ЧАСТЬ 21. Главы 8-15. «Клон»-3, или В лабиринтах любви (2/2)

- Как? Как ты его назвал?- Арнав. Так она называла того мужчину.- Ну и имечко. Значит, теперь Арнав. Не Лео, - призадумался Мухамед.

- Я к себе в магазин.- Иди, сынок, - махнул рукой отец, и Амин ушел. - Значит, Арнав?Когда Мухамед доел последний кусочек лепешки, в магазин вбежал Мустафа, который тоже отлучался, чтобы пообедать.

- Мухамед, Латифа вернулась! Ты просил сообщитьтебе, когда она появится. Так вот: Керим ее привез, высадил возле дома с большими сумками, они долго возились с ключами, пытаясь открыть дверь. А потом их впустила в дом Самира!- Почему ты мне сразу не сказал? Ты стоял и наблюдал за происходящим, вместо того, чтобы позвать меня, зная, как я хотел посмотреть на то, как Латифа и Керим ведут себя друг с другом?

- Не мог, Мухамед! Я видел все это из окна своей кухни. Моя Ноэмия меня кормила обедом. Как же я мог выйти на улицу? Ноэмия рассердилась бы на меня за такое невнимание к ее стараниям. Она приготовила такую вкууусную едууу, - широко заулыбался Мустафа.Мухамед молча кивал, глядя со своего места в окно, через которое просматривалось пространство возле дома Латифы. Его интересовало только, не произошло ли между Керимом и Латифой то, на что так легко идут ещё до свадьбы современные женихи и невесты, тем более - побывавшие в браке?! Ему очень нужно было увидеть их возвращение. Но Мустафа не догадался даже позвонить!

- Брат, не скрывай от меня, что ты видел? – не удержался Мухамед от расспросов.- Что видел? Жених Латифы вынес из машины столько пакетов с продуктами, что еле занес их в дом в двух руках. Я удивился, как ему удалось пролезть в дверной проем с таким количеством пакетов! Теперь им не скоро понадобится идти в магазин.- Я имел в виду не это, спрашивая, что ты видел, брат Мустафа, - процедил Мухамед.

- А больше ничего не видел, - развел руками в стороны мужчина, выкатывая на него широко открытые глаза. – Они ведь зашли в дом. Кто знает, что дальше было. Спроси у невестки. Халиса должна знать, чем в доме мать твоих детей занималась с женихом. Хочешь – моя Ноэмия расспросит Халису об этом?

- Нет!.. Ничего не надо! Твоей Ноэмии я не доверяю. Когда Саид позвонил мне перед вылетом в Марокко, он спросил, не знаю ли я, кто мог привезти в его дом кота их Сан-Криштована. Я не знал. Но теперь начинаю подозревать, что это сделала твоя жена, Мустафа.Мустафа поморщился так, как будто его рот был заполнен дольками очень кислого лимона или лайма.

- Мухамед, эта женщина невыносима! Она совсем мне не подчиняется. Разве я мог предположить, что моя Ноэмия осмелится привезти в сумочке в дом Саида маленького кота?- Как видишь, брат... Привезла.

- Это змея, а не женщина. Кобра! Не знаю, как, но Ноэмия узнала о желании младшей жены Саида завести кота.

- Да, теперь у Фатимы есть кот. И она собралась держать в доме кота назло моему брату! Я знаю Саида: он не любит животных в доме. А тут ещё появится вонь, полетит шерсть оттого, что кот будет рыскать по всему особняку… Фатима хочет «достать» моего брата!

– Но разве не он сам позволил жене завести кота?- Женщины так хитры, что способны вывернуть любую просьбу в свою пользу!- Не знаю, Мухамед. Но твоя дочь по просьбе Ноэмии выбрала самого симпатичного котенка – так мне сказала Ноэмия.

- Видел, как она выбирала, – буркнул Мухамед, заложив руки за спину. – Узнай у жены, Мустафа, что ей известно о поездке Жади в Марокко.

Но родственник только выразительно пожал плечами.

- Жади ездила искать дом для дочери, - напомнил он Мухамеду.- Но у нее ничего не вышло.- Конечно, не вышло. Аллах! Жади – это старое зло, подтвердившее свою репутацию новыми делами. Но мой брат – молодец, сделал так, что никто не согласился продать ей дом.

- Но тогда виноват Саид, да! Жади не смогла купить дом в Фес и в Мекнесе, поэтому уехала в Марракеш, захватив с собой дочку. Решила вместе с ней заняться поисками.- И чем это закончилось? Мустафа, ты о чем говоришь? Жади увезла Хадижу - как украла! Так ещё и Назира им помогла. Одалиски видят друг друга издалека и нагло помогают.

- А что лара Назира?... – заинтересовался Мустафа новостями из Феса, но Мухамед замахал на него руками:- Нет, ничего не желаю слышать об этой одалиске, ничего!

- Ладно… Хорошо…, не буду, - пожал плечами Мустафа.- Теперь моя племянница – только вторая жена, - укоризненно произнес брат Саида. – Мой брат так расстроен, Мустафа, так зол! Ведь женщина, чье имя не желаю произносить, как и имя той, которую наша семья отвергла за брак с бразильцем, эта Жади... О, Аллах! Это она во всем виновата.Мустафа молча слушал родственника.- Она сначала испортила жизнь мне, настроив мою Латифу против меня, до этого – поддерживала Самиру, а теперь перевернула жизнь собственной дочери! У меня в голове не укладывается, как ей это удается.- Успокойся, Мухамед. Теперь уже ничего не исправишь. Но ты, лишившись Латифы, не остался один, у тебя есть жена и сын, есть Амин с женой, мы с Ноэмией.- Мустафа, меня бесит то, что уже сегодня Жади появится в Сан-Криштоване, чтобы поведать Латифе о похождениях в Марокко. Она явится в дом, который я купил моей жене. Теперь – бывшей жене.- Так забудь их обеих! Мухамед, скоро тебе придется ещё раз жениться, на Муне… Она такая хозяйственная, вкусно готовит, как уверяет дядя Абдул… Он ел в ее доме! С ее появлением в твоей жизни всё наладится.Мухамед лишь горько вздохнул, выразительно поглядев на приятеля. Помолчав, предложил:- Пусть лара Ноэмия сходит к Латифе в гости, когда Жади приедет поговорить о поездке в Марокко. Жади непременно расскажет, что там случилось. Мне нужно об этом знать. Саид просил тоже не упустить случая и узнать подробности. Тем более про эти странные роды у Жади… Как она смогла внезапно родить ребенка? Ноэмия тебе говорила что-нибудь о беременности одалиски?- Я намекну Ноэмии, но ты же ее знаешь. Она скорее отправится в бар к доне Журе сплетничать, чем расскажет мне свежие новости. Но она была очень удивлена, что Жади родила, а она ничего даже не заподозрила. Но и виделись они давно. Если Жади скрывала своё состояние, то Ноэмия могла и не обратить внимание на изменения в ее внешности.- Это важно, брат, поэтому лучше расспроси Ноэмию, о чем будут говорить между собой племянницы дяди Али, - настойчиво повторил Мухамед.- Не беспокойся, брат, так и поступлю. Ты узнаешь обо всём, что мне станет известно, - успокоил его Мустафа, собирая со столика в пакет остатки обеда и смахивая вниз мелкие крошки, пока хозяин магазина, скрывая переживания, отправился зазывать внутрь возможных покупателей, неосторожно заглянувших в распахнутую дверь «Волшебной лампы».12. Часть 21. Глава 12. Возвращение Латифы. Самира просматривала электронную почту, когда с улицы донеслись звуки подъехавшей к их дому машины. - Наверно, мама вернулась! – решила девушка, переживая, что именно ей предстоит сообщить матери неприятные новости о Хадиже и предложить поехать к тете Жади. Или уже всё известно? Мама могла позвонить в Фес, а там Карима непременно выложила бы все новости и сплетни. И всё равно - страшную правду маме может рассказать только тетя Жади.

Самира быстро закрыла ноутбук. От Лео новостей не было. А Фатима прислала фотографию котенка и описала, как дядя Саид воспринял весть о его появлении, как Рания и Зулейка остались недовольны этим. Фатима деликатно не стала расспрашивать о том, что известно Самире о происшествии в Марокко, но сама рассказала, какая буря пронеслась в их доме после звонка дяди Абдула из Марокко, сообщившего о пропаже Хадижи и рождении у Саида внука.

Единственный вопрос, который задала Фатима, был о рождении у Жади дочери. «Я видела ее на пляже в Ангре. Она не была похожа на беременную женщину», - прочитала Самира, почувствовав в этих словах намек на то, что Фатима не верит и видит какую-то интригу в слухе о рождении ребенка у бывшей жены Саида.Самира не собиралась ничего никому объяснять. Она знала страшную правду и удивлялась смелости тети, которая не учла вот такой мелочи: не только Фатима, но и Зулейка с Ранией,и дядя Саид с отцом видели Жади на пляже в Ангре. Правда очевидна: ребенок у тети Жади появиться не мог. Но девушка понималапоступок тети и оправдывала его. Жади хотела помочьдочери, поэтому поступила опрометчиво, не задумываясь о последствиях для себя и Хадижи.- Если бы только всё закончилось разводом Хадижи! Если Фарид или дядя Саид узнают об украденном у семьи Обенсуров ребенке, всем придется несладко!Она вышла из комнаты, услышав раздавшийся звонок. Значит, мама не нашла ключи и ждет внизу, когда кто-нибудь откроет дверь.Халиса выглянула из кухни.- Открой, пожалуйста, я не могу отойти от плиты. Иначе соус пригорит.Самира кивнула жене брата и быстро спустилась по лестнице, отодвинула засов, открыла дверь.Да, это мама вместе с женихом вернулась из поездки на его фазенду! Сид Керим поздоровался с Самирой, она с ним - тоже.Вслед за Латифой сид Керим внес в дом множество пакетов, поднялся с ними наверх и оставил на кухне у порога.- Я поеду к себе, - улыбнулся он невесте, глядя на нее счастливыми глазами. Самира деликатно отошла в сторону и отвернулась, успев заметить, как застеснялась мать, тоже, однако, ответив ему улыбкой.

Девушке пришло в голову: не поцеловал бы Керим мать, окажись они сейчас без свидетелей? Тут же Самира вспомнила неожиданный поцелуй Лео… Нахал! Чмокнул ее в щеку на виду у всего Сан-Криштована! А теперь молчит… После его отъезда не пришло ни одного электронного письма, только смска, что он прибыл в Мараньян.- Самира, помоги Халисе разобрать пакеты, - попросила мать, проходя мимо нее в свою комнату. Сид Керим уже ушел, внизу хлопнула дверь, и тут же они услышали, как от дома отъехала машина.- Хорошо, помогу, - ответила девушка, пытаясь понять, что уже известно матери о злоключениях тети Жади. Но побезмятежному и даже счастливому виду Латифы было очевидно, что новости до нее ещё не дошли.- Мама, мне нужно срочно с тобой поговорить.- Что случилось? – спохватилась Латифа, и улыбка сошла с ее лица.- Нет, не волнуйся, сейчас помогу невестке и приду к тебе, - постаралась успокоить Самира, пожалев, что не дала матери побыть счастливой хотя бы ещё несколько минут.А Халиса, выключив плиту и переставив готовый соус на разделочный столик, уже занималась пакетами, наполненными овощами и фруктами, вынимая также связки с зеленью и кульки сягодами.- Овощей здесь хватит надолго, - бормотала Халиса, когда на пороге появилась Самира.- Скажи, куда всё это положить? – присев рядом, поинтересовалась Самира.- Ты выкладывай содержимое пакетов, а я буду искать места, где всё это можно хранить, - предложила жена Амина.Они быстро управились, и Самира отправилась в комнату матери, чтобы сообщить ей печальные вести……Уставшая после долгой дороги Латифа сидела в кресле и любовалась браслетом, подаренным ей женихом. Она надела его на запястье и сделала плавное движение рукой, как в танце. При этом она не могла сдержать улыбку, вспоминая Керима. Он оказался замечательным человеком! Три дня Латифа провела рядом с ним в компании вместе с Зейном и Сумайей, их малышом и няней. Керим - добрый, нежный, скромный, обаятельный, милый, красивый, порядочный, замечательный мужчина!Конечно, Латифе всё ещё не верилось, что скоро он станет ее мужем, это никак не укладывалось у нее в голове. Она даже поймала себя на мысли, чтоскорее поверит в то, что она может вернуться к Мухамеду – не сама, конечно, а если бы дядя Али силой заставил бы ее помириться с бывшим мужем, чем в то, что такой красивый и положительный мужчина решил на ней жениться и уже стал ее женихом. Менять привычную жизнь было страшно. Но Латифа уже чувствовала себя очень счастливой, хотя и противилась тому, чтобы признаться в этом даже самой себе.- Как бы не случилось что-то ужасное,что сорвет нашу свадьбу, и брака не будет. Мне кажется, что это просто красивый сон, не более, - сомневалась Латифа.В комнату заглянула Самира.- Входи, дочка. О чем ты хотела со мной поговорить?- Мама, тебе из Марокко не звонили? А ты – тетеЖади?Мать всегда чутко улавливала по интонации Самиры, когда она чего-то не договаривала или пыталась скрыть. Догадалась она о дурных вестях и теперь.Латифа сняла с руки браслет и вернула в шкатулку, стоявшую раскрытой здесь же, на столике. Повернулась к Самире.- Рассказывай, дочка, что произошло. Жади я не звонила, как и она – мне. Она вернулась из Марокко? Не молчи, я уже начинаю бояться!Самира коротко, по-деловому изложила матери то, что ей стало известно от тети Жади, которая попросила сделать это за нее. Сестра не хотела обрушивать на Латифу столько неприятных новостей и решила, что Самира сможет намеками подготовить мать. Но Самира от намеков быстро перешла к фактам.- Что?! Хадижа хотела сбежать в Бразилию?!... Жади и Назира приняли роды у Хадижи?... Жади забрала одного из близнецов? Аллах! – пришла в ужас племянница дяди Али.- Тише, мама, нас могут услышать!

