронила, а швырнула на пол поднос, рассыпав по ковру вкусное печенье – «рожки газели»!- Аллах! А я ведь могла стать женой молодого мужчины ещё столько лет назад. Но нет, мои братья этого не хотели, потому что им нужен был коврик из Назиры, о который им удобно было вытирать ноги! – снова вдруг разволновалась она.Видя это, Жади тут же принялась расхваливать, какой счастливой жизнью теперь живет Назира. А скоро она сделает ЭКО и сможет родить ещё одного ребенка. Или даже двух.- Трех, Жади! Доктор Альбьери пообещал, что подсадит мне несколько эмбрионов. Могут прижиться все! И тогда я смогу родить их всех.

- Да, конечно, так и будет, - решила не спорить Жади, хотя помнила наставления, данные Назире в клинике. Там не давали стопроцентной гарантии, что приживутся все зародыши. Бывает, конечно, и так. Но пусть бы один прижился и был выношен – уже будет отличный результат. Но к чему расстраивать лару Назиру? Жизнь сама докажет, что будет, а пока пусть женщина помечтает.- Ты что-то хочешь нам сообщить, - хитро погрозила пальчиком Хадижа, заметив, что Эмми едва не кусает губы, пытаясь не проболтаться. А у самой горят глаза!- Да, но если Амин узнает, он будет злиться.- Но кто из нас расскажет Амину? Говори, Эмми! – потребовала Хадижа. Жади сразу насторожилась: какую новость сообщит девушка? Но и Хадижа, иНазира ждали, чем с ними поделится жена Амина. И Эмми не выдержала.- Амин мне сказал, что его отец разговаривал с дядей Абдулом. Так вот, если Имад не возьмет в жены Лейлу или она выйдет замуж в караване, тогда он будет сватать Имаду тебя, Хадижа. Вот! – выдохнула с облегчением Эмми.- Что?!– вытянулось лицо у дочки, и это увидела Жади.

- Да! Потому что дядя Абдул не исключает, что Лейла может стать женой Фарида. Надо же ее к кому-то пристроить.

- Лейла, Лейла! Что за Лейла такая? Как мой брат мог выбрать себе такую вторую жену?! – недоумевала Назира. – Я видела девчонку, но не смогла рассмотреть вблизи. А теперь уже начала забывать, как она выглядела.Здесь нет ее фотографии?

- Есть! Конечно, есть! Но ее снимала на сотовый Самира, чтобы прислать мне фото в Мекнес. Я не могла представить, чтобы в доме дяди Мухамеда и тети Латифы хозяйничала другая женщина. И Самира сняла ее с балкона, прислала мне на телефон, пока Фарид ещё не отобрал его у меня. А когда я вернулась в Бразилию, Самира распечатала снимок для моего «альбома воспоминаний», который я теперь храню у мамы.Жади, слушая ее, грустно улыбнулась, глядя на дочь. Ей кажется, или Хадижа расстроилась, услышав о планах дяди Абдула - женить Фарида на Лейле? Но еебольше озаботила новость, что Хадижа может быть просватана за Имада. Это же новая катастрофа, если ещё и Саид согласится!И Жади принялась обдумывать, как ей поговорить с Саидом о будущем Хадижи. Пусть прошлое не повторится. А если женихом станет Имад, это совсем не подходящий вариант для Хадижи. Она снова будет несчастна!

Эмми продолжала обсуждать с ларой Назирой людей на фотографиях, не замечая, как загрустила подруга. Хадижа была расстроена и напугана.Сначала она услышала, что Фарид может стать мужем Лейлы. Но потом до нее дошло то, что Эмми сказала о ее дальнейшей судьбе: дядя Абдул не оставит ее одну, найдет мужа. И жених уже есть – Имад.

- Нет, только не Имад! – воскликнула она, задумавшись.

И все посмотрели на нее.

- Хадижа, я поговорю с твоим отцом. Не нужен тебе такой муж! Не переживай! – бросилась успокаивать ее Жади. – Пусть его женят на Лейле. Для нее это лучший выход, чем жить в караване.- Конечно, почему бы Лейле не выйти за Имада? – подхватила и лара Назира, поняв ситуацию и видя побледневшее личико Хадижи. – Если эта девчонка будет вести себя хитрее, то может прекрасно устроиться и с таким мужем, как этот странный Имад!

Эмми, с аппетитом вкушавшая очередное печенье, легкомысленно заявила:- А мой Амин сказал, что Лейла станет наказанием для Фарида. Пусть их поженят, иншалла! Так сид Мухамед считает. Он так и сказал Амину! Вот!

Хадижа опустила глаза, пряча взгляд. О чем она думает? Жади хотела бы знать об этом. Но дочка не всегда раскрывает ей свое сердце. Она вернулась из Марокко, научившись скрытности.Или девушка не может забыть негодяя? Не может стереть Фарида из сердца? Жади могла это понять, хотя ей совсем не нравилась любовь Хадижи к человеку, который этого не заслуживал. Но разве она сама сумела забыть Лукаса, когда и она, и он состояли в браках с другими? Да, но Лукас не был негодяем! Правда? Но порой ей и Зорайдэ казалось, что именно таков он и есть! Сколько Жади пришлось страдать из-за Лукаса!

Такой диалог Жади мысленно вела сама с собой, понимая состояние Хадижи, но не соглашаясь с тем, что дочь не может забыть человека, в котором так ошиблась. Впрочем, разве она сама его выбирала? Во всем виноват дядя Абдул, выбравший такого жениха, и Саид, который не проверил кандидата в зятья, а доверился родному дяде.- Хадижа, тебе не стоит опасаться нежеланного брака, - сказала вдруг Назира, перелистывая страницу альбома. – Главное – не покидай Бразилию, не соглашайся вернуться в Марокко.- Мой отец обещал мне защиту от навязываемых дядей Абдулом браков. Я верю, что отец меня защитит, - ответила девушка.Чтобы у племянницы сменилось настроение, Назира принялась задавать ей вопросы о женах брата – о Рании, о Зулейке, о Фатиме, хотя всё это уже было обсуждено не раз до этого.- Я слышала, что Саид нашел и вернул домой сбежавшую жену.

- Да, тетя Назира. Фатима дома, но она потеряла память. Ничего не помнит, даже собственную новорожденную дочь. А травы, которые дала моему отцу Зорайдэ, Рания рассыпала, ничего не осталось. Отец возлагал такие надежды на то, что Фатима всё вспомнит, как только переступит порог особняка!- Как бы мне хотелось увидеть Фатиму! Какая она? В альбоме есть ее снимки?- Где-то были! – оживилась Хадижа. – Самира переписывалась с ней, когда Фатима вместе с Лео путешествовала по джунглям. Она там такая смешная! Когда я вернулась в Бразилию, но Фатиму все ещё искали, Самира показала мне все фотографии, которые у нее были на ноутбуке.- Даже мы с Латифой не все видели! А снимки красочные, - подтвердила Жади.- Так покажите! Я тоже хочу на них взглянуть!

И вот уже лара Назира перебирает вложенные между листами альбома фотографии, которые не вместились на страницы. Там – джунгли и Фатима, одна или рядом с Лео, то с попугаем, сидящим на плече, то с незнакомым цветком в волосах. Фантазии Фатиме явно было не занимать.

Назира, с живым интересом рассмотрев на снимках жену Саида, так же пристально принялась изучать фото Лео. И потом она сказала:- Когда я увидела Лео в Марракеше во время их с Самирой поисков твоего сына, Хадижа,я не могла отделаться от мысли, что это Лукас, а не его брат. Такое сходство! Как такое возможно?

- Назира, его мать тоже делала искусственное оплодотворение у доктора Альбьери, - напомнила Жади. – Он взял клетку Лукаса, правда, как уверяет, что по ошибке. И родился у нее мальчик, похожий на него.- Но... Разве Лео не брат Лукаса? Не сын Леонидаса Ферраса, мужа доны Иветти? – удивилась Назира.- О, эта такая странная и запутанная история! – спохватилась Жади. – Я сама ничего не понимаю. То одно говорят о рождении Лео, то другое. Не знаю, что там произошло на самом деле. Но Лео записан в документах, как сын Леонидаса Ферраса, брат Лукаса. Это правда.

- Жади, а если доктор и со мной что-нибудь перепутает? – нехорошее предчувствие сжало сердце женщины. – Может быть, найти другую клинику?- Но как же быть с донорским материалом? А если вы откажетесь, а доктор Альбьери использует материал Миро для другой пациентки, и та женщина родит детей Миро? – предположила Жади, не пытаясь напугать Назиру. Если честно, то Жади не очень верила в то, что у Назиры удачно пройдет оплодотворение. Норазочаровывать ее она не собиралась.

- Нет, нет! Я не хочу, чтобы потом те дети явились к моему Миро и сказали, что он их отец! Я, я должна стать матерью всех его детей! – заволновалась лара Назира.- Так и будет! Я тоже поеду в клинику вместе с вами! – решила Хадижа.

- Всё будет хорошо! Вы родите сына, тетя Назира. А как его назовете? А будете делать УЗИ, чтобы узнать пол ребенка? Кого вы хотите? Только мальчика? – засыпала ее вопросами любопытная Эмми.

И когда сестра Саида и Мухамеда ответила на вопросы, наступила очередь Эмми снова всех удивить. Она вспомнила ещё одну новость!- Хадижа, знаешь, что я услышала от Амина? Это рассказал сиду Мухамеду дядя Абдул, а он все слухи на медине знает. Ведь он там практически живет! Не знаю, может быть, Карима тебе уже рассказывала...- Говори! Зачем так затягиваешь рассказ? – поторопила ее Хадижа, приготовившись к неприятному известию. Только одна Эмми не пыталась оберегать ее от плохих новостей из Марокко, только от нее она и могла узнать, что ещё там случилось, имеющее к ней отношение.- Хорошо, расскажу. Так вот: говорят, что во время пожара в Марракеше страшно пострадала племянница шуафы, которую многие знают и в Фесе. Это та женщина, которая тоже была женой Фарида. Зухра. Аллах, конечно, ты же ее хорошо знаешь, Хадижа! Глупости говорю.

- Знаю, ещё бы! – презрительно произнесла дочь Жади.- Говорят, что она после пожара стала безобразной! Огонь забрал ее красоту. Шуафа лечила Зухру, и хотя она ведает рецепты от многих болезней, но племяннице не смогла помочь. И тогда Зухра стала прятать себя под никабом. Никому не показывает лицо. Она приехала в Мекнес к Фариду, а он увидел, какой она стала, и хотел прогнать. Но потом превратил в служанку. Хадижа, представь: она была его женой, а стала служанкой! – выдохнула Эмми, проговорив новость на одном дыхании.- Карима кое-что мне уже рассказывала. Наверно, такие слухи пошли от сидаРахима. Он проговорился дяде Абдулу, а тот рассказал всей медине. Но Карима услышала эту новость от лары Дунии. Не могу представить, чтобы Зухра согласилась стать служанкой, - спокойно ответила на это Хадижа.- Но если ей некуда больше пойти? Или она так любит Фарида, что рада была остаться рядом с ним даже в качестве бесплатной прислуги.- Возможно. Только бы быть рядом с ним. А потом она найдет способ его вернуть, - раздраженным тоном заметила Хадижа.- Но почему же Саид не схватит эту преступницу? – удивилась лара Назира. – Хадижа, разве не она помогла украсть твоего сына?

- И не только это! Я могу многое рассказать, за что следовало бы ее наказать! Но почему отец не прикажет ее схватить, не позвонит в полицию – я не знаю. И мне больше не интересны новости из Мекнеса! – отвечала Хадижа.

Но Назира принялась вспоминать шуафу, ведь столько лет прожила в Марракеше! Узнала многих, познакомилась сама или от кого-то что-то слышала о других, лично ей незнакомых жителях города.

- Шуафа.... Шуафа и ее племянница-одалиска по имени Зухра..., - стучала пальцами по губам женщина. – Я знала одну шуафу, но та была ещё и рисовальщицей мехенди на площади Джемаа-эль-Фна. Точно! Я даже делала у нее мехенди. Рисунки были не очень искусные, узоры не хитрые, но хна держалась долго! Отличная у нее была хна! Старушка знает какой-то особый секрет. За это ее и ценили клиентки. Настоящая мастерица.- Да, кажется, тетка Зухры подрабатывала в основном рисованием хной, - хмуро припомнила Хадижа.- Вот-вот, она! И риад ваш я тоже видела! – с удовольствием окунулась в воспоминания Назира. – Это риад, который шел третьим по счету, если идти от...Хадижа слушала, стараясь не встречаться взглядом с тетей Назирой. Как оказалось, это все ещё была больная для нее тема. Но риада уже нет, сгорел, а вот боль не прошла.

