84. ?Идёт сражение. Борьба за землю и небо. Где есть лишь один закон: Сражайся или умри. И только одно правило: Сопротивляйся или служи.? (1/1)

Coldplay?— ?The Scientist?Я пришёл, чтобы увидеть тебя,Чтобы извиниться.Ты даже не знаешь, насколько ты красива.Я должен найти тебя,Сказать, как ты мне нужна,Сказать, что для меня ты лучше всех.Расскажи мне свои секреты,Спроси всё, что хочешь,Давай начнём всё с начала.Мы бегали по кругу,Гоняясь за призраками,В стороне осталась только наука.Никто не говорил, что нам будет легко,Но всё же, мы не должны были расстаться.Никто не говорил, что нам будет легко,Но никто не говорил, что будет так тяжело.Позволь мне начать всё сначала.Я только пыталсяСобрать эту головоломку,Подбирая разбросанные детали.Проблемы науки,Науки и прогресса,Неужели они важнее моего сердца?Скажи мне, что любишь,Приди ко мне снова,Когда я решу начать всё сначала.Мы бегали по кругу,Гоняясь за призраками,Но ничуть не изменились.Никто не говорил, что нам будет легко,Но всё же, мы не должны были расстаться.Никто не говорил, что нам будет легко,Но никто не говорил, что будет так тяжело.Я начинаю всё сначала.Она устало вошла в квартиру, бросив ключи на кухонный стол. Открыв холодильник, она вздрогнула, услышав какой-то звук в гостиной. В её квартире кто-то был. Её сердце бешено заколотилось, и она вытащила пистолет из кобуры, целясь в тёмную фигуру, внезапно появившуюся у двери.—?Не двигайтесь. Кто здесь?Мужчина вышел из тени.—?Я не хотел тебя пугать. —?произнёс Альберт Хостин.Она тут же опустила пистолет, всё ещё не веря своим глазам.—?Что вы здесь делаете? Как вы сюда попали?—?Прости, что застал тебя врасплох,?— сказал Альберт.—?Врасплох? —?недоверчиво переспросила она. —?В последний раз мы виделись в Нью-Мексико. Они забрали вас из больницы. Ваш… ваши врачи опасались худшего.Альберт слегка кивнул.—?Я надеялся увидеть твоего напарника.Она почувствовала, как скрутило её живот.—?Он пропал.—?Ты должна спасти его.—?Он очень болен,?— ответила она.Альберта это, казалось, ничуть не смутило.—?Ты должна найти его прежде, чем что-то случится, и не только ради него… ради всех нас.Она проследила, как Альберт Хостин подошёл к входной двери, открыл её и, не глядя на неё, вышел, закрыв за собой дверь.Скалли распахнула глаза, слова Альберта всё ещё звенели у неё в голове. Она видела один и тот же сон почти каждую ночь в течение месяца, но понятия не имела почему. И это был вовсе не Альберт Хостин. В то время он находился в Нью-Мексико, в коме. Так кто же приходил к ней? Инопланетный охотник за головами, выдающий себя за Альберта? В этом не было никакого смысла. Малдер намекал на то, что это связано с каким-то духовным вмешательством. Скалли всё ещё не знала, что и думать.В её квартире в Джорджтауне было настолько тихо, насколько это вообще возможно, находясь в Вашингтоне. Сквозь плотно закрытые окна было слышно совсем немного успокаивающего и привычного уличного шума. Жалюзи были закрыты, чтобы как можно больше уличного света не попадало в её спальню. Она подумала, что сможет снова погрузиться в сон, но быстро поняла, что это бесполезно. Её сын проснулся, и он не собирался позволять ей снова заснуть.Она перевернулась на другой бок, взглянув на красный огонёк электронных часов на прикроватном столике. Было 3:42 утра четверга, 21 сентября.—?Боже,?— пробормотала она, чувствуя себя измученной, и легла на спину, одной рукой проводя по лбу, а другой поглаживая живот. —?Неужели ты не можешь снова заснуть? Пожалуйста.Но он только пнул её сильнее,?