- Невероятно! Этого не может быть! Не верю! Даже Жади не способна на такое! – схватившись за голову, проговорила шокированная Латифа.Самира быстро встала с кровати и подбежала к двери, выглянула в коридор. Нет, их никто не подслушивал:было слышно, как Халиса чем-тогремит на кухне.- Дочка, ты говоришь, что Жади хотела меня видеть? Ты пообещала ей, что мы сегодня приедем к ней, чтобы всё обсудить?- Да. Но если ты устала, мы никуда не поедем. Я позвоню тете Жади и предупрежу ее об этом.- Нет, мы поедем! Я всё Жади выскажу! С самого начала я подозревала, что Жади что-то задумала, и я не одобряла ее замыслов, даже не зная, что она собиралась предпринять. Я знала, что ничем хорошим не кончится любая история, в которую Жади вляпается.Латифа давно уже поднялась с кресла и ходила по комнате, запустив пальцы в густые волосы.

- О, Аллах! Как же Ты допустил такое? Почему Жади так поступила? Хадижа стала теперь второй женой! А если выяснится, что она отдала матери второго ребенка?- Как это выяснится? – заговорил в Самире дух авантюристки.- Никто ни о чем не догадывается!- Ты думаешь? А лара Назира, которая знает правду? А дона Иветти? А Лукас, что он скажет и сделает, когда узнает о ребенке? А его семья? А твой отец и Саид, его жены – они все видели Жади незадолго до поездки в Марокко, они-то знают, что она не была беременна!- У тети Жади есть подлинная справка о том, что она родила ребенка в Марокко. Пусть там сказано, что рожден мальчик, но тетя Жади всем говорит, что у нее родилась девочка. Пока она говорит всем так. Потом станет говорить другое. Главное – запутать всех и не дать докопаться до правды.- Самира, эта история шита белыми нитками! Напридумывала Жади глупостей со страху! Стоит Назире или Хадиже открыть рот – и такое случится, что представить страшно! Не дай Аллах!Самира молча налила матери воды и подала ей стакан. Она похвалила себя за то, что не стала рассказывать о роли Амина в этой истории. Впрочем, он всего лишь дал тете Жади документы жены, которые ей так и не пригодились. Поэтому брата вмешивать не стоит. Даже имени его она упоминать не будет.- Самира, собирайся, вызывай такси, мы едем к Жади. Я хочу взглянуть на этого ребенка, - решительно сказала Латифа.- Хорошо, сейчас захвачу сумочку, - согласилась девушка.Они вышли из комнаты и столкнулись на лестнице с Амином.- Сынок, мы едем к тете Жади. Надо навестить ее, ведь случилось такое радостное событие! Она родила ребенка.- Знаю, слышал, - буркнул Амин, отводя глаза.

- А поужинать? Всё готово! – появилась из кухни Халиса, вытирая руки полотенцем.- Я не голодна, спасибо, Халиса, мне не хочется, – вымученно произнесла женщина, но Самира добавила:- Поедим у тети Жади. Она нас накормит чем-нибудь. А то я «так хочу есть, что в животе будто крысы шныряют», - сообщила Самира, повторив фразу из ставшего любимым индийского сериала.- Я заверну для тебя лепешки! – предложила Халиса и тут же скрылась в глубине кухни. Пока Самира возилась с засовом на двери, который Амин всегда закрывал так, что потом его с трудом удавалось выдвинуть, чтобы можно было открыть дверь на улицу, Халиса спустилась с пакетом, в котором лежали ароматные лепешки.Через несколько минут подъехало такси, и мать с дочкой отправились в гости к Жади, наделавшей столько дел в Марокко, что теперь всем придется жить как на вулкане.

Амин молча проводил мать и сестру. Он застыл внизу у лестницы, засунув руки в карманы.

- Амин, ужин готов, - повторила и для него Халиса. – Таджин получился на редкость удачно. Салат дорезан. Добавлю свежей зелени, которую привезла с фазенды лара Латифа, и его тоже можно кушать.Но Амин как будто не слышал того, что она говорила. Стоял, задумавшись. Он был напуган. Понимал, что Самира и тетя Жади его не выдадут, не расскажут о не пригодившихся документах,но чувствовал себя виноватым. Он невольно оказался соучастником несчастья, обрушившегося на Хадижу: ведь она получила развод!- Отец прав: с тетей Жади нельзя иметь никаких дел. Ей ничего не удается сделать, как следует. Ее помощь обходится людям слишком дорого, - пробормотал он себе под нос. Амину хотелось узнать, откуда у тети Жади появился ребенок. Он успел отмести подозрения, выяснив, что внук дяди Саида находится с Хадижей, это точно. Так кого же привезла в Бразилию сестра матери? История была очень странной.- Что ты говоришь? – спросила Халиса, не расслышав.- Ничего. Я голоден, накорми меня, - опомнился парень и быстро взлетел вверх по лестнице. Халиса заторопилась за ним, тяжело топаяпо ступенькам.…Жади уже знала, что Латифа с Самирой к ней едут – племянница позвонила и предупредила об этом. Уставшая Клара возилась на кухне, занимаясь поздним ужином, а Жади укачивала малыша. Она старалась отвлечься, бояласьвстречи с Латифой, которая, разумеется, не одобрит ее поступки.

- Но не выдаст же она меня дяде Али!Впрочем, Зорайдэ и без Латифы пообещала обо всем поведать мужу. А как поступит дядя Али? Что, если дядя Али решит, что Жади обязана вернуть сына Фариду, и тогда пострадают и Иветти, и лара Назира, и много кто ещё! А главное – достанется Хадиже. Ведь она знала, что родились близнецы, но не сказала об этом ни мужу, ни отцу, ни дяде Али - никому.Наконец, страдания Жади закончились – к дому прибыло такси. На улице было темно. Даже луны не было на небе. Если бы не фонари, освещавшие улицу, где располагаласьих с Лукасом вилла, то Жади не смогла бы увидеть, как из такси выбрались две женские фигуры, которые затем прошли через ворота, распахнутые перед ними охранником.- Алхамдулиллах! Пусть Латифа будет ко мне снисходительна! – взмолилась мать Хадижи.Но нет, стоило Жади встретиться с Латифой взглядом, как всё стало ясно: пощады ждать не стоит.- Как ты могла, Жади?! Аллаааах!Так вот зачем ты отправилась в Марокко! Неужели ты думала, что тебе удастся увезти Хадижу? – начала с упреков сестра.- А почему бы и нет? – сразу же «ощетинилась» Жади. – Только случайность не позволила нам улететь в Бразилию. Если бы у Хадижи не начались роды раньше времени, моя дочь сейчас сидела бы с нами в этой комнате, здесь, вместе с двумя детьми!- Жади, даже если бы тебе удалось исполнить задуманное, ты не думаешь о том, что сейчас твой дом осаждал бы разъяренный Фарид с родней и Саид со своими людьми и адвокатами?- В случае удачи я просто спрятала бы свою дочь в таком месте, где ее не нашел бы ни муж, ни Саид. Латифа, зачем говорить о том, чего не случилось? Мне предстоит решить, как быть дальше!- Жади, ты всегда меня удивляла! – обессиленно проговорила Латифа, страдальчески сдвинув брови и приложив пальцы к губам. Она подошла к кроватке, куда Жади положила ребенка, и молча принялась рассматривать маленькое личико сына Хадижи.- Не представляю, как ты собираешься выпутываться.- Мама, тетя Жади, нам необходимо придумать такую историю, чтобы запутать всех, кто решит в ней разобраться! – выставив ладонь перед собой, предложила Самира.- Дочка, не вмешивайся в эти дела хотя бы ты. Дядя Али узнает правду, ему это не понравится.В дверь комнаты тихо постучали, заглянула Клара, чтобы сообщить об ужине, который ждал их на кухне.- Я ничего не хочу, - отказалась Латифа.- А я бы поела! Лепешки, которые Халиса испекла, были вкусными, но я их съела в такси и сейчас не отказалась бы от чего-нибудь вкусненького.-Я тоже не могу есть, кусок в горло не идет, - сказала Жади. – Самира,спустись на кухню и поешь сама, хорошо? А мы пока побеседуем с твоей мамой.Самира отправилась ужинать в одиночестве, решив, что матери и тете нужно поговорить наедине.Но она ошибалась. Ни о чем секретном они не разговаривали. Жади и Латифа негромко спорили, даже поссорились из-за того, что произошло в Марокко. Но они старались говорить тихо, чтобы не разбудить малыша.- Жади, этому крохе несколько дней от роду! Не лучше ли было не рисковать ни им, ни безопасностью Хадижи? Ты не должна была забирать ребенка у дочери.- Латифа, что сделано, то сделано. Аллах, я же была сама не своя, когда выяснилось, что нам не удастся улететь.

- А лара Назира?! Как она решилась вам помогать?

- А что – лара Назира? Мы явились в ее дом. Мужа Назиры не было – он как раз уехал куда-то в Арабские Эмираты. Она была нам рада! И с готовностью помогла, когда Хадижа начала рожать, но и потом, когда этот малыш едва не умер. Он выжил чудом, понимаешь? Фарид налетел, как ураган, увез Хадижу и сына, не дав ей прийти в себя! Когда это случилось, Назира и Иветти были с ребенком у знахарки, не подозревая, что за Хадижей прибыли родственники. Вот так всё получилось. Да, я подсказала Хадиже, чтобы она не рассказывала о втором сыне. Думаю, она мне ещё скажет за это спасибо!- Жади, не ищи себе оправданий! Ты можешь представить, что будет, если…- Нет. Не хочу даже думать об этом. Латифа, я хочу, чтобы Хадижа вернулась в Бразилию. Если она получила развод, почему бы Саиду не увезти ее домой? А потом как-нибудь забрать и второго ребенка. У Саида это получится. С его-то деньгами и жесткой натурой….Но кто знает….

- Что?! – спросила, не веря ушам, Латифа. – Тебе мало того, что ты наделала? Ты собираешься продолжать копать себе и многим другим яму, на дне которой ты оказалась?