Назира же не догадывалась о чувствах девушки. Она живо вспоминала, как не раз проходила мимо риада, не подозревая, кто является его хозяином. Но женщина лгала: знала ещё в Марокко, чей риад. Специально мимо прогуливалась при случае. Но Назире не хотелось признаваться, что там, в Марракеше, отлученная от семьи, она время от времени все-таки узнавала вести об отвергнувших ее родственниках.Знала и о том, что Хадижа вышла замуж за хозяина обветшавшего риада, который уже долгое время использовался как склад, а не как жилое помещение. Видела риад не раз, поэтому Назире было несложно представить его сгоревшим, каким тот стал после пожара, если даже ворота выгорели.

- Ах, как же мне хочется общаться со всеми вами, встречаться с Латифой, познакомиться с Фатимой! Ближе узнать Зулейку. Саид женился на ней без меня!Нас с Миро на свадьбу не пригласили. Мне не хватает большой дружной семьи, частого общения со всеми!

- Не переживай, Назира! Мы уже общаемся. И нас не мало, - сказала Жади. – Возможно, со временем подружишься с ларой Муной. Говорят, она хорошая женщина. Вернется Самира, постарается встретиться с Фатимой. Тогда и ты можешь поехать с Самирой на встречу. Увидишь ее, познакомишься.

Назира слушала и кивала, смахнув слезу,продолжая листать фотоальбом. Вдруг она наткнулась на свадебный снимок Хадижи.

- Золото? Аллах! Это золото, которое ты получила на свадьбу, Хадижа?

- Да, - наклонившись к альбому и рассмотрев фото, сказала племянница.- Хм, узнаю руку Саида. Он покупал свадебное золото вместожениха?

- Но Фарид тоже купил мне золото, только позже, когда мы уже прилетели в Фес, добрались в Мекнес, - покраснела Хадижа.

- А это что за снимок? Чья свадьба? Мухамеда и этой Лейлы? Хм! Сколько золота! Аллах-Аллах! Это и есть Лейла? Здесь она такая испуганная! Рядом с моим братом – как ребенок. Не узнать ее. Но сколько на ней золота! Качественного, дорогого, даже на фото это видно! А я помню, как мы ходили выбирать золото Латифе, когда Мухамед готовился к свадьбе с ней...И снова, в который уже раз, припомнилась и была рассказана та история, когда Латифе пришлось отказаться от самых дорогих украшений, которые ей полагалось выбрать по обычаю перед свадьбой, но у Мухамеда не было тогда столько денег, чтобы их купить.

- ..но для Лейлы он не поскупился, - осуждающе поцокала языком Назира.- Назира, помнишь, как ты рассказывала детям сказки? И когда Хадижа рожала, придумала сказку о принце из зернышка.Наверно, каждый вечер Ферюзе рассказываешь? – улыбнулась Жади.- Конечно, когда перед сном я укачиваю Ферюзу, то сочиняю для нее сказки. На следующий день уже не помню, а она просит, требует рассказать ту, что слышала накануне!

- А ты записывай. Потом сможешь издать книгу авторских сказок.

- Ну, что ты, Жади! Аллах! Я – и книгу издать? Нет, не получится у меня! – польщенно улыбаясь, покачала головой Назира.

У Эмми зазвонил телефон. Она испуганно взглянула на дисплей и ахнула.- Амин звонит! Я обещала недолго погостить, а сама... Мне пора домой, тетя Назира. Тетя Жади, Хадижа! Как я рада была вас увидеть! Приезжайте чаще в Сан-Криштован!Она живо встала с дивана и упорхнула на улицу, придерживая рукой живот. Назира спустилась следом, чтобы закрыть за ней дверь. Хадижа подошла к балкону, чтобы сверху проследить, как подруга доберется домой. Жади про себя отметила, что дочь так и не вышла на балкон. Как ее Саид выучил! А ведь когда была маленькая, тостояла с Самирой на балконе, пока Мухамед не начинал кричать, чтобы обе вошли в комнату.Эмми вернулась домой и, как ожидалось, получила выговор от Амина, потом выслушала упреки и от Халисы. Но если первую жену Эмми просто проигнорировала, то для успокоения Амина пересказала новости, услышанные у тети Назиры. Но повторила только хорошее. Разве Амин не передаст ее слова отцу? Знала, как сид Мухамедмечтает помириться с сестрой. Однажды он забудет про дядю Абдула, пересилит себя и сам сделает первый шаг к примирению. На это надеется Амин.

Разве муж не рассказывал Эмми, как его отец переживал, что развод с Латифой не случился бы, если бы рядом жила лара Назира? Она уладила бы любое дело. И Самира не начала бы бунтовать, не отказалась бы от платка. Возможно, даже не стала бы учиться в университете. Впрочем, Эмми в этом не была уверена. Самира такая самостоятельная! Но дяде Абдулу точно не удалось бы уговорить Мухамеда взять в жены Лейлу, лара Назира не допустила бы свадьбы. Или согласилась помочь дяде? Но если бы все-таки такое случилось, тогда и Латифа не посмела бы требовать развод, но и Лейла боялась бы лишнее слово сказать. Тогда мать Амина не вышла бы замуж за сида Керима. А отец не женился бы ещё и на Муне. Или Муна все равно появилась бы?- Но сделала тетя Назира операцию или нет? – хотелось узнать Амину.

- А... Ты про ЭКО? Собирается. Они все вместе поедут в клинику – тетя Назира, тетя Жади и Хадижа.

- Вот как, - задумчиво произнес Амин, поиграл в руке ключами и покинул комнату, где отдыхала Эмми. Он пошел в свой магазин, планируя заглянуть по пути к отцу и поведать новости.18. Часть 34. Глава 18. Будни Зухры и Фарида.

Зухра была вынуждена занять комнату, где жила совсем недавно лара Асия. Некогда «женская комната», потому помещение было скудно обставлено в соответствии с назначением. Здесьдолжны были содержаться женщины, которые посмели ослушаться семью или злостно нарушить обычаи, опозорив свой род. Но Зухра предпочла теперь жить именно здесь.Не могла же она поселиться в комнате для прислуги. В доме были и такие небольшие помещения, темные, сырые, неудобные и неуютные. Но главное – Зухра не хотела обозначать свое положение, став служанкой, еще и местом проживания. Это всё временно. Зухра не могла поверить, что для нее всё кончено: сердце Фарида ей больше не завоевать!

Она вошла в комнату. С трудом открыв скрипучую дверь с заделанным оконцем, через которое когда-то жильцы дома могли передавать еду пленнице.В комнате теперь не было почти никакой мебели. Зухра брезгливо поворошила руками старое грязное белье на лежанке, которое осталось здесь ещё со времени обитания лары Асии. Ни у кого не дошли руки его выбросить. Впрочем, умерла старуха не в комнате – Зухре ли не знать об этом!

Хороших вещей здесь тоже Зухра не обнаружила. Подумала, что стоит забрать в своей бывшей комнате вазу, которую ей когда-то слепил горшечник из Феса. Вазу с глиняной розой на боку, как она пожелала. Зухра решила, что комнату украсит букет из ее любимых черных роз. Зато здесь не было зеркала. Зухра уже поняла, что для нее теперь это самый ненавистный предмет. В порыве злости она постаралась избавитьсядаже от небольшого зеркальца, с помощью которого подводила кхолемглаза, но быстро пожалела и вернула нужную вещь.

Но как бы ни плоха была комната, имелось и преимущество. Дверь ее выходила на галерею, с которой во двор спускалась лестница. Но Зухре важнее было то, что она могла бродить по галерее, заглядывая в окна других комнат. И когда Фарид сдержит слово и женится, приведет в дом трех жен и вернет Хадижу, вот тогда у Зухры будет возможность бродить по ночам по узкому коридорчику галереи, наблюдая с выгодой для себя за жизнью женщин Фарида.

С этого дня для Зухры началась полная трудов и забот жизнь. Она так опасалась быть выброшенной на улицу, что беспрекословно подчинялась ларе Джабире и старалась угодить ей во всем. Зухра решила выждать. Она ещё возьмет верх! А пока пусть мать Фарида удивляется ее покладистости и трудолюбию. Знала бы эта женщина, что при этом творится в душе Зухры!

Конечно, лара Джабира подробно рассказывала каждый вечер сыну и отцу, как прошел день в доме. Сид Рахим был рад, что жизнь их семьи налаживается. Опасности и беды, кажется, остались позади. И потому он с удовольствием и готовностью поддерживал разговоры Фарида о будущей женитьбе. Он и не подозревал, что внук ведет их, желая поиздеваться над Зухрой.

Но за ужином Фарид каждый раз повествовал, с отцом какой девушки он в этот раз разговаривал, описывая достоинства невесты, о которых ему становилось известно и из разговоров на медине, из сплетен женщин, побывавших в хамаме с девушками на выданье. Обычно женщины делились этими наблюдениями с матерями возможных женихов, а те – с мужьями, присматривая невест своим дорогим сыновьям.Лара Джабира, как и сид Рахим, тоже всерьез принимала интерес сына, думая, что он собрался начать новую жизнь, взять жену, завести детей, вычеркнув из сердца обманщицу Хадижу и их совместных, недосягаемых в Бразилии сыновей.

- Сынок!У тебя будут и другие жены, и другие дети! А о Хадиже даже вспоминать не станем! И тех мальчиков нам уже не увидеть из-за Саида Рашида. Пусть родятся ещё сыновья! Завтра пойду в хамам и присмотрюсь к дочерям лары Шеймы. Мы с ней встретились сегодня в лавке и поговорили. Она сказала, что ее муж «беспокоится» о двух старших дочерях, хотя и обе младшие тоже созрели и недавно надели платки. Я видела девушек. Третья сестра самая красивая. Но разве ее выдадут замуж раньше, чем двух старших?- Можно сосватать, а потом останется только ждать, когда разберут старших. Как, Фарид? Что скажешь? Сосватать? Если согласен, тогда я позвоню Абдулу, пусть займется приятным делом.- Можно. Позвони, дедушка, - спокойно ответил Фарид, обгладывая куриную кость,– мне спешить некуда. Если девушка так красива, то и год, и два подожду.- Но в доме нужны женские руки, - огорчилась лара Джабира. – Пусть девушка будет просватана и ждет свадьбу, но ты, Фарид, возьми тогда в жены ещё одну, ту, на которой можно будет жениться сразу, без такого долгого ожидания.- Возьму, - пожал плечами Фарид. – Я задумал иметь четырех жен. Одной из нихснова станет Хадижа. Сама вернется, вот увидите. И я ее приму вместе с нашими сыновьями. Правда, в наказание она станет лишь четвертой женой. Вот так. Но ты, мама, сходи в хамам, присмотри девушку. Можешь и Зухру с собой взять. Она опытная, сразу подметит изъян, если такой будет иметься, но скрываться. Я поел, пойду во двор, хочу ослов осмотреть.Когда Зухра услышала такие речи Фарида впервые, то едва не потеряла сознание. Как?! Фарид собрался жениться?! Это правда?! Но потом поняла -дальше пустой болтовни дело не двигалось. Да, лара Джабира зачастила в хамамы, не только в свой, привычный, но и в соседние. Девушек потом обсуждали, да так, что Зухра всё слышала. Она переживала, бесилась, ужасно злилась от бессилия. Но... шло время, а Фарид не сватался к девушкам, о которых столько говорил с дедом и матерью.Но Зухра, бывая на медина, слышала разговоры о том, что Фарид снова стал завидным женихом. Люди прослышали, что семья Фарида помирилась с Саидом Рашидом, который после пожара не стал требовать деньги, простил какие-то долги, а риад в Марракеше вновь вернул сиду Рахиму. И то, что цитрусовые сады и земли переписаны с Фарида на сида Рахима лишь формально – все итак понимали.Вот потому недостатка невест у Фарида не будет. Зухру это задевало невероятно. И она очень боялась, что Фарид вдруг возьмет и все-таки женится на одной из невест Мекнеса.

Но и Зухра привыкла к вечерним разговорам о будущих женах Фарида. Это в первое время она еле сдерживала злые слезы после его откровенных рассуждений, какая должна быть у него жена.- Мама, обрати внимание, когда окажешься в хамаме: у моей невесты должны быть густые длинные волосы, черные, как уголь. Такие густые, чтобы я, взяв волосы рукой, смог бы едва обхватить их пальцами. Пусть у нее будут красивые глаза и нежный рот. И ноги должны быть стройные и длинные. И особенно обрати внимание на зубы! Я не люблю, когда у женщины зловонное дыхание из-за больных зубов. Зубы должны быть, как жемчужины, один к одному, ровные и белые... Она должна уметь красиво подводить глаза, говорить нежным голосом...- Сынок, за один вечер в хамаме так девушку не узнаешь. И как я определю по мокрым волосам, какой они толщины.- Прикинь на глаз.- А зубы? Кто же мне их покажет?