— явный ответ на её мольбу. Это определённо ребёнок Малдера, с горечью подумала она и с тяжёлым вздохом перекатилась на край кровати. Затем она оттолкнулась от кровати и поднялась на ноги, прежде чем направиться в ванную. Глядя на своё отражение в зеркале над раковиной, она подумала, что резкий флуоресцентный свет в ванной не идёт ей на пользу. Тёмные круги под глазами были явным свидетельством её усталости, её лицо выглядело слишком худым для женщины, которая была на 24 неделе беременности, с морщинами беспокойства на лбу и вокруг рта. Под шёлковым пижамным топом было что-то похожее на футбольный мяч. Она едва узнавала себя.Скалли взяла полотенце, намочила его горячей водой и прижала к лицу.—?Ладно, малыш, слушай. Я приготовлю травяной чай. У тебя есть в общей сложности 15 минут, чтобы закончить игру, а затем ты снова ложишься спать. Ради нас обоих. И ничего смешного. Я не могу снова заснуть в офисе. Ладно?Выйдя в коридор и пройдя на кухню, Скалли поставила на плиту чайник. Открыв шкафчик, чтобы достать коробку с ромашковым чаем, она посмотрела в сторону входной двери, в тёмную часть гостиной. К ней вернулся сон, воспоминание об Альберте Хостине, ждущем её в темноте. Она вдруг почувствовала, как волосы у неё на затылке встали дыбом, а тело покрылось мурашками.Она прошла в гостиную, городские огни, проникающие через окно, облегчали её глазам привыкание к темноте после того, как она покинула ярко освещённую кухню. Там было пусто, и не было ни людей, ни инопланетян, ни духов, ожидающих её. Затем она подошла к аквариуму, чтобы убедиться, что рыбки Малдера хорошо себя чувствуют. Она не потеряла ни одной с тех пор, как Чёрная Молли не пережила переезд из Александрии в Джорджтаун. Скалли решила, что это уже достижение.Затем её взгляд упал на деревянные полки книжного шкафа, на которых теперь стояли не только её книги, но и книги принадлежавшие Малдеру. Она подошла к нему, блуждая взглядом по названиям. Большая часть художественной литературы принадлежала ей, в то время как большинство научно-популярных книг принадлежало Малдеру. Когда её взгляд остановился на большой книге, которую ей прислали, когда Малдер заболел и пропал из больницы, малыш начал пинать её ещё сильнее. Она уставилась на название на корешке. ?Верования и обычаи коренных американцев.? Она потянулась, чтобы снять книгу с полки, когда чайник внезапно засвистел, напугав её, и она подпрыгнула. Забыв о книге, она вернулась на кухню и налила себе чаю. Она принялась расхаживать по кухне, потягивая горячий чай, и через несколько минут ребёнок снова заснул.***Алекс Крайчек вышел из дверей небольшого бутик-отеля рядом с Нью-Йоркской общественной библиотекой и сел в жёлтое такси, стоявшее у обочины. Пятнадцать минут спустя он уже входил в тускло освещённое кафе. Он осмотрелся и увидел, что она сидит за угловым столом, заваленном бумагами, и что-то пишет в блокноте. Он заказал у стойки чёрный кофе и, заплатив, присоединился к ней. Она не подала виду, что заметила его присутствие.—?Какого чёрта ты выбрала это место? —?спросил он её.Он осмотрелся по сторонам. В кожаной мебели вокруг искусственного камина сидели ребята из книжного клуба колледжа и что-то оживлённо обсуждали. Наверное, Китса, Браунинга или Дикинсон. Крайчек на мгновение подумал о том, чтобы подойти к ним и спросить, что они думают о Ницше. За соседним столиком оживлённо беседовала пара битников средних лет. Раздражённая мать стояла в очереди у стойки, пытаясь достучаться до своей безучастной дочери-подростка. Иногда он думал, что это хорошо, что инопланетяне собираются уничтожить всё это. Зачем пытаться спасти человечество? Может быть, этот курящий сукин сын и его дружки были правы. Но к чёрту его, и к чёрту их, и к чёрту пришельцев.—?Этот кофе на вкус просто дерьмо,?