Жади смотрела на нее разочарованно.- Жааади! Тебе нужно остановиться и успокоиться. Надо подумать, просчитать все действия на будущее, все варианты, как поступить, если что-то станет известно и начнется скандал.- Наверно, Зорайдэ уже рассказала обо всем дяде Али. Но я отключила домашний телефон ещё утром. А сотовый включаю только для того, чтобы созваниваться с вами и с Лукасом. Я поговорила с Зорайдэ и теперь боюсь услышать, что мне скажет дядя Али.- Кстати, а Лукас сказалуже знает?- Нет, Латифа. Лукасу и без того сейчас тяжело. Его внуку делают серьезную операцию по пересадке донорского костного мозга. Я не могу его расстраивать. Когда он вернется, тогда и узнает обо всем. Но я уверена, что он меня поймет и поддержит.- Думаешь, Лукас согласится признать твоего внука вашим сыном? Жади, твой Лукас никогда не был решительным. Вспомни: он не согласился выкрасть Хадижу, сколько бым ты не просила его об этом. Ты не думаешь, что он и теперь испугается ответственности за содеянное тобой?

- Латифа, он не может меня предать и в это раз! Теперь мы с ним вместе, я его жена. У меня есть документы, подтверждающие, чтоя родила сына в Марокко!- Тогда тебе стоит их оформить по бразильским законам, успев сделать это до возвращения Лукаса.

- Латифа, не пугай меня. Ты так уверена, что Лукас не станет меня поддерживать?

- Не знаю, Жади. Но я не верю, что он успел так измениться, что теперь встанет стеной за тебя и твоего внука. На этот раз у тебя нет никаких прав на ребенка, рожденного твоей дочерью. Зять заберет сына себе, а тебя могут отправить в тюрьму. Никто тебя не спасет, ты это понимаешь?- Я буду настаивать на своем: это мой ребенок. Я родила его в Марракеше, переволновавшись из-за поисков дома для Хадижи и начавшихся у нее родов!- Жади, как ты поступишь, если Лукас выгонит тебя из дома вместе с внуком? Если его семья тебя разоблачит?- Нет,так Лукас со мной не поступит. И Иветти тоже участвовала во всех моих делах. Она никогда не предаст меня! наоборот, поможет мне уговорить Лукаса, так и обмануть его отца и других членов семьи.- Не уверена, Жади, что будет именно так, как ты сейчас мечтаешь. Но если ты окажешься на улице, мы с Самирой тебя примем. Мне стало известно, что Саид заплатил за тот дом, который Амин с отцом присмотрели. Скоро в моем доме будет много места. Тебе и малышу будет у нас спокойно, если дядя Али не приедет в Рио, чтобы забрать у тебя ребенка.- Нет, Латифа, для дяди Али Джамиль тоже будет моим сыном. Он ничего не сможет с этим сделать. Латифа, даже дядя Абдул поверил в то, что я родила ребенка! – горько рассмеялась Жади.- А если твоя дочь захочет вернутьсвое дитя? – тихо спросила Латифа.

Жади тяжело вздохнула.-Я не знаю, что мне тогда делать. Если она вернется в Бразилию, она сможет быть рядом со своим ребенком, не важно, кто будет записан в документах в качестве его родителей.- А если Фарид станет к ней лучше относиться, получив желанного сына? Если в их семье наладятся отношения?- Латифа, как может стать лучше, если Хадижа станет второй женой? Она получила развод, и когда пройдут положенные три месяца идата, негодяй не отпустит ее, а вернет уже второй женой. Она не сможет быть с ним счастлива. Он не отказался от Зухры, и теперь мучительница моей дочери стала первой женой. Даже думать не хочу, какая жизнь теперь ждет мою Хадижу.- Если бы ты не вмешалась, Хадижа осталась бы первой женой, Фарид получил бы двух сыновей, а Зухра со временем осталась бы ни с чем. Фарид расстался бы с ней.- Я так не думаю, - сердито сказала Жади. – Ненавижу Фарида! Он сломал жизнь моей дочери…Женщины долго обсуждали случившееся. Уже вернулась Самира, плотно перекусив на кухне. Уже несколько раз ребенку сменили пеленки и накормили его из бутылочки. Наконец, Латифа увидела, сколько времени на часах, испуганно вскрикнула:- Как мы доберемся домой? Страшно возвращаться так поздно по ночному городу!

- Оставайтесь ночевать у меня, - любезно предложила Жади.- Мне нужно завтра в университет, - запротестовала Самира. – Мама, ты оставайся, а я вызову такси и вернусь домой.- Нет, дочка. Однаты никуда не поедешь! Я с тобой, Самира. Вызови такси!…Они вернулись домой без неприятностей. Молчали всю дорогу. А что было ещё обсуждать? Самира знала об этой истории больше матери, но опасалась проговориться. Латифа не была согласна с тем, что сделала и ещё собиралась сделать сестра. И ей было страшно от мысли, что Жади втянет в свои темные и опасные дела Самиру.Добравшись до Сан-Криштована, Латифа вошла в дом. Самира же заявила, что у нее ещё есть одно дело к Базилио, и поэтому она прямо сейчас заглянет на минутку в бар доны Журы. Вот потому Латифа вошла в дом, а Самира решительно направилась к бару.13. Часть 23. Глава 13. Самира и синьор Олаву. Новый год в Сан-Криштоване.Самира отправилась в бар доны Журы, чтобы не только прояснить кое-что у Базилио, но и поделиться новостями с доной Журой и доной Ноэмией, что сыграет на руку тете Жади. Ведь то, что будет сказано при доне Ноэмии, достигнет и ушей мужчин семьи Рашидов. Ведь дядя Мустафа не мог не попросить жену выяснить, что происходит в их доме.

Она вошла в бар, где всё говорило о приближающемся новогоднем празднике. Рождество прошло, Самира осталась в стороне от недавнего любимого праздника бразильцев. В тот день она сидела дома, ждала новостей от тети Жади, занималась подготовкой к зачетам и смотрела сериал. Вечерние улицы Сан-Криштована были пустынны. Ведь Рождество – семейный праздник.Но ее семья принадлежала к другой конфессии и христианское Рождество не отмечала.

Но Новый год Самира намерена была отпраздновать вместе с соседями или друзьями. Ведь новогодний праздник не имеет отношения к религии. Правда, коренные бразильцы праздновали его ещё и как день богини моря Йеманджи. Люди приносили на берег океана белые гладиолусы, одевшись в белые одежды. Самире хотелось увидеть это зрелище собственными глазами, она даже планировала съездить на пляж вместе с доной Журой, но история с тетей Жади спутала ей все замыслы. Девушка видела, до какой степени расстроена ее мать. И ехать в центр Рио-де-Жанейро, чтобы веселиться всю новогоднюю ночь на пляже, забитом многомиллионной толпой, значит, расстроить ее ещё сильнее.«В Сан-Криштоване праздник будет не менее веселым, я обязательно приду на карнавал и танцы у доны Журы», - решила Самира, входя в бар. Она, конечно, виделасидевших на улице за столиком дону Ноэмию и Мустафу и поздоровалась с ними, но затем быстро скользнула внутрь заведения доны Журы, заметив ставшие квадратными глаза дяди Мустафы. Усевшись на высокое сидение возле стойки, она кивнула Базилио, подзывая к себе. Дона Жура и Анинья были заняты и не замечали ее:стояли в дальнем углу возле сильно выпившего посетителя.- Самира! Ты пришла! А я знаю, зачем, - растянул губы до ушей глуповатый Базилио.- Да что ты? – снисходительно усмехнулась девушка.- Конечно, все только об этом и говорят, - расплылся довольной улыбкой парень.- Ты о чем? – насторожилась Самира, зная, как пронырлив этот официант. Она думает о том, как расспросить его об одной сплетне, а он, возможно, уже докопался совсем до другой истории!- Как это – о чем? Синьор Олаву пишет твой портрет! Какой-то незнакомец заказал ему настоящую картину! Художник никому не говорит, кто заказчик, но все знают, что тебя нарисуют в джунглях. Ты будешь стоять на подвесном мостике над пропастью, а на твоем плече синьор Олаву нарисует попугая! Это я ему посоветовал – про попугая!- Что за чушь ты несешь? Кто это придумал? – притворилась Самира, что никогда не слышала об этом. - Когда дона Ноэмия позвонила мне и передала, что ты разносишь обо мне такую сплетню, я не поверила! Потому и пришла сюда, чтобы потребовать: закрой рот, Базилио, если не хочешь получить по шее! Какие джунгли? Какой попугай? Тебе делать нечего?!За спиной работника выросла хозяйка бара.- Конечно, ему нечего делать! Иначе не собирал бы сплетни по всему району!Дона Жура больно схватила парня за ухо и толкнула в сторону от стойки.- Займись делом, Базилио! На трех столиках опять стоит грязная посуда, а тебе хоть бы что. Иди и убери ее!- Но дона Жура! Кто же расскажет Самире правду?- А ты-то при чем? Ты у нас главный правдоруб, что ли? Иди и работай!Раздосадованный Базилио, нервно перебросив мокрую тряпку из руки в руку, покорно отправился к освободившимся столикам, а Жура встала за стойку и спросила:- Что тебе налить, Самира? Какого сока? Или кофе сварить?- Спасибо, дона Жура, ничего не надо. Я заглянула, чтобы выяснить, что за слухи появились о какой-то картине. Мне ничего не известно.- А мне всё известно. Анинья, сделай-ка Самире свежего сока из манго с оцеролой! За счет заведения.Когда девушка отошла от стойки и занялась делом, дона Жура сказала:- Этот бездельник Базилио услышал телефонный разговор, который синьор Олаву вел с заказчиком. Кто-то хорошо заплатил художнику, чтобы он написал картину с твоим участием. Ты бы у него и узнала бы все подробности. Базилио ведь такой: о чем не дослышит, о том досочинит. Но художник точно собрался писать твой портрет. Ноэмия говорит, что уже и до твоего отца сегодня слухи дошли. Но он пока не верит, потому что не видел тебя возле дома художника. Ведь чтобы нарисовать портрет, нужно, чтобы человек позировал. А тебя не видели, чтобы ты входила или выходила из дома синьора Олаву.-Что же это такое?! – удивилась девушка. – Я понятия не имею ни о какой картине. Кому понадобился мой портрет? И почему я ничего об этом не знаю? Синьор Олаву, будь это правдой, прежде всего, должен был бы поговорить со мной. А он этого не сделал. Значит, это неправда!Жура пожала плечами.

- Я разберусь, - пообещала девушка. Ей страшно не хотелось обманывать дону Журу, но она знала о неприязни, возникшей между художником и владелицей бара. А история с картиной уже сидела у нее в печенках.Потом Самира спросила:- Дона Жура, какие новости у Вас о внуке? Дядя Лукас звонил тете Жади, сказал, что операция у Шандиньо прошла удачно. Мальчик выздоровеет.

Женщина расплылась в улыбке.- Да… Моему внуку уже лучше. Операцию сделали. Мне Шанди звонит каждый день и рассказывает новости. Этот Новый год я проведу со спокойным сердцем. Я так переживала из-за мальчика, так боялась, что операция не поможет!- Я слышала, у вас будет ещё один внук или внучка.- Это правда. Мэл, наконец-то, снова беременна. Но теперь я за нее спокойна: она не думает о наркотиках. Значит, и ребенок должен родиться здоровеньким. Мэл усвоила горький урок.- Я рада, дона Жура, что у вас хорошие вести. А вы знаете, что у тети Жади тоже родился ребенок? Она поехала в Марокко, повидаться с дочкой, купить ей дом, чтобы Хадиже не пришлось больше жить в одном доме во второй женой, но ей это не удалось. Не смогла найти походящий дом.Ау Хадижи роды начались немного раньше. Тетя Жади так переволновалась, что и сама родила ребенка раньше времени.- Что? Лукас тоже стал отцом? – удивилась дона Жура.- Вот молодец, женщина! Ей за сорок, а она второго ребенка рожает. И кого она родила?- Не знаю, ребенок был в пеленках. А спросить я забыла. Он такой маленький, даже не верится. Мы с мамой сегодня ездили к тете Жади, чтобы посмотреть на новорожденного, - «простодушно» сообщила Самира, заметив, что к ним идет дона Ноэмия. Всё ясно: дядя Мустафа отправил жену к ним специально – послушать, о чем дочь Мухамеда рассказывает доне Журе.- Самира, как это можно не спросить про пол новорожденного? – рассмеялась дона Жура. – Совсем ты заучилась в своем университете!Девушка пожала плечами.- Какая мне разница? Ребенок и ребенок. Вот когда надо будет надевать на него платье или штанишки, тогда уже будетне всё равно.- Самииира, - сладко улыбнулась девушке дона Ноэмия под выразительным взглядом Мустафы, застывшего упорога бара. Она кивнула ему и снова повернулась к Самире, подмигнув девушке.- Замучили меня мой муж и твой отец. Спроси да спроси, что Самире известно о ребенке, которого родила ее тетя, - пояснила Ноэмия, когда Мустафа ушел.

