Роман Годфри/Мэйв Уайли. Хемлок Гроув/Половое воспитание (1/1)

Бытует мнение, что лощеный сноб и мамочкин золотой мальчик Роман Годфри слишком хорош для того, чтобы опуститься до кого-то уровня Мэйв Уайли?— но Мэйв считает ровно наоборот.Это она, девчонка с плохой репутацией из трейлерного парка в драных колготках, со облупившимся черным лаком на обгрызенных ногтях, никогда не опуститься до того, чтобы водить дружбу с кем-то, для кого кашемировое пальто значит больше, чем совесть, с кем-то, кто к девушкам относится как к быстро надоедающим трофеям.О Годфри говорят всякое, и то, что он садист и помешанный извращенец?— самое невинное из услышанного ею.Эйми Гиббс как-то восторженно нашептывала ей о том, что Годфри носит с собою лезвие и в моменты, когда его страсть приближается к пику, он просит сделать у него на коже небольшой порез, а затем заставляет слизывать его кровь.Роман ей не интересен, он ей не нравится, и пусть он подавится своими дорогущими сигаретами, которые он то и дело оставляет в ее секретной курилке?— Мэйв никогда не возьмет ни одной, ей даже дышать одним дымом с этим пижоном противно.Наивный Отис свято верит в то, что Роману нужна помощь?— как будто в самом деле не понимает, что Годфри сам способен давать уроки полового воспитания кому угодно, и на нахмуренные брови Мэйв укоризненно ворчит:—?Ты слишком предвзята. Дай ему шанс. С Адамом Гроффом ведь все получилось.Мэйв не хочет лишний раз напоминать о том, что с Гроффом не получилось ни черта?— точнее, что-то да получилось, но ведь совсем не то, что должно было. Каким должен стать для Отиса идеальный результат Романа она не спрашивает?— в конце концов, Годфри исправно платит за консультации и даже внимательно слушает Отиса, пока сама она нетерпеливо переминается с ноги на ногу и курит?— свои собственные сигареты, отчаянно дешевые и горькие, игнорируя пачку, оставленную Романом на виду.В разваленной уборной сорняки растут через сколотую плитку на полу, здесь царит запустение и хаос, и в глазах у Годфри вот такой же хаос обитает?— разрушающий его потихоньку, но до самого основания.—?Ты меня ненавидишь, да? —?кажется, Годфри эта мысль даже нравится, и он подлавливает Мэйв одну снова и снова, чтобы спросить об этом.—?Много чести,?— фыркает Мэйв. —?Всего-то капелька презрения, не больше?— это все, что у меня для тебя есть.—?Капелька презрения?— это уже немало,?— удовлетворенно хмыкает Годфри и кутается в свое дорогое пальто, как нахохлившийся ворон. Этот его мрачный образ просто гипнотически действует на девчонок типа Эйми или Руби, но Мэйв в своей видавшей виды косухе предпочитает парней, похожих на нее?— тех, которые не помешаны на своем внешнем виде и комфорте, тех, у которых есть душа, а не маниакальное желание заполучить все, что не дается в руки.—?Нашел бы ты себе жертву по зубам, Годфри,?— равнодушно советует она, а Роман только усмехается в ответ:—?Мои зубы хотят только тебя, Уайли. Я подожду, у меня полно времени.—?Целая вечность, да? —?уточняет Мэйв, а он уходит, не ответив, и снова оставляет для нее пачку сигарет.Мэйв их никогда не возьмет?— у нее есть принципы, ей не нужны подачки.Роман Годфри же в самом деле имеет в запасе вечность?— изматывать жертву странными знаками внимания его новое развлечение, и он намерен отточить его до совершенства.