— снова попытался он привлечь её внимание.Ответа по-прежнему не было. Она просто продолжала просматривать бумаги на столе, прежде чем сделать ещё несколько заметок. Он не видел её почти три гребаные недели, а она даже не взглянула на него. Он вздохнул.—?Марита, какого чёрта ты делаешь? Зачем ты вообще попросила меня приехать сюда?Она вздохнула.—?Просто пей свой кофе, Алекс. Я объясню через минуту.Он уставился на неё, качая головой. Затем он увидел, как в кафе вошла молодая женщина с длинными чёрными волосами и смуглой кожей. Она была красивой, с полными губами и грудью, длинными ногами и глазами того же оттенка, что и его кофе. Она посмотрела в его сторону, а затем подошла к стойке, чтобы сделать заказ.—?Эта девушка меня разглядывала,?— сказал Крайчек.Марита усмехнулась.—?Я уверена, что это ты разглядывал её.Он уставился на неё.—?Что? Неужели ты думаешь, что красивая женщина не может смотреть на меня?—?Почему бы тебе не спросить её, каково её мнение о Ницше? —?съязвила Марита.—?Почему бы мне не попросить её зайти ко мне в номер? —?парировал Крайчек.Она, наконец, подняла голову, чтобы посмотреть на него.—?Ты хочешь попасть в тюрьму за изнасилование?Он бросил на неё саркастичный взгляд.—?Она не может быть такой молодой. Она не младше 17, что совершенно законно в прекрасном штате Нью-Йорк. И в любом случае, я не думаю об этой девушке. Я просто хочу, чтобы ты уделила мне немного внимания. Почему я должен был так срочно встретиться с тобой здесь? Я летел из самой Москвы. Мы же должны были встретиться в Париже на следующей неделе. Я так понимаю, что теперь всё отменяется?—?Да,?— ответила Марита. —?Случилось нечто неожиданное.—?И что же это значит? —?спросил Крайчек.Она вздохнула.—?Фокс Малдер мёртв. По крайней мере, так заявляет Министерство юстиции. Похороны завтра днём. В Роли, штат Северная Каролина.Он ошеломлённо уставился на неё, медленно моргая, и нервно сглотнул.—?Что?—?Это ещё не всё,?— сказала Марита, прежде чем сделать короткую паузу. —?Агент Скалли беременна.—?Я не могу в это поверить,?— ответил Крайчек.Она покачала головой.—?Отец?— Малдер. Или… был, как оказалось.Он не знал, что на это ответить. Он только недоверчиво покачал головой.—?Как?—?Министерство обороны недавно обнаружило, после исчезновения Курильщика, что на протяжении многих лет на похищенных женщинах проводились определенные… эксперименты с использованием имплантированных им чипов,?— объяснила Марита. —?Записи этих испытаний показывают, что все они провалились. Но один такой эксперимент был проведён на агенте Скалли весной. Файл министерства обороны об этом эксперименте показывает, что он тоже потерпел неудачу. Однако её беременность говорит об обратном. Это должно… насторожить некоторых людей в Министерстве обороны, особенно тех, кто связан с программой суперсолдат, которые работают с инопланетными колонистами.—?Суперсолдаты,?— повторил Крайчек. —?Ты имеешь в виду морских пехотинцев с инопланетными мозгами?Марита попыталась подавить ухмылку, но ей это почти не удалось.—?Да, у них есть инопланетная биология, подаренная колонистами. Но они всё равно выглядят и ведут себя по-человечески. Из военных были завербованы лучшие солдаты, и они подверглись трансформации. Их физиология одновременно человеческая и инопланетная. Уничтожить их невозможно.Он посмотрел на неё.—?Нет ничего невозможного. Какое это имеет отношение к Малдеру и Скалли?—?Те, кто стоит за программой суперсолдат, были обеспокоены ростом числа похищений, начиная с начала года,?— ответила она. —?