- А в чем дело? Почему их так это интересует? – удивилась дона Жура. – Сначала о картине полдня вынюхивали, теперь о чужом ребенке.- Мухамед уверяет, что видел Жади на пляже без живота. Как она могла родить ребенка?- Как это - без живота? – спросила Самира «удивленным» голосом. Обманывать дону Журу, как и дону Ноэмию, не хотелось, но она понимала, что без этого не обойтись, и ей придется лгать, потому что тетю Жади надо спасать, иначе и Хадижа пропадет!

- Я тоже ездила в Ангру с тетей Жади, видела, как она кутала живот в парео под закрытым купальником. Просто у нее живот был совсем маленький,роды -стремительными и раньше времени. Ребенок родился семимесячным. Еле выжил. Зорайдэ…. - это наша родственница в Марокко…-так ругалась, что тетя Жади собралась после родов сразу же лететь обратно в Бразилию, но тетя Жади боялась, что Лукас вернется и рассердится, что ребенок родился не в Рио.Вывалив на женщин эту лживую информацию, Самира принялась за сок, который подала ей Анинья.

- Вот как… Твоя тетя очень рисковала, ведь перелет такой длительный. Как же новорожденный его перенес?- С трудом. Когда мы приехали к тете Жади, она как раз провожала врача. Он сказал, что лететь с новорожденным ребенком было большим риском. Мама говорит, что тетя Жади до сих пор не осмелилась признаться Лукасу, что ребенок уже родился. Боится, что он будет в шоке от такой новости. И ей достанется за риск.- Что, Ноэмия, теперь твой любопытный муж успокоится?Всё ему расскажешь…- Да уж… И расскажу - чтобы отстал. Самира, там художник возле пальмы тебя дожидается. Хочет с тобой поговорить. В бар зайти не желает, - оглянувшись на вход, сказала дона Ноэмия.- А котят он пристроить не хочет? – грозно сдвинула брови дона Жура. – Там ещё двое в коробке сидят.Самира поблагодарила дону Журу за сок, которым та ее угостила, потом вышла на улицу, проигнорировав Базилио, которому явно не терпелось продолжить незаконченный разговор.- Самира, пойдем, я тебя отведу к синьору Олаву, - предложил он, тут же пристраиваясь к ней сбоку.- Базилио, работай, не отвлекайся, - посоветовала она ему.

Под пальмой, опутанной гирляндой крохотных светящихся огоньков, стоял местный художник.- Самира! – позвал он девушку, когда она миновала столики у бара.Дочь Латифы подошла.Мужчина заговорил. Да… Дона Жура была права. Всё оказалось так, как ей уже рассказали.

- Но кому это понадобилось? Лео? Синьор Олаву, я не могу согласиться участвовать в таком деле, не зная, кто заказчик, зачем ему мой портрет. Что это вообще за история?! Меня всё это пугает, - призналась она.- Я знаю, кто и зачем. Не разглашал, потому что Базилио разнесет слухи по всему Рио. Ты права, это Лео приходил ко мне и сделал заказ. Оплатил его и оставил несколько картинок с джунглями. И журнал с твоими фотографиями, где вы с ним на Сахарной голове.- Лео! Но зачем ему картина?!

- Захотел иметь твой портрет. Но знаешь, ты не волнуйся. Я согласился, но поставил условие, что если ты будешь против...- Синьор Олаву, мне лестно, что такая знаменитость, как Вы, можете написать мой портрет, но я не могу тратить время на позирование. И не понимаю, что задумал Лео. А когда я чего-то не понимаю, мне это не нравится.- Тебе не придется позировать. Напишу тебя по фотографии. И джунгли – с картинок. Но большего не могу тебе рассказать. Когда картина будет готова,ты узнаешь, как Лео просил распорядиться полотном.Самира закатила глаза. Ох уж этот выдумщик Лео!- Мне всё равно. Пишите. Но… я должна быть одета…, при чем - в рваные джинсы и яркий желтый топик! В том журнале, о котором Вы говорите, есть такая фотография. И без платка! Лео – шутник, как я догадываюсь. Мало ли, о чем он Вас попросил.- Я найду именно эту фотографию, - кивнул художник и поинтересовался: - Что, понравился котенок твоей подруге?

- Да, и как мне жаль, что я не могу принести кота к себе домой. У меня нет времени заботиться о нем.Синьор Олаву тяжело вздохнул и вытащил из коробки одного из котят.- Заберу этого себе. Или обоих забрать? Жалко, если с ними что-то случится.Нагнулся и подхватил другого котенка. Держа в каждой руке по животному, он сказал:- Когда сделаю наброски, позвоню тебе. Посмотришь, как получилось. Скажешь, что тебе не понравится, и я переделаю.Девушка согласилась, что так будет лучше. Затем они разошлись. Самира вернулась домой, а художник отправился к себе, став этим вечером обладателем двух шаловливых котят.Дона Жура, которой эту новость сообщил вездесущий Базилио, довольным голосом сказала:- Вот так-то! А то считает Файера своим, а котят пристраивать не желает!

- Дона Жура, но если кот ещё наделает котят? Что тогда? Синьор Олаву не захочет держать у себя столько животных.

- Базилио, напомни мне, чтобы я позвонила Шанди, когда он вернется из Европы. Надо будет кастрировать кота.У Базилио от ужаса взметнулись брови.

- Дона Жура! Зачем же так?!- Напомни, я сказала! Что ты смотришь на меня, Базилио? Или тебе хочется, чтобы мне каждые три месяцаподбрасываликоробки с котятами?Потом она покачала головой и решила, что будет надежней сделать заметку в блокноте. Достав толстый потрепанный ежедневник, она что-то записала на последней странице, посмотрев для надежности запоминания на огромного рыжего кота, вальяжно развалившегося в оконной витрине и не подозревавшего о грядущей страшной участи.…В это время в «Волшебной лампе» Мустафа и Мухамед обсуждали новости, добытые в трудных переговорах с ларой Ноэмией.

- Моя Ноэмия уверяет, что тоже видела у Жади небольшой живот – ещё два месяца назад! Она настаивает, что ещё тогда подумала, не решили ли Лукаси Жади завести ещё одного ребеночка?

- Но тогда у нее сейчас должен был быть заметен живот ещё больше! – возразил Мухамед.- Самира говорит, что видела, как на пляже Жади прятала живот в платок, который она обматывала вокруг тела. В «па-ре-о»...- Не убеждай меня, Мустафа, я верю только собственным глазам. А я видел Жади на пляже без живота.- Она могла его втянуть, - пожал плечами Мустафа. – Женщины такие скрытные, хитрые. Не захотела, чтобы на нее смотрели на пляже, вот и спрятала живот. Нормальной женщине должно быть стыдно показываться беременной почти без одежды. А Жади явилась на пляж!Мухамед с сожалением посмотрел на родственника. Мустафа так наивен – верит всему, что говорит его Ноэмия.Но и Мустафе спорить надоело. Он перевел разговор на другую тему.- А что ты будешь делать, если Базилио сказал правду, и художник выставит в витрине огромную картину с нарисованной Самирой?- А что мне делать? Предлагаешь ее выкупить? Сделать предложение художнику, чтобы он дорисовал на ней платок и национальную одежду, и затем заплатить ему деньги, а картину повесить в магазине у кассы? Тогда синьор Олаву откроет бизнес: он будет каждый месяц рисовать Самиру, чтобы я каждый раз выкупал его работы, так? – ехидно усмехнулся Мухамед. – Не будет этого. Но кто же сделал заказ, если это не хитрый план синьора Олаву?- Базилио и Ноэмия об этом ничего не знают, - ответил Мустафа.…Прошло несколько дней, и мир встречал Новый год. Новый, 2008 год. Уже с полудня Сан-Криштован готовился к карнавалу. До заката солнца жители Рио-де-Жанейро спешили побывать на одном из городских пляжей, чтобы поклониться богине Йемандже, бросить в набегающие волны букет белых цветов. Но уже после наступления темноты люди собирались в заведениях – кафе, барах, ресторанчиках… Много посетителей было и в баре доны Журы.

Теплый ветерок трепал развешанные между домами и деревьями флажки и гирлянды. Витрины, украшенные разноцветными огоньками и праздничнымикомпозициями, сияли, привлекая всеобщее внимание.Все столики у бара были забиты, но много людей просто стояло в ожидании веселых танцев. Ведь это же бар доны Журы! А скоро двинется и карнавальная процессия. И потом снова – танцы почти до утра!Самира тоже собиралась выйти на улицу. Она старалась скорее закончить конспект, поглядывая то на часы, то на украшенную блестящими шариками ёлочку у себя на столе, то на остроконечную шляпу и маску, которые она намеревалась захватить на карнавал.

Когда с улицы раздались звуки музыки – ритмы самбо, Самира вместе с матерью вышли на балкон. Самире хотелось увидеть праздник с высоты второго этажа прежде, чем пойти на улицу и влитьсяв веселившуюся толпу. А Латифа ждала сида Керима, который настоял на том, что непременно заберет ее, чтобы отпраздновать бразильский новый год в его новом доме вместе с сестрой, которая желала, чтобы Латифа чаще бывала в их компании и привыкала к новой семье и будущему дому. То, что свадьба состоится, ни Керим, ни его сестра нисколько не сомневались. Ведь Керим просватал Латифу, их предстоящий брак - дело решенное.Латифа не смогла отказаться и теперь ждала, когда Керим приедет за ней,переодевшись в более праздничную одежду. Наверно, ей надо было остаться у Жади, чтобы не оставлять сестру в одиночестве, да ещё с новорожденным ребенком на руках. Ведь в праздник все работники разошлись по домам. Жади осталась совсем одна! Почему Латифа позволила Жади уговорить себя не приезжать к ней в праздничный день? Теперь она мысленно разрывалась между женихом и сестрой, не зная, как быть.Самира увидела на балконе в доме напротив (бывшем доме ее матери и брата!) стоявшую Лейлу, которая вцепилась в перила балкона так, как будто кто-то вот-вотмог затащить ее с балкона внутрь комнаты.

Она такжесмотрела вниз на пеструю толпу жителей района, собравшихся на праздник. Но засада подстерегла ее не из внутренней комнаты дома, а снизу,где появился Мухамед. Заметив жену, выставляющую себя напоказ в запретном для семьи месте, он несколько минут гипнотизировал молодую женщину, не спуская глаз, надеясь, что онаувидит его. И как только это случилось, он тут же сделал Лейле знак убраться с балкона.Но девушка решила не замечатьвзмаха его руки, а затем и голоса, который был почти не слышен в гомоне праздничной толпы.Только когда на балкон выглянула Ариба, что-то сказала Лейле и утянула ее назад в комнату, Мухамед успокоился, но непроизвольно посмотрел на дом Латифы, как делал это с утра до вечера сотню раз. И он увидел Латифу и Самиру, стоявших на балконе как ни в чем не бывало. Вот только прогнать их оттуда было некому. Мать и дочь о чем-то весело шептались, что-то обсуждали. Мухамед много бы дал за то, чтобы услышать, о чем они говорят.

