Глава 6 (1/1)
Как хорошо, что фикбук починили! Я рада что почти все мои фанфики сохранились, за исключением некоторых глав, которые я сейчас добавляю. И отзывов до жути жаль, и оценок... Но нчиего, главное - всё починили и фикбук наконец работает.А ещё повезло что я тот ещё параноик и у меня все фанфики пересохранены на разных компьютерах, да и на диске есть. Поэтому восстановить их не составит труда)«Вот и почему ты так сделал? Не легче было бы поговорить там, типа, компромисс найти и так далее? А ты у нас, герой любовник, сразу в насилие подался. Эх, Шики, что ж ты за уёбок такой вспыльчивый? Ну, подумаешь, Акира помнит некоторые части из своей невеселой биографии! Как будто бы от этого райна становится меньше!»«Заткнись», - мысленно прошипел Шики, стараясь закрыть, не умолкающую ни на секунду, совесть, а так и не дающую ему сосредоточится на разрубании какого-то нахлебавшегося райном паренька. Однако совесть не была бы совестью, коли бы говорила тогда, когда это нужно.«Ах, какие мы злые! А на кого? На меня? На Акиру? Итить твою налево! На себя, родного, мы злые! Изнасиловал Акиру, поганец эдакий! Мальчугана изнасиловал за то, что он помнит! Чёрт, у меня слов нет, прямо, на то, чтобы передать, как я разочарована! Это ж надо было, применить насилие! Отхлестал бы по заднице, поговорил, пусть на повышенных тонах, но поговорил, так нет! Ты решил всё более простым и садистским методом!»- Заткнись… - теперь уже вслух проговорил красноглазый демон Тошимы, перерубая катаной голову бросившемуся на него мужчине (тот явно был новичком, раз решил, будто бы одолеет короля Игуры).«…Но что самое главное - это то, что Акира-то даже особо не сопротивлялся! Ни слова не сказал поперёк! В шоковом состоянии сейчас пребывает, это да, ему не впервой. Черт, это вообще не Акира, прошлый тебя бы зарубил на месте, а этот молчит себе, хотя, наверное, убить хочет. Да тебя и правда убить мало. Извращенные пытки были бы самое то. Ох, вспоминается сразу старые-добрые времена, когда Акира исполнял роль собачки. Вот там был разгул для фантазии... Интересно, а каково быть собачкой бездушной скотины?..»- Я СКАЗАЛ: ЗАТКНИСЬ! - не выдержав морального напора собственной совести, воскликнул мужчина, чем порядком удивил отступающих от него «бойцов». И именно разъярённый крик Шики был последним, что они увидели в своей жизни.После того, как он выкринул «заткнись», на душе у Шики (если таковая, кончено, не атрофировалась по ходу жизни в Тошиме) стало легче. Да и совесть подозрительно замолкла, хотя еще секунду назад болтала без умолку (хотя, по ее же словам, «слов у нее просто не было!»).На секунду Шики даже согласился с совестью. Нервы – нервами, а насиловать того, кого люби… кто нравится и кого предстоит трахать еще долгое время – неправильно. Да и глупо. Но что поделать, если разозлился?Не совладал с чувствами вырвавшимися вперед?Не смог удержаться, когда разнервничался?Не смог простить себя за то, что Акира помнит то, что случилось раньше?Шики заботится о блондине, хотя сам этого и не признает. Зато вот его совесть, уже который раз, кричит «Шики, образумься!» Но все напрасно, Шики – это Шики. Хотя со временем и он поменялся. Размягчился, что ли.
Но даже не в этом дело. Всё дело в Акире.Этот блондин не идет из его головы. Его образ преследует Шики всюду. Он иногда столбенеет, когда видит парня похожего, хоть чем-то, на Акиру. Не может сделать ни шага…Как и сейчас.Неподалеку от него идет парень. Светлые волосы, знакомая куртка с мехом, чуть кривая походка… И такой знакомый кинжал на поясе.Шики не знает радоваться тому, что Акира вышел из дома, или наоборот - злиться.В мгновение ока красноглазый демон оказывается рядом с блондином, заставив последнего вздрогнуть от неожиданности.
