Воздушный змей или воздушный шар? (1/1)

Она бежала к нему так быстро, как только могла."Почему ты здесь? Зачем?" Тонкая белая фигурка будто светилась, прорывая безнадежную темноту коридора. Споткнулась, замерла в нерешительности. Словно услышала его мысли. Сникла, померкла... Ее лица не разглядеть из-за завесы золотистых волос, тягостно хлынувших с опущенной головы.- Майя... - прохрипел он, не узнав собственный голос.Девушка резко подалась вперед, и рухнула на колени, заламывая руки. На ее груди, чуть выше переплетения тонких пальцев распускался алый цветок.- Майя!.. Преодолеть расстояние, разделявшее их, за миг до того, как сердце рухнет в пропасть. У женщины в его объятьях не было лица, на белоснежной медицинской форме расплылось кровавое пятно.Харлок отбросил тонкое одеяло и тыльной стороной ладони вытер со лба ледяной пот. Нет, лучше умыться. Кошмар снился ему уже третий раз.Капитан подошел к умывальнику, искренне радуясь привилегии в виде небольшой, но все же отдельной каюты с санузлом, и так же искренне посочувствовал младшему офицерскому составу и простым служащим, которым приходилось довольствоваться общими душевыми. А теперь и того хуже... Экипажу необходим отдых. Но... Из зазеркалья на него смотрел мрачный небритый мужчина с красными от недосыпа глазами и встрепанными каштановыми волосами. Волевым усилием Харолк убрал руку с вентиля и нацедил полстакана воды, тем и умылся. Воду в ближайшие сутки нужно было жестко экономить.Три дня назад вверенная ему "Смертоносная Тень" отправилась на свое первое задание. Согласно приказу Командующего Солнечной Федерации, они должны были прикрывать спасательную операцию на Марсе. Вместо этого экипажу пришлось ее осуществить...Никто из команды, включая его самого, несмотря на уже имеющийся боевой опыт, не был готов к подобному. В Академии их учили сражаться, соблюдая правила и обычаи войны - неприкосновенность медицинских служб, минимизация ущерба для гражданского населения, гуманность к военнопленным... Иллюмидианцы воевали иначе: они открыли огонь по двигателям безоружного эвакуационного судна, чтобы удержать "Смертоносную Тень" возле обездвиженного и беспомощного транспорта. И все же Харлок победил в этом бою. Вместе со вторым кораблем сопровождения они уничтожили нападавших и отправили вниз несколько штурмовых групп, чтобы перехватить иллюмидианский десант, высадившийся Марсе за несколько часов до того.Спасти удалось немногих - не более пятисот уцелевших с некогда процветавшей колонии. Ремонт эвакуационного транспорта в текущих условиях был невозможен, и его экипаж вместе с выжившими гражданскими разместили на кораблях сопровождения. Ситуацию осложняло и то, что военные корабли Солнечной Федерации не были рассчитаны на перевозку почти трехсот пассажиров, и до возвращения на Землю приходилось экономить воздух, воду и продукты. Даже с учетом того, что с подбитого транспорта забрали все, что могло облегчить предстоящие трое суток пути. Пониженный процент кислорода в воздухе, конечно, давал о себе знать. Измученные сражением, погрузочной беготней и последующим "уплотнением" члены экипажа с видимым трудом воздерживались от стычек. После первой вспыхнувшей драки, капитан решил, что каждые два часа будет навещать вахтенных. То, что командир и старшие офицеры, последовавшие его примеру, разделяют вместе с рядовыми членами экипажа все тяготы, помогало людям держать себя в руках."Это ничего. По крайней мере, мы смогли спасти... хоть кого-то." Это было условным утешением, но в ближайшее время Харлок не мог позволить себе чувство вины. Только боль и гнев.Никто из них никогда не видел столько трупов. Штурмовая группа, которую ему пришлось возглавить, заменив погибшего офицера, отправилась к госпиталю, куда свозили раненых со всего сектора... Иллюмидианцы добрались до него на час раньше. Правое крыло четырехэтажного здания сложившимися перекрытиями и сюрреалистично разъехавшимися стенами напоминало гору битых тарелок на адовой кухне.Совсем юную золотоволосую медсестру, из последних сил толкавшую перед собой две сцепленные каталки, застрелили прямо на его глазах. Он не успел. Умом капитан понимал, что сон всего лишь связал воедино самые драгоценные и страшные образы из его памяти, но пальцы все еще подрагивали в такт колотящемуся сердцу, а форменная рубашка липла к спине из-за холодного пота.