А речь у них шла о ларе Назире.- Жади сказала, что лара Назира собирается возвращаться вместе с мужем в Бразилию. Контракт, подписанный Миро, истекает в это году – не знаю точно, когда. Ее муж накопил деньги на то, чтобы открыть в Рио спортшколу и купить виллу рядом с Саидом, - припомнила Латифа.- Да? А я думала, что тетя Назира захочет купить домв Сан-Криштоване. Мама, ты помнишь, как лара Назира любила все местные праздники, ей так хотелось спуститься вниз и потанцевать вместе со всеми.- Помню, дочка, - улыбнулась Латифа. – Амин то и дело жаловался своему отцу на женщин, которые посмели вновь его ослушаться и выйти на балкон. Мухамед злился и прогонял вас оттуда.- Но чем же займется лара Назира после возвращения в Бразилию? Ей нужна бурная деятельность, она не захочет сидеть в пустой вилле.- Мне Жади сказала, что Назира не забыла о мечте проводить занятия по гимнастике.Они обе вдруг вспомнили, как лара Назира занималась с тренером - другом Миро гимнастическими упражнениями на улице - на высоких каблуках, модно одетая, но вовсе не для занятий спортом, и вдруг одновременно прыснули от смеха.В этот момент на кухне появился Амин. Увидев, что мать и Самира стоят у двери на балконе по ту сторону порога, он принялся ворчать.- Скорее бы нам с Халисой переехать в свой дом и не видетьтакой харам!И если мать тут же вошла в кухню и принялась наливать горячий чай в узорчатый стакан сына, то Самира даже голову не повернула в его сторону. Она облокотилась на перила балкона, наклонилась вперед и с наслаждением продолжала рассматривать прибывших на праздник соседей.Базилио заметил ее и начал размахивать руками: сначала – чтобы привлечь внимание девушки и позвать на карнавал, затем – уже не ей - спасаясь от беспощадных пальцев доны Журы, которая как будто вознамерилась оторвать ему ухо.Самира не стала смотреть на продолжение этой сцены, она молча прошествовала мимо Амина в коридор и в свою комнату, а там схватила шляпу «ведьмы», маскарадные очки и пакетик с серпантином, вышла снова в коридор, спустилась вниз по лестнице, вышла на улицу и захлопнула дверь.

Брат молча следил за каждым ее шагом.- Амин, оставь сестру в покое, - спокойно попросила мать. – Пусть она живет,как считается правильным в Бразилии. К сожалению, моя дочь выбрала иной путь. Она стала бразильянкой, не такой, как мы. И я не стану ломать ей жизнь, переделывая и насильно возвращая к семейным корням.- Но она нарушает принятые в нашем окружении правила! Она выставляет себя напоказ, и поэтому неудивительно, что художник намерен выставить ее портрет в витринесвоей мастерской. Уже все говорят об этом!

- Сынок, Самира давно перестала быть частью нашего окружения, - с грустной улыбкой заметила мать. -Она могла бы поехать праздновать Новый год в дом синьора Леонидаса, но боится расспросов той семьи о ребенке…Латифа вдруг замолчала, испугавшись, что едва не проговорилась.- А что не так с ребенком? – спросил Амин, догадавшись, что мать знает правду. Но Латифа уже замкнулась, замолчала и взяла в руки заварочный чайник, заглядывая внутрь и что-то в нем рассматривая. Она явно не желала обсуждать дела Жади.Амин всё же хотел расспросить, но не успел:зазвонил сотовый телефон матери, она решила ответить.- Керим, это Вы?... Да, я могу поехать… Хорошо, подъезжайте. Я выйду через несколько минут.

14. Часть 21. Глава 14. Новогодний праздник у бара доны Журы.Амин настороженно прислушивался к разговору матери. Неужели снова звонит жених, который скоро станет ее мужем? Это было так непривычно! Мать и отец развелись,но Амин все ещё не мог принять такой факт. И теперь чужой мужчина вошел в жизнь его матери. То, что Лейла стала женой отца, было не так неприемлемо для Амина, как появление сида Керима. Амину стало так одиноко! Никому он не нужен – ни отцу, ни матери, ни Эмми! Есть ещё Халиса …

…Да, есть Халиса, и она его любит, но почему он сам так странно относится к жене? Умом ее принимает, но не сердцем… И никак не может забыть Эмми. Как ни пытался он отогнать мысли о девушке, потерянной им почти год назад, ничего не получалось. Всё равно образ Эмми неожиданно вставал у него перед глазами, и мысли предательски возвращались к тому, что любит он все-таки ее, подружку из детства, а вовсе не хозяйственную умницуХалису. И, как ни странно, пример тети Жади давал ему надежду на то, что в жизни всё возможно. Она же дождалась своего счастья через двадцать лет! Рано или поздно и его Эмми к нему вернется…Амин попытался представить встречу с любимой через двадцать лет. Это будет женщина с множеством детей и внуков…, как и он сам – такой же солидный, как отец, предприниматель, окруженный большой семьей.Неужели его любовь не погаснет за столько лет? Эмми может сильно измениться внешне. Нет-нет, Эмми ему нужна сейчас! Но как вернуть ее, ставшую женой другого мужчины?!

Амин втайне ждал, когда тетя Жади приедет к ним в гости. Возможно, она расскажет, скорее – намекнет на то, что ей стало известно об Эмми, ведь обещала же она узнать новости! Парень чувствовал себя больным, когда думал об Эмми, испытывая полнейшую беспомощность, невозможность что-нибудь предпринять, чтобы вернуть любимую. Ну и пусть у него будет две жены. А если Халиса начнет возмущаться и возражать – тогда с ней придется расстаться. Амин для себя это уже решил. Да, Халиса хорошая, умная, порядочная, хозяйственная. Она отличная жена. Но ему не хватало любви. Амину хотелось любить, а любить он мог только одну девушку – Эмми, только ее. Пусть будет и Халиса, пусть, но только рядом с ними должна непременно быть и Эмми.

Вот и дом у них теперь есть, ремонт срочно доделывается.Отец не пожалел дать денег из тех, что получил за проданный в Фесе дом Лейлы. Осталось купить мебель, и можно перебираться в собственный дом.И вот тогда он не станет обращать внимания на сестру – как будто ее вообще не будет существовать! Но Амину не приходило в голову, что ему понадобится поддержка Самиры, когда он вернет Эмми и станет ее мужем, если это удастся сделать. Кто окажется снисходительным к превратностям его семейной жизни? Только мать, тетя Жади и Самира. Они поймут, если Амин отправится за Эмми в другую страну и привезет разведенную женщину и женится на ней, даже невзирая на возражения отца или других членов семьи.Но сейчас Амин об этом не думал, наоборот, злился из-за того, что с именем сестры будет связан очередной скандал. Портрет, выставленный в витрине мастерской синьора Олаву! Что она об этом думает? О, Аллах! Пусть это окажется выдумкой непутевого Базилио, который всем подряд рассказывает новость о творческих планахзнаменитого художника из Сан-Криштована.Парень выглянул на улицу. У двери стоял автомобиль, украшенный шариками. Высокий мужчина ждал его мать. Керим улыбнулся Латифе, распахнул перед ней дверцу машины, а затем сам сел за руль. Когда автомобиль, еле двигаясь сквозь праздничную толпу, скрылся за углом, сын Латифы не остался на улице, вернулся в дом, в свою комнату и лег спать. Потом к нему присоединилась и Халиса.На улице били барабаны, громко звучала музыка, раздавались голоса и смех людей, собравшихся на площади перед баром.

- О, Аллах! Мы сегодня до утра не сможем уснуть, - сказала Халиса, поправляя подушку под головой.

- Конечно, как уснешь под такой гвалт?

- Амин, тогда поговорим о нашем доме. Ты сказал, что заказал всю мебель, о которой мы говорили.

- Да, заказал.- Но нам предстоит ещё многое купить.- Знаю, но не всё сразу. Денег у нас в обрез. Если бы не отец, то нам пришлось обойтись и без мебели. Смогли бы обставить только одну комнату, а потом начали бы подкупать всё остальное, вещь за вещью.- Но на кухне нужна хорошая плита.- Знаю. Но пока придется обойтись без настоящей плиты. Готовь на небольшой плитке.Амин отвечал отрывисто, как бы стараясь отвязаться от Халисы как от назойливой мухи. Она это почувствовала и обиделась, не стала больше задавать ему вопросов. Почему же он не разделяет с ней радость от скорого переезда в их СОБСТВЕННЫЙ дом? Это же так замечательно! Неужели не хочет покидать мать? Но Амин ничего не теряет: лара Латифа по-прежнему будет жить в соседнем доме, и он каждый день сможет видеться с матерью, по крайней мере – до ее замужества. Отец тоже останется рядом. Магазин уже решено перенести в помещение на первом этаже их дома. А бывший магазин продать. Или Аминбрал помещение в аренду? Она ничего не знает о делах мужа!Но Халиса решила не расстраиваться. Прежде, чем заснуть под оглушительную самбу под окном, она перебрала в уме всё, что собиралась купить для их дома. Уж теперь-то она обустроит всё по-своему, каждый уголочек дома сделает уютным, о каждой мелочи позаботится! С такими приятными мыслями она уснула.Амин же продолжал ворочаться. «Когда приедет тетя Жади? И ребенка привезет, наверно. Самира проболталась, что Жади собралась рассказать Лукасу о новорожденной дочери, представляя, как он будет рад. Хотелось бы взглянуть на ее дочку. Возможно, она скрывала новость ото всех, чтобы ее не сглазили? Нет, история очень странная», - размышлял он.

Потом он вспомнил и о том, что тетя Жади видела тетю Назиру. Назира жила с мужем-бразильцем в Марракеше. Но что удивительно, из разговоров матери и Самиры он понял, что муж тетки стал мусульманином. И теперь Амин сомневался, не мог решить, как относиться к этому мужчине. Если он мусульманин, значит, брат ему по вере. Или нет? Амин решил посоветоваться с отцом, хотя и знал, что отец запретил произносить вслух имя опальной сестры. Но если тетя Назира вернется в Рио и поселится где-то недалеко от них, как он должен будет себя вести, столкнувшись на улице с тетей Назирой и ее мужем?- Странно, Самира рассказывала о новорожденной девочке, а мать уверена, что тетя Жади родила сына, она же вроде бы упоминала о мальчике? – вдруг вспомнил о несоответствии Амин. Впрочем, для чего он ломаетголову над этим? Как будто тетка украла ребенка и привезла с собой! Зачем ей это нужно? Но отчего Жади боится признаться мужу, что уже родила ребенка? Если бразилец бросит сестру матери, куда она пойдет?

- К моей матери, конечно, куда же ещё? - проворчал он, поворачиваясь на бок. Ему вдруг показалось, что слышит голос Самиры даже сквозь уличную какофонию.- Ничего не желаю знать! – разозлился Амин и накрыл голову одеялом, прячась отновогоднего шума.…Самира же спокойно сидела за столиком, где нашлось свободное место. Точнее, там, где дона Ноэмия позаботилась оставить для нее местечко. Ноэмия и Мустафа танцевали вместе со всей толпой пагоды, очереднуюверсию любимого в районе танца. Анинья в маскарадном костюме кривлялась возле них, как и Базилио. Но парень не мог не подойти к Самире. Он присел за столик, трусливо оглядываясь по сторонам, ища глазами дону Журу.- Привет, Самира. Ты пришла? А я почему-то подумал, что ты отправишься на Копакабану, будешь делать там фотографии для своего репортажа...

Базилио, не подозревая, задел ее больное место. Да, Самира очень хотела в этом году побывать в новогоднюю ночь на пляже и вместе с многомиллионной толпой отсчитать последние секунды уходящего года. «Десять, девять, восемь, семь … один, полночь!» - это, увы, толпа прокричит без нее!- Базилио, а ты-то ходил сегодня к морю с букетом цветов? – снисходительным тоном спросила девушка.- Да… С доной Журой. Она загадала желание – сама знаешь, какое: о здоровье внука, потом бросила букет белых роз, и волна унесла ее дар. Богиня Йеманжа приняла его. Поэтому у доны Журы сегодня весь вечер прекрасное настроение.- Да? Я видела, как она надрала тебе уши!- Это ерунда. А мне так не повезло, Самира: я отнес богине моря свечу на небольшой легкой доске, зажег свечу и опустил доску в воду, но свеча погасла, а доску водой вынесло на берег. Значит, мое желание в новом году не исполнится.- И что же у тебя было за желание? – насмешливо поинтересовалась девушка, потягивая через трубочку фруктово-кокосовый коктейль.- Чтобы ты влюбилась в меня, - застенчиво улыбнулся парень из бара.Самира «прыснула» коктейлем на столик, едва не подавившись от такого признания, вскочила с места.