- Пусть рассмеется, тогда откроет рот, и ты всё увидишь.- Но я должна ещё и рассмешить девушку? – возмущенно спросила лара Джабира.- Не ты. Возьми с собой Зухру. Она пусть носит за тобой всё, с чем ты ходишь в хамам. Она теперь твоя служанка. Вот и пусть помогает. И девушку, на которую ты укажешь, пусть рассмешит. Надо будет – пусть на голову встанет, но чтобы моей невесте стало смешно! Иначе из тебя, Зухра, окажется плохая служанка. А мне зачем такая? И смотри, чтобы ни одного изъяна не пропустила! Ты, Зухра, отвечаешь за это!

- Сынок, девушка испугается, когда увидит Зухру. Все знают, кто теперь у нас служанка. Даже если она не станет там раздеваться до белой рубашки, а останется в черной одежде с закрытым лицом, то все равно женщины поймут, что это Зухра, племянница шуафы из Марракеша.- И пусть! Моя невеста станет женой и будет жить под одной крышей с Зухрой, нашей служанкой. Но ты права, мама. Зухра не должна показывать свое страшное лицо. Незачем так девушек пугать.

Зухра бесилась, но ничего не могла сделать, не смела отвечать. И это понимал Фарид, которому доставляло удовольствие мучать ее, поэтому он изобретал новые и новые изощренные издевательства.Но однажды кошмар Зухры едва не воплотилсяв реальность.До этого она не могла представить Фарида женатым на девушке из Мекнеса. Но как-то очень быстро сид Рахим договорился, что они с Фаридом идут вечером смотреть невесту, возможно – будут сразу сватать. Зухра в тот вечер не могла найти себе места. Металась по галерее, вышагивая туда-обратно, то спускалась по лестнице во двор, то стояла под старым апельсиновым деревом у двери на медину.

Она готова была выдрать на голове последние волосы... Исцарапать итак изуродованное лицо с ужасными шрамами... Днем она по приказу Фарида и распоряжению лары Джабиры навела порядок в комнатах будущих жен. Какую выберет Айна? Так звали возможную невесту, дочь владельца лавки специй. Про нее на медине говорили, что даже ее духи пахнут ванилью. Но волосы были не черными, как уголь, а рыжими... Так сплетничали люди на медине.Однажды Зухре удалось увидеть девушку возле ее дома, когда та с братом и сестрами выходила на медину – шла на рынок. Но лица ее Зухре рассмотреть не посчастливилось, т.к. на девушке был надет никаб,ткань закрывала большую часть лица, оставляя видимыми для окружающих только глаза...

Зухра готова была заняться колдовством. Но почему-то чувствовала полное бессилие, не надеясь уже и на злые чары.Лара Джабира тоже ушла с сидом Рахимом и Фаридом. Должна же она была увидеть девушку в домашней обстановке. И хотя мало веры той выпечке и тому чаю, что невесты выносят гостям – скорее всего, печенье и сладости готовят умелые руки служанок или родственниц девушки, но даже выражение лица, движения и походка девушки, ее одежда могут многое о ней рассказать.

Айну мать Фарида видела в хамаме, и та показалась ей красавицей. Только вот девушка показалась ей слишком смешливой. Несерьезная, в общем. Однако Фарид замечание об этом проигнорировал. Поэтому они отправились втроем в гости к семье девушки, куда их пригласили.

Время для Зухры в тот вечер тянулось бесконечно. Она разбила себе затылок, когда билась головой о ворота риада, представляя, как Фарид заглядывается на будущую жену. Племянница шуафы заранее придумывала разные козни для несчастной, когда та окажется в этом риаде, став женой Фарида.

Но вот в замке заскрежетал ключ, дверь отворилась, во двор риада вошли уставшие сид Рахим и лара Джабира. Фарид перешагнул порог последним, закрывая за собой дверь на медину. Быстро сбежавшая от ворот Зухра наблюдала за ними из укрытия, стоя за углом дома, рядом со стойлом ослов. Ей хотелось увидеть выражение лица Фарида, но, конечно, сделать это ей не удалось. Фарид сразу же ушел в свою комнату, как и сид Рахим. Лара Джабира, оказавшись на кухне, не сочла нужным рассказывать Зухре что-либо о пребывании в гостях. Как странно! Что же там произошло? Как ни мучило Зухру любопытство, но оставалось лишь надеяться на сплетни, которые она сможет услышать завтра на медине. Если что-то случилось, что-то нехорошее, об этом все равно станет вскоре известно всем вокруг.Но то, что сватовство не состоялось, Зухру порадовало. Иначе не было бы у всех такого удрученного настроения после возвращения домой. Но и на медине не появилось никаких разговоров, и мать продолжала отмалчиваться. И с дедом Фарид при Зухре ничего не обсуждал. Но про женитьбу разговоры прекратились. Зухра ликовала! Время шло, и однажды дед Рахим принес журнал, который молча бросил на столик в гостиной, где как раз на диване сидел Фарид, что-то подсчитывая в блокноте, сводя счета.

- Дедушка, что это? – спросил, поднимая глаза, Фарид.- А ты взгляни! – сердито ответил тот. – Вся медина рассматривает обложку и статью читает, на каждом углу обсуждают дочь Саида Рашида!Так как у Саида Рашида была только одна дочь, которую можно было обсуждать, то и Фариду, и Зухре, которая в этой же комнате наводила порядок, стало ясно, что имеется в виду Хадижа. Фарид схватил журнал и свел брови, сначала начав листать страницы, рассматривая снимки в статье, а потом уже уставился на обложку, где красовалась в европейской одежде Хадижа. Надо сказать, что мать его детей выглядела сногсшибательно, это Фарид признал. Казалась незнакомкой, но при этом очень красивой, привлекательной незнакомой молодой женщиной! Пусть даже бразильский наряд смотрелся на его жене непривычно. И все равно...- Красавица! – не удержался он. – Когда верну ее домой, ее и обоих моих сыновей, то пусть привезет с собой эти платья, юбки, в которых ее засняли на фотографиях. Она будет танцевать для меня не в костюме для танцев, а вот во всем этом. Прикажу, и пусть развлекает меня танцами из Бразилии. Как там женщины танцуют?

Дед презрительно усмехнулся.

- И это твоя бывшая жена! Без платка, накрашенная, волосы осветлила. Это всё дурное влияние ее матери! Абдул не напрасно все ещё называет ее одалиской! Аллах! Рукава короткие, а спереди - что? Всё расстегнуто, нижнее белье выглядывает, зачем?! И юбка – длинная, но с каким-то разрезом сбоку, в него Хадижа ногу выставила. Харам какой! Бесстыжая! А на странице что? Нижнее белье показано! Это из ее шкафа в доме отца, что ли?!- Нет, это реклама нижнего белья, это не ее вещи, - проворчал Фарид, возвращаясь к статье, найдя нужные страницы в журнале.- И все равно! Аллах! Как можно в статье об уважаемой женщине рядом такое печатать? Но если бы была уважаемая женщина, тогда я первый возмутился бы. Но Хадижа – предательница, воровка, укравшая детей, обманщица, которая заслуживает порку! Аллах! А сид Абдул уже нашел ей жениха, говорят. Но после такого позора кто на ней женится?- Дядя Абдул нашел Хадиже жениха? – был неприятно удивлен Фарид. – И кто жених?- Имад. Мой приятель никак не может женить несчастного. Столько девушек пытался ему сосватать. То ему не нравится невеста, то он – девушке.

- Какой Имад? Я его знаю?- Слышал наверняка. Это тот Имад, которого недавно хотели женить на Самире. Но племянница Саида сбежала и стала женой брата мужа матери Хадижи. Теперь Абдул привез Имаду Лейлу, бывшую жену своего родного племянника Мухамеда, который развелся с ней по причине ее неприятного характера. Но опять что-то не получилось. Теперь Абдул задумал женить его на Хадиже. Вот только согласится ли Саид?

Фарид нахмурился. То, что его планы начинают рушиться, ему не понравилось. Хадижадолжна вновь стать ЕГО женой, ведь она мать ЕГО сыновей! Ему необходимо было не только вернуть мальчиков, но и заставить Хадижу пройти через многое, что она заслужила, как ему думалось.

- Она не может выйти за Имада, дедушка. Объясни это сиду Абдулу, - попросил он старика. – Я решил вернуть Хадижу домой. Снова на ней жениться. Но сид Рахим беспомощно развел руками.- Хадижа – его кровь, он поступит с дочерью родного племянника так, как сочтет нужным. Я могу высказать пожелание, чтобы он помог вернуть Хадижу в нашу семью. Но...- Попытайся, дедушка, прошу. Прошу!Старик внимательно посмотрел на внука, тон которого его очень удивил. Неужели Фарид так запал на женщину? Тогда зачем давал развод? Зачем отпускал с отцом в Бразилию? И развод окончательный. А временный брак делать опасно. Сколько случаев, когда или женщина потом не хотела возвращаться, или временный муж решал вдруг не отдавать новоявленную жену. Это какой же позор будет! И ведь только установился мир с Саидом Рашидом! Но Фарид снова вспомнил о девчонке, которую сам же не ценил и отталкивал, выбрав Зухру.Сид Рахим покинул гостиную,оставив Фарида корпеть над счетами, а парень никак не мог вернуться к делу. Отодвинув блокнот с деловыми записями, он вновь принялся рассматривать фотографии, даже не прочитав статью, опасаясь, что написанное приведет его в бешенство, забыв, что журнал издан на португальском языке, которого Фарид толком не знал.

Кто-то из товарищей деда выписывал прессу из Бразилии, кому-то родственники из арабской общины Рио-де-Жанейро присылали свежие номера журналов и газет, когда там печатались материалы, как-либо касающиеся родни, проживающей в Бразилии. А Саида Рашида знали с Марокко многое, в Мекнесе вся медина следила за историей отношений между семьей Фарида и Саидом Рашидом, чья дочь вошла в эту семью невесткой.Фариду хотелось отшвырнуть журнал, порвать его, растоптать, но... Его тянуло ещё и ещё раз взглянуть на милое лицо Хадижи, представшей на обложке такой красавицей.

- Как я раньше в ней не рассмотрел этой красоты? – удивлялся он, снова придвинув к себе блокнот, но то и дело поглядывая на снимок бывшей жены.

Разве Имад откажется от нее? И как он, Фарид, может позволить Хадижестать женой другого? Как возможно, чтобы другой мужчина прикасался к матери его сыновей?А как же отмщение? Зухре он отомстил: она теперь служанка и останется ею, прислуживая всем его женам в будущем. Но от мести Хадижи он тоже не станет отказываться!Фарид сжал кулак так сильно, что сломался карандаш, распавшись на две части. Но мужчина даже не заметил, сидя на диване перед низким столиком иуставившись перед собой налившимися кровью глазами.- Отомщу! Я ей отомщу! Сотру у Хадижи воспоминания о веселом времени, когда она так счастливо улыбалась фотографу для этой обложки!Пребывая в ярости и ненависти, он не замечал Зухру, которая как застыла в углу большой комнаты, так и продолжала стоять, наблюдая за Фаридом, за тем, как меняется его настроение.Кажется, она придумала, как расшевелить его и привлечь на свою сторону! И как только Фарид опустил голову, с трудом справившись с собой и вернувшись к подсчетам в блокноте, Зухра тихо скользнула мимо,оказалась в коридоре, взлетела по лестнице и метнулась к своей бывшей комнате.Войдя внутрь, она ловко обыскала шкаф и сундук, затем перешла в комнату, где когда-то жила Хадижа. И здесь тоже быстро обшарила полки в шкафу, ящики и сундук. И нашла, что искала! Костюм для танцев был слишком измят, но в хорошем состоянии. И неудивительно: сколько раз Хадиже довелось в ней танцевать для мужа? Зухра тут же скинула с себя черные одежды и облачилась в костюм с блестками. Лицо она с отвращением закутала в тонкий широкий палантин, соорудив нечто, закрывавшее ее обезображенное лицо и лишенную волос голову.

И только после этого она смогла взглянуть на себя в зеркало. Не на себя, а на костюм, так ладно севший на отощавшее тело.