Харлок кривовато ухмыльнулся своему отражению. До Земли оставалось не более двадцати часов. Они должны продержаться. Земля. Нежный голубой цвет напоминал ему глаза Майи. Кажется, он так и не сказал об этом. После следующего обхода он должен поспать хотя бы час. А потом еще час. Даже если этот кошмар станет ему постоянным спутником. ***Первый день иллюмиданского вторжения Харлок помнил отчетливо, хотя в нем почти не было событий, кроме перегруженной сети межпланетной связи и мечущихся по улицам людей. Спустя безумную во всех смыслах неделю, правительство, наконец, объявило мобилизацию. Он отправился в ближайший рекрутинговый центр, даже не навестив напоследок могилу родителей. Они бы поняли. Они знали. Иначе не благословили бы поступление в военную академию.Очередь возле массивного, словно нависающего над улицей, здания, была невелика - около двадцати молодых парней и мужчин постарше, в некоторых явственно проглядывался опыт службы, офицерская выправка или хотя бы воинственный дух. Было двое совсем юных ребят - братья-погодки, а, может, друзья. Пожилой офицер в красной форме с одобрением кивал головой, изучая документы Харлока - люди с хорошей подготовкой и опытом управления боевыми кораблями в космосе были на вес золота. - Молодой человек, на мой взгляд, вашим способностям можно найти наилучшее применение на передовой линии. Что скажете?- Это честь для меня. - Тогда я прошу вас немного подождать - нужно передать бумаги в другое управление.Штабная бюрократия никогда не вдохновляла, но злом была неизбежным. Вслед за своими документами он отправился на самый верхний этаж, где принимались решения "такого уровня". Через два с лишним часа Харлок получил документы, подтверждавшие ранг и полномочия капитана линкора "Судзаку"*. Завтра к полудню он должен прибыть в штаб, где ему передадут "остальные мелочи", включая форму и личные дела членов команды. Потом космопорт и... Металлическая пластинка со свежей гравировкой приятно холодила пальцы. Он положил удостоверение в нагрудный карман, и с чувством некоторого удовлетворения подошел к лифту. Вместе с ним в кабину вошла высокая изящная женщина в черном плаще. Харлок повернулся, чтобы уточнить, какой этаж ей нужен, и оторопел.- Майя?- Харлок? - Что ты здесь делаешь? - встретить в рекрутинговом центре министерства обороны свою бывшую невесту, первую и единственную любовь, было поистине удивительно.- Кажется, то же, что и ты. - Но... - Ты хочешь сказать, "ты же женщина"? - Улыбка была усталая, даже скорее вымученная. - Это я уже знаю.- Я... не это имел ввиду. Просто немного неожиданно, из всех возможных мест... Ты спешишь?..- Нет.- Давай зайдем куда-нибудь? Рад видеть тебя.Они выбрали столик на веранде ближайшего небольшого кафе. Решетку оплетали белые розы, а бело-зеленый полосатый навес защищал от послеобеденного, но все еще яркого солнца. Харлок помог девушке снять плащ, на мгновение ощутив кончиками пальцев тепло ее кожи под белым платьем. Раньше Майя всегда носила голубое. Белым был только рабочий фартук, который она надевала, чтобы уберечь одежду от пятен краски. Пока он учился в Академии, они писали друг другу письма, еще реже встречались на праздничных приемах, но расстояние и время не мешало им быть по-прежнему близкими.Опустив длинные ресницы, Майя наливала ему чай, и Харлок не мог отвести глаз от тонких пальцев и изящных запястий. Кажется, она стала еще красивее, если это вообще возможно. Надо было как-то начать разговор, но молчание было удивительно... правильным.- Я отправляюсь завтра.Майя кивнула и поправила сбившийся манжет.- Это ведь то, о чем ты мечтал?- Да. А твои мечты?- Сейчас не время для них... - Майя выглядела печальной и хрупкой, как фарфоровая статуэтка. "Они ни за что не согласились бы взять тебя на службу." - почему-то подумал он. - Поэтому ты здесь?- Да. Но мне сказали, что еще не настолько отчаялись, чтобы принимать на военную службу женщин... - девушка покачала головой и поднесла руку к губам. - Не говори ничего, прошу тебя. Я понимаю, что такой поступок, должно быть, уязвляет гордость офицеров. Но... они снисходительно утверждают, что женщины и дети должны оставаться в безопасности... Прости меня, Харлок, я немного завидую тебе. Сначала я хотела работать в госпитале, но мне отказали из-за травмы.