Глава 2 (1/1)

– Созвездия, – сказал Рейстлин. – Одно, называемое Владычицей Тьмы, и второе, известное под именем Доблестного Воина… Оба исчезли! Она явилась на Кринн, Танис, и он сошёл биться с нею. Самые скверные слухи, которые доходили до нас, подтвердились… Война, смерть, разрушения…(Маргарет Уэйс, Трейси Хикмэн, "Драконы осенних сумерек") Известия о происшествии на Эментале ошеломили почти всю семью Титания. Даже лорд Идрис, торжествуя успех своей интриги, в то же время недоумевал: что же пошло не так, как планировалось? Дерзкая вылазка мятежников, благодаря предательству одного из слуг губернатора миновавшаяся все расставленные им ловушки и достигшая цели, в иных обстоятельствах занимала бы все умы не только в Уранибурге, но и во всей Империи, однако таинственное исчезновение графа Альзеса отодвигало всё это на второй план. Но одной детали случившегося не знал никто, кроме лорда Аджимана, отдавшего эментальским следственным органам строжайший приказ хранить это в абсолютной тайне. Столь засекреченным обстоятельством было состояние, в котором опоздавшее всего на несколько минут подкрепление обнаружило губернаторскую прислугу. С первого взгляда дом казался вымершим, а после более тщательного осмотра оказалось, что все обитатели особняка забились в ближайшие укромные уголки и впали, как заявили эксперты, в глубокое паническое оцепенение. Видимых телесных повреждений не было ни у кого, и впоследствии врачи подтвердили, что все пострадавшие физически здоровы. В среднем через полчаса слуги графа пришли в себя, однако допросы мало что дали – все в один голос твердили только о внезапно нахлынувшем ужасе – непреодолимом, парализующем, лишающем сознания. Прояснить удалось лишь причину казавшегося невероятным успеха нападавших – предатель, придя в себя, многословно, хоть и не слишком связно, признался в связи с мятежниками, заявив, что теперь ему безразлично, что с ним будет: "Ничего страшнее этого не может быть". Но причина охватившей всех в доме, судя по всему, в один миг паники для него была такой же загадкой, как и для остальных. Разумеется, следователь не замедлил обратиться к психиатрам, но экспертиза установила, что все допрашиваемые сохранили здравый рассудок и твёрдую память. Кроме того, никто, по уверениям специалистов, не лгал – пострадавшие действительно не помнили, что привело их в такое состояние, в котором их нашли. Никого не удивил ни приказ Безземельного Лорда хранить все обстоятельства дела в тайне, ни направление на Эменталь для контроля за расследованием и временного замещения губернатора лорда Залиша. А вот зачем с герцогом отправили одну из его кузин, не понимал никто, кроме неё самой и лорда Аджимана, поручившего этой леди секретную миссию особой важности, которую он мог доверить только ей… - Идиот! Придурок! Псих! Что он уже мог натворить?! Что с ним могло случиться… В первый час после того, как пришло известие с Эменталя, Залиш закрылся в своём кабинете, швыряя о стену всё, что попадалось под руку. Бумаги из папки с отчётами подчинённых разлетелись по полу, чашка разбилась на осколки… Это не похоже на Альзеса, не мог он просто так исчезнуть, никого не предупредив. Это вообще не в нравах Титания – предоставить разбираться с последствиями своих ошибок кому-то другому. Первым ощущением был шок. Что-то было в этой истории, против чего герцог чувствовал себя беспомощным и бессильным. Он будто стоял перед какой-то несокрушимой громадиной, не зная, с чего начать. Залиш прошёлся по кабинету, успокаиваясь и вспоминая точную формулировку новости. Альзес исчез, ни живым, ни мёртвым его не видели. Если бы брат погиб, в бассейне нашли бы тело, или то, что осталось – даже самая крупная рыба из тех, которых Альзес разводил, не может проглотить