Зухра повертелась перед зеркалом, сделала несколько изящных движений, вспоминая, как она обычно когда-то танцевала. И вдруг бросилась к стоявшейна столике аппаратуре, в которой обнаружила диск с музыкой для восточных танцев, как называют это туристы из Европы. Зухра не смогла сдержаться, включила музыку, принялась танцевать. Мелодия была прекрасна, поэтому Зухре не пришло в голову сделать немного тише, чтобы не услышали в других частях дома...Она отдалась танцу, забыв на мгновения о свалившихся на нее несчастьях, даже об утраченной красоте. Зухра стала прежней, танцуя по комнате. Поэтому не сразу заметила распахнувшуюся дверь и Фарида, застывшего на пороге комнаты с безумными глазами.- Ты?! – закричал он. Зухра остановилась и сразу же протянула руку, выключила музыку. Кого имел в виду Фарид, она не поняла. К кому относилось его «ты?!»? К ней? Или он принял ее за Хадижу?

- Как?... Как ты посмела войти сюда? Что ты себе позволяешь? Мерзавка! – орал уже Фарид. Потом и вовсе подскочил к ней и содрал с головы воздушный тюрбан с тканью, закрывавшей лицо.Зухра в ужасе выставила перед ним ладони, желая спрятать за ними обезображенную голову. Но Фариду ее вид был так отвратителен, что он сам отвернулся тут же, как только прозрачная ткань оказалась у него в руках. Но и ее он отшвырнул с огромным отвращением.- Что ты делаешь в комнате Хадижи?!- Танцую! Потому что знаю, как выманить Хадижу в Марокко, как вернуть ее в этот дом! И я хотела рассказать тебе об этом. Но как я могу привлечь твое внимание, если ты не замечаешь меня? Только включив музыку, которая донесется до тебя из комнаты Хадижи! Ты ведь узнал мелодию?- Что ты могла придумать? На что ты теперь способна? – презрительно бросил он несчастной.Зухра зло рассмеялась.- А что – если в огне сгорела моя красота, так и мозги тоже пропали, усохли? Ты так считаешь? Я могу сделать так, что Хадижа сама вернется в Марокко.И вот тут Фарид ей поверил. Он повернулся к ней и сказал:- Если, Зухра, у тебя это получится, то... Ты сможешь просить у меня, что пожелаешь!- И даже снова стать твоей женой? – нагло усмехнулась она.- Да! Даже стать моей женой, снова, да! Но только если у тебя всё получится. Если Хадижа снова будет стоять передо мной на этом месте, где сейчас стоишь ты, тогда и ты сможешь снова вернуться ко мне в качестве жены.

- Не обманешь? Потому что я теперь буду очень стараться, но добьюсь ее возвращения.

Зухра перестала пытаться спрятать уродливую голову, опустила руки.- Я сдержу свое слово. Это станет также ударом для Хадижи – быть четвертой, хотя даже ты сможешь стать первой, второй или третьей.- Фарид, мы вместе придумаем, как провернуть это дело, как обойти твой договор с Саидом. Хадижу мы вернем.- Иншалла, иншалла! – только и сказал он, взмахнув руками.Зухра кивнула, сузив глаза и глядя в спину Фариду, когда он решительно выходил из комнаты. Она солгала, пообещала заманить Хадижу, ещё не придумав для этого способа. Но была уверена, что всё у нее получится. Теперь, когда появилась надежда.- Хм, Фарид, любишь ли ты Хадижу или тоже хочешь ей отомстить, я не знаю. Но в одном я уверена: когда Хадижа окажется в этом риаде, когда она будет в моих руках, я испорчу ей лицо! Сожгу ее волосы! О, я так ее изуродую, что Фарид никогда больше не посмеет ею восхищаться, во что она ни была бы одета.

Зухра не успела снять с себя костюм для танцев, как в комнату заглянула лара Джабира.

- Что ты здесь делаешь? Почему ты здесь? Выйди. Кто позволил заходить в эту комнату, кроме времени, когда ты делаешь здесь уборку? - строго вопрошала она.- Я... сейчас уйду, лара Джабира . Вспомнила прежние времена..., - оправдывалась застигнутая хозяйкой дома Зухра.- Одевайся и займись делами. И больше здесь не появляйся. Теперь у тебя другая комната.Зухра молчала, но как же ей хотелось ответить, что ее сын дал слово снова вернуть ее в жены, если она поможет заманить Хадижу в Мекнес.Но она остереглась раскрывать планы. Лара Джабира может начать пилить сына и настроит его против возвращения Зухры в семью, хотя он итак, возможно, солгал, чтобы заставить Зухру помогать ему.Потом потекла прежняя жизнь. Зухра работала, стараясь придумать ловушку для соперницы. А Фарид как будто забыл о просьбе и продолжал издеваться над несчастной. Отпускал шутки о ее пропавшей красоте, издевался над тем, чем ей приходится теперь заниматься, став служанкой. Он всячески подчеркивал ее статус, унижая при каждом удобной случае.И Зухра всё чаще наливалась злостью. А это стала замечать лара Джабира, которая опасалась, что однажды терпение Зухры лопнет и она начнет им мстить.

- Фарид, перестань издеваться над Зухрой. Оставь ее в покое! Иначе придет день, когда она отравит всех нас! Она что-нибудь сделает с тобой или со всей семьей!Но Фарида не останавливали увещевания и страх матери. Он получал удовольствие от страданий и злости бывшей любовницы. Однажды он даже объяснил матери, почему так относится к Зухре:- Это она во всем виновата! Зухра изводила Хадижу, она настраивала меня против моей жены, она украла моего сына! Зухра сделала всё, чтобы я оказался в таком положении – без семьи, без моих сыновей! Почему я должен начинать всё сначала? Искать жену, ждать, когда она родит мне детей? Пусть Зухра страдает! Каждый получит то, что заслужил.Зухра все ещё верит, что я смогу забыть о ее вине, надеется на что-то..., – Фарид мстительно ухмыльнулся, но тут же добавил:- Но потом придет время страдать и Хадиже.

- Аллах! Что ты такое говоришь, сынок? Разве ты не обещал Саиду Рашиду оставить в покое его дочь? Начни сначала, Фарид. Начни всё сначала. Мы можем уже завтра сосватать тебе невесту, через месяц ты можешь жениться, заключить никях, если у тебя и у семьи девушки не будет больших запросов. Забудь прошлое!

- Я подумаю, - согласился Фарид, возможно, заметив Зухру, притаившуюся у лестницы в коридоре. Он скривился: думает, что спряталась, а про свою тень на стене забыла!И вновь за ужином, когда Зухра возилась с принесенным на стол таджином, Фарид начал разговор о невесте, какую следует для него выбрать.- Завтра в хамаме посмотрите на девушек, чтобы и талия была тонкая, и кожа чистая, без ожогов и следов от ран. И ещё мне не нравится, когда на руках или ногах у девушки родимые пятна.

- Но, сынок, родимые пятна - это не недостаток. Так Аллах захотел, чтобы девушка родилась с родимым пятном. Это не ожог!- Но мне не нравится, - жестко сказал Фарид. – Выбирайте такую, чтобы ни одного изъяна не было. И родимых пятен тоже, даже самой маленькой родинки!- Но как же я узнаю – есть родинка или нет? – возмутилась лара Джабира.

Фарид пожал плечами – ему всё равно, как мать выберет такую девушку.

Дед же теперь смотрел на внука подозрительным взглядом: не шутит ли парень? Выберите ему самую красивую невесту Мекнеса, то с волосами, каких не бывает, то без родинок. Разве так ищут невесту? Сиду Рахиму уже не раз казалось, что нет у Фарида серьезного намерения жениться.- Я поговорю с сидом Абдулом, Фарид. Мы с твоей матерью никак не подберем тебе невесту. Но если за поиски возьмется мой приятель Абдул, то дело скоро решится. Показалось, илиу внука удивленно вытянулось лицо?Не думал, что так может повернуться его шутка о женитьбе? А вот пусть женится! В доме нужна молодая хозяйка! И Фарид станет мягче, а то злость в нем так и кипит.

Фарид не стал отвечать, быстро ушел за кормом для ослов, а сид Рахим всерьез задумался, не позвонить ли Абдулу? Вот только поможет ли приятель? Старик сказал внуку одно, но в душе сиду Рахиму не нравилось, что сид Абдул начал подумывать и намекать, что Фариду может подойти в жены – стать одной из жен – Лейла, которую ему очень хочется пристроить. Но если Мухамеду оказалась не нужна такая жена, то зачем она Фариду?

К тому же, сид Абдул огорошил его признанием, что Лейла сама пожелала стать женой Фарида.Увидела его на фотографии в каком-то семейном альбомеи размечталась о молодом муже. И сид Абдул сначала говорил об этом с насмешкой и осуждением, но Лейла оказалась в караване, а когда вернется в Фес, не решит ли Абдул обрадовать их семейство такой невесткой? И сид Рахим передумал обращаться к старому другу за помощью в поиске невесты для внука.

Нет, они сами будут искать девушку. Сид Рахим был согласен с дочерью Джабирой: парня следует отвлечь от горького и страшного недавнего прошлого. Пусть появится новая семья, новая жена, которая принесет свет в их дом.

Так и получилось, что и Фарид, и лара Джабира, и сид Рахим были озабочены мыслями о новом устройстве семьи.

Зухра же, казалось, успокоилась: тоже поняла, что дальше разговоров дело не движется. Но принялась лихорадочно обдумывать обещанную Фариду ловушку для Хадижи, злясь на то, что ничего не приходит в голову. Находись дочь Саида в Марокко, способы вернуть ее в риад бывшего мужа нашлись бы. Но как до нее добраться в Бразилии? Зухра и писать толком не умела, и телефона Хадижи не знала! А вот забытый Фаридом журнал со статьей о сопернице нашла, только прочесть не могла. Но фотографии с жадностью рассмотрела. Кажется, Хадижа счастлива в далекой стране и думать забыла о Фариде.

- Но теперь от тебя, Хадижа, зависит МОЕ счастье. Если я заставлю тебя вернуться к Фариду, то смогу снова стать его женой. Придется постараться. И мне совсем не жаль тебя.Однако вскоре Зухре пришлось вновь занервничать: как-то вечером Фарид вернулся домой с медины, где встречался с приятелями, и вдруг объявил матери, но так, чтобы услышала и Зухра, что необходимо срочно обустроить комнаты его будущих жен. Нет, даже не так: пришло время срочно их отремонтировать и затем заново обустроить!

- Но Фарид, каждая жена захочет по-своему устроить собственную комнату. Не получатся ли у нас лишние расходы? – робко возразила лара Джабира.И Фарид прислушался к матери!- Да... Но я все-таки займусь ремонтом. А о мелочах на свой вкус потом пусть позаботится каждая жена. Но комната Хадижи должна остаться такой, какой была при ней, - строго закончил он. – Как будто она только вчера вышла из дома.Не взглянув на Зухру хотя бы издевательским взглядом, даже не покосившись в ее сторону, Фарид прошагал мимо по коридору – в гостиную. Матьпокачала головой и ушла на кухню. Зухра же была напугана. Неужели он нашел выход? Сам, без нее? Тогда и его женой Зухре не стать!

Она незаметно поднялась на второй этаж, затем по лестнице – на крышу. Это место, о котором жильцы дома Фарида не помнили, часто бывало прибежищем Зухры. Не находя ее в доме, о Зухре забывали. Не лара Джабира, конечно, но сид Рахим и Фарид. Здесь, а не в бывшей комнате лары Асии, Зухра давала волю чувствам. Отсюда она наблюдала за жизнью соседних улиц. Здесь, сидя на старом диване, Зухре лучше всего думалось.

Вот и теперь ей хотелось просчитать наперед, как ей быть, если Фарид в скором времени приведет в риад новую жену. А если та окажется не такой слабовольной, как Хадижа, а станет вести себя, как когда-то сама Зухра?

19. Часть 34. Глава 19. Самира и Лео.- Брат Хасиф! Ты прав, как прав! – соглашался с невидимым собеседником Мухамед, стоя в гостиной с телефонной трубкой в руке. – Дядя Абдул тоже так говорит: «Шайтан подбирается к человеку, находя в его душе лазейки!» Но так и есть! О, Аллах! Пусть всё плохое пройдет, брат Хасиф. Пусть пройдет!Из кухни плыли вкусные ароматы: Муна готовила не только таджин с цыпленком и солеными лимонами, но на столе уже стояло целое блюдо традиционных марокканских пышек сфендж, обожаемых Мухамедом. Мужчина исходил слюной от вкусных запахов, а голодный желудоктребовал еды. Но, забежав пообедать, Мухамед не успел дойти до кухни, где Муна уже готовилась накрыть для него стол, как был остановлен телефонным звонком. Мухамед понял: звонят из Сан-Паулу. Междугородние звонки были иные.

- Аллах, что случилось? Я не жду ни от кого звонка! – насторожился Мухамед Рашид.И вот уже почти полчаса длилась его беседа с давним приятелем, дружба с которым тянулась ещё с тех времен, когда Саид открыл в Сан-Паулу свой первый магазин. Сколько лет прошло! Мухамед понимал, что дружеский звонок имеет какую-то цель: старый товарищникогда до этого не звонил, ограничиваясь редкими встречами, но вот где-то нашел номер телефона... В чем дело?