Малдер, Билли Майлз, Тереза Хиз и её муж, другие из Бельфлёра, а также из других мест по всей стране были похищены с какой-то нераскрытой целью. Инопланетные колонисты предпочли не делиться этой информацией. Но, как оказалось, похищенные начали появляться в местах, далёких от дома, в полном здравии, в… сверхчеловеческом здравии.—?Они стали… суперсолдатами? —?спросил Крайчек, широко раскрыв глаза.Она наклонилась ближе к нему и, понизив голос, напряжённо заговорила:—?И да, и нет. Они стали чужими, и во всех смыслах и целях нет реальной разницы между ними и правительственными суперсолдатами. Вторжение начинается, Алекс. Министерство обороны в панике. Они верили, что программа суперсолдат была исключительно военной. Но инопланетяне превращают простых граждан в своё собственное оружие. Министерство обороны считает, что инопланетные колонисты готовятся к войне. Но всё это очень замалчивается, потому что колонисты потихоньку проникают на руководящие посты в правительстве, и сопротивляться им было бы неразумно.Крайчек вздохнул и провёл рукой по лбу.—?А Малдер? Как он вписывается во всё это? Кроме того, что он мёртв?—?Мы знаем, что Малдера похитили,?— ответила Марита. —?Но то, как были возвращены некоторые из похищенных… Есть несколько человек, которые, как считалось, были близки к смерти в течение нескольких месяцев, а затем они внезапно полностью выздоровели. Как будто за одну ночь. Переродились, можно сказать… стали отчуждёнными. Независимо от того, действительно ли Малдер мертв… это ещё предстоит выяснить. Если он через несколько месяцев вылезет из могилы, мы получим ответ. В любом случае, формально он будет мёртв, несмотря ни на что. Он больше не будет Фоксом Малдером. Но они определённо заинтересованы его ролью в беременности агента Скалли.—?В беременности Скалли? —?спросил он. —?Почему их это интересует?Она на мгновение умолкла, пристально глядя на него.—?Мы уже знаем, что инопланетные колонисты прочно обосновались в правительстве. И их очень интересовала беременность Скалли. —?Марита снова замолчала и вздохнула. —?Инопланетные колонисты были напуганы. Они считали, что её ребёнок может представлять угрозу. Но сейчас всё это не имеет значения. Малдер вышел из игры.Он в замешательстве нахмурил брови.—?Я тебя не понимаю.—?Ты знаком с Анасази? —?спросила Марита.—?Да, они исчезли без следа,?— ответил Крайчек.Она пристально посмотрела на него.—?Ничто не исчезает бесследно. Их верования, их легенды, их пророчества… продолжают жить.Он уставился на неё.—?К чему ты клонишь? Это всего лишь сказки. Мифы.Марита выдержала его напряжённый взгляд.—?Для инопланетных колонистов легенды и пророчества Анасази?— не просто сказки. Ты когда-нибудь слышал легенду о богине с Белой раковиной? Индейцы до сих пор рассказывают эту пророческую легенду. Она чудесным образом зачинает двоих детей, отцом которых является Солнце. Во время рождения первенца мужского пола по земле бродят чудовища, уничтожая людей, убивая без пощады. Сыну женщины дана сила уничтожить этих чудовищ. Но боясь, что чудовища узнают о нём, женщина прячет младенца. Несколько лет спустя мальчик отправляется на поиски отца, и ему говорят, что он должен идти далеко на восток. В конце концов он поднимается на вершину горы, где родился, находит женщину и спрашивает её, кто его отец. Солнце, находящееся прямо над их головами, говорит с мальчиком и рассказывает ему о его судьбе и его силах. Мальчик, теперь уже юноша, выходит, чтобы победить монстров, а затем он становится известен как Убийца инопланетных Богов.Крайчек не сводил с неё глаз, пытаясь осмыслить историю, которую она только что рассказала.—?Но пророчество гласит, что если мальчик никогда не найдёт своего отца, он никогда не узнает о своей судьбе,?— продолжала она. —?