Харлок понимал и сочувствовал. Майя всегда восхищала его - чуткостью, свободолюбием и стальной волей. Казалось, она выше любых дурацких условностей и бессмысленных неписаных правил, на которых никто не смел настаивать в ее присутствии. Он помнил, с каким упорством и терпением эта нежная фея училась ходить заново после травмы позвоночника. Как часами повторяла танцевальные па, добиваясь прежнего совершенства, пока ноги не переставали слушаться вовсе. Если бы однажды, со слезами на глазах, Майя не призналась, что не хочет брака по договору... Кажется, тогда Харлок впервые по-настоящему расстроил родителей, заявив, что собирается расторгнуть помолвку, без объяснения причины такого решения. А потом его отец и мать погибли в авиакатастрофе. Вскоре от тяжелой болезни сердца умерла мать Майи - смерть близких друзей ее совершенно подкосила. Весь следующий год они почти не общались - кроме горечи утраты были и другие причины. Да, нужно было... но что толку теперь сожалеть об этом? - Майя... - Харлок мягко коснулся ее руки, бессильно упавшей на стол. Девушка, словно неосознанно, сжала его пальцы и горячо заговорила, глядя прямо в глаза:- Оставаться в безопасности, когда другие рискуют собой - это... Иногда это самое сложное, что только может сделать человек. Если бы у меня были родные, ради спокойствия которых... Я хочу свободно выбирать, как служить Земле. Женское тело не такое сильное, как мужское, но есть много заданий, где сила не важна. Разве это справедливо?- Еще не родился тот офицер, который мог бы отдавать тебе приказы.Майя лишь грустно улыбнулась и, спохватившись, отпустила его руку. - Клянусь тебе, ни один из тех штабных офицеров, что я видел здесь, на Земле, не был бы достоин командовать тобой.- Спасибо, Харлок. Прости, что я так... Тебе не нужно утешать меня. Всегда можно найти способ помочь своей родной планете.Она никогда не сдавалась, даже если приходилось отступать.- Спасибо, Майя. На войне нельзя победить одним лишь оружием. Жаль, что не все понимают это... Ты вернешься в Хельдженстад?- Рисовать детей на цветущих склонах и вышивать алых птиц на золотом поле? Пока нет. Это место для мирной жизни. Может быть, когда-нибудь... - Если что, мой линкор называется "Судзаку", хотя золотое поле, пожалуй, неуместно. - Они оба засмеялись. - В этом городе тебе есть где жить? В моей квартире есть свободные комнаты. - Спасибо. Тебе не обязательно так беспокоиться обо мне, Харлок.- На Земле мне больше не о ком беспокоиться, ты же знаешь.Она вздохнула и опустила глаза.- Если я приду проводить тебя завтра, это не скажется на твоей репутации?Харлок рассмеялся.- Тогда скорей уж на твоей.- Похоже, я теперь многого о тебе не знаю. - на ее губах в ответ появилась почти прежняя улыбка, та, что всегда согревала ровно и ласково. - Мне же нужно было поддерживать репутацию рыцарей-пиратов Харлоков. За один раз всего не расскажешь. - он виновато развел руками. - Договоримся о следующей встрече, чтобы не пришлось рассказывать уже за два года? Они и так проговорили до рассвета.***"Майя не могла стать медсестрой. Ее не могло быть там." - напомнил себе капитан. От того, что погибла другая женщина, правда, легче не становилось. От того, что погиб не он сам, а его первый помощник, легче не становилось тоже. "Всегда лучше помнишь тех, кого не спас. Вот как наяву, перед глазами стоят, знаете, капитан?" - сказал ему пьяный вдрызг корабельный доктор меньше часа назад. Перед этим пояснил, что рассчитал дозы алкоголя, которые нивелируют тремор рук после смены в десять, пятнадцать и двадцать часов. И что заплетающийся язык врачу мешает гораздо меньше, чем трясущиеся от напряжения руки. Капитану оставалось только уточнить, когда доктора сменят, и удрученно покачать головой. Каждый следующий "обход" давался тяжелее. Кажется, скоро он начнет путать членов экипажа. Или пугать внешним видом. Харлок растянулся на койке и постарался сосредоточиться на приятных воспоминаниях. Хельдженстад. И Майя.Их дружба началась, когда ему было четырнадцать, а ей двенадцать. Как раз в этом возрасте родители начали брать его с собой на балы и приемы. По правде сказать, он эти скучные мероприятия выдерживал безо всякой радости и старался, по возможности, избегать, но "положение обязывало". Чудесным летним утром мама сообщила, что они отправляются с приветственным визитом - в герцогство вернулась ее дорогая подруга Леонора вместе с дочерью. Нет, юный Харлок совершенно не помнил тогда маленькой Майи, да и позже не смог вспомнить где и когда они познакомились.