Наконец, обсудив множество разных тем, брат Хасиф добрался до главного.Когда Мухамед услышал, что ему предлагают, то был потрясен, не зная, радоваться ему или печалиться. Дело касалось его дочери Самиры. Да, о том, что у Мухамеда Рашида есть образованная дочь, имеющая современную профессию, независимая и своенравная, как оказалось, не было секретом в арабской общине в Сан-Паулу. И на нее даже имелись виды у некоторых потенциальных женихов. Так Мухамед узнал, что нашелся араб из уважаемой семьи, который вовсе не против взять в жены Самиру, девушку с современными взглядами, отказавшуюся носить платок. И теперь сид Хасиф взялся выступить в качестве посредника между потенциальным женихом и отцом девушки.Это заявление старого знакомого очень удивило Мухамеда, ему показалось, что что-то не так. Зачем мужчине-мусульманину родом из Марокко такая жена? В душе Мухамеда начал закипать гнев – что за злые шутки позволяет себе человек, с которым он так давно не виделся? Но сид Хасиф догадался о назревавших чувствах собеседника и вовремя пояснил:- Брат Мухамед, не удивляйся. Но родственник жены, о котором я тебе пытаюсь рассказать, увидел твою дочь на обложке журнала и не смог забыть Самиру. Будто с ума сошел, только о ней и думает, грезит ею. Семье это не нравится, конечно. Но что поделать? Он врач, разведен. Жена потребовала развод, когда Ясир начал обсуждать с ней твою дочь, не взять ли ее второй женой. Получив развод, Ясир вознамерился сосватать твою Самиру. Вот только... Скажи, неужели правда, что Самира вышла замуж за сына мясного магната Леонидаса Ферраса? Всем известно, что старший сын его женат на марокканке, кажется, даже бывшей жене твоего брата Саида? Я прав? А теперь и младший сын бразильца женился на твоей дочери?- Это так, - нехотя подтвердил Мухамед, глядя голодными глазами в сторону кухни, откуда уже не раз выглядывала Муна, не понимая, когда же муж придет обедать. – Но Самира... Как твой родственник может ее сватать, если знает, что она замужем? Впрочем... Хм, это не настоящий брак. Фикция. Бунт против того, что дядя Абдул попытался выдать ее насильно замуж, когда она оказалась в Марокко. Девчонка зарегистрировала брак с родственником родной тетки. Это не семья, там нет никаких отношений, как мне известно. Самире так удобно путешествовать по работе. Она ведь стала журналисткой, - презрительно повествовал Мухамед. - Далеко не женская профессия... Этот «муж» нужен ей, как охранник. Но я с самого начала был против этой авантюры. Свадьбы не было, разумеется. Наша семья никогда не примет такого «родственника».Мухамед и дальше мямлил что-то в оправдание, сгорая со стыда из-за дочери-одалиски. Почему именно в его семье произошло такое несчастье? Самира выросла как кривая ветка на стройном крепком дереве. Уже и обломана, и в сторону отброшена, а всё равно люди помнят, что она их крови, с их ствола.

Но брат Хасиф позвонил не просто так. Он неожиданно предложил:- Мухамед, пусть твоя дочь разведется. Ясир готов жениться на ней, закрыв глаза на ВСЁ, что было в ее прошлом. Платок, профессия, первый брак, каким бы он ни был – для него всё не важно! Наваждение какое-то, но что нам делать?.. Нужен развод Самиры, чистые документы для вступления в брак с Ясиром. Согласие и желание девушки стать его женой, совершив никях.

И пока Мухамед пребывал в потрясении, брат Хасиф сообщил, что у Мухамеда есть некоторое время на то, чтобы обдумать предложение Ясира и решить вопрос с разводом Самиры, но сделать это следует быстро и тихо, без огласки.

Даже после того, как в Сан-Паулу закончили разговор, связь была прервана, Мухамед продолжал сжимать трубку, не веря услышанному. Неужели это правда?... Самире Аллах послал ещё один шанс вернуться в лоно семьи, стать женой порядочного человека, вспомнить свои корни. Пусть жених со странностями, но они пойдут на пользу клану Рашидов. Дядя Абдул одобрит.Наконец, он опомнился, мозг его начал лихорадочно составлять план действий: вызвать в Рио Самиру, срочно и без скандала развести с Лео. Дочери пора заканчивать эти глупые игры в замужество! Разве Амин не рассказывал, что молодожены только внешне изображают мужа и жену, а на деле даже не спят вместе? Кто знает, возможно, Самира все ещё хранит себя для настоящего супружества? Было бы замечательно. Тогда можно вообще отрицать ее отношения с Лео. Какой там муж, если ничего между ними не было?!Муна чуть ли не за руку отвела его к столу, где он, поедая таджин с цыпленком, кусая огромными кусками пышки, с ликованием, чуть не давясь,рассказал жене о предложении только что позвонившего сида Хасифа.Муна честно сказала, что предложение кажется ей сомнительным: что там за жених такой, которому неважно прошлое девушки? Одна жена с ним уже развелась... Что за этим кроется?- Муна, мне уже не важно, какой человек этот жених! Я жажду избавиться от бразильца, который фиктивно женился на моей дочери. Что за брак такой у них? Я не видел документы. О них только говорят, уверяя, что Самира стала невесткой Феррасов. Но так ли это? – усомнился Мухамед и тут же сам обрадовался такой надежде. А если это правда? И Самира вовсе не стала женой Лео Ферраса, а только попугала всех, чтобы от нее отстали с женихами из Марокко?

Но сам Мухамед, конечно, не станет звонить дочери, которую сначала необходимо разыскать. Где-то путешествует! Об этом судачит вся местная медина... Тьфу ты! Весь Сан-Криштован! Какая ещё медина в Рио-де-Жанейро? Нет, следует немедленно поговоритьс Амином. Сын должен помочь. Это и в его интересах: ему Самира приходится сестрой. Мухамед знал, как парень переживает, что сестра ведет такой образ жизни, всё дальше отходя от их обычаев и нравов, вековых традиций. Самира считает себя кариоки, потому что выросла в Бразилии. Забыла девчонка, что Латифа родила ее в Фесе, в доме дяди Али! Марокканочка она! А вот воспитали ее неправильно. Латифа воспитывала, она виновата,что дочь выросла одалиской! Женщины - что сосуды: светлы снаружи и темны изнутри. Но из кувшина выльется лишь то, что в него налито. А что случилось с самой воспитательницей? Что Латифа смогла вложить в голову Самиры, которая выросла такой? Мухамед все ещё не мог оправиться после брака предательницы Латифы и Керима. Чему удивляться, что Самира такой стала? Аллаааах!Как ни успокаивала его Муна, Мухамед выскочил из дома, не сумев унять нервную дрожь. Едва войдя в «Волшебную лампу», он позвонил Амину и велел срочно прийти для обсуждения важной новости. И пока Мустафа занимался обслуживанием покупателей из числа туристов, отец и сын в крохотной каморке в дальнем углу помещения тихо обсуждали возможность, как вернуть паршивую овцу в семейное стадо.

- Амин, твоя сестра окажется ненормальной, если упустит такой шанс, - трагически воздевал руки к потолку Мухамед. – Пусть выйдет замуж, станет мусульманской женой, родит детишек! Ты станешь дядей, Амин! А я – дедушкой ее детям.Но парень не был уверен, что Самира ухватится за нежданный подарок судьбы.

- Отец, для Самиры брак с сыном доны Деузы – это защита от навязываемых дядей Абдулом женихов. Она не откажется от брака и замуж за незнакомого мужчину не согласиться выйти.

- Но почему? – недоумевал Мухамед, совершенно не желая смотреть правде в глаза, настолько захватило его желание вернуть Самиру на правильный путь. – Аллах! Амин, только послушай: жених согласен закрыть глаза на все выкрутасы твоей сестры. Даже взять ее в жены после брака с бразильцем. Он странный, конечно, потому что влюбился в Самиру, увидев ее фотографии в журналах. Но это шанс, это шанс для твоей сестры!

- Что ты предлагаешь, отец? Что я должен сделать? – устал спорить Амин.

- Ты позвонишь сестре и скажешь, что обстоятельства складываются в ее пользу. И если она захочет вернуться в семью, помириться со мной и дядей Абдулом, тогда пусть потребует развод у бразильца и подчинится моей воле. Выйдет замуж за доктора Ясира из Сан-Паулу, иншалла.Амин слушал отца с почтением и уважением, но в душе не мог согласиться, что всё произойдет так, как мечтается отцу. Он знал сестру и не питал иллюзии, как это делал отец. Но разве сейчас время спорить и что-то доказывать? Он поступит так, как ждет от него отец.- Хорошо, я понял. Позвоню в самое ближайшее время и тут же расскажу, что Самира ответит.- Сынок, постарайся убедить сестру. Нам всем это очень важно – вернуть ее к нашим корням, иншалла. Ах, дядя Абдул, ах! Если бы не его попытка пристроить Самиру к Имаду, не было бы рядом с ней этого Лео!- Я сделаю всё, что смогу, - кивнул Амин и отец отпустил его.Амин вышел из магазина отца и решил заглянуть домой. Он ещё не обедал, заработавшись в собственном магазине. Но Халиса так зазывала его приготовленными любимыми блюдами, что Амин не смог и не пожелал отказаться. Но ему хотелось также обсудить проблему с Халисой. Она умная, подскажет, как, с чего начать разговор с Самирой. Иначе девчонка в лучшем случае грубо ответит ему, а может и вовсе послать очень далеко...Подходя к дому, Амин бросил взгляд на соседнее строение, где теперь проживалатетя Назира с мужем и маленькой дочкой. И ему вдруг пришла в голову мысль попроситьпомощи у тети Назиры. Кто лучше ее умеет убеждать? Впрочем, нет. Сестра отца сама стала женой бразильца.Тогда не позвонить ли матери? Самира любит мать и прислушивается к ней. Но нет, потом, позже он поговорит с матерью. А пока – пусть Халиса подскажет, что делать. И где взять телефон Самиры? Отец сказал, что у него нет ее номера уже много лет.От сплетника Базилио Амин слышал, что Самира со своим парнем Лео сейчас отдыхают где-то в местной пустыне. Для Амина это было откровением: какая ещё пустыня в Бразилии? Но оказалось – есть и такое чудо в этой стране. Мараньян, Ленсойш, это где-то там, в общем. Белые пески,такие же песчаные дюны, как в Марокко...Но между дюнами – озера с водой. Амину верилось с трудомдаже после того, как Эмми в интернете нашла фотографии и показала ему. Они втроем удивлялись увиденному. Халиса, впрочем, и раньше знала, что есть пустыня, но не видела, как выглядит бразильский песок. И верблюдов здесь нет, и никаких караванов! Эмми же размечталась побывать там, позавидовав Самире.

Амин быстро покушал от каждого блюда, поставленного перед ним первой женой, удивившись, что Эмми нет на кухне.- Она пошла к себе в комнату. Говорит, ей нехорошо, она решила прилечь, - смиренно сообщила Халиса, не выдавая голосом ни недовольства, ни иронии, чтобы не спровоцировать мужа на очередную склоку. Ей хотелось спокойствия и тишины. Она дохаживала последние недели перед родами.Но к удивлению, Амин не стал критиковать вторую жену, взывать к ее совести, пусть и за ее спиной. Наоборот, заявил, что тем лучше – потому что ему нужно кое-что обсудить с Халисой, но так, чтобы не услышала Эмми. Иначе она обо всем расскажет тете Назире, Хадиже, а потом все узнают новость!Халиса была заинтригована и польщена. А потомудивилась, услышав, в чем дело,но пообещала помочь. Вот только телефона Самиры у нее тоже не оказалось. Откуда он мог у нее быть?

- Значит, придется обращаться к ларе Латифе,– предложила жена Амину. – Но как ты объяснишь, почему тебе понадобилось позвонить Самире?

- Пока не знаю, но давай подумаем вместе.

- А у твоей тети нет ее номера? – спросила Халиса, имея в виду лару Назиру.- Думаю, что есть.

