Глава 5 Жюльен 4 (1/1)

Если бы международное сообщество давало награды плейбоям, молодой господин Фэй, уже наверняка получил бы Нобелевскую премию.*** Высокий молодой человек был одет в классическую черную рубашку, идеально сочетающуюся с безупречно выглаженными брюками. Его поза была до крайности расслабленной: руки в карманах, а ноги небрежно скрещены. Длинные волосы свободно спадали на плечи. Если бы кто-то мимолетно встретился с ним взглядом, то немедленно получил бы две чаши улыбок, словно он раздавал их глазами, не требуя за это платы. За всю свою жизнь Лан Цяо впервые видела человека, который выбрал бюро общественной безопасности местом для флирта: — Заместитель капитана Тао, это твой друг? Тао Жань почувствовал, что у него заныли зубы. Проницательная Лан Цяо быстро поняла, что с атмосферой что-то не так, и с недоумением спросила: — В чем дело? Как только Тао Жань собрался подойти и поговорить с Фэй Ду, до сих пор молчавший Ло Вэньчжоу протянул руку и сжал его локоть, кивнув подбородком в сторону молодого человека, он спросил: — Что ты здесь делаешь, Фэй Ду? Фэй Ду распрямил свои длинные ноги, поднял глаза и взглянул на него:

— О, прости, я не знал, что это твоя частная собственность. На лице Ло Вэньчжоу не отразилось ни единой эмоции, он лишь слегка прищурил глаза. Фэй Ду же, улыбаясь, продолжал смотреть на него. Только от этой улыбки даже Лан Цяо отчего-то сделалось не по себе. Через какое-то время Фэй Ду усмехнулся, словно принимая вызов, после чего первым отвел взгляд, повернувшись к Тао Жаню: — Садись в машину, Тао Жань, если мы останемся здесь дольше, капитан Ло выпишет мне штраф. Не успел Тао Жань ответить, как Ло Вэньчжоу перебил его: — Разве я сказал, что ваша работа окончена? Вы оба вернетесь со мной в главный офис, нужно как можно скорее доложить обо всем шефу Чжану и созвать совещание для обсуждения дела. У Лан Цяо не было слов. ?Ты же сам сказал, что мы продолжим завтра!? Фэй Ду лениво вздохнул: — Начальник, переживающий менопаузу, поистине ужасающая трагедия. Брат Тао и милая сестрица полицейская, я отвезу вас двоих в главное управление. После такого тяжелого дня вы должны ехать на просторной машине, чтобы размять ноги. — Наши служебные машины недостаточно просторны для вас, господин Фэй? Что же, тогда вам следует попробовать машины для перевозки преступников. Обещаю, вы даже руку вытянуть не сможете. — Спасибо за напоминание. Тао Жань, я забронировал для нас столик в европейском ресторане рядом с твоей работой. Даже если работаешь сверхурочно, для начала нужно хорошенько подкрепиться, верно? — Мы, офицеры, не собираемся есть, покуда убийца не будет пойман. Предаваться чревоугодию в такое время — настоящее бесстыдство! Лан Цяо так и не поняла, кого она обидела. Терпение Тао Жаня, который за все это время не смог вставить и словечка, наконец иссякло: — Достаточно! Вы двое когда-нибудь остановитесь?! Ло Вэньчжоу обернулся и с насмешкой сказал Лан Цяо: — Пойдем, Большеглазая Лан, на что тут смотреть? Если ты хочешь полюбоваться на красивых мужчин, то иди домой, не трать здесь свое время. — Красавица, почему бы вам не перейти в нашу компанию? — Фэй Ду склонился над Лан Цяо, словно властный директор?. — С вашей внешностью быть офицером полиции — такая потеря, я буду платить в пять раз больше вашего нынешнего оклада. Тао Жань повернулся и посмотрел на него: — Ты тоже, пожалуйста, помолчи! Фэй Ду посмотрел на него, элегантно кивнул и, конечно же, продолжил подливать масла в огонь: — Хорошо, но только ради тебя. — Тао Жань, почему так долго? — поторопил его Ло Вэньчжоу. Офицер Тао не мог позволить себе обидеть ни одного из мужчин. Поэтому ему оставалось лишь закатить глаза, глядя на невинное ночное небо, и поспешить за удаляющимся Ло Вэньчжоу. Через несколько шагов он невольно обернулся, как и ожидалось, неподвижно стоявший Фэй Ду провожал его глазами. Молодой человек будто ожидал, что Тао Жань посмотрит на него, потому что он вдруг улыбнулся и, подняв два пальца, прижал их к губам, слегка поцеловав. В следующий миг он отправил в сторону Тао Жаня воздушный