Поцелуй Тайлера. (1/1)
Даже человеческий жир не способен вызывать у меня такое отвращение, как Марла.А он, вот он, кипит в кастрюле, издавая невообразимый запах чего-то теплого и липкого. Стоит подойти к плите и когда тебя обдает паром, чувство, словно тебя самого с головой окунули в этот чан.Тайлер аккуратно отцеживает жидкость от сала и убирает в холодильник.Топленный жир затвердеет – сверху будет глицерин. Стоит добавить азотной кислоты – будет нитроглицерин. Добавим азотнокислый натрий и древесные опилки – получим динамит.Я это знаю, потому что это знает Тайлер.-Имея много мыла, можно взорвать все на свете. – Вот его слова.Глядя на массу в кастрюле, я вспоминаю Марлу и ее мать, которой делали липосакцию на заднице. Интересно, мы варим целлюлит ее мамаши или кого-то другого?-Почему ты тратишь время на Марлу?Теперь у меня в голове качающая люстра и бешеные крики-стоны с верхнего этажа особняка. Раньше я думал, что такие звуки могут издавать только животные.Тайлер внимательно смотрит на меня. На нем нет его любимых очков, но я не могу разобрать цвет глаз.Он не произносит таких слов как «ревность», «собственничество», но я и без этого понимаю, что веду себя как чертов кретин.Не снимая резиновых перчаток, он протягивает мне эту черную лапу и просит:-Дай руку.Не знаю, почему так вышло, но я всегда делаю так, как велит Тайлер. Поэтому без колебаний кладу ладонь.Он медленно облизывает губы и впечатывает их в мою кисть. Я отчего-то закрываю глаза и тут же чувствую холодок из-за влажного места от слюны.Тайлер отстранился.-Что это?-Это химический ожог. – Мне на руку сыпется белый порошок, начиная шипеть и пениться там, где был мокрый контур губ. Щелочь.Я начинаю орать до спазмов в горле и непроизвольно падаю на колени, пытаясь вырвать руку, но Тайлер держит крепко.-Да, это причиняет невиданную боль. – В мои уши словно попала вода и я, погруженный в ванную этих адских ощущений, еле разбираю спокойный голос.-Что? Что ты делаешь?! – Я молю бога о болевом шоке. Прошу подарить мне забвение в виде беспамятства. Что угодно. Лишь бы не чувствовать.Медитации помогали буддистам, значит, помогут и мне. Зажмуриваю глаза и начинаю бормотать о пещере, просветлении и пингвинах.-Ощути боль! Не блокируй! – Тайлер тянет меня в сторону, снося со стола графин, тарелки и какие-то склянки.-Нет! Нет! Пожалуйста! – Меня трясет, будто я ухватился за оголенный провод. Майка моментально взмокает на спине от пота.-Первое мыло было изготовлено из праха героев. Без боли и жертв не было бы ничего.Меня скрючивает, но Тайлер не дает мне упасть, перехватив выше запястья.Я спокоен. Перед закрытыми глазами всплывает зеленый тропический лес. Главное не думать о таких словах как…ПЛОТЬ.В мозгу раздается новая вспышка, и я кричу, не понимая, что щеки тоже начало разъедать от слез.ПРОЖИГАТЬ.Перед глазами пожар.Я в аду?-Стоп! Это твое! – Тайлер дергает меня за руку.-Нет! Я иду в пещеру! Я ИДУ В ПЕЩЕРУ!Где этот чертов пингвин?-Не поступай как все эти ходячие мертвецы!-Я все понял, отпусти!Щелочь с каждой секундой глубже проникает в кисть, мешаясь с кровью и лимфой.-Нет. У тебя преждевременное просветление.Видя, как у меня закатываются глаза, Тайлер залепляет мне пощечину, приводя в чувство. Боли от этого я даже не почувствовал. Просто шлепающий звук и мотнулась в сторону голова.-Это лучший момент в жизни, а ты все где-то витаешь! – Тайлер поэтично взмахивает рукой, а я чувствую лишь дикую усталость. Боль поселилась во мне. В самом центре нутра.Кажется, она всегда будет со мной.-Боже, я все понял, прошу, дай мне воды! – Я хнычу и всхлипываю, содрогаясь всем телом.-Будет только хуже. – Тайлер подтягивается, нависая над моим мокрым от слез лицом. – А можно нейтрализовать ожог уксусом.-Тогда дай его! Ты не знаешь, каково это!Тайлер невозмутимо разворачивает ко мне свою руку тыльной стороной. Я вижу на его кисти вздутый шрам в виде губ.-Только потеряв все, мы обретаем свободу. – Философски подытоживает он.Меня больше не заботит то, прожжена ли насквозь моя ладонь. Я смотрю на отпечаток Тайлера и понимаю, что он прошел через это.Значит должен и я.Мою руку больше никто не держит, но она по-прежнему на столе, судорожно подрагивающая, как у эпилептика.Тайлер откручивает бутыль с уксусом и щедро плескает мне на дымящуюся кисть.То, что я ощущаю в этот момент нельзя передать ничем. Дикая эйфория и расслабление. Даже боль от уксуса попавшего в рану не ощущается.Вот он. Поцелуй Тайлера.