- Тогда пусть сид Мухамед попросит лару Муну сходить к ларе Назире и попросить у нее номер твоей сестры: пусть скажет, что муж часто болеет, а она, Муна, боится, что он может умереть, не простившись с дочерью... - Халиса, что ты такое говоришь... ужасное! Но... Хорошо, мы это дело с Муной уладим. Но что мне сказать Самире?...Амин несколько раз проигрывал перед Халисой сцену предполагаемого разговора, и жена то и дело поправляла его, давая советы, что следует изменить – интонацию, слова...Позже, когда Муна появилась на пороге дома Назиры с неожиданной просьбой дать ей телефон дочери Мухамеда, повторив слово в слово придуманную Халисой историю, сестра Мухамеда Рашида, записывая на листок номер сотового племянницы, разочарованно, с подозрениемдумала о Муне, что та, кажется, ждет смерти ее родного брата. Мухамед, Мухамед! Почему тебе так не везет на женщин? Вот и эта Муна – готовится похоронить мужа, даже телефонными номерами запасается. А Мухамед вроде бы здоров, полон сил, не скажешь, что Аллах вот-вот заберет его к себе. Назире стало жаль несчастного брата, в тот момент она готова была пойти в его дом, чтобы первой предложить примирение. Но......Тем временем Самира и Лео уже несколько недель изучали местность национального парка, заповедника Ленсойс Мараньян. Казалось, они испещрили всю пустыню, познакомились с каждой дюной белого песка Мараньяна. Лео, который и привез сюда любимую, с удовольствием слушал ее речи, где девушка восхищалась красотой местной природы. Тогда Лео и сам вспоминал, каквпервые попал сюда много лет назад и неделями бродил по белым пескам от дюны к дюне, от одного озера с зеленовато-голубой водой к другому. Теперь он не один, а Самира в восторге от пустыни. Как же они похожи! Сколько между ними общего!- Лео, я готова написать не одну, несколько статей о заповеднике! И сделать фоторепортаж. Читателям такое очень нравится: фотография и несколько ёмких слов о запечатленном месте.

Эти планы она строила пару недель назад, но вот статьи написаны, пейзажи и отели изучены, но они оба ещё не насладились красотами этого замечательного места. Теперь у Самиры было другое занятие: она готовила материал для семейного фотоальбома.

- Формальный у нас брак или нет, но здесь нас принимают за молодоженов, а в моей жизни это время все равно будет обозначено в будущем как брак с тобой, Лео. И я хочу в далекой старости открыть свой альбом с фотографиями или полистать файлы в папке «Мои путешествия» и вспомнить мгновения из этой поездки.Лео слушал молча, но кивал, соглашаясь, однако, не показывая, что чувствует на самом деле. А он испытывал безумную любовь к Самире! К девушке, которая уже считалась его женой. Но Лео знал, что ему стоит подождать, если он хочет, чтобы Самира увидела в нем большее чувство, чем дружба, чем сотрудничество двух единомышленников, начала относиться к нему иначе, чем сейчас. Он боялся оттолкнуть Самиру, слишком приблизившись или выдав свои чувства.

Поэтому он молча переносил все ее причуды. Она вовсе не использовала его. Не смеялась над парнем, ставшим ее фиктивным мужем. Просто Самира была вот такой – своенравной, немного эгоистичной, взбалмошной, но и умной, и чувствительной, и ранимой. А ещё – фантазеркой. Она придумывала для фотосессии разные сценки и позы, то романтичные, то смешные, то пародийные, подсмотренные в интернете. Лео охотно становился ее фотографом, с восхищением видя в ней талантливую фотомодель.

Вот Самира стоит на вершине дюны с закрытыми глазами, улыбаясь, разбросав в стороны руки, а ее длинными волосами играет ветер. Полинявшие рваные джинсы, блузка без рукавов, без пуговок, натянутая на тело, где из-за поднятых рук оголилась часть живота... Вот Самира с цветком в волосах, воткнутым куда-то за ухо, смеется так лучезарно, что Лео кажется:улыбкой девушка освещает все вокруг.Или так– Самира захватила в ладони песок, который теперь медленной струйкой«вытекает» сквозьнеплотно сжатые пальцы. А Самира с улыбкой любуется на падающие вниз песчинки.

Иногда, наблюдая, Лео так увлекался умилительными сценами, что забывал о том, что должен фотографировать.- Что, Лео? Что опять?! Почему ты застыл? Что-то не так? – сердилась Самира, едва не топая ногами, и требовала повторить съемку, начиная проделывать ещё раз то, что Лео не успел запечатлеть.

И вот так каждый день – то с цветком, то с книгой, то с планшетом в руках, стоя на вершине дюны или сидя на какой-то коряге или с суровым видом стоя над собранным в кучку мусором, оставленным бессовестными туристами. Так Самира пыталась внести свой вклад в борьбу за экологию – этот снимок должен будет отправлен в журнал, где работала Самира. Было и фото самой журналистки Самиры, листающей тот самый журнал, в котором она работала, точнее - они с Лео теперь там работали.

Потом она сняла и Лео с журналом, которым он прикрывал глаза от яркого солнца, стоя по колено в белоснежном песке – загорелый, без майки, в одних шортах, положив у ног походный рюкзак. Рекламный снимок удался на славу!Кажется, отношения между ребятами с каждым днем неуловимо менялись. Самира этого не замечала или не показывала вида, а, возможно, просто не придавала значения. А вот Лео чувствовал, что его сердце все сильнее наполняется любовью к девушке.

Но однажды утром, в очередной раз снимая на камеру Самиру, наклонившуюся над соленой водой обнаруженного небольшого озерца между двумя живописными дюнами, Лео вдруг почувствовал, как по щекам текут слезы. Он понял, что больше не в силах сдерживать чувства. Любовь изливалась из глаз, как вода, переполнившая сосуд.Какая же Самира красавица! Пусть никогда она не соберется бросить его! Пусть это время никогда не настанет! Лео знал, что не сможет пережить расставание. Он не подозревал, что когда-то давно его брат Лукас в далеком Марокко, стоя в развалинах старинной касьбы, вот так же невольно лил слезы, глядя на танцующую для него Жади...А Самира тем временем выпрямилась и быстро повернула голову к Лео, как будто что-то почувствовав. Увидела слезы на его лице.- Что случилось? Лео, почему ты плачешь? – она была удивлена. Лео казался ей несгибаемым и почти бесчувственным, что вдруг с ним произошло? – Ты не заболел? Или ногу поранил?Парень покачал головой, опуская глаза, а затем переступил с ноги на ногу. Самира решительно подошла к нему.

- В глаз попал песок? Дай, посмотрю!- Нет, всё хорошо. Я уже убрал песчинку, -солгал он и отодвинул от своего лица протянутую к нему руку.

- Почему ты снял очки? Это не только защита от солнца, но и от ветра, от песка!- Самира, кажется, твой сотовый звонит, - заметил парень, стирая слезы тыльной стороной ладони.

- Да? – прислушалась девушка. Точно – звонит. Но почему она никогда не слышит мелодию, если положить телефон в карман сумочки или рюкзака? Но у Лео слух тоньше, он всегда подсказывает, когда она не слышит звонок. Чтобы отвлечь Самиру, заставить забыть его нежданные слезы, парень сам поднял рюкзак подруги, который и протянул ей. Самира ловко достала из бокового кармашка мобильник и взглянула на дисплей.

- Незнакомый номер, - удивилась она, но решила ответить. – Алло!... Амин?!Потом она молча слушала то, что он ей говорил, но ее лицо вытягивалось все больше, глаза расширялись от удивления, а затем и от негодования. Вот уже и губы поджаты, и глаза презрительно сощурены... Наконец, Самира, в бешенстве сжав телефон, заорала в трубку:- Амин! Какой ещё шанс?! Я помню о своих истоках, но не надо насильно тащить меня к ним, как упрямого осла, которого хотят заставить испить воды! Я ЗАМУЖЕМ! У меня есть муж! Мне никто больше не нужен, и я не намерена разводиться с Лео! Тебе понятно? Передай всем заинтересованным лицам!

Лео видел, что Самира не только зла, в ярости, но и напугана. Что сообщил ей брат? А кто ещё по имени Амин мог ей звонить?

- Амин, Я... ЖДУ... РЕБЕНКА... Я беременна, Амин, и хочу, чтобы меня оставили, наконец, в покое! Не нервируйте меня отысканными в бразильских оазисах марокканских общин женихами! Хватит! Твои жены тоже скоро родят, но они живут спокойно. Так и мне не нужен стресс! Я хочу спокойно выносить своего ребенка!Самира резко отключила телефон и тут же опустилась на песок, заливаясь слезами.

- Когда они оставят меня в покое? Когда?!Лео ждал объяснений, сгорая от любопытства. Он, конечно, знал, что не было никакой беременности. Откуда ей быть? Но Самира не стала бы лгать без причины.- Что тебе сказал Амин? Самира, я ничего не понял. Но если ты солгала, что у нас будет ребенок, то дело серьезное, - растерянно бормотал Лео.- Нет, Лео, только представь: кто-то в Сан-Паулу присмотрел меня в жены своему родственнику. Точнее, чей-то родственник увидел мои фотографии в журналах, прочел статьи и запал на меня! – Самира горестно размахивала руками, так помогая себе рассказывать о проблеме. – Увидел фото – и полюбил. Решил, что может на мне жениться, даже зная, что я замужем. Теперь от меня требуют развестись с тобой, чтобы согласиться стать женой маньяка из Сан-Паулу, единственной женой, от которого только что ушла жена, потому что не захотела делить его со мной. Ты представь!- Самира, а ты что думаешь? Ты же не согласишься развестись, чтобы подчиниться воле отца?- Лео, нет, конечно! Никакого развода! Но я в шоке: мой отец все ещё строит планы моего замужества. Он не принял наш брак. Амин сказал, что в семье уверены: брак фиктивный. Поэтому мне пришлось солгать, что я жду ребенка. Ты ведь не против?

- Я точно не против, - пробормотал парень. – Даже если понадобится сделать настоящего ребенка, я согласен.

- Кто бы тебе ни позвонил, отвечай, как и я: у нас будет ребенок. Только это может спасти меня от планов отца и его подручных. Иначе и здесь, в Бразилии, может произойти то, что мы пережили в Марокко. Кто помешает людям отца или дяди Саида добраться до Мараньяна и похитить меня на твоих глазах? И что ты сделаешь? Тебя могут убить, а меня украдут. И тогда разводиться не придется.По телу Лео прокатилась ледяная волна. Да, он безоружен и против нескольких преступников бессилен. Самира права. Но без борьбы он не отдаст любимую!- Обзвонить всех и сообщить эту ложную новость? – обдумывала теперь ситуацию девушка. Шмыгнув носом, она поднялась на ноги и отряхнула песок с джинсов. Стерев слезы по очереди с каждой щеки, Самира вновь взяла в руку телефон и просмотрела список абонентов.

- «Поздравьте, я беременна!» - так, что ли, написать? И сделать рассылку? – размышляла она.

Лео, прищурив глаз, наблюдал за любимой женой. Да, пусть расскажет всем ложную новость, иначе как Самира сможет защитить себя от жениховской напасти? Сам Лео готов был бороться за нее до последнего вдоха, но он здраво оценивал шансы. И что будет, когда он проиграет в силе? Где искать потом Самиру, если она окажется в руках людей из Сан-Паулу?- Лео, нам лучше вернуться в Рио. Нет, мы можем и спрятаться от всех где-нибудь в глуши, но боязно оказаться в ловушке.Фатиме повезло, когда она сбежала от дяди Саида, а ты помог ей укрыться в джунглях Амазонки. Но не уверена, что и мне повезет так же.

Она опустила глаза на экран сотового и быстрыми движениями пальцев вызвала первого абонента из списка контактов. Ждать не пришлось. Ей тут же ответили.- Эмми, мне позвонил мой брат. Амин сказал, что отец снова нашел мне жениха. Я замужем, вы не забыли? И я жду ребенка! Если Амин не понял или не поверил, то расскажи ему ты. Я жду ребенка – как ты и Халиса. У меня тоже будет малыш или даже два, как у Хадижи. И я очень этому рада. Всё, у меня скоро телефон разрядится, а здесь проблемы с зарядкой сотового. Пока!- Всё, Лео. Дело сделано. Сейчас Эмми позвонит Хадиже, та расскажет тете Жади, она позвонит маме, а ещё тетя Назира узнает, а потом кто-то из них непременно поделится новостью с Зорайдэ и дядей Али. Отец пожалуется дяде Абдулу и дяде Саиду... В общем, буду ждать, когда мне дозвонится из Марокко Карима – это будет означать, что сплетня пройдет полный цикл.

- Твоя мама будет переживать.