- Что?! Базилио, как ты мог подумать, что я… и ты…- Успокойся! Лучше сядь, пока никто не занял твой стул,– посоветовал Базилио. – Я пошутил. Конечно, я загадал вовсе не тебя. Было ли это правдой, или Базилио решил больше не нервировать ее своими признаниями, Самира так и не поняла. Она невольно последовала его совету – плюхнулась на стул. Не глядя. Прямо на карнавальную остроконечную шляпу, съехавшую со спинки стула на сидение, когда девушка поднялась с места.Вытащив из-под себя сплющенную конструкцию, Самира досадливо рассмеялась и тут же засунула шляпу в урну у стены.Вернулась к оставленному коктейлю и обнаружила, что Базилио не терял время: из ее пакета с серпантином позаимствовал несколько рулончиков и бросил в толпу. И вот уже Анинья выпутывается из обвивших ее лент серпантина, а Базилио хохочет, согнувшись пополам.- Базилио, иди и потанцуй с Аниньей! Я хочу посидеть одна.

- А почему ты не танцуешь? Приглашаю, - дурачась, протянул ей руку парень.Девушка закатила глаза и покачала головой. Когда же он от нее отстанет? Оставит ее в покое? Но у Базилио была для нее новость, им же созданная и разнесенная по району, так что теперь новость превратилась почти в реальность.- А ты знаешь, что твой отец хочет уговорить художника пририсовать на твоем портрете платок и марокканское платье? Потом он сам купит картину, да-да! Уведет из-под носа заказчика! Мустафа сказал, что твой отец не желает видеть картину в витрине мастерской, где ее будут разглядывать все, кому не лень.- О чем ты, Базилио?- Я сам слышал! Синьор Мустафа говорил об этом доне Ноэмии, когда они танцевали.- И ты подслушал!- Да, а что? – с вызовом спросил Базилио, как будто удивляясь, что кто-то может осуждать его за право на подслушивание, подсматривание, вынюхивание разного рода новостей.- Не суй нос не в свое дело, - отрезала Самира.К ее столику подошла дона Жура с глубокой чашей, в которой лежали кисти винограда.- Самира, ты уже съеладвенадцать виноградин? – спросила она. – Кто в новогоднюю ночь съест 12 виноградинок, у того исполнится его 12 желаний! Вся Бразилия сегодня загадывает желания.

- Нет, дона Жура, я не ела виноград. Но у меня столько желаний, что сделаю это с удовольствием.- И я тоже, - сказала дона Ноэмия, появляясь из-за спины доны Журы.

- Я тоже хочу загадать желания, - протянул руку к чаше с виноградом Мустафа. И тут же Ноэмия звонко шлепнула его по пальцам.- Не лезь! Какие это у тебя желания? Они должны совпадать с моими! Значит, я и буду их загадывать, - заявила она.- Ноэмия, я собирался загадать 12 детей, которых ты могла бы мне подарить!- Что?!- Ну, сами разбирайтесь, кому что загадывать, - поставила на стол чашу с виноградом дона Жура. – А ещё - в баре есть кукурузный пирог, который испекла дона Флор по моему заказу. Он уже нарезан. Могу принести.- И мне ещёкофе по-особому: с лимонным соком, - добавила Ноэмия, оглядываясь в поисках Аниньи. Но у девушки тоже был выходной, как у всех. Обслуживать посетителей было некому. Бар, в принципе, был закрыт. Люди ведь собрались не поесть, а повеселиться. Но дона Ноэмия, сама закрыв собственное кафе и устроив своим работникам выходной, не подумала, что Жура может поступить так же. Журинья сказала, что сама сварит ей и себе кофе, а заодно вынесет пирог, чтобы все желающие могли им угоститься.Когда хозяйка появилась на пороге из недр бара, она держала в руках огромный противень с красиво украшенным пирогом, нарезанным на кусочки. Оставив его на столике, Жура буквально бросилась в водоворот веселья. Снова она танцевала, подбадривала остальных танцующих, подзадоривая их разными присказками. Потом женщина вернулась к столу и еле отдышалась, обмахиваясь веером, пока не заметила, чем занят Базилио.

Великовозрастный парень прилаживал на голову сопротивляющегося кота «колпак звездочета». Колпак был совсем маленький, как будто сделан как раз для Файера. Но кот не оценил его заботы – вырвался из его цепких рук и сбежал. Заскочив в витрину, среди мигающих гирлянд, блестящих шаров и фонариков, он лапой попытался содрать с головы ненужный колпак. Но резинка под его мордой держала крепко картонную шляпу, и кот завыл от злости.

- Базилио, немедленно сними! – приказала дона Жура. – Хватит мучить животное! Что это такое? То едва не уронил кота, когда нес несчастного к миске с едой, то напяливаешь на него всякое. Себе на голову нацепи и ходи-веселись!Базилио стянул с кота маскарадное украшение, вернулся к столику, но там уже сидели Ноэмия и Мустафа. Самиры не было рядом с ними. Девушка присоединилась к танцующим. Впервые за много лет она танцевала пагоды у бара доны Журы, делая это совершенно свободно, не оглядываясь, как когда-то, не вздрагивая от страха, что вот-вот ее увидит отец. Самира наслаждалась своей свободой! Она сожалела лишь о том, что не сможет увидеть потрясающий фейерверк над Копакабаной и лагуной. Но часть салюта будет видно и из Сан-Криштована.…Мухамед решил, наконец, закрыть магазин. Весь день в «Волшебной лампе» было много посетителей. Сколько товаров смог продать Мухамед! И когда стемнело – покупателей не убавилось. И это потому, что его магазин стоял рядом с баром доны Журы. Ее клиенты посещали и его «Волшебную лампу».А вот в магазине Амина такого ажиотажа не наблюдалось. Что сын делает не так, что не учитывает, торгуя в не самом плохом месте?Но об этом Мухамед собирался поразмышлять в другой раз. Сегодня у него страшно разболелась голова. Почему у бразильцев такие шумные праздники? Мухамед так и не смог привыкнуть к ним за долгие годы, прожитые в Бразилии.Закрыв магазин и поднявшись на второй этаж дома, он в коридоре столкнулся с Лейлой, выходившей из бывшей комнаты Амина и Халисы.Вопросительно подняв бровь, он остановился, сцепив руки на выпирающем далеко вперед животе.

- Мухааамед! – тут же ноющим голосом начала Лейла. – У меня так голова разболелась! Когда кончится этот шум? Я спать не могу, мой сын тоже плачет, Ариба никак не может его успокоить.

- Нам придется потерпеть. Это бразильский праздник, их традиция. Шуметь будут почти до самого утра, ничего не поделаешь.- Что же делать? Я хочу спать. Ведь я же беременная. Почему они так громко кричат? Весело им, а я спать не могу.- Лейла, ты хотела кого-то увидеть там, на улице? Зачем ты выходила днем на балкон? – тихоспросил он женушку.

- А что? Мне только из окнаможно смотреть? – огрызнулась Лейла.

- Не смей демонстрировать свои прелести на балконе, где тебя все видят. Захочешь подышать воздухом – выйди на улицу и просто постой у входа в наш магазин. Не сейчас, конечно, а днем.- Да, завтра я обязательно выйду, чтобы с порога твоего магазина рассмотреть новый дом, который ты купил своему сыну и его жене на мои деньги!- Лейла, мне надоели твои упреки теми деньгами. Лучше не вспоминай больше никогда о доме в Фесе и деньгах. Я - хозяин в семье, мне лучше знать, как потратить любые деньги. Тебе всё понятно?

- Деньги должны быть у меня, - упрямо ответила Лейла, надувая губы.- Дочь шайтана! – не сдержался Мухамед, не зная, как ее наказать. Ведь она ждет ребенка, возможно – его второго сына! Ударить было нельзя.- Сыну ты дом купил, а почему мне отказал? Я тоже хочу иметь свой дом.

- Вот твой дом, - сердито обвел вокруг руками Мухамед. – И давай закроем эту тему. Твой дом здесь, другого дома не будет.- Аааа! Твой брат собирается купить каждой жене по дому! Они мне сами рассказали об этом, когда мы ездили к ним в гости. Когда ты женишься на Муне, то нам будет тесно. Мы все не поместимся.Вы с Муной и я с двумя детьми! И ещё Ариба.- Комнат много, поместимся. Ариба уедет и выйдет замуж, ты не забыла? Лучше учись у нее всему, пока она ещё в Бразилии. Повезло же сыну дяди Али выбрать себе такую невесту. Ариба - золото, всё умеет.Лейла презрительно выпятила губу. Потом сказала:

- Без Арибы я не справлюсь. Не отпускай ее, Мухамед. Пусть она и дальше мне помогает, даже если здесь появится Муна.

- Дорогая, Ариба не служанка. Она моя гостья, потому что твоя родственница. И она – невеста сына дяди Али. Я не стану ссориться с Икрамом и сидом Али из-за твоей лени и прихоти. Учись у нее, пока не стало поздно, иншалла.Мухамед прошел мимо нее в свою комнату. Лейла поплелась вниз на кухню за соком. Мухамед выглянул в коридор из двери своей комнаты, когда Лейлапочти дошла до лестницы.- Принеси и мне сок, - коротко бросил он ей.Лейла фыркнула, но потом испуганно закашляла, маскируя свой проступок.- Сок ему принеси, - зло процедила Лейла, спускаясь по ступеням.Мухамед же, не особо надеясь на то, что получит стакан сока, достал сотовый и позвонил в дом брата. Нет, он помнил, что Саид ещё не прилетел в Бразилию, но Мухамед чувствовал необходимость позаботиться о семье брата в его отсутствие. Об этом просил его и Саид, когда звонил из Эмиратов.

Для этого надо было только набрать номер телефона, что он и сделал.Отозвалась Зулейка. На вопрос, чем они заняты, ответила, что она укладывает спать детей, которые капризничают из-за шума на улице, а Фатима и Рания смотрят телевизор. Не имея возможности выйти из дома, они развлекались в новогоднюю ночь именно так – глядя на чужой праздник на экране телевизора.

- Не нужно ли вам чего-нибудь? – из вежливости спросил Мухамед.- У нас всё есть, шукран, - ответила первая жена брата.- А с деньгами как?

- Саид оставил нам денег на еду и на всё необходимое, сид Мухамед. Нам пока хватает, иншалла.- Что ж… Рад, что у вас всё в порядке. Не звонил ли Саид?

Но Саид им не звонил. Когда он вернется, они тоже не знали.- Тогда всего хорошего, и если что-то понадобится, какая-то будет проблема – звоните. Постараюсь помочь.Мухамед отключил сотовый. Он устал и хотел спать. Но он понимал, что грохочущая музыка не даст уснуть. А где-то внизу, в толпе, развлекается и его дочь Самира. Одалиска! Он заметил ее, когда она сидела за столиком. И Мустафа, танцующий с ларой Ноэмией, тоже попались ему на глаза. Мустафа с этой своей женой-бразильянкой очень изменился – конечно, под ее влиянием. Какой такой Новый год он отмечает? Нет такого праздника у мусульман! Но Мухамед уже давно махнул рукой на родственника, который то и дело отступал от канонов ислама.А разве Саид выполняет все требования и предписания, которых должен придерживаться мусульманин? Нет, Саид – грешник. И Мустафа тоже. Но Мухамед порадовался тому, что жены Саида сидят дома, ни одна не сбежала на праздник, чего Мухамед опасался. Тогда ему пришлось бы принимать меры в отсутствие брата. А он и без того очень устал…15. Часть 21. Глава 15. В доме Саида. События назревают.…Фатима смотрела телевизионный канал, где шла прямая трансляция праздника с пляжа Копакабана, заполненного миллионами туристов и местными жителями. Она сидела в уютном кресле, но ее настроение нельзя было назвать чудесным, т.к. надуше было очень неуютно. Возможно, виновата была Рания с ее странными намеками? Или ее растревожили предчувствия, которые появились в ее душе после того, как она открыла электронную почту и обнаружила виртуальную поздравительную открытку от Самиры? Девушка написала почти стандартные пожелания, но дело было не в них, а в картинке, в открытке: заснеженные деревья на фоне Эйфелевой башни, а на переднем плане – ветка хвойного дерева, украшенная ёлочными шарами. Париж…У Фатимы сжалось сердце. Вдруг захотелось увидеть этот чудесный город. Возможно, не только ей, но и Самире, приславшей такую открытку. Но что-то подсказывало Фатиме, что скоро именно она покинет дом мужа и отправится в путешествие. Неужели придется бежать? Что-то слишком уверенно и нагло стала вдруг вести себя с ней Рания…Вернувшись в лоно семьи, Рания в первые несколько дней вела себя осторожно. Однако к ней вернулась самоуверенность. Когда Саид вылетел в Марокко, узнав неприятные новости о Хадиже, Рания по-хозяйски,со счастливым видом занялась некоторыми домашними делами, за которыми не успевала следить Зулейка, и по ее просьбе. Но потом новобрачную как будто подменили. Не по отношению к первой жене – нет, а в отношениях с Фатимой.