Чудовища никогда не будут побеждены, и они заберут мальчика, используя его силу в своих целях, а человечество будет стёрто с лица земли. Конечно, легко отмахнуться от этого как от мифа. Сказать что это просто история древней цивилизации. Но инопланетные колонисты так не думают.Его мысли лихорадочно метались, Крайчек резко встал из-за стола и, наклонившись, чтобы быстро поцеловать Мариту в губы, он развернулся, чтобы уйти, сказав:?— Я позвоню тебе из Северной Каролины.***В пятницу утром Скалли стояла на кухне, потягивая мятный травяной чай и глядя на календарь на холодильнике. Её беременность была уже на 27 неделе, она стала на 18 фунтов тяжелее, чем до того, как всё это началось, и сегодня был день рождения Малдера. Ему было бы 39 лет. Она всё ещё не могла поверить, что его больше нет. Как это могло случиться? Это было неправильно. Это было несправедливо. Неужели это действительно теперь её жизнь? Это всё ещё казалось таким нереальным. Смириться со смертью Малдера было труднее, чем с тем фактом, что она каким-то образом забеременела, не имея способности к овуляции. Факт, что его больше нет, казался ей гораздо более странным. Затем она вспомнила, что сказал ей больше месяца назад Чак Беркс.—?Трудно поверить во что-то, если не можешь этого понять.Это был тот самый случай. Она так старалась подойти к этому так, как подошёл бы Малдер, увидеть факты и людей, вовлечённых в это дело, так же, как он. Но как бы она ни старалась быть им, взять на себя его роль в подвале, всё выходило совсем не так, как она надеялась. Она чувствовала, что то, как Малдер подходит к делу, то, как он справляется с ним, было чем-то, на что она была неспособна. Было трудно смотреть на ситуацию без суждений и предубеждений и с совершенно открытым умом. Она попыталась сделать то, что сделал бы Малдер, но это только напугало её. Скалли знала, что пришло время оставить секретные материалы позади.Её рука потянулась к животу, чтобы погладить его через серую блузку на пуговицах, прежде чем найти нужное место и крепко прижать туда два пальца, чувствуя, как её ребёнок крутится и касается кончиков её пальцев. Ей нравилось думать, что сын даёт ей пять. Малдер, вероятно, пошутил бы, что это была нога ребёнка или его зад. Скалли фыркнула, всё ещё прижимая к животу пальцы, чтобы чувствовать своего малыша, глядя на дату 13 октября в календаре, и прошептала: —?С днём рождения, папочка.Натянув куртку, схватив бумажник и ключи от машины, Скалли вышла из квартиры и направилась к своей машине, припаркованной у дома. Во время короткой поездки в штаб-квартиру ФБР она всё больше мрачнела. Это было так несправедливо, что их сын никогда не узнает Малдера. Он никогда его не увидит. Никогда не услышит его голос. Он никогда не узнает, каково это?— иметь поддержку и защиту Малдера. Не было ничего более трагичного. Она знала, что постарается сделать всё возможное, чтобы рассказать ему всё о его отце, о том, кем он был и что делал. Но сможет ли она внушить сыну, насколько особенным, уникальным, хорошим и плохим, замечательным и сумасшедшим был его отец? Как она могла объяснить такого сложного человека, как Малдер? Она постарается сделать всё, что в её силах, но она боялась, что потерпит мучительную неудачу и не сумеет воздать ему должное.В тот же день, когда Скалли сидела за своим столом после обеда, читая газету и ожидая, когда агент Доггетт вернётся в офис после своего обеденного перерыва, в дверь подвала постучали. Она подняла глаза и увидела стоящего в дверях агента Сэма Коула. Прошло около трёх недель с тех пор, как она в последний раз видела его в коридоре четвёртого этажа, когда они с Доггеттом шли на встречу со Скиннером. Сэм всегда был вежлив и внимателен, когда она сталкивалась с ним, всегда спрашивал о ней и ребёнке. За несколько недель, прошедших после похорон Малдера, она даже получила от него пару открыток по межведомственной почте.