поцелуй. Если бы международное сообщество давало награды плейбоям, молодой господин Фэй уже наверняка получил бы Нобелевскую премию. Ло Вэньчжоу вел машину, словно управлял луноходом Чанъэ-3?, двигаясь на большой скорости, он летел обратно в главный офис, тем не менее огромный неуклюжий внедорожник без труда следовал за ними. Лан Цяо долгое время терпела, но не смогла удержаться от вопроса: — Кто этот молодой красавчик? У него неплохие навыки вождения. Тао Жань повернул голову, взглядом предупреждая ее не поднимать эту нежелательную тему, но было уже слишком поздно. Наблюдая в зеркало заднего вида за тем, как Фэй Ду припарковал машину у входа в главный офис, Ло Вэньчжоу позвонил в дорожную полицию: — Кто-то незаконно припарковался у нашего входа, поторопитесь и выпишите ему штраф. У этого парня много денег, можете взять с него побольше. Некоторое время спустя, офицер дорожной полиции перезвонил ему: — Капитан Ло, я оштрафовал его и сказал: ?За парковку в неположенном месте с вас штраф в 200 юаней?. — Что случилось потом? — спросил Ло Вэньчжоу. — Он дал мне тысячу юаней и сказал, что припаркуется здесь еще на восемьсот, — ответил офицер. Лан Цяо украдкой посмотрела на Ло Вэньчжоу:

— Капитан, мы идем на совещание? — Черт! — выругался Ло Вэньчжоу. Однако Ло Вэньчжоу не мог удерживать Тао Жаня вечно. Результат проделанной за день работы был ясен, и работать сверхурочно необходимости не было. Фэй Ду сложил бумажный кораблик из парковочного талона, удобно расположившись в автокресле под включенным кондиционером, вдыхал аромат освежителя воздуха, слушая на повторе английскую песню. Когда песня проиграла восьмой раз, из здания управления показался Тао Жань. Тао Жань был одним из тех людей, которые не особо заботятся о своей внешности. Через плечо он нес старый портфель, его волосы были в полнейшем беспорядке, и, глядя на туфли, было трудно сказать, когда же он чистил их в последний раз. Подбородок мужчины украшал пластырь, а на изнуренном лице лежал отпечаток усталости. Словом, его образ был далек от очаровательного красавца, что способен влюбить в себя с первого взгляда. Он подошел к машине Фэй Ду и постучал в окно: — Ты еще не уехал? Фэй Ду опустил стекло. В тот миг мелодия песни ?You Raise Me Up?, будто бы ждавшая момента свободы, вырвалась из пространства машины, растворяясь в вечернем воздухе. Услышав эту песню, Тао Жань изменился в лице, но, прежде чем он успел что-то сказать, Фэй Ду выключил звук, словно ничего не заметил. — В интернете появилось видео, на котором ты пытался остановить массовую драку. Я посмотрел его. — С этими словами Фэй Ду вышел из машины и, указывая на красующийся, на подбородке Тао Жаня пластырь, продолжил: — Я беспокоился о тебе. Ты в порядке? Тао Жань натянуто улыбнулся: справиться с десятью массовыми драками было менее утомительно, чем попасть между Ло Вэньчжоу и Фэй Ду. — Хорошо, в следующий раз я буду держаться подальше от того, кто переживает менопаузу. — Фэй Ду взял его сумку. — Ты хочешь вести или ехать? — Имей в виду, что тот кто ?переживает менопаузу? мой ровесник. — Тао Жань открыл дверь и сел на место водителя. — Почему ты опять сменил машину? — Разве ты не отверг другие мои машины, потому что они слишком шумные? — Фэй Ду рассеяно обошел автомобиль. — Поэтому я купил еще одну, дешевую и надежную, она будет предназначена исключительно для того, чтобы подвозить тебя. Тао Жань, пристегивающий ремень безопасности, внезапно замер, посмотрев на Фэй Ду, он сказал:

— Если бы моя зарплата была немного выше, а сверхурочной работы чуть меньше, я бы давно женился, возможно, мой ребенок к этому моменту уже умел бы ходить. — Знаю. — Фэй Ду прислонился к окну машины и, склонив голову, улыбнулся ему. — Взгляни на этих молодых звезд: каждый день они выбрасывают на ветер время и деньги, просто ради удовольствия. У них нет никакой цели. Они просто хотят быть счастливыми. Баловство с тобой — это мое самое большое удовольствие; ты столько лет оберегал меня, просто прими это как есть. Тао Жань промолчал в ответ. — Тао Жань, позволь угостить тебя обедом, — попросил Фэй Ду. — При взгляде на тебя, меня переполняет злость. — Тао Жань освободил одну руку, чтобы надавить ею на голову Фэй Ду. — Кого ты зовешь ?Тао Жань?? Относись с уважением к тому, кто старше тебя. — Я… — Слова нежности едва не сорвались с кончика языка Фэй Ду, но через секунду его тон резко изменился: — Что это, черт возьми? Офицер Тао вел скромный образ жизни; его портфель, вероятно, был изготовлен еще во времена династии Цин? и сильно износился за эти годы. Молния часто расстегивалась, когда ей вздумается, сама по себе. Фэй Ду не смог отличить верх потрепанной сумки от низа и не заметил, что держал ее к верху дном. Из выпавшей папки с файлами прямо на колени Фэй Ду посыпались многочисленные фотографии дела, которые казались особенно чудовищными при тусклом освещении салона автомобиля. Особый ужас внушал снимок лица покойника. Фэй Ду резко вздохнул. Если бы ремень безопасности не удерживал его, напуганный мужчина тут же вскочил бы со своего места: — Человек на фотографии мертв? Почему он так ужасно выглядит? — Это важные документы, не играй с ними. Скорее собери их. Фэй Ду держал шею прямо, стараясь не смотреть в глаза мертвому человеку на его коленях: — Не могу, от вида крови я падаю в обморок. — Там нет крови, — вздохнул Тао Жань. — Ты не боишься даже Ло Вэньчжоу, который является воплощением самого дьявола, но испугался мертвеца? Фэй Ду вслепую собирал разбросанные фотографии и документы. Прикрыв глаза одной рукой, он осторожно заглянул в бумаги и облегченно вздохнул, убедившись, что крови действительно не было. Осторожно, словно мину, он взял материал в руки и вернул его на место. Это сложное задание Фэй Ду выполнял целых пять минут, после чего неожиданно спросил: — Это убийство? — Хм, расследование все еще ведется, я не могу раскрыть его детали, — сказал Тао Жань. — О, — ответил Фэй Ду и, как и ожидалось, перестал задавать вопросы. Он положил папку обратно в сумку и закрыл ее, опустив взгляд. Некоторое время изучая под тусклым светом сломанный замок, он небрежно сказал. — Бедняга. Тао Жань: — Хм? — Он шел к кому-то, желая встречи всем сердцем, но не знал, что этот человек посчитает, что ему лучше умереть. — Фэй Ду некоторое время осматривал молнию, затем начал возиться с ней. Тао Жань был озадачен: — Откуда ты знаешь? — Ну, — сказал Фэй Ду, — вы ведь сделали отдельный снимок пальто жертвы? На нем все еще оставался ценник. — Это пальто уже проверили. Его купили в небольшом магазинчике неподалеку. Владелец магазина и камеры видеонаблюдения подтвердили, что пальто было куплено самой жертвой. — Я не говорил, что убийца оставил его на теле, для чего ему было нужно одевать труп? — рассмеялся Фэй Ду. — Ношение новой одежды с ценником, скорее всего, связанно с тем, что вещь довольно дорогая и превышает его финансовые возможности; он собирался надеть ее по особому поводу один раз, а затем вернуть. Некоторые бедные студенты делают так же, когда идут на собеседование. Он левша? Тао Жань задумался; он побывал в комнате, в которой жил Чжунъи, и быстро вспомнил обстановку: — Нет. Фэй Ду пожал плечами: — Подошва левого ботинка сильно изношена; конечно, бывают случаи, когда доминирующие рука и нога находятся не на одной стороне, но более вероятно, что эту пару обуви он одолжил. Согласно показаниям школьного охранника, тот, с кем Хэ Чжунъи встретился перед смертью, являлся знакомым мужчины, вероятно, человеком из той же провинции или родного города, возможно, даже родственником, в противном случае, он бы не говорил с ним на одном диалекте. Прибыв на место, Тао Жань остановил машину: — Так ты говоришь, что перед смертью парень приоделся, потому что человек, с которым он встречался, был женщиной? — Необязательно. Хоть он и решил одолжить одежду и обувь, внешний вид он имел формальный и сдержанный. Больше похоже на то, будто он проходил собеседование или встречался с кем-то, кого он очень уважал. Если он встречался с девушкой, вероятно, это была их первая встреча. — Фэй Ду открыл и закрыл молнию, затем слегка выправил, как и ожидалось, она была не сломана. Он протянул Тао Жаню сумку. — Бегунок разболтался, я затянул его. Например, если бы я пришел на свидание с тобой, то не стал бы надевать костюм тройку, только использовал бы чуть больше одеколона. Глаза Фэй Ду не были абсолютно черными, имея более светлый оттенок, они сияли в темноте по-особому. Когда он открыто смотрел на кого-то, его говорящий взгляд невольно заманивал человека в свой омут, заставляя в нем тонуть. К сожалению, заместитель капитана Тао был слеп. Все, что он делал, это очень серьезно размышлял о деле, задумавшись о словах Фэй Ду всего лишь на пару мгновений, после чего спросил: — Тогда как ты думаешь, что означает приклеенный лист бумаги на лбу убитого? Фэй Ду отвел взгляд: — О, возможно, это сделали для того, чтобы он не превратился в цзянши?. — Затем добавил: — Или, возможно, убийца пожалел о содеянном и подсознательно подражал людям, выражающим скорбь и уважение мертвым. Тао Жань обдумал это и продолжил спрашивать: — А что, если она покрыла не все лицо? Если это всего лишь маленький клочок бумаги, прилипший к волосам и закрывающий только область от его лба до глаз? — Лоб? Когда взрослые ругают ребенка, когда сильные издеваются над слабыми, когда наказывают домашнее животное, то бьют по лбу, или, возможно, это обозначает этикетку на товаре, который выставляют в магазине. Что было написано на бумаге? — Деньги. Фэй Ду удивленно вскинул брови. Они были четко очерчены и настолько длинны, что скрывались в волосах у висков. Это придавало его образу ощущение ледяного великолепия. — Ну, как? — Не знаю, одного слова слишком мало. Чрезмерное толкование может легко ввести в заблуждение, — улыбнулся Фэй Ду. — Тао Жань, вот мы и прибыли. Тао Жань пришел в себя, осознав, что слишком многое с ним обсудил. Он собирался открыть дверь машины и уйти, но, вдруг что-то вспомнив, обернулся и спросил: — Ты обедал? Поднимись и подожди меня, я приготовлю тебе что-нибудь. Фэй Ду был ошеломлен и на секунду отвел взгляд: — Ты приглашаешь меня к себе домой? Не думаешь, что мы слишком торопим события? Несмотря на то, что он сам нарочно кинул такую двусмысленную фразочку, Фэй Ду не сдвинулся с места, продолжая сидеть в машине. — Если не хочешь приходить, то так и скажи, это не значит, что ты не голоден. — Тао Жань придержал дверь машины и слегка наклонился. — Протяни руку. Фэй Ду осторожно вытянул руку. Тао Жань достал горсть чего-то и сунул ему в ладонь: — Если хочешь поплавать в море, то лучший способ — это переодеться в купальный костюм и проплыть два круга вместо того, чтобы держаться за спасательный круг, едва намачивая ноги. Ты ведь не хочешь сделать из меня гея, так что хватит дурачиться. Твой брат пошел домой. Будь аккуратен на обратной дороге и веди медленно. Фэй Ду молча наблюдал, как Тао Жань заходит в свою обветшалую квартиру, затем, опустив голову, он взглянул на то, что было в его ладони. Это была вложенная в цветы открытка, та, что он подарил сегодня утром. Она все еще хранила на себе аромат духов. Помимо нее в ладони также оказалась горстка молочных ирисок. Конфеты были довольно старой марки — прошло много лет, с тех пор как он видел их в продаже. Фэй Ду думал, что производитель давно обанкротился, где Тао Жань сумел их найти… Или, возможно, это были остатки, в конце концов нельзя узнать срок годности изделия без упаковки.

Фэй Ду открыл одну и съел; она была дешевая и старая, шероховатая и липла к зубам, но хорошо, что она была достаточно сладкой. Он включил звук и продолжил слушать на бесконечном повторе ту песню, которая заставила Тао Жаня нахмуриться и просидеть какое-то время в тишине. Доев конфету, Фэй Ду занял водительское место. Сменив кресло, молодой мужчина понял, что в машине осталось фото.

Это была крошечная паспортная фотография, упавшая между сиденьями. Собирая документы, он упустил ее из виду. Фэй Ду включил внутреннее освещение автомобиля и поднял фотографию удостоверения личности жертвы. В отличие от фото обезображенного трупа, на этой карточке можно было разобрать черты лица мужчины. Он уставился на шрам в форме полумесяца на лбу молодого человека и медленно нахмурился.