- Шики! – чуть вскрикивает блондин, отпрыгивая от мужчины. Он испугался. Еще бы – Шики умеет подкрадываться так, что его не слышно.- Ты почему вышел из квартиры? – возможно вопрос прозвучал слишком грубо, но по-другому Шики не умел. Акира хмыкнул и отвернулся от мужчины. Он... капризничает? Обижается?- Еще раз повторяю для непонятливых: ты почему из квартиры вышел? – на этот раз звучит более чем грубо. Акира хмурится и из-подо лба смотрит на Шики. Совесть тихо советует: «Мягче с ним, мягче!», и Шики повинуется совету:- Извини. Так почему ты вышел?- Потому что захотел развеяться. Ты же ходишь в город, почему я не могу? – слова для Акиры слишком дерзкие, Шики чуть ухмыляется, потому что теперь он чувствует в блондине того самого человека, некогда бросившего вызов королю Игуры.- Можешь, я не запрещаю.И молчание. Шики смотрит в упор на парня, а тот прячет глаза. И это еще больше заинтересовывает мужчину. Что же такого Акира натворил, раз сейчас так старательно прячет от него свой взгляд?- Что-то случилось?- Н-нет!- А почему заикаешься? – Шики медленно теснит блондина в сторону стены дома. Тот, конечно, пятится, а упираясь спиной в стену вздрагивает, чувствуя себя кроликом, зажатым в угол удавом.- И ничего я не заикаюсь.- Рассказывай.- Что тебе рассказывать?- Что случилось, то и рассказывай… - красноглазому мужчине уже начинает это надоедать.- Ничего не…- Я сказал рассказывать, значит рассказывать! – снова не выдержал Шики. Будь совесть человеком - она бы неминуемо закатила бы глаза и, состроив «покерфэйс», дала подзатыльник мужчине.Акира съежился и, почесав голову, обронил:- Я… еще кое-что вспомнил.Что-то внутри обрывается. Что на этот раз вспомнил Акира? Какие ужасы из жизни Шики он вспомнил? Может, тот момент, когда мужчина обдал блондина горячей водой, то ли случайно, то ли специально? Или, может, тот момент, когда ударил об косяк в приступе страсти?..- И что ты вспомнил? – осторожно интересуется мужчина, внимания шипению совести на счёт того, чтобы быть помягче.- Ты… И я… Мы гуляем. В парке. Осенью. И ты в инвалидной коляске… Молчишь, а я наоборот болтаю без умолку… Вокруг лишь парк, кружащиеся листья…Дальнейшие слова Акиры Шики уже не слушает. Он прекрасно помнит то, что только что вспомнил блондин. Он помнит, как был похож на живую куклу, как зависел от Акиры, присматривающим за ним все время. Помнит, как они с ним гуляли, как Акира кормил его с ложечки и как любил целовать щеки красноглазого демона. Шики, конечно, всё помнит. Такие моменты жизни невозможно забыть. Такие воспоминания относятся к тем, которые возникают на пороге жизни и смерти. Яркие, мощные, эмоциональные воспоминания. Настолько сильные, что затмевают все другие – и мрачно-депрессивные и позитивно-красочные.- А ещё я… вспомнил, как мы с тобой гуляли.. Тут, кажется. Ночью. Ты тогда убил несколько человек, и оставил меня одного на пару минут. А я сбежал… А ты искал меня.И это момент Шики помнит. Он тогда очень сильно волновался за Акиру, больше чем когда-либо. Его не было всего пару минут, а блондин успел куда-то умотать. Красноглазый змей наверняка пошел бы рубить карателей и Арбитро, если бы не нашел блондина, преспокойно лежащего на крыше и рассматривающего звезды. «Романтика, блин», - еще подумал тогда Шики, однако молча улегся рядом с блондином и всю ночь, пока Акира не заснул, смотрел на звезды вместе с ним.- А ещё я помню…- Достаточно, – приостановил Шики Акиру. Парень чуть сверкнул глазами, даже немного взбесившись из-за того, что его рассказ прервали. Шики чуть заметно улыбнулся. Кажется, медленно возвращается старый Акира, которого он знал и любил. Да и любит сейчас - чего врать самому себе? – Я тоже это прекрасно помню.- Правда?- Нет, я вру, - саркастически потянул Шики, беря Акиру за руку и быстро ведя куда-то. Блондин сначала испугался и спросил:- Куда ты меня ведёшь?