—?Агент Коул,?— сказала она, слегка улыбнувшись.—?Здравствуйте, агент Скалли,?— ответил он, улыбаясь в ответ и входя в кабинет. —?Не возражаете, если я присяду?Она покачала головой.—?Конечно, нет. Э-э… я могу вам чем-нибудь помочь?Сэм подошёл к столу и сел в кресло напротив неё.—?Хм, нет… не совсем. Мне просто интересно, как у вас дела.—?Я в полном порядке,?— ответила Скалли. —?Как вы? Как агент Брюэр?—?О, я в порядке. Сара тоже. Все… хорошо.Скалли слегка ухмыльнулась и кивнула.—?Это… здорово. —?Ей показалось, что агент Коул нервничает, она заметила его нервозность и неспособность поддерживать зрительный контакт. —?Вы уверены, что я ничем не могу вам помочь? Или… может быть, агент Доггетт?Сэм начал подниматься со стула.—?Нет, нет. Мне ничего не нужно. Я просто… хотел убедиться, что у вас всё в порядке.—?Ну, я в порядке,?— сказала она. —?Спасибо за заботу.—?Да, ну… Мне пора,?— ответил он, кивая головой и отводя взгляд. Он начал было отходить от стола, но вдруг обернулся, на его лице появилось решительное выражение, и он секунду смотрел на неё, прежде чем слова быстро слетели с его губ. —?Не хотите поужинать со мной сегодня вечером? Или завтра? Или… в любой другой вечер? Я очень хочу пригласить вас куда-нибудь. Я хотел этого, сколько себя помню.Её глаза расширились, и она осознала, что её рот слегка приоткрылся. Это было совершенно неожиданно. Она хотела спросить агента Коула, не развилась ли у него временная слепота или избирательная амнезия. Она была почти на седьмом месяце беременности. Зачем ему понадобилось приглашать её на свидание? К счастью, она была спасена от ответа.—?Сэм! Что привело тебя сюда?Скалли и агент Коул посмотрели в сторону двери и увидели входящего в кабинет Доггетта.—?Да так, ничего,?— ответил Сэм, не оборачиваясь. —?Просто хотел поздороваться. В любом случае, мне действительно пора. Сара будет гадать, где я.Доггетт шагнул вперёд и протянул Сэму руку.—?Что ж, приятно было повидаться.Он крепко пожал Доггетту руку.—?Да, мне тоже. До свидания, агент Скалли, Джон. —?Сэм слегка кивнул им обоим и вышел из кабинета.Скалли посмотрела ему вслед, а затем быстро встала из-за стола и последовала за ним в коридор. Она увидела, как он подошёл к лифту и протянул руку, чтобы нажать кнопку ?вверх?.—?Агент Коул! —?окликнула она его, и он обернулся, чтобы увидеть, что она идёт ему навстречу к лифту. Она вздохнула, когда он направился к ней, и остановилась, когда он приблизился. —?Агент Коул. Я… Я действительно польщена вашим предложением. Но сейчас… сейчас не самое подходящее время.—?Как вы думаете, будет ли… подходящее время? —?спросил Сэм, слегка улыбнувшись ей и выжидающе подняв брови.Она фыркнула, отводя глаза, но потом посмотрела на него.—?Честно говоря, я так не думаю.Он кивнул, и в этот момент открылись двери лифта. Сэм повернулся, чтобы войти внутрь, прежде чем обернуться и посмотреть на неё.—?Знаете, у парней всегда есть надежда.В этот момент двери закрылись, и он уехал. Скалли не знала, что и думать. Она почти чувствовала себя виноватой и надеялась, что не обидела агента Коула. Она также чувствовала себя шокированной таким вниманием. Она только недоверчиво покачала головой и вернулась в кабинет.Позже вечером, когда Скалли стояла у кухонной раковины и вытирала вымытую посуду, в дверь постучали. Вытерев руки чистым кухонным полотенцем, она подошла к двери и посмотрела в глазок, её глаза расширились от удивления. Она отперла дверь, открыла её и увидела ещё больший сюрприз. Ричард ?