Она, Фатима, решила держать с Ранией дистанцию. Они почти не разговаривали, а когда Фатима была вынуждена отвечать, делала это холодно, равнодушно-презрительно. Сначала это явно задевало и злило новоиспеченную жену Саида - ведь она же вернула себе положение в семье! - но потом у третьей жены изменился тон. Она первой начинала заговаривать с Фатимой, а в ее глазах светилась насмешка и превосходство. В чем дело, Фатима не могла понять. В чем Рания смогла переиграть ее? Почему так уверенно держится? Как будто Фатима оказалась в ее руках…

Так продолжалосьнесколько дней. Потом стало известно, что Саид задержится. Он улетел из Марокко не в Бразилию, а в Арабские Эмираты, где собирался пробыть ещё неделю. Фатима слышала, как Мунир, разговаривая с отцом по телефону, просил купить его матери и привезти «самые-самые лучшие духи и самые-самые красивые и дорогие украшения». А на лице Рании читалось выражение, как будто она точно знает, что так и будет.Вот и теперь они сидели перед телевизором, и Фатима держала на коленях котенка, гладя его по пушистой спинке и хвосту. Рания бросала на нее снисходительно-выразительные взгляды, попивая чай из любимого стаканчика и лакомясьореховым печеньем. Она как будто знала о чем-то, но пока ничего не говорила,наслаждаясь неведеньем Фатимы и предвкушая нечто.

Наконец, Рания не выдержала притворного умиротворенно-счастливого вида второй жены и решила покончить с этим, вывалив на голову несчастной правду, до которойслучайно смогла докопаться.

Она только и сделала, что произнесла в полголоса имя и фамилию некоего мужчины, после чего Фатима, конечно же, всё услышавшая, застыла, побелела и повернулась к ней, глядя округлившимися от удивления и страха глазами.Рания ехидно сказала:- Аллаааах! А ты думала, никтоничего не узнает? Да, Фатима? Аллах! Я давно нашла в твоей комнате бумажку с номером ЕГО телефона.- Так ты роешься в моих вещах? Снова взялась за старое? Сначала Хадижа жаловалась, что ты бываешь в ее комнате и переворачиваешь вещи в ящиках и на полках ее шкафа, теперь у нас с Зулейкой чего-то ищешь?! И какую ещё бумажку ты нашла? Что ты сочиняешь? Я пожалуюсь Саиду. Не думаю, что ему это понравится! Только вернулась в семью и тут же взялась за прежние проделки.Рания рассмеялась.- Нет, ты не станешь жаловаться Саиду. Знаешь, почему? Ты сама теперь в таком опасном положении, что тебе лучше вести себя тихо и слушаться МЕНЯ. И ты станешь делать всё, что яприкажу.Фатима уже поняла, что случилось. И Рания это подтвердила.- Я позвонила по номеру телефона, и мне ответил мужчина. Мы с ним поговорили, и я узнала одну очень интересную историю, о которой, я просто уверена, Саид ничего не знает. Но я не стала ничего рассказывать Саиду, ведь он мог рассердиться не только на тебя, но и на меня за то, что я узнала правду. Саид мог передумать жениться на мне! Я решила подождать более удобного случая. Была уверена, что он непременно появится. И дождалась. Вчера мы с Зулейкой ездили к врачу. Ты не захотела ехать с нами, а напрасно. Врач отдала мне результаты твоих анализов. Помнишь, ты в начале сентября их сдавала? После того, как тебе удалили спираль?

Фатиме было так плохо, как если она вот-вот потеряла бы сознание. А Ранию это очень обрадовало. Она радостно продолжала:- Я спросила у врача, что такое спираль? Для чего ее используют? Возможно, это и мне будет полезно? И доктор мне всё рассказала, посоветовав не ставить спираль на долгий срок, как это сделала ты. Ведь тебе удалили спираль после четырех лет? Давай посчитаем, когда же ты ее поставила? Ты замужем за Саидомдва года. Он уверен, что взял тебя замуж девственницей. Тогда как ты объяснишь, что у тебя в это время стояла спираль? Знает ли он, для чего женщины идут на такую процедуру?

- Врач что-то перепутала. Она отдала тебе чужие анализы, - глухим голосом ответила Фатима, но сразу же взяла себя в руки.- Я пожалуюсь Саиду на то, что ты уже интригуешь за его спиной, что ты смеешь клеветать на меня. Чего ты решила добиться на этот раз, Рания? Не боишься, что Саид снова разведется с тобой? Но на этот раз он отошлет тебя к родителям окончательно, лишив права видеться с сыном!- О, Аллах! Ты, Фатима, не желаешь взглянуть правде в глаза. Это с ТОБОЙ Саид разведется, когда узнает, что был обманут. У тебя был любовник ещё тогда, когда ты училась в университете, но который оставил тебя и уехал в Париж, когда ты вышла замуж.

- Думаешь, Саид тебе поверит?- Конечно, поверит. Я дам ему тот клочок с номером телефона, пусть позвонит и убедится, что это правда.- Это только твои интриги!- Пусть поговорит с врачом, посоветуется по поводу спирали, которую у тебя вынули. Думаешь, он и врача заподозрит в интригах против его жены?- Мне всё равно, что ты тут сочиняешь, Рания. Решила стать второй женой? Быстро ты захотела подняться выше! Может быть, ты и на место Зулейки метишь? Она безукоризненная жена, тебе ее не подвинуть. Ничего у тебя не получится, Рания!- А я не этого хочу, - спокойно ответила ей соперница. – Я мечтаю увидеть, как Саид отправит тебя в Фес, выдаст замуж за того рыбака, на которого теперь уже ТЫ будешь работать! Меня Саид простил и вернул, но с тобой будет всё иначе: твой харам намного тяжелее.- Давай-давай! Как только Саид вернется, тут же расскажи ему свои фантазии! А я дам ему прослушать записанные на диктофон в моем сотовом твои слова про рыбака, которому по твоему желанию Саид должен будет меня отдать. Интриганка! Долго сочиняла эту историю? Ты всё выдумала, Саид тебе не поверит. Но ты решила испортить мне сегодня праздничный вечер?

Фатима уже полностью владела собой, поэтому она, демонстративно включив-выключив диктофон на сотовом телефоне, спокойно поднялась с кресла и, прижимая к груди котенка,двинулась к лестнице, чтобы укрыться в своей комнате.- Нет, постой-ка! Я пока ничего не стану рассказывать Саиду, если ты согласишься быть послушной. Для начала я хочу, чтобы ты избавилась от своего противного кота!- Что? – повернулась к ней Фатима, усмехаясь. – Чего тебе ещё захочется? Может быть, потребуешь отдать тебе всё золото? Ночи с Саидом? Мои наряды и духи, которые я получила от мужа, пока ты чистила рыбу, будучи женой Хасана в туманной Эс-Сувейре? Ничего не получишь! Змея!

- Это ты – кобра, которую Саид пригрел у себя на груди, не подозревая о том, что ты из себя представляешь! Ты такая же, как Жади! Она тоже изменяла ему с Лукасом, а Саид закрывал на это глаза и делал вид, что ни о чем не догадывается.- Ты преследовала Жади, но Саид все равно любил ее, а не тебя. Теперь ты ревнуешь Саида ко мне, но он все равно будет ко мне относиться лучше, чем к тебе. Тебя же Саидстанет презирать, если ты решишь меня оклеветать, заставишь его копаться в какой-то старой истории, которую ты извратила так, чтобы меня опорочить.- Нет, о, Аллах! Саид мне поверит! На этот раз тебе не выкрутиться, Фатима! – ответила раскрасневшаяся Рания, возбужденно размахивая руками.Но противница уверенно рассмеялась ей в глаза и пошла к лестнице, больше не оглядываясь. Рания осталась стоять возле дивана посреди огромного зала, прикусив губу и не зная, что предпринять.- А ведь она выкрутится! Точно – выкрутится! Саид поверит ей, а не мне. И я же окажусь виноватой.

Она вздрогнула, когда за окнами загремели залпы праздничного салюта, небо осветилось вспыхивающими и тут же рассыпающимися разноцветными огнями. Но для Рании Новый год не был праздником. Она надеялась, что этот вечер станет ее триумфом, а для Фатимы – унижением и полным поражением. Но Фатима оказалась вовсе не слабой. Рания была расстроена собственной ошибкой. Теперь она ругала себя за то, что не сдержалась и выложила Фатиме всю информацию. А надо было это сделать в присутствии Саида. Тогда бы у Фатимы не было времени подготовиться и найти лазейки, придумать, как ускользнуть от наказания.

- И почему я решила, что Фатима будет напугана до такой степени, что согласится выполнять мои условия? Аллах! Теперь она может повернуть всё против меня. И теперь она сидит у себя в комнате и ищет способ, как меня уничтожить!Расстроенная Рания поставила на стол стакан с недопитым чаем, но сделала это с такой силой, что хрупкий стаканчик из тонкого стекла с цветным восточным орнаментом треснул от удара о стол. Но третья жена даже не заметила этого. Она нервно зашагала к лестнице, поднялась на второй этаж, сначала остановилась возле комнаты Фатимы, прислушиваясь к тишине за дверью, но потом вошла к себе, захлопнув дверь, затем прислонившись к ней спиной.- У меня больше прав быть второй женой, чем у этой обманщицы. Саид мнителен и подозрителен. Жади его научила не доверять женщинам.И если ненавязчиво рассказать ему то, что я узнала о Фатиме, он ее не простит. Саид разведется с Фатимой, и я стану второй женой. Возможно, Фатима не будет прощена. Пусть он тоже отправит ее в Марокко! Она заслуживает более страшной кары, чем выпало мне. Сомневаюсь, что он снова обратится к обманувшему его Хасану, но сколько таких людишек, как он, можно найти, чтобы наказать Фатиму, выдав ее замуж!Чтобы успокоиться, Рания достала шкатулку с украшениями и начала перебирать золото, то просто рассматривая ожерелья, держа их в ладонях, то прикладывая к шее. На запястья она нанизывала браслеты, в уши вдевала серьги, кольцами унизывала пальцы на обеих руках. Удовлетворившись видом любимых золотых украшений, она снова вернула золото в шкатулку и поставила ее на привычное место в шкафу.

Взяв со столика перед зеркалом флакон духов, которых оставалось совсем немного, она вспомнила, как Мунир просил отца привезти ей из Эмиратов самые лучшие духи. Рания улыбнулась. Нет,все-таки у нее и Мунира будет теперь всё хорошо! А Фатима скоро исчезнет из этого дома……Для Фатимы новогодний вечер был испорчен. Напуганная и совершенно растерянная, она полулежала на кровати на подложенных под спину подушках. Она обхватила себя за плечи, стараясь сдержать дрожь. Нервное напряжение давало о себе знать. Даже зубы стучали. Фатима осознавала, какая опасность над ней нависла. Рания обязательно расскажет Саиду о том, что разнюхала. Но сначала она решила поиграть с ней, как кот с мышкой… Не выйдет!

Но Саида Фатима боялась. Она очень боялась его гнева, боялась, что он в порыве злости может и с ней поступить так же, как с Ранией – отправить в Марокко, где ей найдут мужа-рыбака или бедуина, погонщика верблюдов в каком-нибудь караване, которые бесконечно тащатся через всю Сахару по барханам и голым каменистым равнинам! Буйная фантазия Фатимы тут же нарисовала красочные картины того, что ее ждет, окажись ее опасения верными.- Неееет! Ни за что! Лучше сбегу, как хотела и собиралась это сделать! И на этот раз я должна суметь сбежать до того, как Саид вернется в Бразилию!