- Но ещё больше она станет переживать, когда узнает о некоем Ясире, сумасшедшем враче из Сан-Паулу, который «полюбил» меня по фотографиям и возжелал жениться. Мама ещё не забыла ужас, который был пережит из-за событий в Марокко в доме дяди Абдула. А здесь положение опаснее. Пусть мама и тетя Жади поверят, что я жду ребенка. Тогда они обратятся за помощью к дяде Али.- А ещё, Самира, новость от Лукаса узнают Леонидас Феррас, Далва, доктор Альбьери, дона Иветти...- Твоя мама и бабушка тоже – от Иветти, она им непременно позвонит.- Они обрадуются, - как-то тоскливо произнес Лео. Как было бы замечательно, окажись эта новость правдой!- Весь Сан-Криштован будет сплетничать,хотя Амин и отец ничего не станут рассказывать, как и Халиса, и Эмми. Но Мустафа, конечно, поделится с женой, а дона Ноэмия разболтает доне Журе. Ну, а главный сплетник из бара Базилио просветит всех, кто ещё не услышал о том, что дочь владельца «Волшебной лампы» и сын Деузы ждут рождения ребенка, - продолжала обдумывать ближайшее будущее Самира.- Такой процесс требует некоего времени. Поэтому будет лучше, если мы задержимся здесь ещё на несколько дней перед возвращением в Рио, - сказалЛео.

- Хорошо, тогда давай просто отдохнем. Все статьи написаны, материалы собраны, снимки всего, что только возможно, сделаны. Мы свободны. Будем делать, что хотим, - уже немного успокоившись, предложила девушка.

Они вернулись в скромный маленький отель, где в своем номере поставили на зарядкутелефоны. Потом поели в ресторанчике при отеле. Заведение, которому они доверяли уже несколько недель, славилось традиционными для этих мест блюдами: рисом куша и блюдом из рыбы корвина-акоупы. Правда, к концу путешествия однообразная еда начала надоедать. Но все же они ещё не пришли к мысли отказаться от символов гастрономии штата.Вот и теперь им принесли заказ: по порции отварного риса с приправой, приготовленной на основе каркаде, маниоковой муки, кунжута, сухих креветок и перца. Самира так хорошо освоила на будущее рецепт, что даже приобрела ступку и пестик для перетирания ингредиентов ароматных приправ, которые понадобится добавить в подливу или соус, когда она соберется самостоятельно приготовить это замечательное блюдо, чтобы всех удивить.

Но и Лео, и Самире полюбилась и пока не сильно надоела местная рыбка – акоупа с желтоватым цветом брюшка и белым, мягким и очень вкусным мясом. В ресторанчике ее готовили на подушке из слоев луковых колец и ломтиков томата, на которую укладывали выпотрошенную рыбу.

Самира узнала у местных поваров, что рыбку заливали кокосовым молоком, лимонным соком и оливковым маслом, а в конце готовки добавляли вареный картофель, половинки яйца, украшали зеленью уже при подаче на стол. Правда, некоторым туристам нравилось, когда в блюдо добавляли жгучий перец, но это не было в обычаях традиционной кухни. Поэтому Лео с Самирой просили подать перец отдельно.

Так они обычно обедали. Ужиналиморепродуктами, мидиями, креветками, раками, опять же ели рыбу – кефаль, морского окуня. Но иногда просто ограничивались тропическими фруктами: плодами нансе, тамаринда, асаи, купуасу или кешью.

Ребята хорошо освоили традиционную кухню, собирая материал для фоторепортажаи написания статьи о местной гастрономии. Ради этого пришлось даже попробовать (ну совсем чуть-чуть!) тикиру – алкогольный напиток красивого фиолетового цвета, который местные жители получали кустарным способом из ферментированной маниоки и мандариновых листьев. Самира решила не дразнить родственников, поэтому с бокалом алкоголя на фотографии красовался Лео, ее же запечатлели с тарелкой местных фруктов.- Лео, завтра закажем, пожалуй, пиран на мясном бульоне. Согласен? Если нет, то ты себе бери, что хочешь, но мне пусть приготовят это пюре из маниоки с курицей, что-то я уже устала от рыбы.

- Тогда я закажу себе на завтра выпечку с начинкой из свежего сыра. И тоже пиран – кашу из маниоки. Хорошо, тоже с курицей.- Договорились. Послушай, поднимемся ненадолго в наш номер, я сниму с балкона постиранные вещи, а потом можем снова пойти погулять.

- А я на всякий случай узнаю расписание рейсов самолетов из Сан-Луиса в Рио-де-Жанейро. Четыре часа полета – и мы окажемся в Рио.- Но до Сан-Луиса тоже предстоит ещё добраться, - озабоченно произнесла Самира. – Надо продумать разные варианты отъезда. Автобус, частный транспорт. А кому можно здесь довериться?

- Дорогая, не переживай так. Мы всё уладим, - мягко успокоил ее Лео. В отличии от подруги он обладал опытом, приобретенным в прошлых путешествиях по этим местам. Имел и связи, которыми можно было бы воспользоваться в экстренных случаях. Но пока не стоило беспокоиться – пришел он к выводу после некоторых размышлений, когда улегся шок от новости, что на Самиру кто-тоимеет виды, а ее отец вовсе не против их развода.

Некоторое время спустя они покинули отель и отправились на машине в пески.

- Лео, помнишь, мы планировали в самом начале путешествия нанять вертолет и совершить экскурсиюнад песками Мараньяна. Но нам все время было некогда. Почему бы не воплотить мечту теперь?

- Почему же нет? Завтра утром полетаем над дюнами, но сегодня договоримся. Я позвоню и всё обговорю.- Хорошо, - удовлетворенно произнесла девушка.

Они попросили высадить их там, где начинались пески. Пейзаж в этих местах был непредсказуем и непостоянен. Пески и лагуны с пресной водой постоянно перемещаются под воздействием сильных ветров, что делает каждое мгновение в Ленсойсе неповторимым.

Лео потянул девушку за руку к высокой сорокаметровой дюне из белоснежного песка, за которой притаилось озеро, на берегу которого росли огромные мангровые деревья, каждый раз оживающие с наступлением сезона дождей и высыхающие в засушливые месяцы. Но именно сейчас берег лагуны, спрятавшейся за высокойдюной, был покрыт буйной растительностью. Сюда же прилетели птицы, появилась рыба, моллюски, крабы, черепахи, исчезающие во время засухи.

Лео знал, как хочется Самире забратьсяв мангровые заросли. И он не ошибся.- Мы могли бы попытаться ещё раз увидеть голубую марекку. Почти все птицы попались в мою фотоколлекцию, но синекрылого чирка (марекку) встретить не посчастливилось.- Самира, специально ты его не найдешь. Это дело случая. Предлагаю побродить по песку. Сможем подняться на вершину этой дюны? Кстати, ты всегда носишь с собой «розу пустыни», но каждый раз мы забываем сделать твой снимок с ней на ладони.

- В самом деле...Солнце припекало, Самира и Лео изнемогали от жары, вытирая лившийся по лицу, шее, груди пот. Стоило ли забираться так высоко? – корил себя Лео, видя измученное лицо девушки.Но вот и верхняя площадка дюны. Здесь они обнаружили, что не одни. Ещё одна парочка поднялась на дюну с другой стороны. И пока Самира приходила в себя, выравнивая дыхание, Лео наблюдал со светлой завистью, как туристы, а это были явно молодожены, влюбленно обнимались и смеялись, делая селфи. Их глаза, обращенные друг на друга, светились любовью. Ребята не замечали Лео и Самиру. Как будто весь мир принадлежал им одним.

Тем временем Самира опустилась на колени и примостилась на горячем песке, подстелив небольшой плед, который они всегда брали с собой для того, чтобы можно было присесть отдохнуть или устроить спонтанный пикник или перекус. Она открыла сумку и принялась копаться внутри. Наконец, то, что она искала, нашлось.

Лео перестал наблюдать за нежданными соседями, устроился рядом с Самирой.- Вот, смотри. Твой подарок всегда со мной. Роза пустыни, - сказала девушка и кивнула на лежавший в ее раскрытой ладони «камень», сотворенный пустыней Сахара из песка и глины. Как будто искусный мастер вырезал тончайшие лепестки прекрасного каменного цветка.- Снимай скорее, Лео! Сфотографируй, как я держу на ладони это чудо! – поторапливала мужа Самира. Когда снимок был сделан, она вскочила на ноги и взяла «каменный цветок» двумя пальцами, подняла руку к небу, чтобы сувенир из африканской пустыни был ярко освещен бразильским солнцем...И вдруг Лео через объектив увидел, как под сильным порывом ветра Самира пошатнулась, начала падать, взмахнув руками, а «роза пустыни»сначала оказалась подброшенной вверх, а потом упала неизвестно куда, затерявшись в песках.

- Что это?! Лео, как...?... Это снова произошло! Тогда, в касьбе под Фесом, когда у меня из рук выскользнул янтарный кулон, подарок моей мамы... Сахара, пустыня в Марокко, приняла мое невольное приношение, но теперь и бразильские пески захотели получить от меня подарок. Это уже грабеж! Моя «роза пустыни»! Как это? Почему? И о чем это говорит? Это знак?! – переживала Самира, лихорадочно осматриваясь, как будто все ещё надеясь найти и забрать, отобрать у песков Мараньяна подарок Лео, так неосторожно и неожиданно ею потерянный.

Самира, вопреки неприятию каких бы то ни было предрассудков, вдруг испугалась, что эта потеря – признак приближающейся беды. Сигнал бедствия, который послан ей судьбой. У девушки было такое несчастное лицо, что Лео, тоже впечатленный внезапной потерей сувенира из Марокко, пожалел Самиру, спрятал видеокамеру и бросился к ней, обнял, попытался успокоить.Но она продолжала надеяться.- Лео, давай посмотрим на получившиеся снимки, видеоролик... Ты ведь снимал видео, когда я выронила камень? Вдруг мы увидим, куда он отлетел?- Самира, всё напрасно. Нам уже не найти твою «розу пустыни». Но знаешь, а ведь если это намек от судьбы, то только на то, что нам следует ещё раз побывать в Марокко, в Сахаре, а ещё лучше в Тунисе, где эти камни продаются чуть ли не мешками, а в пустыне встречаются почти на каждом шагу! Обещаю: у тебя будет «роза пустыни» ещё более прекрасная, чем та, что забрал завистливый и игривый Мараньян!- Представляю, как удивится тот, кто найдет мою каменную розу, если будет знать, что в Бразилии таких находок просто быть не может! – так убеждая себя,попыталась смириться с потерей дочь Латифы. Как долго она не могла простить себя за потерянный янтарный кулон, но утрата «розы», подаренной Лео, оказалась ещё болезненней.- Да, Лео, как ты простишь мне такое? Погуляли, называется! Лучше бы и не доставала «розу» из сумки!- Прекрати, дорогая, - тихо прошептал парень, обнимая расстроенную жену и крепче прижимая ее к себе. – За что мне прощать тебя? Камень пришел и ушел. Срок его жизни – вечность, может быть. Он и не должен быть привязан к кому-то из людей. Значит, погостив у тебя, «роза пустыни» решила, что должна продолжить свой путь без тебя, без нас...- Лео, ты сказочник! Такой же, как тетя Назира! Она тоже любит придумывать сказки, но потом забывает их. А жаль, у нее так интересно получается, - и Самира всхлипнула. Слезы должны были облегчить ей драгоценную потерю.- Самира, не плачь. И твой сотовый звонит. Хотя... удивительно, что здесь есть связь!- Конечно, есть! Забыл, что нам говорили местные? Здесь вышки сотовой связи стоят вдоль пустыни и только у населенных пунктов, но и то не везде. Они вынуждены забираться на холмы или дюны, чтобы позвонить. Кто же это нашел меня здесь?

И тут Самира обнаружила, что телефон заполнен не отвеченными звонками, переполнен смсками.

- О! – сначала удивилась она, но потом поняла, чем это могло быть вызвано. Конечно, сплетня о беременности мгновенно разлетелась по Рио и добралась до Марокко – стране на другом континенте, потому что одним из последних был звонок от Каримы.

- Лео, сработало! – как-то даже злорадно проговорила девушка. Когда дело касалось насилия над ней, а навязываемый ей брак был как раз таким явлением, она превращалась в плохую девчонку, в «злую королеву».

- Но кто же звонит? Ответь! – кивнул Лео на зажатый сотовый в ее руке.- Это мама! – ахнула она и тут же нажала на «ответить».

Сначала девушка, не перебивая, слушала, что говорит ей Латифа. Дав матери выговориться, Самира в свою очередь рассказал о звонке Амина и планах отца на ее замужество при пренебрежении факта, что дочь уже замужем. Мать ахала, удивляясь услышанному, потому что Амин вовсе не так преподнес историю со звонком Самире, а потом и новость о ее беременности.- Мама, нет, я не жду ребенка. Мне пришлось соврать Амину, чтобы они все отстали от меня с этим женихом из Сан-Паулу. Только никому не говори об этом. Не хочу, чтобы меня снова украли, но теперь никто не сможет меня спасти!

- Да, дочка, да! Мы с Жади будем всем говорить, что всё так и есть – у вас с Лео будет ребенок! – пообещала Латифа.