человека целиком или разгрызть кости. Залиша передёрнуло от самой мысли о таком. А ведь он был не из слабонервных! Второй вариант – Альзес жив, но его похитили мятежники. Возможно, ранен. Возможно, ему не дают связаться с семьёй, или предводители и сами не спешат выйти на связь, чтобы потянуть время, заставить клан побеспокоиться. Что же маме сказать? Для неё будет страшным ударом услышать, что младший сын, самый любимый, погиб или пропал без вести. Сказать, что, скорее всего, надежды нет? Или до последнего рассчитывать на лучшее: вдруг просто в плену, вернётся, вдруг ещё можно что-то сделать… Но сегодня же придётся сказать хоть что-то – пока этот удар не нанесли другие. И начать разбираться с этим делом стоит немедленно! Он решил позвонить, сказать, что Альзес попал в плен, и пообещать немедленно вылететь на Эменталь. Не было сил говорить такое дома, в лицо… страшно было от самой мысли о неизбежных обвинениях – ?ты вечно придирался к нему, не понимал, оскорблял, а теперь уже поздно?. С горечью Залиш осознавал, что в этом была немалая доля правды. Теперь и правда может быть поздно! Но и разговор по телефону был нелёгким. Мама плакала так, что сердце разрывалось от боли! Не обвиняла пока, но это ещё ничего не значит. Пока её гнев был обращён на мятежников. Жутко представить себе, что будет, если случилось непоправимое. * Разговор с Безземельным Лордом вызвал у герцога ещё большее замешательство. Зачем, спрашивается, его будет сопровождать сестрица лорда Идриса? Почему эта стриженая стерва только деланно усмехается на вопросы, зачем её посылают на Эменталь? Ей-богу, лучше дали бы армейский корпус из ребят покрепче, чтобы можно было всё вверх дном перевернуть в этой долбанной провинции и найти Альзеса живым или мёртвым! Лучше бы разрешили погнаться за мятежниками да разнести в щепки их старые корыта, больше толку было бы. Это всё Хьюлик, не иначе! Что эта хитрая тварь уже придумала? Он ещё за всё заплатит… Впервые за последние дни Альзес проснулся в хорошем настроении и самочувствии. Расправив свёрнутое уютным клубком тело, он по-кошачьи потянулся, приоткрыл глаза… и резко вскинул голову, едва не стукнувшись о каменный свод. Вместо своей спальни он лежал в какой-то низкой пещерке, прямо на полу. И это вовсе не казалось изнеженному графу Титания неудобным! Опустив взгляд на самого себя, губернатор Эменталя снова чуть не поприветствовал макушкой "потолок". Он увидел вытянувшееся до самого входа в пещеру чёрное лоснящееся чешуйчатое тело, наподобие ящеричного, но отмеченное скорее змеиным изяществом и гибкостью. Альзес попытался повернуться, чтобы выбраться из этого каменного склепа на свет, виднеющийся через отверстие в скале, – и чёрное тело послушно скользнуло вдоль стен. А в следующую секунду так же резко, как исчезли остатки сна, вернулась память. Ловушка для Хьюлика, почему-то не сработавшая… эта сумасшедшая девка, Флоренс… падение в бассейн… рыбы… и превращение, как наконец понял граф. Дальнейшее он помнил урывками: инстинктивно нырнул от опасности на глубину, потом выбрался… кажется, по пути дохнул на напавшую на него рыбину кислотой… полетел к морю… кружил над водой, то взмывая за облака, то спускаясь к самым волнам… поймал тунца – судя по тому, что есть до сих пор не хочется, не одного… заметил вход в эту пещеру, заполз сюда и заснул. Всё это должно было казаться в лучшем случае сном или наркотическим бредом (хотя дурманом Альзес, при всей своей знаменитой на всю галактику порочности, баловался всего несколько раз в жизни, и последний случай был уже очень давно), а в худшем – безумием, но ничего подобного не чувствовалось. Вчера во время полёта – теперь он вспомнил и это – всё его существо переполняло ощущение сродни мощному оргазму. Сейчас