2. (1/1)

Это случилось за месяц до того как она в первый раз встретила Сонхуна. Поздно осенью девушка возвращалась с задания, когда машина неожиданно затормозила и остановилась, не трогаясь больше с места. И когда Дженни вышла посмотреть что произошло, то она никак не ожидала увидеть возле машины дрожащего от холода паренька, с ужасом глядящего на пистолет в руках вышедшего охраника и одной рукой прижимая к груди маленький чёрный комочек шерсти. Как оказалось бедное животное пыталось незаметно перебежать дорогу, а увидев быстро приближающуюся к щенку машину, парень бросился к нему, надеясь хоть немного закрыть собой. Девушка уже хотела подойти к шатену и спросить всё ли в порядке, как запястье на мгновение обожгло холодом и взглянув на него она увидела как там каллиграфическим почерком выведено чёрными буквами.... ?Ли Марк? Напротив, мальчишка начинает тихо скулить, одной рукой держа щенка, а другую прижимая к груди. У него на запястье красными буквами прожигает кожу её собственное имя. Он сгибается на девяносто градусов, начиная уже завывать от боли, кажется, его внутри всего трясёт и скручивает, не позволяя вздохнуть холодный и такой нужный сейчас кислород. — Марк? — брюнетка осторожно подходит ближе, не хотя напугать, но кажется делает только хуже, нежным голосом произнося его имя. Это и правда было фатальной ошибкой. Парень падает на колени, признавая своё поражение и подчинение, ибо сил на сопротивление уже нет, да он и не хочет. Аура собственного дома слишком сильна, о неподчинении и речи быть не может. Когда Дженни была младше, ей рассказывали какую дикую боль испытывает саб и чтобы она исчезла нужно успокоить его, защитить, позволить довериться себе, позволить полюбить. Но в глазах напротив кроме страха и отчаяния девушка ничего не видит. Там и уже пришедшее осознание того, что он саб и боль от появления метки и даже видны накрывшие его чувства принадлежности и зависимости. Он теряет сознание от боли, а брюнетка в последний момент успевает подхватить его на руки, прежде чем хрупкое тело успевает соприкоснуться с ледяным и твёрдым асфальтом. Она мягко заносит его в тёплый салон машины, не забывая про чёрный комочек шерсти, что крутится возле ног. Кажется, это первый раз, когда Ким не понимает, что ей нужно делать..... *** Уже прошла целая неделя, как Марк живёт в особняке семьи Ким. Он почти не выходит из комнаты и постоянно шарахается, если к нему кто-то близко подходит. Особенно, если этот ?кто-то? — Дженни. Она понимает насколько плохо и больно сейчас её сабу, но что можно сделать, если он постоянно от неё убегает и даже никак не подступиться? Это заставляет девушку впасть в отчаяние. И как раз в подмогу спешит помощь о том, что мальчишку, когда Дженни позвонила его родителям и они узнали о сыне-сабмиссиве, просто отдали как ненужную вещь. После этого парень ещё больше замкнулся в себе, проводя всё своё свободное время с ВинВином. Так он решил назвать щенка, которого спас на дороге в тот роковой день. Собака очень быстро росла и доставала уже почти до коленей парня. Такими темпами у брюнета скоро должен будет появиться лучший защитник на свете. Ведь уже он не позволял никому подойти к Марку ближе чем на пять метров. Ну, кроме девушки конечно. Даже пёс чувствовал внутреннюю мощь и ауру настоящего доминанта. Так бы всё это и продолжалось, если бы однажды ночью в комнату Дженни тихо не постучали, а потом, не получив ответа, также тихо вошли, подошли к кровати и остались стоять, нервно теребя край растянутой майки. Через несколько минут парень, всё же решившись, устраивается на самом краешке кровати, даже не претендую на одеяло и совсем не ожидает, что его тут же обнимут тёплые руки и прижмут спиной к себе. — Нуна? — жалобно тянет брюнет, тут же напрягаясь и зажимаясь. Но сильные и одновременнно нежные руки всё также надёжно прижимают к себе, не заходя за рамки дозволеннного. Вообще-то Марку, хоть он в этом и не признается, до ужаса приятно находиться в этих объятиях. Боль на запястье давно прошла, оставив лишь дикую тягу к своему дому. А ещё желание подчиниться и в ногах ползать. Правда сейчас это не кажется чем-то унизительным, а наоборот, правильным что-ли. Постепенно сон полностью завладевает хрупким тельцем, вынуждая саба провалиться в царство Морфея. *** С той ночи всё изменилось: парень стал ежедневно приносить девушке утром ароматный кофе, заботясь о ней, а также позволяя обнимать себя, чем Дженни постоянно пользовалась, желая подольше ощущать возле себя этого милого подростка, больше похожего на маленького котёнка. Всё и правда сильно изменилось..... Сонхун помнит какая счастливая улыбка была на лице брюнетки, когда она это рассказывала. А у него постепенно в сердце зарождалась лёгкая зависть. Ему, прожившему почти всю жизнь в полном одиночестве, было просто необходимо найти человека, что заполнил бы эту пустоту. Хотя вряд ли он смог бы кому-нибудь открыться.... Разве что Сонджуну. Эта мысль больно режет и задевает что-то внутри. Несмотря на то, что парень понимает, что брат во всём случившемся не виноват, где-то глубоко сидит детское упрямство, не позволяющее брюнету всё простить и требующее расплаты. Кажется, уже даже не важно чьей. С этими не самыми радужными мыслями Сонхун проваливается в беспокойный сон, сопровождаемый шумом, начавшегося совсем недавно, дождя. Сон помогает ненадолго забыть о ноющей боли в руке. И парень совсем не замечает, как Дженни снимает свою кожанку и мягко укрывает его. Ну, а вдруг простудиться?