Ринго? Лэнгли стоял там, держа в руках маленькую подарочную коробку, но он был совсем один.—?Лэнгли! Что ты здесь делаешь? И где Фрохики и Байерс?—?Ну… —?нервно начал он, время от времени отводя взгляд от Скалли и глядя на коробку. —?Ребята работают над следующим выпуском газеты. И, хм, я сам кое над чем работал последние пару недель, к… к дню рождения Малдера. И я хотел подарить это тебе.Она понятия не имела, что это может быть.—?Входи.Он вошёл в квартиру, Скалли закрыла за ним дверь, и он прошёл в столовую, поставив коробку на стол. Она подошла к Лэнгли, стоявшему рядом со столом, и он подтолкнул коробку к ней. Она была упакована в блестящую синюю подарочную бумагу и перевязана серебряной лентой.—?Открой,?— тихо сказал он.Скалли перевела взгляд с Лэнгли на подарок, а затем осторожно развязала серебряный бант, снимая ленту с коробки. Она подняла завёрнутую в подарочную упаковку крышку и заглянула внутрь. Там был новенький, чёрный портативный CD-плеер, и пара больших дорогих наушников. Ещё там был прозрачный пластиковый футляр и серебристый компакт-диск с надписью ?Малдер?. Она посмотрела на Лэнгли.—?Что это? —?спросила Скалли.—?Я провёл последние две недели, изучая все наши записи,?— ответил Лэнгли. —?Знаешь, мы записываем все телефонные звонки, которые получаем в офисе. И… я собрал записанные телефонные разговоры с Малдером, сообщения, которые он оставил на нашем автоответчике за последние 11 лет, а затем скопировал их на компакт-диск. На этом диске восьмидесятиминутная запись голоса Малдера.Скалли потеряла дар речи и могла только переводить взгляд с Лэнгли на подарки в коробке.Он откашлялся, нервно отводя глаза.—?И я, э-э, я видел по телевизору, как беременные женщины включают музыку для своих детей. Я подумал, что так у тебя будет голос Малдера. И, знаешь, ты сможешь включать этот диск для вашего… —?Его голос затих, когда он посмотрел на Скалли.Она уставилась на Лэнгли, её глаза расширились и наполнились слезами. Скалли шагнула к нему, обняла за шею и прижала к себе.—?Спасибо,?— прошептала она сквозь слёзы.—?О, ничего особенного. —?Он чувствовал себя неловко и не знал, что ещё сказать.—?Не для меня,?— ответила Скалли, высвобождая его из объятий и вытирая слёзы с лица.—?Я хотел сделать что-нибудь приятное для Малдера,?— сказал Лэнгли. —?В день его рождения.Она кивнула, ещё раз поблагодарив его, и, попрощавшись, Лэнгли вышел из её квартиры. Скалли отнесла проигрыватель и диск в гостиную, села на диван и со слезами на глазах прислушалась к голосу, который не слышала почти пять месяцев.***В 9:00 утра в среду, 18 октября, Доггетт вошёл в кабинет заместителя директора Керша и сел рядом с помощником директора Скиннером перед его столом. Он заметил, что Керш удовлетворённо ухмыляется, а Скиннер выглядит расстроенным и, возможно, даже грустным. Желудок Доггетта скрутило в узел.—?Улыбнись, Джон,?— сказал Керш. —?Ты выглядишь напряжённым. Я пригласил тебя сюда, чтобы похвалить,?— затем он протянул Доггетту письмо.—?Что это? —?спросил он.Керш снова ухмыльнулся.—?Письмо директору со ссылкой на твои похвальные усилия по возвращению агента Фокса Малдера. И рекомендация, чтобы тебя рассматривали для продвижения. Прошу прощения, что это так затянулось.Доггетт почувствовал себя неловко. Было ли то, что он сделал для Малдера, действительно его ?возвращением?? Он так не думал. Он чувствовал, что потерпел огромный провал. Дело даже не было раскрыто. Он не нашёл ответов на вопросы о тех людях, которых похитили из Бельфлёра, штат Орегон. И о том, что на самом деле случилось с агентом Малдером. Как это можно считать успехом? Он посмотрел на Скиннера, который, казалось, чувствовал себя в этой ситуации ещё более неловко. Что здесь происходит?