- Узнаешь, Акира, узнаешь, - пообещал Шики, быстро повел голубоглазого туда, где любил размышлять, когда ругался с ним же. Каждый раз он приходил в это место и думал, когда убивать надоедало. Это место успокаивало, навевало воспоминания, да и вообще…- Парк! – воскликнул Акира моментально узнав парк из своих воспоминаний. Шики ухмыльнулся и повел блондина к ближайшей скамейке. – Это же!.. Тот самый, который я видел!.. Я вспомнил!..- Да-да, это он, - хмыкнул Шики, усаживаясь на скамейку и усаживая Акиру рядом.- Слишком романтично для тебя, Шики, - после непродолжительной паузы произнес Акира. Мужчина лишь хмыкнул на этот счет и закатил алые глаза. – В чем подвох?..- Нет подвоха.- Значит, есть причина, почему ты это делаешь.- Нет причины, - без зазрения совести, которая орала где-то в глубине души громкими и выразительными матами, ответил Шики. – Просто так.«… Просто чтобы показать тебе чувства, которые я испытываю к тебе, среди туч, которые, олицетворяю с собой, лишь ты один являешься для меня солнцем! Акира, я люблю тебя, пойдем займемся сексом, где ты будешь в позе наездника и позволим совести вздохнуть спокойно!» - закончила нести очередной пошлый бред совесть, видимо, будучи в состоянии крайней раздражённости.Запихнув все, что сказала совесть, подальше, Шики отпустил руку Акиры и, отложив катану, посмотрел на парня рядом с собой. Тот с улыбкой и глазами счастливого ребенка рассматривал окружающий их парк, залитый редкими лучами света.
Шики хмыкнул, смотря на паренька, но так ничего и не сказал. Только тихо подумал: «Он, что, простил уже то, что я недавно сделал, раз так спокойно сидит со мной, не боясь того, что я могу сорваться?»И ответом на мысленный вопрос Шики прозвучали слова Акиры:- А я тебя простил.Первые несколько мгновений Шики даже не понимал, что блондин сказал. И лишь чуть позже до него дошли слова Акиры, а сам он продолжил удивлённо смотреть на парня. Сам Акира, заметив такой взгляд, чуть съежился, но в следующих словах парня не было ни капли стеснения, робости или волнения. Лишь только нескрываемая дерзость и усмешка:- Что? Я всего лишь сказал то, что думаю. Не надо на меня так смотреть.«Это что с ним?» - в один голос спросили наглая совесть и подозрительная интуиция. Сощурив глаза брюнет произнес:- Пошли домой, - Шики встал со скамейки и, подняв катану с земли, подал руку Акире. Тот удивленно посмотрел на руку, облаченную в латексную перчатку, а потом на Шики. Мужчина чуть наклонил голову и слегка улыбнулся.- Идем, рыбка моя, насиловать не буду, обещаю.- Не сможешь.Застыв на месте, Шики пропустил тот момент, когда Акира взял его руку и сам потащил в сторону дома. А ещё он пропустил тот момент, когда Акира тихо-тихо закончил свою фразу: «…потому что любишь меня. Все читается у тебя на лице, Шики».Правда, до дома Шики и Акира не дошли. По дороге блондин не удержался и, собрав кучу пожелтевших листьев, обсыпал мужчину ими. Афигев от такого действия, Шики стерпел еще две кучи листьев полетевших в него. А потом уже и сам, с хищной улыбкой на губах, принялся бросаться в Акиру листьями. На час почти впал в детство, кидаясь в любовника листьями, отбросив подальше катану и бегая за Акирой по всему парку, сняв маску серьезности с лица. Стал на несколько лет моложе. Стал веселее. Снова влюбил в себя Акиру.Ни один человек в мире не мог заставить Шики улыбаться. А о том, что б веселиться как ребенок, речи даже и ни шло. А вот Акире это удалось, и даже не потому, что блондин был любовником Шики, не потому что Шики чувствовал вину перед ним, не потому что смех блондина был слишком заразен, нет.Просто Шики любил Акиру. Пусть и не хотел признаваться в этом собственной совести, навязчиво повторяющей каждый раз:«Я же говорила: ты любишь его. Начинай все с начала Шики. Начинай. В третий раз»