Она корила себя за неосмотрительность: почему не проверила свои вещи вплоть до мелочей, чтобы уничтожить всё, что могло рассказать о ее прошлом? Почему сама не поехала к врачу, чтобы лично забрать листок с результатами анализов? Впрочем, ей в голову не могло прийти, что анализы могут выдать не лично ей в руки, а отдать Рании! И как могла врач пренебречь врачебной тайной, поделившись с другой женщиной сведениями о ней?Да, у нее был любовник. Но ведь тогда она даже не подозревала о существовании Саида и знать не могла, что она станет его женой! Какая же это измена? В чем Саид мог ее обвинить? Но она обманула мужа, не рассказав правды, наоборот – введя его в заблуждение, подстроив так, что Саид не усомнился в том, что она была чиста и невинна перед первой брачной ночью. Саид непременно вспомнит то стеклышко, на которое он наступил утром и едва не порезал ногу. Саид умен, он сложит все факты и поймет, что она его обманула. Да, она не удаляла спираль, так как не хотела иметь детей. Ведь она мечтала сбежать от него и жить своей жизнью!Теперь же Фатима успокоилась, прижилась в доме мужаи никуда бежать не собиралась -до сегодняшнего дня! Но ей придется сделать так, как когда-то планировала, иначе ее ждет страшное наказание. Лучше она сама станет управлять собственной жизнью, даже если ей будет очень плохо, чем потом будет сожалеть, что упустила возможность уйти от горькой участи из-за интриг Рании.Решив, что у нее нет иного выхода, кроме побега, Фатима приняласьобдумывать план действий. Саид может передумать и вернуться в любой момент. Значит, бежать необходимо в ближайшие дни. Но как это сделать?

- Завтра Зулейка и Рания будут весь день дома. Ведь 1 января в Бразилии выходной день. Но второго января мы собирались съездить в Торговый центр. Собственно, мне там ничего не нужно, ведь Зулейка и Рания хотели купить вещи для детей. Но я сделаю вот что…Она решила, что сначала откажется поехать с ними в Торговый центр, и, пока их не будет дома, она постарается провернуть кое-какие дела… Ранию следует наказать за подлость, и она это сделает! Зулейке Фатима решила не вредить. Тем более, Ранию это очень заденет, а Саида, когда он вернется, наведет на подозрения. Фатиме нужен был ключ от сейфа, в котором Саид хранил большую сумму денег и самые дорогие украшения жен. А шифр она давно подсмотрела и запомнила. Где муж хранит ключ, ей было известно, но вдруг Саид перед поездкой сменил шифр или переложил ключ в другое место?Без денег далеко не сбежишь. Завтра она незаметно пройдет в кабинет Саида и проверит, на месте ли ключ, и заберет его!Фатиме пришло в голову срочно связаться с Самирой. Позвонитьс сотового телефона она не могла. Все звонки Саид держал под контролем, проверяя распечатки каждый месяц. Но что остается делать? Только немедленно написать Самире по электронной почте- с просьбой встретиться в день, когда Фатима решится на побег.

Чем Самира могла ей помочь? Прежде всего, Фатима решила вернуть ей кота. Она представила, что Рания сделает с несчастным животным – вышвырнет его на улицу, как только станет известно о побеге его хозяйки! А Самира может пристроить котенка в добрые руки. Фатима решила вынести из дома кота в сумке, в которой будут лежать только деньги, пачки денег, если ей повезет добраться до сейфа.Или даже открыто пронести кота мимо охраны, когда будет садиться в машину, заметив, между прочим, что кот заболел, она везет его к ветеринару.Во-вторых, Фатима надеялась найти в девушке подругу, которая посочувствует ей и поможет тем, что станет подсказывать, как поступить, как действовать, куда двигаться, узнавая от Ноэмии и Мустафы, что происходит в доме дяди Саида.

Почему-то Фатима была уверена, что при желании Самира сможет всё узнать. И она решила рассказать дочери Латифы правду о себе и о том, почему решилась на побег. О Рании она тоже Самире поведает. Фатима хотела верить, что девушка ее поймет. Самира – современный человек, ее не покоробят признания, что Фатима не была невинной девушкой, когда ее, не спросив согласия, выдали замуж за Саида Рашида. Она была уверена, что Самира- противница браков по принуждению.- В любом случае у меня нет другого выхода. Мне больше не к кому обратиться за помощью.Она с сожалением посмотрела на рыжего котенка, с трудом вскарабкавшегося к ней на постель, и у нее на глазах выступили слезы. Не хотелось никуда бежать, бросать Саида, к которому она успела привязаться и, наконец-то, принять! Не хотелось расставаться с огромным красивым домом и собственной уютной комнатой, с украшениями и ноутбуком… С беззаботной жизнью, которой никогда может больше не быть. А ее любимые розы в саду?!Впрочем, ее украшения никому не достанутся! Она уже решила, как поступит с золотом. Ноутбук – он слишком велик, чтобы вынести его мимо охранника, когда она решит тоже якобы присоединиться к другим женамв Торговом центре. Соврать, что ноутбук внезапно сломался, его необходимо срочно отвезти в ремонт? Это хороший повод потребовать, чтобы ее тоже отвезли в Торговый центр, а там уже раствориться в толпе и сбежать! Но не станет ли для нее обузой эта ненужная в пути вещь? Но если бросить компьютер, тогда надо обязательно убрать всю информацию, которая может навести Саида на ее след. Он не должен догадаться, что они с Самирой переписывались. Она не может так подставить дочку Латифы и свою подругу.- Не забыть стереть всё из ноутбука! – повторила она для себя.А что она сможет взять из вещей? Ничего. В чем выйдет из дома и доедет до Торгового центра, в том и будет ходить первое время. Если в сейфе окажется достаточно денег, то проблем не будет. Но, выходя из дома в никабе, она под него наденет европейскую одежду, в которой и останется, сбросив в туалетной комнате Торгового Центрачерное одеяние. Но, если Саид забрал наличные или она не сможет найти ключ от сейфа, как тогда быть, Фатиме в голову ничего не приходило. Она должна достать старый паспорт, тот, где она – Клэр.

Вспомнив о паспорте, Фатима вскочила с кровати и бросилась к шкафу, схватила с верхней полки «цветочную» шкатулку и лихорадочно попыталась открыть. Если Рания рылась в ее вещах и смогла найти клочок с записанным номером телефона, то почему бы ей не наткнуться на старый паспорт и не забрать его?И не внутри ли шкатулки Рания обнаружила бумажонку с записанным телефоном?Нет. Шкатулка была с секретом, даже Фатиме не сразу удавалось открыть ее. Надо знать секретный элемент на выпуклых украшениях шкатулки, чтобы нажатием на цветок заставить сработать механизм, который позволит открыть крышку.Паспорт был на месте. Фатима заглянула в него – документ не был просрочен, и это очень кстати. Она понимала, что продлитьпаспорт для поездки за границу для нее теперь нереально. Поэтому следует воспользоваться возможностью покинуть Бразилию как можно скорее.

Но сначала Фатима должна затаиться в Сан-Паулу или в другом городе страны. Ведь Саид станет ее искать. Знает ли он о втором паспорте? Рассказали ли ему об этом ее настоящие кровные родственнички? Наверно, Саид начнет поиски прежде всего в аэропорту. Улететь немедленно, в день побега, ей не удастся. Не так просто взять билет, а она – не Саид, который за огромные деньги может нанять чартерный рейс в любую страну мира.- Значит, я должна уехать в Сан-Паулу на автобусе. Это многомиллионный город, в котором легко затеряться.

Она лихорадочно обдумывала, что ей предстояло сделать. Ведь от точности действий зависит теперь ее судьба. Если она сбежит, но Саид ее найдет, схватит и вернет, то наказание окажется намного страшнее, чем если бы она просто созналась, что у нее до замужества был любовник, что она предохранялась от нежеланной беременности с помощью установленной врачом ещё в Париже спирали. Представив насмешливый взгляд Рании, Фатима дала себе слово сбежать, чем терпеть унижения от этой подлой особы. Кто знает, что Саид придумает для того, чтобы больнейнаказать теперь уже ее, Фатиму?Ей пришло в голову, чтоСамира могла бы найти для нее убежище у кого-нибудь из своих знакомых, где можно было бы переждать несколько месяцев – не бесплатно, разумеется. Но она опасалась, что тем самым подставит девушку, если Саид нападет на след беглой жены.Распланировав все действия, Фатима не сдержалась и отправилась в кабинет Саида уже этой ночью. Рания и Зулейка спали, забрав детей в свои комнаты. Ведь Мунир и Амир с Бадрой могли испугаться слишком громких залпов салюта, вспышек фейерверков, криков, доносившихсяс улицы даже в их районе элитных особняков.

Вот потому вылазка Фатимы оказалась удачной во всех отношениях. Ключ лежал на месте. Фатима даже удивилась. На Саида было не похоже. Обычно он проявлял осторожность и предусмотрительность. Но история с Хадижей выбила его из привычной колеи. Фатиме повезло.Она даже рискнула тут же заглянуть в сейф, чтобы выяснить, есть ли там деньги: возможно, беспечность или оплошность Саида объясняется как раз отсутствием денег!Но полка в сейфе, забитая пачками купюр, убедила в обратном. И Фатима тут же переложила почти все деньги в подол длинной туники… А что? Послезавтра такой возможности могло и не представиться. Вдруг Рания оставитМунира дома, решив не брать его с собой в Торговый Центр, а он начнет следить за ней? И потом –в день побегаона должна успеть вынести из кабинета, забрав из сейфа, множество драгоценных украшений, которые решила спрятать, но так, чтобы никто никогда не догадался, что они не покидали территории особняка Саида. Пусть думают, что Фатима унесла их, сбежав из дома.Она представила лицо Рании, когда той станет известно о пропаже ЕЕ золота. Да! Надо бы и шкатулку из ее комнаты тоже захватить, чтобы удар был наиболее болезненным. Она решила оставить обидчицу ни с чем!

На следующий день Фатима не подавала никаких признаков беспокойства, что Ранию обескуражило.«Неужели она нашла выход? Или настолько уверена в любви Саида?! Но она ошибается, если думает, что Саид ее простит. Нет, не простит!» - размышляла Рания, наблюдая за каждым движением второй жены. А Фатима, понимая это, откровенно веселилась.Покончив с завтраком, Фатима встала из-за стола, заявив, что у нее болит голова. Поэтому она желает прогуляться в саду и взглянуть на розы. И ушла. Зулейка недовольно проводила ее взглядом, но промолчала. Однако Рания тут же решила подлить масла в огонь.- Зулейка, почему ты терпишь такое? Поделись и с ней домашними делами. Пусть не ведет себя, как любимая жена султана!- Рания, я не нуждаюсь в твоих советах, - тихо, но твердо сказала Зулейка. И Рания умолкла. Ссориться с первой женой пока не входило в ее планы.…Фатима же отправилась не просто на прогулку.Для вида она проверила, сколько появилось новых бутонов на розовых кустах. Но ее главной целью было добраться до беседки, которую не было видно из окон дома, только – с дорожки, идущей от ворот, где сидели охранники, а на мониторах просматривалась вся территория поместья. Но Фатима знала, что беседка находится в «мертвой зоне», не отражаемой на видео. Именно это и было важно для Фатимы.

Она вошла в беседку и присела, повернувшись лицом к стене с сиденьями. Фатимапошатала доску под сидением, и она отошла, обнажив небольшую нишу. - Вот сюда я и спрячу украшения из сейфа. Деньги заберу, но украшение брать не стоит. Их нужно уметь продать, а такие ценности, какими одарил нас Саид, сразу выдадут меня. Нет, пусть золото хранится в этом тайнике, - поднимаясь с корточек, убеждала она себя.- Рании не догадаться, что золото у нее под ногами, даже если она каждый день будет сидеть в этой беседке и рыдать по пропавшим украшениям.Всё! Теперь главное – ждать поездки Зулейки и Рании в ТЦ вместе с детьми и их нянями.