—?Сэр, помощник директора заслуживает большего признания, чем я…—?Заместитель директора Керш долго говорил со мной, прежде чем вы сюда поднялись,?— сказал Скиннер, стараясь не смотреть Доггетту в глаза. —?Он поблагодарил меня и попросил также написать для вас рекомендательное письмо. —?Он помолчал. —?Вас официально переведут из секретных материалов в отдел, более подходящий вашим талантам.Он обернулся и увидел улыбающегося ему Керша.—?Я человек слова, агент Доггетт.Доггетт слегка улыбнулся в ответ, не зная, как реагировать, и встал со стула.—?Благодарю вас за поддержку, сэр. Но я… мне хотелось бы немного подумать над переводом.—?Лови рыбу, пока она клюёт, Джон,?— сказал Керш, бросив на него предостерегающий взгляд.Доггетт кивнул, соглашаясь с предупреждением, и вышел из кабинета. Что-то было не так. Поведение Скиннера, конечно, было явным признаком этого, но собственные инстинкты Доггетта подсказывали ему, что мотивы Керша были подозрительными. Ему показалось, что ФБР внезапно осознало, что срок родов Скалли быстро приближается. Это был бы их лучший шанс на то, чтобы закрыть секретные материалы.Доггетт вошёл в подвальный кабинет и увидел Скалли, стоящую перед картотекой и просматривающую какие-то папки. Его взгляд метнулся к плакату ?Хочу верить? около её живота.—?Доброе утро. Как ты себя сегодня чувствуешь?—?Я в порядке,?— ответила она, отворачиваясь от шкафа. —?Как ты?—?Я? Хорошо,?— сказал он, подходя к своему столу. —?Но внутри меня нет маленького Джея Эдгара. —?Он сел и начал просматривать дело Авессалома.Скалли окинула его оценивающим взглядом.—?Только что звонил Скиннер. Он рассказал мне о вашей встрече с Кершем.Доггетт кивнул.—?Ну, что бы он тебе ни сказал, я всё равно буду здесь, чтобы сводить тебя с ума вопросами и мучительными сомнениями.—?Ты будешь сумасшедшим, если останешься,?— сказала она. —?Это огромная возможность для твоей карьеры.—?Он думает не о моей карьере,?— ответил он.Скалли нахмурилась, вопросительно глядя на него.—?Что ты имеешь в виду?Доггетт посмотрел на её живот.—?Через шесть недель ты уйдёшь в декретный отпуск. Знаешь почему Керш меня переводит? Он запрёт эту дверь навсегда.—?Ты мне ничего не должен, Доггетт,?— ответила она. Она надеялась, что он не проявляет к ней ложной преданности. Она знала, что он хороший агент и, скорее всего, преуспеет, если воспользуется этой возможностью. Это было бы вполне заслуженно.—?Меня послали сюда, чтобы найти Малдера,?— сказал он. —?Я нашёл его. И что? У нас всё ещё не закрыто дело, и у меня есть к нему серьёзные вопросы.Она улыбнулась и тихо рассмеялась. Весь этот разговор звучал ужасно знакомо. Она вспомнила дело Тумса, когда они с Малдером работали вместе с агентом Томом Колтоном и VCU. Она вспомнила, как Малдер сказал ей, что не будет держать на неё зла, если она предпочтёт работать с ними. Она вспомнила, как говорила Малдеру, что должно быть что-то, подтверждающее его странную теорию о Тумсе, и ей хочется знать, что именно. Она собиралась остаться с Малдером, даже если это означало упустить возможность покинуть подвал.Доггетт посмотрел на неё, не ожидая такой реакции.—?Что?—?Я слышала такую же речь семь лет назад,?— ответила Скалли, опускаясь в кресло за столом. Ей хотелось прямо сейчас сказать ему, что она не вернётся из декретного отпуска, но она чувствовала себя виноватой и сдерживалась. Вместо этого она подтолкнула его воспользоваться возможностью карьерного роста, пока она была доступна. —?Уходи, пока можешь, Доггетт. Или ты никогда не выберешься отсюда.