пришло и удивление, и страх, но в то же время молодой… дракон откуда-то знал, что случившееся с ним совершенно правильно. При всём охватившем его смятении в душе что-то раз и навсегда встало на своё место. Но – этот вопрос возник в голове автоматически – как на такое отреагирует семья? Мысль о семье тут же потянула за собой воспоминания о так и не решённых проблемах, к которым теперь добавились новые. В первую очередь – проваленная операция по поимке Хьюлика… Альзес зло рыкнул. Сейчас, восстанавливая в памяти картину произошедшего, он уже не сомневался – в доме завёлся предатель. Если побег Флоренс действительно был нелепой случайностью (насколько можно говорить о случайности, когда речь идёт о, похоже, напрочь лишённой чувства страха фанатичке и таком трусе и вдобавок тупице, как этот де Бор), то проникнуть так легко в особняк мятежники могли только с помощью "изнутри". С этим необходимо разобраться как можно скорее… Но как? Дракон подполз-таки к выходу из пещеры и огляделся, одновременно прислушиваясь. В поле зрения было только море (у Альзеса непроизвольно возникла мысль взглянуть на своё отражение, но усилием воли он удержался, решив, что для одного утра потрясений более чем достаточно), и даже острейший слух не улавливал за его шумом и намёка на человеческий голос. Похоже, он нашёл себе убежище на каком-то безлюдном островке вдали от берега… С одной стороны, это хорошо: производить переполох, когда сам ещё не до конца разобрался со… своей второй ипостасью, – последнее, что сейчас было нужно графу. Но с другой – добраться отсюда обратно в особняк можно лишь на драконьих крыльях. А знать, что господин губернатор после минувшей ночи озверел не только в переносном, но и в самом прямом из смыслов, никому на Эментале незачем… Можно было бы дождаться, когда опять стемнеет, но за исправление последствий недавних ошибок и предательств надо приниматься без промедления. Если бы только было более облачно… Альзес яростно уставился на ясное небо, лишь кое-где прикрытое маленькими облачками, – и вдруг в памяти дракона всплыло какое-то слово, которого не было ни в одном из множества изученных лордом Титания языков. По крови словно пробежал огонь, и в тот же миг незнакомое слово вырвалось из раскрывшейся пасти. Облака начали стремительно разрастаться, темнеть, и меньше чем за минуту небосвод затянуло сплошной пасмурной пеленой. Дракон вновь рыкнул, но на этот раз довольно. "Интересно, в человеческом облике магические способности сохранятся?" – подумал граф, тут же начав прикидывать, какие возможности это ему дало бы. Он высунулся из пещеры как можно дальше и осмотрелся по сторонам, выбирая, откуда будет удобнее взобраться на открытое место, чтобы взлететь… и случайно всё же поймал краем глаза своё отражение. Конечно, прибой не давал разглядеть подробностей, но вида чёрной морды с белыми рогами и горящими красным огнём глазами оказалось достаточно, чтобы Альзеса передёрнуло так, что он чуть не свалился в воду. Но, успокоив себя снова неизвестно откуда взявшимся знанием, что в драконьем облике он так и должен выглядеть, а на человеческий это никак не влияет, лорд извернулся и, цепляясь когтями, без особых усилий полез вверх по почти отвесной скале. Вероятно, стоило бы проверить, как быстро он сможет вернуться в свой обычный облик, но получится ли после этого без всяких потрясений, подобных вчерашней смертельной опасности, снова стать драконом и выбраться с этого острова? Нет, на этот раз надо действовать наверняка, как говорится, решая проблемы по мере их поступления. Поднявшись в небо достаточно высоко, чтобы можно было разглядеть берег, и даже без драконьих умений безошибочно определив направление, Альзес скрылся в облаках и полетел к своей резиденции.