Потом Самира просмотрела историю звонков, но не стала больше никому отвечать. Вернется в Рио, тогда всех обзвонит. Вдохновенно врать и дальше не хотелось, а в Рио она будет действовать по обстоятельствам.Вдруг ситуация сойдет на нет? Разве после такой новости отец захочет продолжать наседать на нее с разводом?

Когда все ещё расстроенная Самира и не знающий, какими ещё словами и действиями ее успокоить, Лео спускались по крутому склону дюны, то и дело срываясь и скатываясь вниз, до них смогла дозвониться Карима. Сила еелюбопытства была такова, что смогла преодолеть не только расстояние от Марокко до Бразилии, но и отыскать скандальную парочку, оказавшуюся вдруг в центре внимания нескольких семейств, даже в далеком Мараньяне.

Карима засыпала ее вопросами, как только Самира произнесла: «Алло! Я слушаю!» Стоять на одной ноге, скользя вниз, было неудобно и даже опасно, можно было даже проститься с телефоном, как это уже случилось с каменным цветком. Поэтому дочь Латифы была вынуждена сказать Кариме, что ничего не слышно, связь ужасная, песок забивается в кнопки сотового, ведь она все ещё пользуется кнопочным телефоном, который бывает удобен в поездках, но не в пустыне, поэтому она сама позвонит в Фес и расскажет Кариме и ларе Зорайдэ всё-всё-всё!Лео успел поговорить с доной Иветти и с Далвой. Но и ему не хотелось врать. Он тоже дал выговориться женщинам, но сам сослался на плохую связь и ужасный ветер и внезапно отключил телефон, имитируя неполадки со связью.А впереди, как они решили, у них ожидалось несколько дней для отдыха. Завтра – вертолетная экскурсия над «простынями Мараньяна», как называли песчаные дюны в заповеднике, которые с воздуха, и правда, были похожи на белые простыни, которые движутся под воздействием ветра, если верить отзывам других туристов, уже побывавших в воздухе над пустыней.

Они хотели перед возвращением в мегаполис не раз искупаться в небольших озерах с чистой голубовато-зеленой водой, нагуляться по песку, еще раз полазить в дебряхмангровых деревьев, насладиться местной кухней не только в ресторане при отеле, но и в маленьких кафе для туристов в близко расположенных населенных пунктах, которые ребята давно приметили.

Самира начала понимать, что между ней и Лео есть что-то ещё, не только та дружба, которая была в Марокко, а с ее стороны – не только чувство благодарности, которую она испытывала к Лео после того, как он спас ее от Имада и из дома дяди Абдула.

Она не была наивной или глупой, догадывалась о чувствах к ней Лео. Да парень же влюблен в нее! Но не хотела признавать это. Иначе придется как-то реагировать. Раньше она не придавала значения, что он может чувствовать к ней и как относится. Но теперь что-то изменилось – наверно, это случилось после того, как и она начала что-то испытывать к нему и когда обнаружила в себе эти чувства.

Поездка в Мараньян превратилась для влюбленных друг в друга, но все ещё не признавшихся в своих чувствах Самиры и Лео в нечто, похожее на медовый месяц. Вот только без секса. Хотел ли этого Лео, Самира не знала, хотядогадывалась, но старалась об этом не думать. Ей итак было с ним хорошо рядом, а разве ему плохо? И ему хорошо - так успокаивала она себя.

И вроде бы брак был заключен официально, они имели право на интимные отношения, ведь и в глазах всех вокруг они были мужем и женой, но... Самира не могла переступить через себя. Что-то ее удерживало отблизости,и она радовалась, что Лео не только не настаивает, но даже не предлагает, даже не намекает! Правда, иногда ей приходило в голову, что это как-то ненормально. Зато как легко ей удалось соврать про беременность! Но тогда она призналась этим, что между ними уже всё произошло?

- Пусть думают, что угодно, но я ещё не готова к этому. Близость с Лео – к тому же, впервые в жизни? Нет, не сейчас, - уговаривала она свое отражение в зеркале их номера в отеле, стоя в ванной комнате, где приводила себя в порядок перед сном. Они с Лео занимали один номер, что было естественно, так как в ихдокументах было написано, что они супруги. Они спали на одной широкой двуспальной кровати, но Самира знала, что Лео не станет к ней прикасаться, что было принято обоими сторонами с молчаливого согласия.Они вообще понимали друг друга с полуслова. Между ними давно обнаружилась душевная близость и полное взаимопонимание. Дружбу Самира приветствовала всей душой, но обнаруженная к ней любовь Лео беспокоила, тревожила Самиру, порой заставляла испытывать неловкость.Нопотом она поняла, что и это ощущение ей приятно. Лео поглощен любовью к ней! А если и она тоже его любит? Самира начала прислушиваться к себе. Да, что-то новое появилось и в ее ощущениях, связанных с парнем...После возвращения из Мароккопрошло не так уж много времени, но Самира обнаружила, что их отношения сильно продвинулись и изменились. Если сначала они забывали про то, что находятся в браке, но снимали в отелях один номер на двоих, потому что так было экономнее и безопаснее, то теперь Самира настолько привыкла к присутствию рядом Лео, что ей не стало бы его хватать, реши он покинуть ее в следующем путешествии.

Но Лео все чаще исподволь напоминал, что они женаты. Он порой начинал ухаживать за ней: дарил цветы и разные вкусности, что Самира охотно принимала, включаясь в эту игру. Иногда его сюрпризы были ужасны. Стоило девушке посетовать, что она вспомнила о данном Базилио обещании – привезти в Рио какого-нибудь необычного жука, Лео тут же «сходил на охоту» и вернулся с коробочкой, в которую Самира неосторожно заглянула.

Визжала она так, что прибежал управляющий отелем, а Самира упала в обморок ему на руки. Но оказалось, это лишь презент для Базилио, о котором позаботился Лео. Жук был выпущен на волю, а коробка так и осталась на окне в номере прежнего отеля. Однако теперь парень остерегался проявлять рвение в исполнении желаний девушки.

Но ему очень хотелось предугадать малейшее желание любимой, даже если это было высказанное вскользь замечание. Например, Самира вскользь заметила, как нравится ей прическа Джана Ямана – турецкого актера, или о том, как ей хотелось бы найти в магазине длинные белые семечки, которые с удовольствием щелкают жители Стамбула из небогатых районов, откуда обычно и выходят героини многих турецких ромкомов, т.е. романтических комедий, к которым Самира успела вдруг пристраститься.

И если болтовню Самиры о семечках он слушал снисходительно, надеясь случайно увидеть и купить пакетик в каком-нибудь магазине,то при упоминании имен мужчин, пусть даже актеров из далекой страны, Лео мучила ревность. Он тут же выяснил, кто такой Джан Яман, придирчиво рассмотрев многочисленные фотографии турецкого красавца, заполонившие интернет.

Карие глаза, темные волосы, при том – длинные, на некоторых снимках – завязанные резинкой в модный хвост, пряди осветлены, но на шее волосы завиваются трогательными колечками... Рыжеватая бородка, скрывающая высокие скулы. И модная одежда, порой вызывающая у Лео недоумение.

Эти футболки с явно нарочно сделанными рядами дырочек... Странная вязаная длинная кофта с дырками по низу, как у нищего с опасной ночной улицы... Но одежда явно не с ближайшей свалки, это дорогая дизайнерская «находка». Лео Феррас, никогда не замечавший, чтобы его брат Лукас или Леонидас Феррас, их отец, покупали бы себе нечто подобное. Он с недоумением пытался представить, как герой любимого сериалаСамиры Джан Дивит выбирает это чудноеодеяние в дорогом европейском бутике, сощурив глаз и примеряясь к дыркам на нижней части вязаного полотна мужского кардигана...

Лео вообще-то никогда не смотрел сериалы, не понимал, зачем тратить свою жизнь на то, чтобы наблюдать за выдуманными историями из жизни сериальных героев вместо того, чтобы самому жить полной жизнью, своей жизнью, насыщенной интересными событиями...Но Самира страдала общим увлечением всех бразильцев – точнее, женщин, живущих в Бразилии, болеющих сериалами. И как теперь выяснилось, даже не только своими, бразильскими, но и сериалами, проникшими через интернет из других стран. Лео заметил, что на смену индийскому сериалу «Как назвать эту любовь», где Самире нравился главный герой Арнав Сингх Райзада, пришел турецкий – «Ранняя пташка», и теперь Самира явно симпатизировала главному герою уже из турецкой мыльной оперы!

Если брата Лукаса индийский герой просто раздражал, то турецкий красавец Джан Дивит жутко бесил! От красоты актера Джана Ямана Лео становилось не по себе. А ведь Самире он нравится! И сериал этот бесячий – про любовь! Лео казалось, что сериал, его герои отвлекают Самиру от него самого, от законного мужа! Самиру должна интересовать только одна любовь – их, его к ней и ее к нему! А сериал будто уводил любимую девушку в сторону.

Когда Лео уговорил Самиру ехать в Мараньян, он надеялся на то, что из ее головы выветрится интерес к новому турецкому сериалу, которым она явно начала увлекаться. Девушка нашла оправданье своему увлечению, которого вовсе не стыдилась: ей по ночам снятся кошмары, где Имад шагает по коридору, все ближе и ближе шаркая к двери комнаты, куда ее спрятал дядя Абдул. Но после просмотра «Ранней пташки» сон Самиры спокоен, а настроение умиротворенное. Но Лео ревниво подозревал, что в сны его жены может теперь приходить Джан... как его там!

И вот эта беда отправилась следом за ними и в Мараньян, увязалась, благодаря Интернету, от которого уже нигде не скрыться. Даже здесь, после сытного обеда и долгой, утомительной прогулки по дюнам уставший Лео вынужден был следить за перипетиями в отношениях героев сериала – как между Санем и Джаном Дивитом зреет безумная любовь.

Лео исподволь наблюдал за выражением лица Самиры, невольно поглаживая свои достаточно короткие волосы, которые пока ещё никак было бы не собрать в хвостик, как у Джана. Как ни старался Лео сгрести рукой волосы, пучка не получалось. У Лео не будет с ним сходства, даже если изменить цвет волос и отпуститьбородку!И что это за глупость вообще? – вопрошал он самого себя, приходя в чувства.Если Лео и не возненавидел сериального соперника, то лишь потому, что Самира ничем явно не демонстрировала, не выдала своих чувств к Джану, хотя Лео и обнаружил, что она обменивается комментариями по поводу событий сериала с Хадижей и с Эмми, которые тоже подсели на турецкую «Пташку».Но если Хадижа вольна была смотреть серии в любое время и беспрепятственно, то Эмми жаловалась Самире, что Амин и Халиса стерегут ее и приходится смотреть любимые серии тайком или приезжая в гости к тете Жади, а то и скрываясь у тети Назиры.

Но с тетей Назирой смотреть неинтересно: она критикует всех героев, придирается к каждому слову в сериале, одежде, поступкам героев. Она не симпатизирует Джану Дивиту, как ни странно! Неужели Джана вообще можно сравнивать сее мужем Миро?! А ещё Эмми злорадствовала, что Лейла, страшная поклонница телесериалов, не может увидеть этот турецкий сериал, а если бы узнала о нем, то сошла бы с ума от зависти. Лео решил, что только родственная связь Самиры с Эмми и их старая дружба заставляет ее общатьсяс такой недалекой особой, как жена брата. И только звонок Амина с новостью от отца, получившего предложение о возможном браке Самиры в Сан-Паулу, смогли отвлечь Самиру от сериала. А потом случилась потеря ставшей талисманом«розы пустыни»...

Но вот они, спланировав, как провести оставшиеся до возвращения в Рио дни, легли спать, как Лео сквозь сон услышал вместе с глумливым щебетаньемместных попугаев в зарослях под окном отеля веселую мелодию ненавистной заставки сериала. Самира смотрит очередную серию «Ранней пташки»!- Почему ты не спишь? – ревнивым голосом спросил Лео. – Ты ни одного вечера не можешь прожить без своего Джана... как его там...?- Лео, я пережила сегодня такой стресс, что мне нужна сериалотерапия! А Джан Дивит и Санем действуют на меня лучше любого лекарства. Только интернет сегодня что-то не очень, - с досадой окончила она тираду о любимом зрелище.- И отлично, - сердито проворчал Лео, поворачиваясь на бок и обиженно сопя.- Наверно, я что-то не так расслышала, - пробормотала Самира, приникая к экрану планшета и стараясь не упустить ни кадра из истории Джана и Санем в очередной серии.Ни Лео, ни Самира даже не представляли, какие страсти разбушевались в Рио и в Фесе после облетевшей дома их родственников новости о будущем ребенке...

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ….