Жестокие ласки. (1/1)

Для тех, кто хотел узнать реакцию Димы, и то, что было у директора)) Ловлю тапки всех цветов и фасонов.))________________________________POV АвтораДима несколько секунд взирал на подобное действо, даже прожженному трахальщику и опытной шлюхе видеть такое было странным.Наконец он справился с изумлением и попытался оторвать Костика, уже нахлебавшегося воды и начавшего задыхаться, от Арти. За что и получил сильнейший удар в челюсть ногой.— У тебя совсем крышу сорвало, — кричал Дима, снова предпринимая попытку оторвать Арти от Костика, или Костика от Арти, какая, впрочем, разница.— Пошел вон, — рычал Арти, снова пытаясь вставить свой член в обмякшее тело Костика.— Ты с ума сошел. Он сейчас дуба даст, а мне отвечать, — завопил истошно Дима, вынимая Костика из ванны и унося в комнату.Там он положил его на пол со всеми предосторожностями и приступил к приведению его в чувство, начав делать искусственное дыхание рот в рот.

Арти, кое-как до хромав до двери, остановился, привалившись к косяку.— Ну, ну, приводи его в состояние боевой готовности. Он меня изнасиловать хотел, — злобно шипел Арти.— Мальчик мой, но это все равно не повод, чтобы идти на смертоубийство, — назидательным тоном произнес Дима, ровно на минутку отвлекшись от своего занятия.Спустя некоторое время Костик закашлялся и отрыгнул воду, которой нахлебался в ванной.— Ну, слава Богу, — простонал Дима, усаживаясь рядом с продолжавшим кашлять Костиком.Тот, наконец, уселся с Димой рядом, прижался к нему и простонал:— Ну, что я такого сделал? Зачем вы все так со мной?— Тебе еще раз повторить, что ты сделал не так? — прорычал Арти, который снова начал злиться на Костика, и сделал неустойчивый шаг в его сторону.— Дима, спаси меня от него, он же меня затрахает насмерть, — истошно закричал мальчишка, обхватив своего учителя за талию.— Все, хватит, — разозлился Дима, сначала директор, потом Арти потрясли его до глубины души, — Все надоели, все надоело.Он поднялся на ноги, оттолкнув от себя яростно вцепившегося в него Костика, подхватил на руки пошатывающегося Арти, как только сил у него хватало так яростно трахать Костю, донес его до кровати.— Лежи, не вздумай вставать. Я сейчас приду и все сделаю как надо, после того, как воду вытру в ванной.А затем подхватил Костика поперек живота и понес прочь из комнаты.У ДИРЕКТОРА.— Митечка, где эта сволочь?Это директор имел в виду Диму. Он говорил спокойным тоном, но этот тон не предвещал ничего хорошего.— Он просил передать вам, что задержится, у него в классе появился двоечник. Надо подтягивать.— Так и сказал?Ой-ой-ой, теперь директор стал ещё более злым. Как бы Мите не досталось.— Ладно, с ним потом разберусь, а пока иди ко мне, мой маленький.Ну вот, всё-таки ему достанется. Ну почему он должен за биолога отдуваться?Митя, как можно спокойнее, зашел в кабинет и остановился у стола, с мольбой в глазах посмотрел на директора.— Ну что ты, маленький, я тебя не обижу. Иди сюда.Он поманил Митю пальцем. Затем, схватив своего секретаря в железные объятия, директор начал гладить его по спине, как бы успокаивая.— Ну же, не бойся, больно не будет.Митя посмотрел на своего хозяина глазами, полными слёз и страха. Ещё чуть-чуть, и он и впрямь разрыдается.— Маленький мой, хороший, не буду я тебя обижать, правда, не буду.Директор ласково шептал секретарю на ушко, которое периодически нежно покусывал, ерошил чёрные, как смоль, волосы, достающие до плеч. А Митя доверчиво прижимался к крепкой груди, прикрытой только идеально отглаженной рубашкой. Пиджак директор оставил на спинке своего очень дорогого кожаного кресла.Директора прервал резкий стук в дверь.

— Можно?Дима, как всегда, пришел не вовремя, и, кажется, сейчас поплатится за это...— Сукин сын, ты умеешь приходить вовремя?Рёв стоял такой, что уши заложило, но это ещё тихо, зная директора.— Ещё раз опоздаешь или помешаешь мне, я не знаю, что с тобой сделаю.Багровый цвет лица начальника сего довольно странного заведения не предвещал ничего хорошего, но учителю, кажется, было наплевать. Ему лишь бы побыстрее освободится.— Ага, — только и сказал Дима, а затем спокойно снял рубашку и кинул её на пол у стола.—Да ты вконец оборзел?Директор скинул Митечку с колен и, вмиг оказавшись рядом с Димой, заехал ему в челюсть.— Я как вижу, ты хочешь жестко, долго и больно. Хорошо, я тебе это устрою, сученыш. На колени.Дима, недолго думая, скинул джинсы и встал раком прямо посреди кабинета. Митя, как можно незаметнее, выскользнул из помещения, чтобы не попасть под горячую руку разъярённого хозяина. Директор, тоже недолго думая, приспустил свои брюки и пристроился у Диминого зада.— Ну что, потаскуха, готов?— Он резко вошел своим немалым членом в разработанный зад учителя. Естественно, Диме не было сильно больно, просто неприятно от такого резкого вторжения, но директор знал, как доставить минимум удовольствия партнёру и максимум себе. Он резко вколачивался в учительский зад, раздирал его бёдра и сильно дергал за волосы. Отстранившись и подойдя к столу, он достал оттуда несколько длинных кожаных ремней, кляп, и анальные шарики. Вернувшись к своему личному учителю анатомии, он одним ремнём связал ему руки за спиной, второй он завязал ему одним концом на шее, а вторым у себя на руке, надел Диме кляп, застегнув его очень туго, так чтобы было очень сильное давление на челюсть, и вогнал в зад шарики. От шариков Дима дёрнулся в судороге, всё-таки простату никто не отменял. Заметив это, хозяин своеобразной и нахальной зверушки впечатал своего его лицом в пол и снова начал вколачиваться в довольно аппетитно выставленный зад. Директору явно доставляло удовольствие то, как трепыхается и дёргается под ним учитель, ему нравилось, то оттягивать за ремень его на себя, то с силой впечатывать в пол. Нравилось то, как дёргался Дима от каждого удара по спине и рукам третьим свободным ремнём. Закончились все эти каверзы только тогда, когда Дима обмяк и упал без чувств, не выдержав.— Сучёнок беспородный.Директор вышел из непригодного для ласк тела и продолжил удовлетворяться самостоятельно. Покончив со столь увлекательным занятием, он нехотя позвал Митю и приказал ему привести в чувство учителя.— Когда очнётся, пусть валит к своим двоечникам, и чтобы я его неделю не видел и не слышал.Митя в ужасе посмотрел на хозяина, осознавая, что будет с ним в течение этой недели.— Х-хорошо, Александр Сергеевич.Директор поправил рубашку, подтянул штаны, взял пиджак и вышел из кабинета, оставив Митю приводить в сознание бесчувственного Диму.