До соседнего поместья они добрались верхом на лошадях - кратчайшая дорога огибала дубовую рощу и круто вилась среди зеленых холмов до высокого берега реки. Потом был небольшой белый особняк и зеленые ставни на окнах с южной стороны, приветственные объятия и поцелуи двух старых подруг, приглашение на чаепитие на увитой плющом террасе и темнеющее от грозовых облаков небо. Леди Леонора собралась на поиски Майи - девочка еще утром взяла мольберт и отправилась рисовать, но дождя никто не предвидел. Харлок, конечно же, вызвался разыскать ее сам - поддерживать разговор двух взрослых дам становилось все труднее, и, в конце концов, что он за мужчина, если не возьмет это на себя? Прикинув, с какого из холмов мог бы открыться наиболее живописный вид, Харлок не прогадал. Сначала увидел плащ длинных золотистых волос - стоящая на коленях спиной к нему, девочка явно была чем-то увлечена. Он окликнул ее по имени, чтобы не испугать.- Майя?Та коротко обернулась и поднялась, отряхивая подол юбки. - Да. Я Майя. А ты?- Я Харлок. Она с сомнением посмотрела на перепачканные краской ладони и вздохнула. - Не сочти за грубость, пожалуйста, что я не пожму тебе руку.Теперь Майю можно было рассмотреть - у нее были огромные голубые глаза с длинными-предлинными ресницами, тихая улыбка и длинный белый передник с рукавами, полностью закрывавший платье спереди. - Ничего. Тем более, что мы с тобой уже, вроде как, знакомы.- Да, мама говорила. - Она чуть смутилась. - Только я совсем тебя не помню. Извини.- Это симметрично. - Где? - Майя встрепенулась и обернулась. - Ааа. Тогда хорошо.- Ты любишь рисовать?- Да, очень. Здесь так красиво... Мальчик осмотрелся - да, с этого холма можно было писать панорамный вид. В живописи он не отличался способностями, но мог оценить перспективу. На другом берегу реки трое ребят запускали алого воздушного змея. На фоне отяжелевшего неба, горевшего изломом свинца в пробивающихся солнечных лучах, его хвост трепетал тревожным обещанием.- Леди Леонора просила передать тебе зонт и проводить домой.- Спасибо. Я уже почти собралась. - Майя снова склонилась над своей коробкой, продолжая упаковывать краски и кисти.- А что ты хочешь нарисовать? - она так ловко затягивала ремешки, что предлагать помощь было попросту неуместно. На мгновение девочка взглянула на него с любопытством.- Харлок, а сегодня будет радуга?- Радуга? - Я вчера впервые пришла сюда, как раз после дождя, и увидела их здесь, - она махнула рукой в сторону реки. - Хочу нарисовать, как этот змей поднимается вверх, над радугой. Выше и выше. Но вчера он так и не поднялся.Харлок с сомнением покачал головой.- Боюсь, что он может никогда и не подняться так высоко. Этот змей держится в воздухе благодаря натянутой бечевке. Фактически, змей привязан к земле и высота его полета ограничена длиной... - он осекся, споткнувшись на непостижимой тоске в тихом вздохе Майи. - Значит, не сможет... - она закрыла этюдник так, будто навсегда запечатывала в нем что-то очень важное.- Но есть еще воздушные шары. - быстро добавил Харлок. - Это не то же самое, но... - Воздушные шары... - эхом повторила девочка. - Воздушный шар может. Если его отпустить... Харлок, ты мог бы... отпустить для меня воздушный шар?- Конечно, Майя. Столько шаров, сколько тебе будет нужно.Первые капли ливня с гулом набросились на траву, и дети, раскрыв зонты, побежали вниз.Через несколько лет, когда Харлок на две недели загремел в постельный режим после неудачной посадки планера, а Майя помогала ему готовиться к экзамену, вместо ответа на вопрос №42, он вспомнил именно этот момент.- Майя, я так и не спросил... Ты хотела бы быть воздушным шаром или воздушным змеем?- Хорошо, что ты спросил сейчас, а не тогда. - Она засмеялась. - Я хотела бы быть человеком.Харлок засмеялся в ответ, ощущая, почему-то, удивительное облегчение. - Да. - сказал он. - Человек всегда найдет способ подняться выше радуги.***Капитана выдернул из грез писк будильника. - И даже выше Луны... - прошептал он. - Вернуться бы потом.До Земли восемнадцать часов. Они должны продержаться. Все они.